Давай перенесём разговор на потом

– омела, – Эйс зажмурился, мучительно стараясь проснуться. Видеть её фигуру сейчас совершенно не хотелось, особенно после вчерашнего бегства. – открый глаза, Эйс, – голос у Эйрис был слишком ласковым. Через чур нежным. Непривычным. Портрас приоткрыл одно веко, вглядываясь в светлое лицо напротив. Опять он в этой сраной часовне. И опять тело не двигается. – прекрати мне сниться – но ты же хочешь, чтобы я тебе снилась.. – чужие руки оплели его шею, но сейчас эти прикосновения были похожи на ледяных змей. У Эйрис не может быть такого пошлого взгляда. И целовать она его больше никогда никогда не будет.. Губы призрака слились с ним в поцелуе, от которого сознание вернулось к стене в общей гостиной. Мальчишка рвано выдохнул, стараясь отстраниться. Она не отпускала. – пусти. Пусти говорю! – ЭЙ, ЭЙС, ПОДЪЁМ! – пинок Кида заставил четверокурсника грохнуться с кровати и, громко матерясь, потереть шишку. Блядство. Он его смерти хочет!? – Просыпайся, ты своими стонами мешаешь мне вспоминать заклинания! – красноволосый просунул руки в надетую наизнанку рубашку и с проклятиями плюхнулся на кровать, когда железная рука заела, не давая вылезти из рукавов. – блятство! – прекрати орать, – Портгас еще раз потёр шишку и неспеша поднялся, подходя к зеркалу. Весь красный, как рак. Но в целом.. – слышь, железная башка, я красивый? – ага, так бы и трахнул – я серьёзно – я педик по-твоему!? Откуда мне знать? – Юстас сплюнул, – иди ещё туфельки прада нацепи, и будешь самой горячей цыпочкой. Будем падать ниц и целовать твои остроносые боты... – идиот, - беззлобно заключил Эйс, проводя по растрёпанной шевелюре пятернёй. В целом, он вроде не урод, да? Может, какие-то шансы её зацепить есть? В голове опять возникла сцена вчерашнего поцелуя, которая прервалась приходом Володьки. Щёки вспыхнули. – блятство.. – мальчишка прикусил губу, стараясь усмерить ритм бешено бьющегося сердца, – вот же блятство.. Идти на завтрак он решительно не собирался. Нет, видеть сейчас Сирифим равноценно смерти, она небось уже всем растрещала про поцелуй с ним.. Хотя, может, нет? Ей вообще было не всё равно? У него есть хоть малюсенькая надежда, что ей понравилось? Нет, конечно, целуется он не так хорошо, как хотелось бы, но и не новичок в этом деле всё же – слыш, ты идёшь!? – не, захвати мне лучше пару бутеров, я домашку доделаю – а в репу не дать? – осведомился Кид, который явно не собирался быть мальшиком на побегушках для великого и ужасного Портгаса. Но всё же, секунду поразмыслив, расплылся в ухмылке, – должен будешь – договорились, железная башка

***

Конечно же, никакой домашкой Эйс не занялся. Пф, кому нужны эти скучные уроки? Разве его будут ругать? Вместо этого он сходил в душ, погладил форму и даже попытался нормально завязать галстук. Конечно, с последним ничего не получилось от слова совсем, так что мальчишка, плюнув, просто сжал его в руке, в надежде по пути в большой зал встретить спасителя в лице Сабо. Эйрис вздрогнула, когда шатен плюхнулся с ней, отчаянно пытаясь завязать галстук. Пару минут получалось игнорировать его ругательства и шуршание ткани, но потом нервы лопнули – дай сюда, – она развернулась и потянула мальчишку на себя, пока руки превращали помятый элемент одежды во что-то нормальное. Девочка старалась не поднимать на него глаза, но всё равно чувствовала, как щёки предательски краснеют. А Эйс.. Оо.. Парень просто отъехал, бессильно озираясь по сторонам, пытаясь проанализировать, сколько человек видит данную картину. Рот наполнился вязкой слюной. Он сглотнул – с-спасибо – пожалуйста, – Сирафим повернулась обратно к тарелке и закатила глаза, когда Володька полез под стол блевать. Идиот. Мальчишки, что с них взять... Рядом Портгас пихал в себя манку. Нужно было поговорить с ним про вчерашнее. Она так и не смогла понять, что это было.

