Часть 3. Глава 35 «Эпилог»

      Несколько месяцев спустя       — Ребекка, это уже не смешно, — повторяла Мишель, закатывая глаза.       — Конечно, не смешно! Ты не приезжаешь к нам, а мы скучаем! На носу Новый Год, а от тебя ни слуху, ни духу.       — У меня полно работы, — конечно, Мишель лукавила, потому что вот уже месяц как она практически не работала, а все потому что некий Брэндон Форд решил, что ей нужно больше отдыхать.       — Тогда мы сами с Молли прилетим, — женщина была непреклонна, и это пугало Мишель. Вообще-то, она безумно скучала по родным, но тот факт, что она до сих пор не рассказала им о том, что беременна убивал ее.       — Ладно! — раздраженно выдохнув, сказала она. — Буду ждать у себя, — ну, почти у себя. О том, что Мишель отныне живет у Брэндона, она тоже забыла упомянуть.       Сбросив вызов, она устало потерла переносицу и направилась в гостиную, где закинув ногу на ногу сидел мужчина ее мечты, ну, почти мечты. Убавить бы в нем гиперопеки и трудолюбия.       — Ты так и не сказала? — нахмурился он, отрываясь от бумаг.       — Нет, — фыркнула она и села рядом. — Знаешь ли, это не те новости, которые можно просто взять и сказать.       — А по-моему, это именно такие новости, — он притянул ее ближе. — Или дождешься, когда родишь, а потом неожиданно заявишься с ребенком к родным?       — Когда ты так говоришь, это звучит еще хуже, чем в моей голове.       — Милая, чего ты боишься? — он поцеловал ее в нос. — Ты взрослая девушка.       — Незамужняя девушка! — протестующе, перебила она его.       — Ты издеваешься? Я вчера упрашивал тебя поехать и подать заявление! — Форд недоуменно вскинул брови. — Два раза утром, пару раз по телефону, и один в постели, причем очень долго, — он соблазнительно подмигнул ей.       — Перестань!       — Лапуля, хватит уже сопротивляться.       — Снова это твое лапуля. Как оно мне надоело!       — Ничего не могу поделать, ты у меня только с лапулей и ассоциируешься.       — Кстати, раз на то пошло, ты тоже не сказал ничего Кэтрин.       — Она догадывается, — спокойно сказал он, продолжая вчитываться в документ.       — Она что?       — Напомню, именно она застукала тебя тем утром.       — Боже...       — Расслабься, — улыбнулся он. — Она только и ждет, пока ее сын-придурок исправит всю ситуацию и вернет тебя.       Поджав губы, Мишель удобно улеглась на диване, укладывая голову на колени Брэндону и прикрыла глаза. В голове одна за другой мелькали все события, связанные с несносным голубоглазым блондином: первое знакомство, конфликты, баттл, первый секс, расставание, ссоры, перемирие, снова ссоры, снова перемирие. Как бы она не хотела признавать это, но он занял в ее сердце большую часть места еще тогда, когда впервые назвал ее Лапулей, когда дотронулся до нее, когда поцеловал и когда затащил в постель. На последнем она, конечно, ухмыльнулась, ведь Мишель в тот вечер отдавала отчет своим действиям, самостоятельно принимая решение погрязнуть в этом болоте, ставшем самым чистым озером.              Хореограф даже не заметила, как слегка задремала, и лишь звонок телефона Форда разбудил ее.       Брэндон быстро достал телефон и ответил шепотом, стараясь не беспокоить свою возлюбленную, которая хоть и не работала много, но все равно очень сильно уставала.       — Да, мам, привет, — ответил он, поглаживая Мишель по округлившемуся животу. — Я отлично, как ты?       Будничный разговор снова убаюкивал Мишель, и она бы так и погрузилась бы в сон, если не слова без пяти минут мужа:       — Мишель тоже хорошо, вот лежит возле меня и сладко сопит, — его голос был таким довольным, что невольно захотелось стереть эту наглую ухмылочку. — Нет, я не слетел с катушек, мам, — закатил глаза он, а Мишель уже даже приподняла голову с его колен. — Я не шучу, и я не придурок.       — Обожаю твою маму, — шепнула Мишель и тихо рассмеялась, усаживаясь на диване.       — Она хочет поговорить с тобой, потому что думает, что ее единственный сын поехал кукушкой и уже мысленно представляет тебя рядом, — Брэндон поставил громкую связь и оттуда донесся знакомый голос Кэтрин Форд:       — Если Мишель действительно рядом, то сегодня я позволю себе отметить это и хорошенько напьюсь!       — Женский алкоголизм не лечится, мама, — сказал он и получил затрещину от Мишель. — Ауч! За что? — прошипел он, потирая ушибленное место.       — О Боже! Мишель, ты правда там с ним? — видимо, услышав все происходящее, вскрикнула мама Форда.       — Добрый вечер, Кэтрин, — наконец подала голос хореограф, заставляя женщину по ту сторону телефона прыгать от счастья.       — Черт возьми, я не верю! — голос женщины нервно дергался. — Вы помирились?       — Да, — улбынулся Форд, отвечая на вопрос матери.       — Хвала небесам! Думала не доживу до этого момента! Мишель, милая, я безумно рада услышать это!       — Спасибо. Мы тоже рады, что все так произошло, — улыбнулась девушка, вновь обнимая любимого.       — Дорогой, надеюсь, ты додумался сделать то, что собирался?       — Смотря о чем ты именно, мама, — ухмыльнулся он.       — Я о предложении, Брэндон, — голос женщины стал суровым.       — А, всего лишь об этом, — отмахнулся он.       — Всего лишь? — продолжала она. — Да это единственное, до чего я доживу, о внуках я вообще молчу, — очевидно, Кэтрин закатила глаза.       — Не хочешь отметить с нами Новый год? — вдруг спросил он, поглядывая на Мишель. — Ребекка и Молли тоже приезжают.       — Это даже не обсуждается. Я завершу все дела и сразу же прилечу к вам.       — Отлично, — ответил он. — Тогда до скорой встречи.       — До скорой, дорогой. Поцелуй за меня Мишель, — улыбнулась она и собиралась сбросить вызов.       — Мама, Мишель беременна, — на одном дыхании выпалил он.       — Что? — переспросила Кэтрин, прекрасно расслышавшая, что сказал ее сын.       — Брэндон! — лишь вскрикнула девушка.

