Игры

Бесконечная тишина космоса утомляла своей скукой Рен, что неторопливо жевала вяленое мясо шерстокопа, сидя на потрёпанном диванчике. Только звук детского топота по комнате мешал ей погрузиться в самокопание, в тот самый кошмар, где она снова и снова видела его последнюю улыбку — кривую, разбитую, прощальную. А вот кому сейчас не было скучно, так это Бену. Он бегал от маленькой девочки, за которой волочились длинные рукава жёлтой рубашки. Удивительно, как простая игра могла ненадолго отвлечь столь травмированного ребёнка, позволяя забыть о недавних ужасах и вспомнить, что ему всего лишь десять лет. Сейчас он даже смеялся, звонко, по-детски, когда кружил вокруг дивана, пока мелкие ножки андроида пытались его догнать. — Не получается! — кричала девочка, и в её голосе звучал неподдельный, почти настоящий азарт. — Не догонишь! Ха-ха-ха! — мальчишка играючи уворачивался от её попыток, ловко перепрыгивая через подушки и проскальзывая между стульями. Рен не могла насмотреться на это. На то, как легко было мальчику забыть о жестоком мире, пусть даже на несколько минут. Видя его улыбку, ей будто самой становилась легче. Может, ей тоже стоит попробовать? Вдруг и у неё получится хоть немного сбросить это напряжение, что сжимало грудь стальными тисками? — Ой! — девочка наступила на длинный рукав, пошатнулась и с тихим всплеском упала на пол, запутавшись в жёлтой ткани. — Ахахах! — Бен остановился, уперев руки в бока, и радовался своему маленькому триумфу. — Почему не получается? — спросила андроид, поднимаясь с пола. В её голосе звучало что-то похожее на искреннее недоумение, и это умиляло Рен до глубины души. Настолько, что ей захотелось вмешаться в эту несправедливость и помочь ей одержать победу. — Эй! — Бен звонко смеялся, не замечая, как руки девушки крепко обхватили его, не давая сдвинуться с места. — Так не честно! — Не честно! — тут же подхватила андроид, вскакивая на ноги. Её маленькая ладошка наконец-то коснулась мальчика, и на лице девочки засияла довольная, почти человеческая улыбка. — Теперь не так смешно, да? — Рен и сама не сдержала довольного смеха, отпуская Бена из захвата. — Ты водишь! — шустрый мальчишка не стал терять времени. Легко коснувшись её плеча, он тут же сорвался с места и метнулся в коридор, увлекая за собой андроида, которая с восторженным визгом понеслась следом. — Хах, — выдохнула Рен, глядя им вслед. Потом улыбнулась той самой тёплой, почти забытой улыбкой, которую она прятала от себя самой. Она дала им немного времени, чтобы убежать, а потом медленно, поддавшись этому детскому, бессмысленному, но такому нужному азарту, побежала за ними. Корабль наполнился смехом. Впервые за долгое время. Местоположение неизвестно: Абсолютная темнота, сквозь которую ничего не было видно. Лишь чьей-то монотонное, спокойное дыхание слышалось посреди мрака. Экран компьютера вспыхнул, освещая уставшего, бледного старика, что уснул в собственном кресле. Веки лениво поднялись, обнажая серые глаза, что бегло проходились по тексту. «Приближается старый корабль, грузовой. Что с ним делать?» Пару секунд на размышления и пальцы уже набирают ответ. «Ты серьезно спрашиваешь?» Приятная мелодия уведомления. «Понял» Высокий, худощавый чернокожий мужчина с запоминающимся пышным афро отошёл от терминала. Подворачивая кончик чёрной, растянутой майки обратно за шиворот армейских штанов, он приблизился к стенду с оружием, привычным движением снимая с кронштейна карабин. Второй рукой он прихватил чужой револьвер — блестящий, с лакированной рукояткой и деревянными вставками, — и сунул его за пояс, даже не взглянув. — Хватит спать, деревенщина. Стальная ладонь врезалась в белую ковбойскую шляпу, скрывая недовольное, сонное лицо её владельца. Шляпа съехала набок, из-под неё донеслось невнятное мычание, а