***

– можно с тобой поговорить? – Эйс непроизвольно покрылся мурашками, когда маленькая ладошка ухватила его за рукав рубашки. Он был готов поклясться, что щёки сейчас красные под цвет шевелюры Юстаса, но ничего не мог с собой поделать. – да, сейчас, – парень чуть замедлился, отделяясь от толпы одноклассников. Занятия как раз закончились. Но где найти место, где никто не подслушает? – нужно тихое место – я знаю одно, – Эйрис потащила его по коридору и остановилась перед большой каменной горгульей. Разумеется, она не будет ему говорить, что это проход для поцелуев. Обойдётся – не знал, что тут есть проход, – Портгас протиснулся за ней в незаметную щель и выдохнул. В проходе было тихо, темно и пахло камнем. – ты.. Вроде как поговорить хотела.. – он сглотнул, шаря по карманам в поисках палочки, – ну давай, это.. Валяй. Ой, нет, прости, не так.. Люмус, – на кончике палочки зажёгся крохотный огонёк, который подсветил его лицо, – я в том смысле, что можешь начинать. Опять как-то грубо, да? – я поняла, что ты имел в виду, – Сирафим облокотилась на стенку, скрещивая руки на груди, – ты вчера.. – она замялась, чтобы нормально сформулировать, но как-то не особо получалось. Сердце стучало как ненормальное. У Эйса вспотели ладони, а аккуратно завязанный галстук внезапно начал душить. – ммм.. Как-то не получается объяснить.. – Эйрис прикусила губу и потёрла переносицу. – ты меня вчера поцеловал, вот Их глаза встретились. В одних стоял немой вопрос, в других – страх того, что что-то нужно объяснять. Признание в любви это, конечно, хорошо, но вот не при таких же обстоятельствах, правда!? – я.. Ну.. – он отвёл взгляд, начиная слишком внимательно рассматривать собственные ботинки. – ну.. Это.. – у мальчишки тряслись руки, из-за чего горящий кончик палочки подрагивал, отбрасывая на стены пляшущие тени. – это.. Ты.. – господи, да целуй ты её уже, чего ты мнёшься!? Чего отлынивать когда уже припёрлись? Дети вздрогнули и одновременно вспыхнули, когда из темноты выплыло лицо их новой старосты, которая явно была недовольна жизнью и, видимо, шла из кабинета Шанкса, где ей опять отказали в сложении полномочий. Вика скучающе зевнула, и подтолкнула Портгаса с Эйрис, да так, что он прижал хрупкое тело к стене. Разумеется, Иванова не заделалась в купидоны, просто пройти нужно было, а то проход узкий, как пизда у девственницы, ещё и эти тут встали по разные стороны – целуйтесь давайте, – она выразительно оглядела их позу, из которой четверокурсник тут же попытался выпутаться, что закончилось весьма и весьма плачевно, – жизнь одна, молодёжь, ну не буду вам мешать.. – староста вылезла из прохода и преспокойненько отправилась по своим делам. Эйс тут же отскочил от подруги назад, прижимая руку к горящему лицу. – прости, я.. – он покрутил палочку в руках, мечтая швырнуть в спину Вики непростительным заклятием, и поднял взгляд на такую же красную Сирафим. – ну это... В общем, я хотел сказать.. – мальчишка собрался с силами, открыл рот и. – пардон, палочку посеяла, – Иванова протиснулась обратно в проход, опять отшвыривая его к противоположной стенке, чтобы пройти. Портгас выдохнул Эйрис в губы, напрягая все мышцы чтобы лицо не коснулось чужих губ, к которым его так милостиво подтолкнули. Староста пошарила рукой по камню, нащупывая потерянную вещь, – ну вот, моя хорошая, нашлась.. – она повернулась к своим несчастным маленьким товарищам и, поняв, что ничего они, дураки, без неё не сделают, впечатала лицо мальчишки в губы Эйрис. – не благодари, заюш, – Вика протиснулась обратно к выходу, ещё раз милостиво прижав их друг к другу, и скрылась с места преступления так же, как и появилась. Громко и бессовестно. Эйс стоял в немом шоке. С одной стороны, он опять это делал. Опять целовался с ней! Да, выкуси, ублюдочная тина! Он выиграл! С другой стороны, хотелось броситься по проходу в кабинет Шанкса и умолять сейчас же его отчислить, ибо такого позора он не переживёт. Карие глаза впились в лицо напротив. Второкурсница стояла всё так же, скрестив руки на груди. Ресницы на её прикрытых веках трепетали. Она не отстаранялась и не отвечала. Просто стояла как статуя. А у Портгаса сердце стучало так громко, что он всерьёз начал переживать за рёбра. Он резко отстранился, втянув в себя ледяной воздух каменного прохода, и моментально выпалил: – прости, она меня сама!.. Эйрис сдвинулась с места. Глаза приоткрылись, с губ сорвался тихий вздох. Рука Сирафим легла к другу на плечо, пока она сама повернулась к выходу, скрывая от него вмиг загоревшиеся щёки – давай перенесём разговор на потом, – девочка поправила сумку на плече, – кажется, сегодня я разговаривать уже не смогу.. – д-да, конечно! Давай перенесём.. – он вздрогнул когда худая спина скрылась вслед за ушедшей старостой и со всего маха врезался в камень лбом. – блять, я идиот.. – руки впились в растрёпанную шевелюру. – идиот, идиот, идиот!.. Господи.. – Эйс прижал большой палец к нижней губе. На коже остался почти невесомый след от прозрачной помады Зато теперь он знал что Эйрис Сирафим пользуется гигиеничкой...