***

      Последние приготовления к празднику были окончены. Еще немного и наступит самый долгожданный праздник. Тот, что Мишель любила больше всего на свете.       Кэтрин весь день не вылезала с кухни, помогая беременной девушке готовить, хотя по большей степени она, как и ее сын, пытались отгородить от всех дел Мишель, на что та лишь закатывала глаза и говорила, что она всего лишь беременная, а не больная.       — Представляю, какой для них будет сюрприз, — присаживаясь в кресло, сказала Кэтрин.       — Я надеюсь, они не обидятся, что я не сказала раньше, — Мишель нервно теребила в руках фартук.       — Ну, вряд ли Ребекка закатит скандал, но это действительно может задеть ее. Не понимаю, почему вы никому сразу же не сказали, что сошлись, — прикрыв глаза, сказала женщина.       — Я боялась сглазить, — опустив взгляд в пол, ответила девушка. — Кэтрин, вы простите, но Брэндон человек сложный и непостоянный. Мне самой нужно было убедиться, что он настроен серьезно.       — Поверь мне, больше мой сын не допустит такой ошибки. Он изменился. Очень изменился. Теперь он стал похож на своего отца, во всех своих действиях. Он ответственный и заботливый. Его женщина для него на первом месте, а ребенка он ждет с нетерпением. И это прекрасно, Мишель. Видеть, как мой сын счастлив, с учетом того, сколько трудностей он преодолел. Мое сердце обливалось кровью, когда вы разошлись. Он винил себя каждый день, грозился все бросить и уехать, а потом, стоило наступить очередному утру, он брал себя в руки и боролся. Изо дня в день пересиливал себя и делал свою работу. Я не говорю, что все его решения были обдуманными, но я вижу, что в итоге он счастлив. И ты счастлива, Мишель.       — Да, — тихо сказала она. — Я очень счастлива, Кэтрин. Я люблю его.       Разговор двух девушек нарушил шум ключей в замке. Затем в коридоре включился свет, а затем послышались такие родные голоса.       — Брэндон Форд, я боюсь представить, почему ты завязал нам глаза и куда ты вообще привез нас, я уже молчу о том, почему нас встретил ты, а не Мишель, — слегка нервничая, сказала Ребекка.       — Сын, ну что это за глупости, — в проеме появилась мама Форда.       — Кэтрин? — уточнила Бекка.       Скинув повязку с головы, Ребекка обняла Кэтрин, не замечая в проходе стушевавшуюся Мишель.       — Сестренка! — крикнула Молли, подбегая к девушке. — Я так скучала! — она крепко обняла Мишель, однако сразу же почувствовала живот, обычно несвойственный для своей худой сестры.              Молли ошарашенно посмотрела на Мишель, а затем перевела такой же взгляд на Брэндона, который лишь лукаво улыбнулся.       — Мишель, милая, — завопила Ребекка, бросаясь к девушке. — Неужели сошлись? Я так ра... — она застыла рядом с хореографом, приподнимая брови и прищурено оглядывая слишком свободное бесформенное платье.              — Бекка, — девушка чуть неуверенно делает шаг к тете, но та будто превратилась в статую.       — Ты... — она посмотрела на слегка занервничавшего Форда и Кэтрин, которая в отличие от остальных выглядела расслабленной.       — Я все объясню! — вдруг затараторила Мишель и почувствовала себя провинившимся школьником, получившем двойку.       — Беременна? — сначала тихо выговорила это слова Бекка. — Ты беременна?       — Ребекка, — в разговор вклинился Форд, подходя ближе к возлюбленной. — Я все могу объяснить.       — Кэтрин, — женщина повернулась к почти родственнице, — ущипни меня, — мисс Форд улыбнулась. — Она правда беременна? Мои глаза не подводят меня?       — Прости, — прошептала Мишель, чувствуя, что вот-вот расплачется.       Наконец отойдя от шока, Ребекка дернулась и крепко обняла девушку, всхлипывая уже вместе с ней.       — Боже, я не верю, — она отодвинулась от хореографа и аккуратно положила руку на округлый живот. — О Боже! Милая... Это же.. Это..       Форд, казалось не дышавший все это время, наконец глубоко вздохнул, чувствуя, как онемевшие на мгновение пальцы начало неприятно покалывать.       — Прости, что не сказала раньше, мам, — прошептала Мишель, не скрывая слез, скатывающихся по щекам.       — Я так счастлива, милая. Это самый лучший подарок! — счастливая Ребекка крепко прижимала к себе девушку, то плача, то смеясь одновременно.       Отпустив ее, она подошла к нахальному блондину, так неловко улыбающемуся и крепко обняла, потрепав за щеку, как ребенка.       — Нахал, — сквозь улыбку сказала она. — Ты ведь понимаешь, что после такого должен жениться на ней.       — Мисс Адамс, хочу торжественно сообщить вам, что после Нового года мы подаем заявление, — рассмеялся он и шепотом добавил: — Она наконец-то согласилась.