затем — хриплый, сонный голос: — Ну ты и сука, Винс. Че, сам с грузовым кораблём уже справиться не можешь? — Поднимай жопу, Рей. Без нытья. Рей спросонья нашарил на столе собственный револьвер. Провернул барабан, знакомые сухие щелчки хлестнули по тишине, прогоняя остатки сна. Он поднялся с продавленного кресла, обвёл взглядом пустую каюту и вдруг понял, они с Винсом остались вдвоём. — Че? А где остальные? — Мики и Алекс вернулись к Солу. Приказ, говорят, какой-то. Так что придётся тебе меня терпеть. Собирайся. Даю минуту. Рей лениво зевнул, нахлобучивая на голову шляпу и подбирая со спинки стула бронежилет. Подошёл к зеркалу, стоявшему рядом со стендом, и уставился на своё отражение. Ничего нового он там не увидел. Всё та же бледная, худощавая рожа с козлиной бородкой на остром подбородке, дурацкая, как всегда. Нити рубцов, что тянулись от глазницы, из которой торчал простенький окуляр, на его фоне здоровый, голубой глаз казался ещё ярче, ещё живее. Пышные, черные волосы, что почти всегда были взъерошенными, едва касаясь его плеч. — Хватит собой любоваться. Пойдём. — Тебе легко говорить, — усмехнулся Рей, натягивая бронежилет поверх чёрной рубашки, даже не застегивая его, будто это была обычная жилетка. — Ты же урод, там и смотреть не на что. Из коридора донеслось: — Идём! Рей поправил шляпу, одёрнул рубашку, бросил последний взгляд в зеркало и усмехнулся своей широкой, неполной улыбкой, без переднего резца. Потом развернулся и пошёл к выходу, на ходу проверяя, на месте ли револьвер. — Слышь, старый. А че за корабль-то? Грузовые здесь не ходят обычно, далеко от их проторенных дорожек. — Вот и спросишь у них, Рей. Прежде чем застрелить, — грубо отозвался Винс, поднимаясь по лестнице наверх и усаживаясь за электромагнитную турель. — Вот не люблю я вас, вояк, всё-таки, — протянул Рей, облокачиваясь плечом о стену. — Грубые мужланы. Он сунул руку в карман своих затертых синих джинсов и вытащил мятую пачку сигарет. Достав одну из двух последних, щёлкнул зажигалкой, шумно затянулся и выпустил облако дыма в потолок. — Ещё есть? — спросил Винс, не оборачиваясь. — Не, — соврал Рей без тени смущения. По его мнению, Винс не заслужил сигареты. — Так че ты меня будил? Где там твой корабль? — На подходе, — невозмутимо ответил Винс, когда на горизонте показался знакомый силуэт звездолёта. — Садись за штурвал, нужно будет подобраться поближе. Рей нехотя отлепился от стены, стряхнул пепел на пол и, не выпуская сигареты изо рта, уселся в кресло пилота. Пальцы привычно легли на штурвал, глаза прищурились, когда он потянул ручку на себя, сокращая дистанцию. Электромагнитная пушка корабля загудела, разгоняясь. Низкий, нарастающий гул заполнил кабину, и Рей ощутил, как вибрация пробежала по всему корпусу. Затем глухой, мощный выстрел, от которого содрогнулись пластины внутренней обшивки, и заряд ушёл в цель. — Свет пропал, — раздался в темноте детский голос андроида. Простой, ровный, без страха. — Рен? — Бен, секунду назад бежавший от неё, теперь шарил руками в пустоте, пытаясь нащупать её тепло. — Рен?! — Я здесь. Её мягкая и теплая ладонь сомкнулась вокруг его пальцев, заставляя дрожь в них замереть. Бен выдохнул, резко, судорожно, как человек, который только что перестал тонуть. — Что произошло? Это они?! — голос мальчика сорвался, и в нём прорезалось то самое, недавнее: дым, крики, бег, смерть. Он снова был там, в деревне, где горело небо. — Темно, — протянула девочка, подбегая к ним. В отличие от людей, она видела в темноте, её голубые глаза сами излучали слабый, едва заметный свет. Она без труда нашла их. — Без паники, — сказала Рен, и в голосе её прозвучала та самая ровная, почти скучная интонация, которая успокаивала Бена. — Корабль старый. Могла просто накрыться электроника. Гравитация и система