Часть 2. Первый запуск меня в полет

Волей-неволей мне вспомнилась фраза «5 минут – полет нормальный» с моей прошлой жизни. А ведь всего лишь несколько минут назад я просто вышла с того разрушенного оружейного магазина и пошла искать деда. —Ну может не так плохо, что я уже летала благодаря Гарпу, и теперь мой запуск в стратосферу другими не так болезнен? Пролетая на спине аккуратно между пулями и саблями пиратов, глядела на быстро сменяющиеся зеленые кроны деревьев на жёлтые, где-то небо было видно получше, но либо обзор закрывало очередное дерево или сверкающее лезвие сабли. Вероятно, это и есть та удача, которой награждают таких как я? На самом деле я рада такому исходу событий, хоть и тяжело в учении, но легко в бою будет, как говорили многие в Маринфорде, с которыми я успела пообщаться. Но как-то не верится, что в бою я буду также магическим образом пролетать между дерущимися разбойниками. Справа от меня с глухим свистом пролетела свинцовая пуля, запутавшись в прядь волос и с корнем вырвав её у какого-то одноглазого пирата, который даже не заметил потери. Слева – пронеслась старая немного ржавая секира. Записная книжка, которую я мертвой хваткой прижимала к животу обеими руками, была единственным что для меня сейчас было важно. Я зажмурилась, когда мимо уха, пролетел чей-то оторванный сапог не первой свежести. А потом было мое приземление, точнее меня просто схватили за шкирку и в ухо проорали. Честно, я даже сообразить не успела, что произошло. Кто поймал, кто орёт и почему. — Я кому сказал сидеть на корабле?! — этот крик, заглушил даже грохот недалекого взрыва. Видимо я вовремя подоспела, прям к началу махача. Безвольно повиснув в железной хватке старика, покачивалась из стороны в сторону, словно, полупустой помятый пакет-майка из пятёрочки. Воротник футболки врезался в в шею, что воздуха не особо хватало. Мои попытки хоть как-то вздохнуть и сказать, что я сейчас помру смертью идиотов были проигнорированы. Гарп бежал за одним из пиратов, а я продолжала болтаться в его руке. Хоть бы бросил там, где поймал, а не устраивал мне американские горки. — Там повара снова решили экспериментировать с рецептами! Я не хочу быть лабораторной крысой! — кто бы знал, чего мне стоило не блевануть от таких аттракционов. Но после моих слов Гарп резко остановился, а я по инерции вперед ногами улетать стала. — Ты чего за мной увязалась, малявка? — … — Ты меня сам за собой потащил, старый!!! — Вали обратно! — Да, я даже не знаю в каких мы ебенях! — я не буду говорить, что мне опять прилетело, можно уже привыкнуть к этому. У него в ТЗ видимо прописано бить раз пятнадцать в сутки только меня одну, про остальных молчу. — Откуда такие слова? Ладно, тогда не мешайся. Смотри и учись, как надо нести службу! Вообще до того, как мы начали бежать, Гарп раскидывал по сторонам прихвостней этого капитан. Хотя какой капитан бросит своих и убежит, сверкая пятками? А теперь, когда мы нагнали этого труса, ему было некуда отступать. Он перехватил поудобнее свое оружие: колоссальный двусторонний топор. Лезвия этого топора были шириной приличный такой телевизор, ах да, их здесь не существует… но отполирован он был не хухры-мухры, я даже себя рассмотрела, лучше бы не смотрела. Выгляжу как те самые бомжи, которых встречала в начале пути. Недокапитан, находясь в безысходном положении решил пойти ва-банк. Крича о том, что Дозор поплатиться за то, что ступил на землю пиратов, он побежал в нашу сторону, занося топор для удара. Мышцы на руках напряглись, брови сдвинулись к переносице. Топор со свистом опускается на Гарпа, но сталкивается с предплечьем дозорного, никак не раня его. Звон от столкновения стали и покрова Воли Вооружения разнёсся на несколько десятков метров от нас. У меня в ушах даже