***

      Pov Мишель       Если вы спросите, что может быть лучше, чем Новый Год в семейном кругу, то я вам с полной уверенностью отвечу — ничего.              Меня зовут Мишель Адамс. Я — известная в прошлом танцовщица и хореограф. В моей жизни с самого начала все пошло вверх дном: смерть родителей, нехватка денег, ночные подработки в ужасных барах. Но затем все изменилось, я встретила их.       

      «Я Джастин. Это Хиро, Брэндон, Джозеф и Кристиан. Я звонил тебе на днях и договаривался о тренировке...»

      Мои размышления прервал звонок в дверь. Ну и кто додумался примчаться почти в Новый год? Мы тут уже бокалы подняли, между прочим.       Бросив взгляд на Брэндона, я встала из-за стола и направилась к дверям, однако мой заботливый жених увязался за мной.       — Мы кого-то ждем? — спросила я, включая свет в коридоре.       — Возможно, — загадочно улыбнулся он и подошел к двери.       Пока я повернулась к подходящим ко мне Кэтрин, Ребекке и Молли, я не заметила, кто именно зашел к нам, но крик сестренки расставил все на свои места, заставив меня затаить дыхание.       — Крис! — буквально пропищала она. — Хиро! — Молли сломя голову полетела к парням, пока я в очередной раз сдерживала слезы, глядя на таких любимых и близких людей.       Обняв Криса, сестренка побежала к третьему любимцу нашей команды, а Кристиан подошел ко мне.       — Иди ко мне, милая! — он крепко обнял меня, поцеловав в щеку. — Я так скучал! Я так счастлив за тебя, — я еле оторвалась от него, глядя своими заплаканными глазами.       — Я безумно соскучилась! — вновь уткнувшись ему в плечо, прошептала я.       — Ну все, хватит обниматься с моей женой, — подал голос Брэндон, но тут же был перебит Хиро:       — Давай, не ревнуй, уже достал всех своей ревностью. Мишель, иди сюда, обниму тебя, — парень так же крепко, как и Кристиан, обнял меня. — Беременность тебе к лицу, Мишель.       — Ну же, скорей! — вдруг крикнула уже из комнаты Молли. — У нас мало времени, быстрей!       Взяв за руку своего жениха, мы ускорились, забегая в уютную гостиную, где уже вовсю орудовали Кэтрин и Ребекка, ставя ребятам дополнительные приборы и стулья.       — Десять! — начала обратный отсчет сестренка.       — Мишель, — прижавшись ко мне, прошептал блондин, — я люблю тебя, больше жизни, слышишь меня?       — Семь, — подхватили ее остальные.       — И я тебя люблю, Брэндон Форд. Ты навсегда мой!       — Пять!       — Обещаю, после праздника, стоит нам очутиться в нашей спальне, я еще раз напомню, почему еще ты меня любишь!       — Три!       — Невыносимый! — улыбнулась я.       — Зато твой. Навсегда.       — Ура-а-а! — хором прокричали все, стоило наступить новому дню, а Брэндон нагло притянул меня к себе и поцеловал меня, вкладывая всю свою нежность и любовь в этот поцелуй.       Радостные крики, хлопушки, салют на улице — вокруг была жизнь. Та самая, которую хотелось прожить. Та, где ты любишь и где ты любим. Та, где каждое утро ты будешь просыпаться с красивым блондином, укравшим твое сердце. Такую жизнь я люблю. Да, определенно, люблю. И люблю тебя, навсегда мой Брэндон Форд...