Глава Шестая:Первая Кровь

В клане Хьюга существовала старая традиция. Каждый ребёнок, достигший десяти лет и освоивший основы пути шиноби, начинал выполнять первые миссии. Разумеется, поначалу детям не поручали ничего действительно опасного. Обычно это были простые задания под наблюдением старших членов клана: доставка писем союзным семьям, сопровождение небольших грузов, патрулирование территорий Хьюга или помощь аристократии Страны Огня. Подобные миссии позволяли постепенно привыкнуть к жизни шиноби за пределами тренировочных площадок. Научиться дисциплине. Работе в команде. И постоянному напряжению, в котором жили все шиноби эпохи клановых войн. Старейшины Хьюга считали, что ребёнок не должен расти в изоляции от реальности. Мир за пределами поместья клана был жесток. И дети обязаны были понять это как можно раньше. Однако существовало ещё одно правило. Первая настоящая миссия для всех десятилетних членов клана всегда была одинаковой. Устранение. Не поле боя против вражеского клана. Не охота на сильных нукенинов. Но и далеко не безобидное поручение. Обычно целью становились бандиты, работорговцы, дезертиры или небольшие преступные группы, мешавшие интересам Хьюга и их союзников. Смысл подобных миссий был прост. Старейшины хотели, чтобы дети как можно раньше столкнулись с настоящим миром шиноби. Чтобы поняли цену чужой жизни. Почувствовали страх перед реальным боем. И осознали одну простую истину: Иногда им придётся убивать. Многие возвращались после первой миссии уже совершенно другими людьми. --- Прошло два месяца после десятого дня рождения Тамаши. Небо над лесами Страны Огня было затянуто серыми облаками, а холодный ветер раскачивал верхушки деревьев. Группа из девяти детей клана Хьюга быстро двигалась через лес в сторону границы со Страной Реки. Вместе с ними шли двое взрослых шиноби клана — опытные бойцы, чьей задачей было наблюдать за детьми и вмешаться лишь в случае смертельной опасности. Формально это считалось обучающей миссией. На деле же все прекрасно понимали правду. Сегодня дети впервые должны будут лишить человека жизни. Среди юных Хьюга Тамаши выделялся сразу. Тёмно-красные волосы резко контрастировали с привычной внешностью клана, а сам он был выше большинства сверстников, включая некоторых детей старше себя на пару лет. Лёгкий тёмный плащ слегка колыхался от ветра, пока он молча двигался вслед за остальными. Большинство детей сейчас находилось в напряжении. Кто-то старался скрыть страх за холодным выражением лица. Кто-то слишком сильно сжимал кунай. Некоторые слишком часто активировали Бьякуган, пытаясь отвлечься наблюдением за окрестностями. Но никто не жаловался. Они были Хьюга. А Хьюга не показывают слабость. С самого рождения их воспитывали иначе. Разговоры о долге, жертвах ради клана и жестокости мира шиноби постепенно притупляли обычное человеколюбие. Пропаганда внутри клана действовала тонко, но эффективно. Детей учили не ненавидеть врагов. Их учили воспринимать врагов как угрозу для семьи. Как препятствие, которое иногда необходимо устранить. И всё же… Сейчас перед ними были лишь дети. Даже Тамаши чувствовал неприятную тяжесть внутри. Он давно понимал, что этот день однажды наступит. Мир шиноби никогда не был доброй сказкой. Но понимать это разумом и столкнуться лично — совершенно разные вещи. Один из сопровождающих внезапно остановился на толстой ветви дерева. Остальные мгновенно замерли рядом. — До цели меньше километра, — спокойно произнёс мужчина. — Семнадцать бандитов. Лагерь расположен возле старой переправы. Он окинул детей холодным взглядом. — Ваша задача — устранение. Мы вмешаемся только в случае угрозы вашей жизни. После этих слов лес словно стал тише. Напряжение среди детей резко усилилось. Первым вперёд рванул мальчик с короткими тёмными волосами и активированным Бьякуганом. Акума Хьюга. Почти сразу за ним сорвались и остальные. Ветки деревьев задрожали от быстрых прыжков, а среди леса один за другим начали мелькать силуэты юных шиноби. Когда до лагеря оставалось совсем немного, Тамаши резко сменил направление. Не замедляясь, он ушёл вправо, быстро обходя лагерь через густую часть леса. Он не собирался атаковать вместе со всеми. Слишком шумно. Слишком предсказуемо. Бьякуган позволял ему прекрасно видеть расположение противников. Семнадцать человек. Часовые выставлены плохо. Большинство расслаблены. Часть сидит у костра. Обычные бандиты. Но даже обычный человек способен убить ребёнка. Особенно если ребёнок ошибётся. Тамаши бесшумно переместился по ветвям и вышел противникам в тыл. В этот момент впереди уже началась атака. Раздались крики. Шум драки. Бандиты запаниковали, не понимая, откуда появились дети с Бьякуганом. Тамаши начал действовать сразу. Первый противник даже не успел понять, что происходит. Удар Мягкой Ладони пришёлся точно в область грудной клетки. Поток чакры нарушил дыхание мужчины, заставив его рухнуть на землю. Второго Тамаши вырубил коротким ударом локтя в висок. Третий потянулся к мечу, но скрытая игла пробила кисть раньше, чем он успел вытащить оружие. Следом последовал удар в солнечное сплетение. Мужчина согнулся от боли и потерял сознание. Несмотря на возраст, дети Хьюга действовали удивительно слаженно. Бьякуган давал слишком большое преимущество против обычных людей. Они видели движения противников ещё до удара. Чувствовали направление атак. Замечали попытки