зазвенело, хотя я стояла вдалеке. Не представляю, каково этим двум… — Тц, расшумелся тут... еще и девчонку напугаешь. Она у меня и так с приветом. — Кто с приветом?! — возмущения моему не было предела. Я может и правда за последние месяцы стала отбитой на голову, но благодаря кому?? Капитан пиратов, не поверив своим глазам, оскалился. Поняв, что лобовой удар заблокирован, он резко развернул корпус. Круговым, движением он попытался подрезать Гарпа по диагонали, целясь заодно и вновь в висящего ребенка, чтобы заставить дозорного отступить. Гарп среагировал мгновенно и…весьма оригинально. Вместо того чтобы сделать шаг назад, он резко вскинул правую руку вверх, подбрасывая меня над землей. Я буквально со свистом взлетела выше головы деда, на долю секунды испытав чувство невесомости. В этот самый миг прямо под моими болтающимися ногами с грохотом пронеслось второе широкое лезвие топора. Оно начисто срезало верхнюю половину чугунного фонарного столба неподалеку. Столб со звоном рухнул. Я едва успела поджать колени к груди, еще крепче вцепившись в свою украденную записную книжку. Если это еще не самый сильный пират, а я уже готова забиться в уголок, то страшно представить, что из себя представляют те же пираты Роджера. — Эй! Вы оба меня чуть на шашлык не пустили! — Не ной, старик все контролирует! — рявкнул Гарп. Пока я на секунду зависла в высшей точке своего очередного короткого полета (надо было брать в псевдонимы не Куроума, а Гагарин), Гарп свободной левой рукой перехватил древко двустороннего топора чуть ниже лезвия. Его пальцы, покрытые черной Хаки, с хрустом вдавились в прочное дерево, пустив по нему глубокие продольные трещины. Одним мощным движением он выдернул тяжелое оружие из рук ошалевшего пирата, переломил толстенное древко об колено, как сухую веточку, и брезгливо отбросил обломки в сторону. Капитан остался стоять с пустыми руками, тяжело дыша и в полном ужасе глядя на монстра в плаще Дозора. Ему срочно требовалось время, чтобы перевести дух и перегруппироваться, но Гарп не собирался затягивать этот цирк. Ему и так пришлось побегать за этой командой. Его тактика всегда отличалась... непредсказуемостью и полным пренебрежением к правилам ведения боя. Таков уж Монки Д… В этот момент из-за разрушенного угла здания выскочила еще группа раннее недобитых пиратских прихвостней с пистолетами и один даже с копьём, собираясь выстрелить Гарпу в спину. — Ну все, вы меня утомили, да и обед по расписанию. Держи, фашист, гранату! — внезапно рявкнул Гарп, косясь на недавнего противника. И прежде, чем я успела что-то понять, старикан швырнул меня прямо в лицо этому капитану. Я для приличия завизжала на ультразвуке, и продолжала это делать в ухо пирату, за чью голову зацепилась руками и ногами. Здоровенный мужик взвыл от неожиданности и боли. Дезориентированный, он зашатался на месте, размахивая руками и пытаясь отодрать от своего лица отчаянно ругающуюся и цепляющуюся за его бороду меня. Тем временем Гарп, воспользовавшись секундным замешательством врага, крутанулся на пятке. Направляя инерцию своего тела, он выдал мощный пинок назад, и воздушная волна от его ноги буквально размазала троицу пиратов с пистолетами по дальней стене. — Бва-ха-ха-ха! Отличный отвлекающий маневр! Работаем в команде! — довольно захохотал Гарп, в один мгновенный шаг оказываясь прямо перед ослепленным капитаном. Пока громила возился с визжащей «гранатой», старикан аккуратно и молниеносно, сдернул мою тушку с лица противника левой рукой за шиворот. Правая рука дозорного уже была занесена для разрушительного апперкота. Воздух вокруг его кулака задрожал, по нему пробежали черные искры продвинутой Воли. Черный кулак Гарпа со свистом вонзился прямёхонько в челюсть пирата. Удар был такой невероятной силы, что