3.17. Услуга за услугу

      Всякий шпион сказал бы, что слежка ночью предпочтительнее дневной, потому как, несмотря на необходимость более тщательного поиска своего несчастного объекта, сам выслеживаемый сделать может мало, даже в нашем продвинутом девятнадцатом веке. А уж в пределах индийского острова, где керосин считался ресурсом дефицитным, и подавно. Тем не менее яркий свет луны этой ночью помогал шпиону обходиться без какого-либо фонаря. Кроме того, он озаботился тем, чтобы его не увидел демон своим внутренним зрением, и надел защитный артефакт.       И Себастьян не заметил его сначала. Он уложил графа спать, и только нутром почуяв неладное, вышел на небольшой балкон комнаты. Осмотрел двор перед собой: огромная южная луна отражала свет в полную мощь, так, что у вещей были тени. Никого в пределах километров вокруг, до самой реки. Только ветер шумел, покачивая кусты и деревья, заставляя звучать каждый камешек и шевелиться любое темное пятно. Кроме одного. Одна тень была слишком уж темной и неподвижной, а потом и вовсе блеснула чем-то.       Дворецкий вошел обратно спокойным шагом, словно бы ничего не заметив. Но тут же молниеносно спустился к выходу из дормитория, надеясь, что шпион все еще там и не успел дать деру. Хотя, если бы и успел, мало кто мог бы опередить демона в догонялках. Здесь же он снова вышел показаться, как бы невзначай приманивая разведчицу к себе. О, это несомненно была «она» — вокруг здания демон успел отметить несколько небольших следов на тонком каблуке. Обувь с таким каблуком носил здесь только граф, но у него была меньшая длина шагов и размер обуви, так что стало очевидно, что это кто-то достаточно высокий и, скорее всего, женщина.       «Ведь если бы это был Грелль, он бы от меня не прятался, верно?» — Себастьян саркастично вздохнул, словно бы успел устать только от упоминания имени жнеца.       Казалось, шпионка не чувствовала подвоха и продолжала за ним следить, так что он зашел за угол двора и, скрывшись из виду снова, взобрался на ограждающую обитель стену — достаточно широкую, чтобы по ней можно было пройтись по линейке. Прогулочным шагом он подобрался к «тени» так, что оказался вне ее поля зрения, но сам мог, присев на корточки, удачно ее разглядеть сверху вниз. Его догадка подтвердилась.       — Вы кого-то ищете, синьора? — прошептал он, вдруг оказавшись у ее уха.       Ведьма ахнула. Она воткнула в него кинжал, тут же вскочила и бросилась наутек. Себастьян усмехнулся — это был знакомый нож. Таким ударом в живот нельзя было бы просто обездвижить человека, но в условиях обители, окажись вместо демона кто-то другой, это к утру стоило бы ему жизни.       Быстрые отрывистые шаги удалялись. Себастьян встал и прислушался — к берегу, к мосту. Она уже была близка к джунглям у спуска, и дворецкий пошел за ней, регенерируя рану. Его шаги звучали странно громко для травянистой поверхности, и он знал, что она слышит их уже в нескольких десятках метров, и отрывисто дышит, казалось, от испуга. Демон был чрезвычайно медленным, создавая обманчивое впечатление, что совсем не преследует. Потому как к моменту, когда она вышла на дорогу к мосту, его шаги были уже совсем близко, и ведьма свернула на склон леса, по-видимому, желая то ли срезать, то ли запутать его.       Моргана спрыгнула вниз ценой своей обуви и одежды, частично порвавшихся при столкновении с каменистой почвой. Она съехала по склону практически на спине; в ужасе попятилась назад на локтях, когда оказалась слишком близко к воде.       Демон легко спрыгнул, оказавшись доминантно стоящим перед ней, лежащей практически плашмя на земле. Ведьма в испуге замерла.       — Мост был в другой стороне, синьора. — он оглядел ее, в земле и траве, чуть брезгливо. — Совсем не бережетесь.       Моргана хотела тут же снова бежать и уже попыталась встать, но он громко цикнул, заставив ее замереть.       — Вы в действительности решили, будто я так просто отпущу вас? — он скрестил руки на груди и посмотрел на неё с уверенностью и спокойствием охотника, поймавшего добычу.       Ее следовало убить, как лазутчицу, но Себастьян считал такие методы опрометчивыми. Вместо того, он протянул руку и помог ей встать, не без удовольствия наблюдая ее презрение в глазах. Теперь, когда карты были раскрыты, не было нужды выдавливать из себя дружелюбие, к тому же, они оба видели друг друга в порту. Во всей этой схеме нераскрытым оставался только мотив.       — Скажите мне, синьора, зачем вам эта связь? — она попыталась выдернуть руку, но он не отпускал, — Вы работаете на него, но что хотите получить взамен? Не думаю, что вы идейный борец, да и что-то мне подсказывает, что вы так же подневольны.       «Так же».       — Боюсь, ты понятия не имеешь, кто ваш противник. И раз уж ты меня поймал, предлагаю оплатить должок, который числится за тобой уже некоторое время.       — Какой «должок»? — он напрягся.       — Тогда, в порту. Я отпустила тебя. — ведьма улыбнулась и вдруг притянула его к себе за ту самую руку, — Ты и этот глупый пиратишка могли быть пойманы в ту же неделю, не выезжая из Лондона, но я дала тебе шанс. Ты бы и пикнуть не успел, пока сундук был рядом, а ключ у меня.       — Почему же? — он улыбнулся ей в ответ и также вперился в нее взглядом, словно они играли в гляделки, — Что заставило вас так поступить, синьора?       — Я просто… — она на секунду замолчала, переведя взгляд с его глаз на губы, а потом вернулась, — Люблю играть.       — О, я понял. — он отстранился и даже слегка закатил глаза, — Вы тоже «гений сделок», непризнанный.       — А что, не похожа? — она раздраженно дернулась, но быстро охладела, — Я просто ведьма в передвижном доме, к которой обращаются за помощью, в том числе и ты. Неблагодарный.       — Так дом передвижной? — он проигнорировал последнее обвинение, — Я заинтригован: он здесь?       — Где-то же надо хранить артефакты.