бегства. Очень быстро сопротивление бандитов начало рушиться. Некоторые пытались сбежать в лес. Безуспешно. Через несколько минут всё было закончено. Пятнадцать бандитов лежали связанными возле разрушенного лагеря. Ещё двое были убиты сопровождающим шиноби. Во время боя одна из девочек Хьюга потеряла концентрацию и едва не получила удар топором со спины. Старший вмешался в последний момент, мгновенно убив обоих нападавших. Теперь девочка стояла молча, опустив голову и дрожа от пережитого страха. Сопровождающий холодно посмотрел на неё. — Ты колебалась. Его голос звучал спокойно. Слишком спокойно. — На поле боя этого достаточно, чтобы умереть. Девочка ничего не ответила. Испытание для неё закончилось. Следующую возможность пройти первую миссию ей дадут только через год. Старшие уже решили, что пока она не готова стать полноценным шиноби. Однако впереди оставалась самая тяжёлая часть задания. Казнь пленников. Связанных бандитов собрали вместе возле деревьев. Некоторые пытались умолять о пощаде. Некоторые ругались. Некоторые просто молчали, понимая, чем всё закончится. Дети Хьюга стояли напротив них в полном напряжении. Один из сопровождающих спокойно произнёс: — Подходить будете по очереди. Никто не двигался. Тогда старший подозвал первого. — Сатоши. Подойди. Из группы вышел мальчик лет двенадцати. Он уже дважды проваливал подобное испытание. Не из-за слабости. А из-за неспособности убить. Сатоши медленно подошёл к пленникам. Его руки дрожали. После нескольких секунд колебаний он всё же ударил одного из бандитов Мягкой Ладонью прямо в сердце. Мужчина дёрнулся и обмяк. Старший нахмурился. — Этот способ не подходит. Сатоши вздрогнул. — Убей остальных кунаем. Мальчик побледнел. — Если не сможешь сделать этого сейчас… никогда не станешь шиноби. После долгой паузы Сатоши дрожащей рукой достал кунай. А затем резко полоснул одного пленника по горлу. Кровь брызнула на землю. Второго он убил ударом в голову. После этого мальчик молча отошёл назад, тяжело дыша. Многие дети побледнели. Даже несмотря на всё воспитание… подобное оказалось тяжело видеть вживую. Следующим вызвали ребёнка постарше. Тот справился быстро. Потом подошла девочка лет одиннадцати. Она долго стояла перед пленниками. А затем тихо сказала: — Я не могу. Один из старших лишь равнодушно кивнул. Её тоже отстранили. После этого начали вызывать самых младших. — Акума Хьюга. Мальчик уверенно шагнул вперёд. В его взгляде почти не было колебаний. Он молча подошёл к пленнику и одним резким ударом куная вскрыл ему шею. Кровь хлынула на землю. Акума спокойно вернулся обратно. Следующей подозвали Шираюки. Девочка с холодным лицом подошла к пленнику. Один плавный удар ладони. Точный выброс чакры. Разрыв сосудов внутри головы. Смерть наступила почти мгновенно. И наконец очередь дошла до Тамаши. — Тамаши Хьюга. Он медленно подошёл к связанному бандиту. Мужчина перед ним был напуган. Очень сильно. Тамаши видел это по глазам. По дыханию. По дрожащему телу. На мгновение внутри вновь появилась неприятная тяжесть. В прошлой жизни убийство человека было чем-то немыслимым. Но этот мир отличался. Здесь слабость убивала. Колебания убивали. И если он хочет выжить… ему придётся принять правила этого мира. Тамаши медленно достал скрытый кинжал. А затем одним быстрым движением перерезал бандиту шею. Тёплая кровь брызнула на руку. Мужчина захрипел и обмяк. Тамаши несколько секунд молча смотрел на тело. Внутри не было ни облегчения, ни удовлетворения. Только странная пустота. --- Позже тем же вечером двое сопровождающих стояли на одном колене перед главой клана. Просторный зал был погружён в тишину. Слабый свет ламп освещал фигуру Рейгетцу Хьюга, сидящего на возвышении. — Итоги испытания? — спокойно спросил глава клана. Один из мужчин слегка склонил голову. — Из троих детей, проходивших экзамен повторно, двое успешно справились. Рейгетцу молча кивнул. — Среди шести детей, проходивших испытание впервые, четверо показали удовлетворительный результат. Одна девочка провалилась на первом этапе из-за потери концентрации. Один мальчик не смог убить пленника. На лице главы клана ничего не изменилось. Подобное происходило почти каждый год. Испытание существовало не ради жестокости. Оно должно было сломать детские иллюзии прежде, чем это сделает настоящее поле боя. После короткой паузы Рейгетцу вновь заговорил: — Были ли те, кто выделился? На этот раз ответ последовал сразу. — Да, глава. Трое детей значительно превзошли ожидания. Акума, Шираюки… и Тамаши. При упоминании дочери Рейгетцу едва заметно прикрыл глаза. Но никак это не прокомментировал. — Шираюки продемонстрировала отличный контроль Бьякугана и хладнокровие, — продолжил шиноби. — Акума хорошо проявил себя как лидер и боец ближнего боя. После короткой паузы мужчина добавил: — Тамаши действовал иначе. Вместо лобовой атаки он обошёл лагерь через лес и ударил противнику в тыл. Быстро оценил ситуацию и нейтрализовал несколько целей без лишне го шума. В зале ненадолго повисла тишина. Рейгетцу слегка прикрыл глаза. Перед ним невольно всплыл образ Юна. Та же спокойная манера мышления. Та же привычка анализировать поле боя вместо слепого движения вперёд. И тот же взгляд, скрывающий эмоции за холодной собранностью. Глава клана медленно выдохнул. — Он всё больше становится похож на своего отца… — тихо произнёс Рейгетцу. Сопровождающие шиноби промолчали.