земля под их ногами жалобно застонала, и по площади побежали глубокие трещины, раскалывая булыжники, доходя до стен домов. Огромный капитан пиратов, потеряв сознание еще до того, как его ноги оторвались от земли, перевернулся в воздухе вокруг своей оси несколько раз. Словно выпущенный из пушки, он улетел вглубь острова, пробивая собой стены каменных домов одну за другой, оставляя после себя сквозные дыры человеческого силуэта, пока окончательно не затих и не оказался погребенным под обломками где-то на самой окраине города. К небу поднялся огромный столб пыли. Гарп удовлетворенно выдохнул, смачно дунул на свой кулак, возвращая коже нормальный цвет, и, наконец, повернул голову ко мне (удосужился блин). — Ты... ты абсолютно сумасшедший старик! Псих! — выдохнула она, когда к ней, наконец, вернулся дар речи. — Ты мной швырялся как мячом! — Ха-ха-ха! Зато как эффективно! Стратегия, учись, мелюзга! — Гарп весело оскалился во все тридцать два зуба и с гордостью похлопал себя по широкой груди. — А теперь — марш на корабль. Будешь драить палубу до самого Маринфорда. И попробуй только еще раз стащить мое печенье. — Да когда это я брала твоё печенье! — я брала его, ехе-хе. Он наконец-то опустил мои бедные ножки на землю, но ворот футболки из пальцев так и не выпустил, направляя меня сторону доков.

***

Деревянная швабра казалась мне уже какой-то пыткой, мыльная вода в ведре – ледяной, но я терла доски с такой яростью, будто пыталась прожечь в них дыру. Вот протру тут дыры, будут знать, как меня заставлять пахать. Как Гарп и обещал, халява закончилась сразу после погрузки на трехмачтовый боевой корабль Дозора. Наказание за побег на остров настигло меня незамедлительно, даже Лиля сделать ничего не могла, а даже помогла моему наказанию. Огромный будущий Вице-адмирал, отвесив воспитательный «Кулак Любви» (от которого на макушке мгновенно выросла приличная шишка), вручил ведро и приказал драить главную палубу до зеркального блеска. — Шевелись, мелюзга! Плохо помоешь — останешься без ужина! — доносился с мостика громогласный хохот Гарпа. Старик устроился в плетеном кресле и с аппетитом трескал из огромного пакета сырные крекеры, плюясь крошками на палубу. Я только там помыла! Резко выпрямилась, оперлась на швабру и смерила своего дражайшего дедулю уничтожающим взглядом: — Слышь, старик! Сам бы попробовал помахать этой палкой! Если я останусь без ужина, ночью твоя заначка с крекерами таинственно исчезнет в пучинах моря, понял?! — Бха-ха-ха! Какая зубастая! Работай давай, бунтарка! — Гарп лишь отмахнулся, явно довольный дерзостью. Мне оставалось только злобно фыркнуть и продолжить орудовать шваброй. Эта кстати на порядок удобнее, чем та, которой я когда-то зарядила между ног деду… Белоснежная дозорная рубашка и синие шорты уже через час покрылись серыми разводами. Зато мыльная пена летела во все стороны, а палуба за спиной превратилась в идеальный, скользкий каток. Украденная записная книжка была надежно спрятана во внутренний карман кофты на молнии, висевшей на грот-мачте – и сознание того, что она обвела старика вокруг пальца, грело душу. Остров беззакония уже почти скрылся за горизонтом, когда над морем разнесся тревожный крик дежурного: — Пираты! По правому борту! Сближаются на перехват! Потрёпанный жизнью пиратский бриг с черными парусами и черным флагом пошел на таран. Раздался треск – борт вражеского корабля скрежетнул о борт нашего. Пираты, горланя и размахивая саблями, закинули абордажные крючья и пробрались на палубу. Завязалась яростная куча мала. Я даже не подумала спрятаться. Наоборот, сузив глаза, которых под маской не было видно, оценивая обстановку, и покрепче перехватила швабру, как боевой шест. Гарп по-прежнему лениво наблюдал за дракой с мостика, жуя печенье – он явно хотел посмотреть, как поведет себя девчонка. Ну да, бесплатная развекаловка, так я и поняла. — Эй, мелкая дрянь! А ну-ка иди сюда! — раздался грубый голос. О, а это уже ко мне. приятно слышать, что хоть кто-то решил, что я хороший противник. Но всё равно странно, взрослый мужик и мелкая девочка… К мне, хищно оскалившись, направлялся длинный и худощавый, одноглазый пират со старым мачете. Он явно решил, что нашел легкую добычу. — Ты кого мелкой назвал, одноглазое недоразумение? — я даже не двинулась с места, было незачем. Лишь вызывающе вскинула подбородок и ухмыльнулась. — Шаг вперед – и тебе потребуется второй глаз, чтобы искать свои зубы. — Ах ты швабра недоделанная!.. — взревел пират, делая широкий шаг вперед. Но он совершил ужасно тупую ошибку. Его тяжелый кованый сапог наступил ровно на ту часть палубы, которую я минуту назад залила толстым слоем мыльной пены. Хех, ну гений. Как же повезло людям жить со мной в одно время. Нога пирата с диким свистом улетела вперед и вверх. Глаз этого стручка округлились по пять белли, а сам он плашмя рухнул спиной на мокрые доски, издав глухой звук тресканья костей. Из-за мыла палуба была настолько скользкой, что пират, продолжая орать, по инерции покатился на спине прямиком к низкому борту корабля, словно шайба по льду. Не доводилось играть в хоккей, но думаю самое время! — Счастливого полета, чепуха штопанная! — крикнула, хищно улыбаясь. Подскочив к катящейся мимо меня тушке, не просто подтолкнула его, а с размаху, как клюшкой, всадила деревянный конец швабры пирату прямо под зад, а затем добавила пинок ногой, задавая максимальное ускорение. Пират взвыл на ультразвуке, пролетел последние полметра и выпал через деревянный бортик прямо в кипящие морскими королями воды. — Бва-ха-ха-ха! Отличный удар, мелкая! — с мостика раздался громовой, одобрительный гогот Гарпа. Он от души хлопнул себя по колену. — Чистая уборка! Смыла всю грязь за борт! Победно закинула швабру на плечо, повернулась к мостику и показала Гарпу язык: — Это тебе за «мелюзгу», старик! Наслаждайся зрелищем! Остальные дозорные, крутившие пиратов, удивленно уставились на наш дуэт (многие уже жалели, что когда-то согласились служить вместе с Монки Д. Первая морская стычка осталась за мной, и уступать этому сумасшедшему я точно не собиралась.

***

Величественные, белокаменные стены штаб-квартиры Морского Дозора возвышались над океаном, словно неприступная скала. Навевающий трепет огромный иероглиф «Правосудие», выведенный на главном здании Маринфорда, заставил бы любого пирата раскаяться во всех грехах еще на подходе. Но я, стоявшая у борта причаливающего корабля, лишь скептически прищурилась. — Ну и махина на самом деле, — буркнула под нос, поправляя козырек дозорной кепки. — По крайней мере, кормят тут лучше, чем на твоем корыте, старик. — Размечталась! В академии ты будешь жрать только пот, слезы и дисциплину! — Он смачно хохотнул и по-дедовски, с силой ладони припечатал по и так уже сто раз переломанной спине, отчего я едва удержалась на ногах. Впрочем, до пота и слез дело дошло не сразу. Как только мы сошли на сушу, адская усталость последних дней — побег на пиратский остров, полет в качестве живой гранаты и многочасовое намывание палубы – навалилась на десятилетнюю девчонку гигантским булыжником. Стоило инструктору довести меня до крошечной комнаты в кадетском общежитии, как я, даже не снимая обуви, плашмя рухнула на жесткую койку. Проспала без малого сутки. Мне особо не снились ни пираты, ни взрывы, ни сумасшедший дозорный. Только блаженная, абсолютная тишина. Зато следующее утро началось с кошмара. По ушам ударил оглушительный рев звонка, возвещающий о подъеме в пять часов утра. И вот теперь, спустя пару часов, мне пришлось сидеть в