Часть 2. Лиана

После смерти отца дом будто стал тише. Не пустым — именно тихим. Раньше по вечерам из мастерской почти всегда доносился стук инструментов, тихое тиканье механизмов и негромкий голос Вернера, который вечно что-то объяснял дочери. Иногда он работал до самой ночи, а Лиана сидела рядом на подоконнике, слушая его рассказы о времени, старых часодеях и древних механизмах. Теперь мастерская стояла закрытой. Мать не хотела туда заходить. Да и сама Лиана тоже почти перестала. Слишком больно. И всё же жизнь продолжалась, иначе на Остале было нельзя. Их небольшой загородный домик стоял на окраине старого посёлка, возле леса. Дом был совсем простой: Светлые деревянные стены, тёмная крыша, небольшое крыльцо, огород и старый колодец. Когда-то отец мечтал расширить участок и построить новую мастерскую, но теперь денег едва хватало даже на обычную жизнь. После его смерти всё стало намного тяжелее. Мать Лианы старалась этого не показывать, но девушка замечала, как та вечерами всё дольше пересчитывает деньги за кухонным столом. Поэтому теперь они работали вдвоём. Выращивали овощи, зелень, ягоды и продавали часть урожая на рынке. Лиана никогда не жаловалась. Хотя руки после огорода постоянно были в мелких царапинах, а спина ныла от тяжёлых вёдер с водой. Но ей даже нравилась эта работа. Она помогала не думать о плохом, особенно по утрам. Особенно в холодные осенние дни вроде этого. Небо над Осталой было затянуто серыми облаками, а сад медленно засыпало мокрыми жёлтыми листьями. Девушка стояла возле кухонного стола и перебирала яблоки для варенья, когда мать устало опустилась на стул. — Лиан, — мягко позвала она. — Можешь набрать воды из корыта? Я тесто поставила, руки в муке. — Конечно. Девушка тут же поднялась. На ходу накинула тёплую шерстяную кофту поверх лёгкого платья и вышла во двор. Холодный воздух сразу ударил в лицо. Огород был большим и немного запущенным после недавних дождей. Мокрые ветви яблонь тихо покачивались от ветра, где-то вдалеке каркали вороны. Лиана медленно прошла по узкой тропинке между грядками. Девушка была красивой — той спокойной, неброской красотой, которую замечаешь не сразу. Белая кожа, густые чёрные волосы, тёмные глаза, тонкие черты лица. Среднего роста, худощавая, немного угловатая. На запястье её правой руки поблёскивал тонкий серебристый браслет. Мать всегда считала его обычным украшением, подарком отца. И даже не подозревала, что на самом деле это часовая стрела. Вернер посвятил дочь тайно – много лет назад. Тогда Лиане было всего пять и она до сих пор помнила ту ночь: старую мастерскую, мерцание часов, голос отца и холод металла на запястье. «Никому не рассказывай», — сказал он тогда. И она сдержала обещание. Даже матери не сказала. Брюнетка подошла к большому деревянному корыту, возле которого собиралась дождевая вода. Зачерпнула ведро. Ледяная вода тихо плеснулась о стенки. И именно в этот момент за её спиной вдруг послышался тихий смешок. Девушка резко замерла. Сердце неприятно кольнуло тревогой. Очень медленно Лиана обернулась и увидела двух незнакомых парней. Они стояли возле калитки. Высокие, мрачные, в тёмной одежде, но помладше нее. Один худой, с холодным внимательным взглядом. Второй — шире в плечах, с насмешливым выражением лица оба брюнеты. И оба выглядели так, будто совершенно не должны были находиться в этом тихом саду. Лиана нахмурилась. — Вы кто такие? Парни переглянулись. — О, — усмехнулся один. — А она симпатичнее, чем я ожидал. — Дир, заткнись, — мрачно бросил второй. Лиана медленно поставила ведро на землю. Пальцы её почти незаметно коснулись браслета на запястье. Инстинктивно и очень осторожно. — Вам что-то нужно? — холоднее спросила она. Первый сделал шаг вперёд. — Лиана Вернер? — Допустим. — Мы пришли за вами. Несколько секунд девушка просто смотрела на них. А потом коротко усмехнулась. — Передайте своему Драгоцию, что мой ответ не изменился. Парни снова переглянулись. — Ну вот, — тихо пробормотал Рэт. — А Рок говорил, что она начнёт сопротивляться. Лиана резко напряглась. — Откуда вы… Договорить она не успела. В воздухе что-то коротко сверкнуло. Часовая искра. Мир перед глазами вдруг качнулся. Лиана дёрнулась назад, но слишком поздно. В висках резко зашумело, сад поплыл перед глазами. Последнее, что она увидела — мрачное лицо темноволосого парня и мокрые листья под ногами. А потом всё погрузилось в темноту. Дир презрительно фыркнул и сложил руки на груди. — Слышал, Рэт? Нас назвали противными. — Это ещё мягко, — лениво протянул второй, прислонившись плечом к стене. — Обычно нас называют хуже. Несколько учеников Змиулана тихо захихикали, наблюдая за происходящим. Кто-то шептался за спиной