жизнеобеспечения работают, значит, система перезагрузилась. Скоро всё заработает. Она будто сама пыталась поверить в свои слова. Но маленькие руки андроида уже обнимали её, сжимались вокруг талии с той же настойчивостью, с какой Рен только что держала Бена. Может, девочка просто копировала её жест. А может, видела, как пульс мальчика успокаивался от подобных прикосновений, и решила попробовать на ней. Сработало, если верить дыханию Рен, которое стало глубже, ровнее. Прошло полминуты, может, чуть больше и свет вернулся. Лампы зажглись с тихим, знакомым гудением, разгоняя тьму по углам. Бен выдохнул, и вместе с воздухом из него ушло напряжение, сковавшее плечи. — Вот видишь, — Рен растрепала его чёрные волосы, улыбнувшись той самой тёплой, почти забытой улыбкой. — Всё хорошо. Как же иронично, что именно после этих слов стены содрогнулись от прогремевшего взрыва. Две фигуры в чёрных скафандрах промелькнули в образовавшемся разломе. Оказавшись в грузовом отсеке, они не стали терять время и рванули к захлопнувшейся двери. Винс приложил к замку отмычку, и створки распахнулись, засасывая их внутрь, прежде чем снова захлопнуться за их спинами. — Почему мой скафандр воняет потом? Ты что не стираешь эти штуки? — морщился Рей, выбираясь из тесной оболочки. — С херали я должен стирать твой скафандр?! — парень с афро бросил ковбою револьвер и дробовик, доставая из черной сумки, и Рей лениво подхватил их, даже не глядя. — Потому что стираешь ты лучше, чем стреляешь. Хах! — Рей сам пошутил и сам посмеялся, как у него это обычно и происходило. Его широкая, неполная улыбка мелькнула на бледном лице. — Соберись уже, — Винс смахнул с себя скафандр, доставая из сумки оружие. — Да че собираться-то? Сканер показал две точки. Легче не бывает. — Когда ты в последний раз так сказал, у меня в бедре застрял осколок, — буркнул Винс, защёлкивая магазин. Рей усмехнулся, сунул револьвер за пояс, взвесил дробовик в руке и, не переставая улыбаться, двинулся вперёд, по коридору, где уже не было слышно детского смеха. — Они пришли за нами?! — голос Бена сорвался на хрип, и он отшатнулся от Рен, будто та могла обжечь. Его глаза, расширенные от ужаса, смотрели в одну точку, туда, где ещё недавно был смех, а теперь грохотал взрыв. Он провалился в тот вечер, в дым, крики, бег, смерть. И снова он был там, маленьким, беспомощным, среди горящих домов. — Тише, — Рен присела перед ним на корточки, её ладони легли на его плечи, тёплые, живые, удерживающие его в настоящем. — Не нужно паниковать. Мы просто спрячемся в оружейной. Пойдём, быстрее. Она подхватила девочку, схватила мальчика за руку и поспешила увезти из отсюда. — Тише. — говорила андроид, чувствуя как часто бьется сердце девушки. Что бы Рен ни говорила, как бы ни пыталась держать себя в руках, лишь бы мальчишка не сошёл с ума от страха, её ужас выдавал ритмичный, частый стук в груди. Он отдавался в висках, в кончиках пальцев, в каждом вздохе, который она старалась сделать ровным. Казалось бы, Рен наёмница. Она столько раз была в передрягах, похожих на эту. Она знала, как действовать, когда вокруг стреляют, когда воздух пахнет кровью, когда надо принимать решение за секунду. Её руки не дрожали. Её голос не срывался. Вот только в этот раз ей придётся справляться одной. Без Кайла, который всегда умел импровизировать, вытаскивать их из самых безвыходных ситуаций, даже если для этого нужно было пожертвовать собой. Без его кривой улыбки, которая почему-то вселяла уверенность. Без его голоса, без «Рени» А теперь его нет. И она единственная, кто может защитить их. Единственная, кто не имеет права сломаться. Рен сжала руку Бена чуть крепче, повела детей за собой, и в её груди билось сердце, которое не знало, что делать без него. Но она шла. Потому что другого выбора не было.