огромной, душной лекционной аудитории (После переселения учёба мне давалась сложнее, а вот тренировке нравились больше. Хотя в прошлой жизни всё было наоборот…). Вокруг послушно замерли несколько десятков таких же юнг и новобранцев-рекрутов. Все они – парни и девчонки постарше меня – сидели с идеально ровными спинами, вытянувшись по струнке и преданно глядя на преподавателя. Сидя на заднем ряду, откровенно показывая скуку и подперев щеку кулаком я лениво качала ногой под столом. В отличие от остальных кадетов, которые тонули в стандартных мешковатых вещах, на мне форма сидела безупречно. По личному распоряжению Гарпа (который, несмотря на всё ворчание, о ней позаботился) швеи подогнали рубашку и шорты четко по фигуре. Форма подчеркивала всю мою напускную собранность, хотя сама сейчас откровенно скучала. Под тканью рубашки, прямо у сердца, была надежно спрятана та самая записная книжка из оружейной лавки. Так до сих пор и не прочла полностью эту книженцию. Всё время откладываю, а после забываю. У доски, мерно прохаживаясь взад-вперед, вещал старый, сморщенный дозорный инструктор в огромных квадратных очках, беспрерывно стуча мелом по гигантской карте мира. — …и помните, рекруты! Мировое Правительство основывается на абсолютном порядке! Пираты – это чума, несущая хаос. Наша задача – искоренять их без жалости, строго следуя уставу и приказам вышестоящих офицеров! — занудным, усыпляющим голосом бубнил лектор. — Запишите три главные истины кодекса Морского Дозора… Вокруг заскрипели перья и карандаши. Рекруты судорожно записывали каждое слово, боясь схлопотать наряд. Согласна с ними, наряд – такая скука смертная… ну, я случайно при этой мысли зевнула на всю аудиторию, даже не прикоснувшись к чернильнице. Наказы? Уставы? Рамки? После того как меня швырял в лицо пирату сам Монки Д. Гарп – человек, который в принципе плевать хотел на любые правила, – вся эта лекционная чушь про «строгое следование инструкциям» казалась теперь верхом абсурда. — Эй, ты, на задней парте! — внезапно рявкнул инструктор, заметив мой скучающий вид. Мел в его руке с хрустом сломался. — Повтори, что я сейчас сказал о субординации! И почему ты ничего не записываешь?! Медленно перевела на него дерзкий взгляд, даже не подумав встать с места, как того требовали правила. Лишь слегка ухмыльнулась и закинула ногу на ногу. — Я не записываю, потому что у меня отличная память, господин инструктор, — спокойным, нагловатым тоном ответила. — А ваша теория субординации... Ну, звучит красиво. Только на практике, когда на тебя летит пират с топором размером с дом, устав почему-то не работает. Приходится импровизировать. И вообще, эти ваши базовые приемы самообороны из учебника – полная фигня. Меня Гарп учит драться. Настоящими кулаками. Так что тратить время на лекции о том, как правильно маршировать, мне как-то некогда. В аудитории повисла мертвая, звенящая тишина. Несколько рекрутов испуганно обернулись на меня, словно на врага народов и как на умалишенную, а у инструктора от упоминания имени Гарпа и такой невиданной наглости десятилетки аж очки на носу перекосились, а дар речи пропал на добрую минуту. На следующий день на одном из полигонов вовсю кипела работа. Точнее, адская, изнурительная тренировка. Я, одетая в спортивную майку и шорты, со свистом рассекала воздух. К моим лодыжкам и запястьям толстыми цепями были привязаны тяжеленные чугунные ядра – стандартный вес для взрослых дозорных. Я упорно продолжала наносить резкие, хлесткие удары по деревянному манекену. Пот градом катился по лицу, мышцы горели от дикого напряжения, а на губах играла упрямая, злая ухмылка. Каждый удар сопровождался глухим, тяжелым стуком. Я не собиралась сдаваться. Даже когда ноги подкашивались от усталости, я заставляла себя подниматься