Часть 2 Полицейский участок

Турнир закончился оглушающим шумом трибун.

Колетт почти не помнила последние минуты боя. И играла она ужасно: голова была совершенно в другом месте. Она слышала крики команды, сигналы, комментарии ведущих — но всё это звучало будто через воду. Она даже не сразу поняла проиграли они или выиграли. Только по лицам сокомандников стало ясно: матч они всё-таки проиграли. Чувство стыда навалилось итак на больную кучу тревожности. Когда они выходили, тренер тронул её плечо: — Ты сегодня будто не здесь была — сказал он, поджимая губы. — Ужасно, Колетт. — раздражённо бросил кто-то из команды, пока они уходили с площадки. Она ничего не ответила. Глаза были на мокром месте, но было некогда. Она побежала к лавочкам, где был ее телефон. Включила в спешке, и.. замерла. Семь пропущенных. Три сообщения голосовой почты. Два неизвестных номера. В груди неприятно похолодело. Она сразу перезвонила. Гудок. Второй. — Центральный участок, слушаю. — Мне звонили с этого номера, — быстро сказала Колетт. — Аа.. семь раз? На секунду повисла пауза. — Назовите имя. — Колетт. Послышался шорох бумаг. — Да. Ваш контакт оставил один из сотрудников арены. Вам нужно подъехать в участок для уточнения деталей. — Он в порядке? — Жив. Остальное обсудим здесь. И звонок оборвался. "Жив, блядь? Что это блядь значит?!" От этого слова стало только хуже.

***

Полицейский участок встретил её ярким светом ламп, запахом дешёвого кофе и усталостью. Той самой ночной усталостью, которая висит в зданиях, где люди работают круглосуточно. Колетт быстро подошла к стойке регистрации. — Здравствуйте. Я звонила минут 40 назад. Женщина за компьютером даже не подняла взгляд. — Документ. — Что? — Документ, удостоверяющий личность. Колетт нервно полезла в сумку. Она уронила карту пропуска, телефон, какую-то помаду. — Чёрт… Женщина молча ждала. Наконец Колетт протянула документы. Щёлканье клавиатуры. Где-то орали двое мужчин. Мимо прошёл полицейский с папкой бумаг. Телефон на стойке разрывался от звонков. Всё вокруг жутко раздражало. — Подпишите здесь. — Что это? — Подтверждение контакта с задержанным. — Задержанным?.. Sérieusement?.. — Мисс. — Да-да. Она быстро расписалась. — Третья комната по коридору. Колетт почти сразу пошла туда, но у самой двери вдруг замедлилась. Она осторожно заглянула внутрь. Эдгар сидел за столом напротив какого-то сотрудника полиции. Локти упирались в колени. Пальцы зарыты в волосы. Разбитая губа. Ссадина на скуле. Тёмная толстовка в какой-то пыли. На костяшках засохшая кровь. И даже сидя вот так — сгорбленный, уставший — он всё равно выглядел злым. Полицейский что-то говорил ему, но Эдгар даже не слушал. Потом поднял взгляд. И увидел её. На секунду его лицо изменилось. Колетт быстро подошла к нему. — Mon Dieu... Она схватила его за плечи и почти сразу обняла за голову, прижимая к себе. Пальцы запутались в его волосах. С какой-то скорбью. И Эдгар впервые за весь вечер выглядел растерянным. Он медленно поднялся со стула. Теперь они стояли совсем близко. Колетт отстранилась ровно настолько, чтобы посмотреть на его лицо. И её глаза тут же наполнились злостью: — Putain, Edgar, t’es complètement con ou quoi?! Эдгар молчал. Только смотрел на неё тяжёлым взглядом снизу вверх. Как провинившийся ребёнок, который уже понимает, что сейчас будет. — Pourquoi tu fais toujours ça, hein?! — Колетт— — Non, ferme ta gueule! Полицейский за столом резко поднял голову. Колетт уже почти трясло. Она резко ударила его в грудь. — C’est quoi ton problème?! Pourquoi tu dois toujours te battre avec quelqu’un?! Эдгар сжал челюсть. Она продолжала почти на одном дыхании: — Je t’ai demandé de laisser tomber ce type! Je t’ai demandé! Её голос начал дрожать. От злости, от страха, от накопившихся нервов. — Bordel, tu comprends même ce que j’ai ressenti aujourd’hui?! Полицейский уже смотрел на них с явным удивлением от страстей. Половину слов он не понимал, но интонации хватало с головой. — Мисс, — резко вмешался он. — Потише. Колетт даже не повернулась. — Bravo, t’as bien joué. Te voilà au commissariat maintenant. — Мисс! — уже жёстче повторил полицейский. — Здесь не место для семейных разборок. Она резко выдохнула через нос. Она посмотрела немного в сторону, пытаясь успокоиться, и только сейчас она заметила разбитые костяшки Эдгара. Она взяла одну его ладонь в свои. Осмотрела. Кожа сбита почти до крови. Пальцы в ссадинах. Колетт стиснула зубы. А потом тихо спросила: — Это тот парень? Эдгар отвёл взгляд. Несколько секунд она просто смотрела на него. Потом резко выпустила его руку. Будто обожглась. Развернулась, и пошла обратно к столу регистратуры. — Что ещё нужно подписать? Эдгар медленно опустился обратно на стул. И впервые за вечер в комнате стало по-настоящему тихо.