Лианы, кто-то с любопытством разглядывал её одежду, явно выбивавшуюся из привычной мрачной формы замка. Рок всё это время продолжал молча смотреть на девушку. И чем дольше смотрел, тем сильнее хмурился. Она совсем не походила на тех людей, которых обычно приводили в Змиулан. Не дрожала, не умоляла отпустить, не пыталась понравиться. Даже сейчас, сидя на ледяном полу посреди чужого замка, Лиана смотрела на них с раздражением, а не со страхом. И это почему-то начинало его злить. — Закончили? — холодно произнёс Рок. Смешки мгновенно стихли. В огромном зале снова стало слышно только мерное тиканье часов. Оно доносилось отовсюду: из стен, из длинных тёмных коридоров, из громадных старинных часов под потолком. Змиулан никогда не бывал тихим. Замок будто жил собственным временем, дышал им. Лиана медленно поднялась на ноги, стараясь не показывать, насколько сильно у неё кружится голова. Колени всё ещё подрагивали после перехода. Она быстро огляделась – высокие серые стены, узкие окна, за которыми клубился холодный осенний туман, чёрно-серебряные флаги Драгоциев и десятки настороженных глаз, смотрящих на неё. «Господи…» До неё наконец начало доходить, что всё это — не сон. Отец говорил ей о Змиулане, когда-то очень давно, в детстве. Тогда Лиане казалось, будто он рассказывает страшную сказку. Замок, полный часодеев. Семья Драгоциев, опасные люди, которым лучше никогда не переходить дорогу. И теперь она стояла прямо здесь. — Я здесь не останусь, — твёрдо сказала девушка, поднимая взгляд на Рока. — У меня дома мать одна. — Это уже не обсуждается, — спокойно ответил он. — Очень даже обсуждается! Рок медленно прищурился. Боги времени, какая же упрямая. Дир рядом тихо пробормотал: — Теперь понятно, почему Рок так психовал из-за писем. — Я не психовал, — ледяным тоном произнёс Рок. Рэт кашлянул, пряча усмешку. — Конечно нет. Лиана переводила взгляд с одного на другого и чувствовала, как внутри начинает закипать злость. Её выкрали из собственного сада, притащили неизвестно куда. Ещё и разговаривают так, будто она уже принадлежит этому месту. — Я никому ничего не должна, — резко сказала девушка. — Долги моего отца — не мои долги. После этих слов в зале вдруг стало очень тихо. Даже ученики перестали шептаться. Рок медленно подошёл ближе. Высокий, весь в чёрном, с идеально застёгнутым воротником. Следом за ним по полу скользнула его длинная тень. Лиана вдруг поняла, что он напоминает ей ворона. Не только из-за одежды, еще из-за взгляда – такого же холодного и цепкого. — В семье Драгоциев долги не исчезают после смерти, — негромко произнёс он. — И если твой отец не успел их вернуть, это сделаешь ты. — А если я откажусь? — Ты уже отказалась. Трижды. Ничего не изменилось. Уголок рта Дира дёрнулся в усмешке. Лиана резко повернулась к нему. — Вы вообще нормальные? Людей похищать?! — Не людей, — поправил Рэт. — Часовщиков. — Я не часовщица! — Тогда как ты открыла временной переход у себя в саду три месяца назад? — внезапно спросил Рок. — Не обманывайся, ты – часовщица. Девушка резко замолчала. По позвоночнику пробежал холод. Откуда он знает? Рок внимательно наблюдал за её лицом и сразу понял — попал точно. — Твой отец был куда талантливее, чем казался, — продолжил он. — Он очень хорошо заметал следы. Но недостаточно хорошо. Лиана медленно сжала пальцы на запястье, где под рукавом пряталась часовая стрела. Никто не должен был знать. Никто, даже мама. Отец всегда повторял: «Никогда не показывай силу чужим людям». — Я не собираюсь работать на вас, — упрямо сказала девушка. — Собираешься. — Нет. — Да. — Нет! Рэт тихо прыснул со смеху. Дир закатил глаза. — Они сейчас до вечера так будут? Рок устало прикрыл глаза пальцами. У него с самого утра раскалывалась голова. Сначала отчёты, потом сорвавшийся урок, теперь вот это. Новая проблема в виде черноволосой девушки, которая смотрела на него так, будто готова была вцепиться в горло. И что хуже всего — он уже чувствовал, что спокойствия в Змиулане больше не будет. Вообще. Никогда. — Дир, — холодно произнёс он. — Подготовьте для неё комнату. — В северном крыле? — Нет. Там слишком много свободного доступа к переходам. Лучше южное. Лиана возмущённо вскинула голову. — Я никуда не пойду! — Пойдёшь. — Нет! Рок посмотрел на неё долгим тяжёлым взглядом. А потом вдруг очень спокойно сказал: — Либо ты идёшь в комнату в южном крыле, либо тебя отпределят в подземелье замка. Выбирай. На несколько секунд Лиана просто задохнулась от возмущения. Какой невозможный человек! — Ненавижу вас Драгоции! — процедила она. — Это взаимно, — равнодушно ответил Рок. И почему-то именно после этих слов половина учеников Змиулана едва не начала давиться смехом.