и бить снова. В паре десятков метров от меня, в тени вроде как дуба, устроился Гарп. Этот невыносимый старик, закинув ногу на ногу, лениво жевал рисовые крекеры из огромного мешка. А мне даже не предложил! Глядя на него, я едва сдерживала глухое рычание. Ну и наглец! Сам ведь лично, стуча кулаком в грудь, обещал нашему Адмиралу Флота, что лично займется моими тренировками и сделает из меня образцового дозорного. Конг тогда еще так понимающе кивал, доверив меня «Герою Дозора». И что в итоге?! Обещание он выполнил с точностью до наоборот: притащил меня на полигон, нацепил эти проклятые ядра, а сам уселся в теньке, хрустит крекерами и в ус не дует! Тренируюсь тут пока только я, а он развлекается! Рядом с ним, то и дело вытирая платком пот со лба, в панике распинался тот самый лектор-инструктор. Я краем уха слышала их разговор между своими ударами. —Гарп, пойми меня правильно! — взволнованно тараторил учитель. — Девчонка абсолютно неуправляема! Она подрывает дисциплину! Накануне она заявила всей аудитории, что наши уставы — это «полная фигня», ссылается на твои методы и отказывается записывать лекции! Нам нужно принять жесткие меры, высечь её или исключить! Гарп даже не повернул головы в сторону хнычущего профессора. Он хрустнул очередным крекером, шумно прожевал его и пристально посмотрел на меня. Как раз в этот момент я, глухо рыча от напряжения, сделала мощный разворот и ударом ноги в щепки разнесла верхнюю часть манекена. — Высечь? Исключить? — Гарп вдруг низко рассмеялся, отчего инструктор испуганно вздрогнул. — Да ладно тебе, старик, не поднимай панику. Он запустил руку в мешок, достал горсть крекеров и закинул их в рот, довольно щурясь на солнце. — Она – дерзкая, несносная мелюзга, — спокойно, но с какой-то странной, едва заметной гордостью в голосе произнес Гарп. — Вечно сует свой нос куда не просят, лезет на рожон и ищет проблем на свою голову. За что, собственно, частенько от меня и огребает. Мои кулаки любви её макушка знает уже наизусть. Я сердито зыркнула в его сторону, потирая затылок, где до сих пор красовалась шишка. Старик тем временем продолжил, глядя, как я встаю в стойку перед новым манекеном: — Но знаешь, что мне в ней нравится? Сколько бы я её ни лупил за непослушание, сколько бы шишек она ни получала – эта мелкая зараза никогда не отказывается от своих слов. Орет, злится, дерзит, но прет напролом к своим целям, как упрямый баран. У неё есть стержень. А сухая теория из твоих пыльных учебников, старик, никогда не сделает из кадета настоящего бойца. Сила рождается в грязи, поту и крови. Так что иди-ка ты обратно в свой класс и не мешай нам. Инструктор открыл было рот, но наткнулся на тяжелый взгляд Гарпа и поспешно ретировался с полигона, смешно семеня ногами. — Эй, мелюзга! — оглушительно гаркнул Гарп на весь плац, наконец-то поднимаясь со своего места и разминая кулаки, которые зловеще хрустнули. — Вижу, у тебя еще остались силы ломать деревяшки! А ну-ка проверим, сможешь ли ты увернуться от моего прямого! Нападай! Я резко обернулась. Несмотря на дикую усталость и проклятые цепи на ногах, я оскалилась, стерла тыльной стороной ладони пот со щеки и крикнула в ответ: — Давай сюда свою тушу, старик! Сегодня твоя очередь ловить швабру! С боевым кличем я рванула прямо на самого опасного в будущем Вице–адмирала Морского Дозора. Мой рывок в сторону старика закончился, не успев толком начаться. Я едва успела замахнуться, как Гарп с лёгким смешком просто исчез из виду, смазавшись в воздухе. В следующую же секунду чья-то массивная ладонь аккуратно, но неминуемо припечатала меня лицом в, относительно бетонного пола, мягкую землю полигона. С пудовыми ядрами на ногах я не смогла даже повернуться – бой был окончен за одну секунду, а старик лишь издевательски похлопал меня по плечу, советуя тренироваться лучше. Кое-как доковыляв до столовой, я почти на автомате уничтожила двойную порцию риса с мясом, совершенно не чувствуя вкуса из-за дикой усталости, и поплелась в казарму. И вот теперь, после горячего душа, я наконец-то лежала на своей узкой кадетской койке. Закинув руки за голову, я тупо пялилась в серый потолок, слушая мерное сопение других девчонок-новобранцев. Мышцы неприятно ныли, сна не было ни в одном глазу. В голове крутился сегодняшний день. Я мысленно возвращалась к тому бою на острове. Перед глазами то и дело вспыхивала эта гляцево-черная, пугающая Воля, которой Гарп голыми руками остановил гигантский топор. Это казалось чем-то за гранью человеческих возможностей. И всё же, среди всего этого безумия, я ведь тоже поучаствовала. Пускай старик швырнул меня, как пакет с мусором, пускай я орала от страха, но в тот миг я ослепила огромного пиратского капитана. Я дала Гарпу ту самую секунду для решающего удара. Чёрт, нашла чем гордится. Кому расскажу о своем первом бое, засмеют точно! — «Значит, я могу быть полезной даже против таких монстров», — подумала, неосознанно нащупав под подушкой твердую обложку украденной записной книжки. Упрямая улыбка сама собой выползла на лицо. Я дерзкая, я мелюзга, и сегодня меня размазали по земле. Но это только начало. Прежде чем лечь, я вытащила книжку из-под подушки и подошла к своему личному шкафчику. Обычный замок на нём – чистая формальность, поэтому я спрятала трофей в самый дальний угол, в ящик с двойным дном. Щелкнул скрытый замок. Надежно. Старик, конечно, проницательный, но сюда без повода не полезет. Устроившись на кровати и глядя в потолок, я принялась мысленно перебирать весь свой боевой арсенал. Раз уж я решила стать сильнее, нужно четко понимать, что я вообще умею в этом безумном мире и над чем работать. С рукопашкой все было неплохо. Моя база – это смесь из приёмов карате, быстрых и жестких ударов тайского бокса и классического бокса. В Маринфорде такое сочетание смотрелось странно, но в драке работало отлично. Ещё я немного умела махать мечом. В последнее время я забросила тренировки с клинком из-за адского графика Монки Д., хотя, если честно, внутри зудело дикое желание снова взять в руки хорошую катану или двуручный меч и всерьез заняться фехтованием. Но главным моим козырем и одновременно главной головной болью была Воля. С Волей Вооружения всё продвигалось со скрипом. Она просыпалась во мне неосознанно, в самые пиковые моменты – обычно тогда, когда у меня внутри вспыхивало яростное, искреннее желание кого-нибудь хорошенько покалечить. В такие секунды Хаки тонким слоем проступала на кулаках или голенях, но полностью контролировать этот процесс я не могла: то получится покрыть руку, то нет. Зато я научилась интуитивно укреплять Волей спину – видимо, сказались постоянные прилеты от деда. До полноценного покрытия всего тела черным доспехом мне было как до Китая раком, но я обязана этому научиться, чего бы мне это ни стоило. С Волей Наблюдения дела обстояли заметно лучше. Секрет был прост, так как я постоянно носила на глазах плотную черную маску. Из-за вечной темноты мне приходилось ориентироваться на звуки, шорохи и чужие намерения. Это позволяло развивать Наблюдение на постоянной основе, в пассивном режиме, даже особо не напрягаясь. Но сегодняшняя стычка на острове показала, что этого мало. Мне жизненно необходимо выделить несколько отдельных, целенаправленных занятий чисто под развитие Воли Наблюдения. Нужно научиться видеть атаки заранее, чтобы более точно и изящно уклоняться от ударов, а не летать по полигону живым снарядом. — «Завтра, — подумала я, наконец закрывая глаза и проваливаясь в глубокий сон. — Завтра я заставлю этот мир со мной считаться».