***

      — Напросился же… — буркнула ведьма и впустила его внутрь.       Демон снова был на пороге ее дома, как и тогда. Снаружи здание было похоже на местные развалины, но стоило войти, как их ждала та же самая прихожая, с растениями в больших горшках и лестницей под самую крышу. Моргана наблюдала за его реакцией не без удовольствия — дворецкий молча разглядывал помещение.       — Да, выглядит точно так же, знаю. Не очень люблю перемены.       — Хм… — на его лице был задумчивый интерес, — Занятно. Впервые наблюдаю такую специфическую магию.       — Не сомневаюсь, что ты смог бы так же, если бы захотел.       — У меня нет необходимости в крыше над головой. — Себастьян пожал плечами.       Моргана бросила плащ-накидку на банкетку, стоявшую у входа, и пригласила его внутрь, в гостиную. Это был небольшой зал с витражным окном, чуть прикрытым темными шторами; повсюду висели небольшие картины и вырезки из учебников анатомии и ботаники, особенно у книжных стеллажей. В центре зала даже висели трофейные оленьи рога, а под ними — небольшой диванчик, обитый бордовым бархатом. Она села в такое же кресло напротив него, и пригласила присесть. Но демон остался стоять почти у входа, рассматривая окружение.       — Так какова же была цена за ваши услуги, синьора? — он перевел тему обратно.       — Снова ты шарманку завел…       — Моя профессия — исполнять желания. — он совсем уж жутковато улыбнулся и подошел к ней ближе, наклонившись к лицу, — И я уверен, что в своей области являюсь несомненным специалистом, как бы обесценить мои заслуги ни пытался нынешний господин. Так что уважьте, даже если я не смогу выполнить ваше пожелание, то хотел бы узнать, за что вы были готовы себя «продать» кучке каких-то высших приматов.       — Ты недооцениваешь своих соперников, пугающе недооцениваешь. — она саркастично улыбнулась, понимая, как он далек от осознания, с кем имеет дело. — И то, что мне пообещали, выполнить кто-то вроде тебя не способен вовсе. Сядь же, меня напрягает, как ты стоишь над душой.       Демон выпрямился и прошел пару шагов вдоль гостиной, сцепив руки за спиной. Когда он снова развернулся, Моргана увидела, что он улыбается.       — Я бы с удовольствием поверил, что дни наши сочтены, и не пришел самовольно в логово врага, но что-то мне подсказало, что отпустили вы меня из порта по иной причине. Зачем же вам препятствовать поступлению сведений к вашему начальнику, если только вы не…       Демон сощурился и оглядел ведьму двусмысленно. Чуть улыбнулся даже. Она иронично ответила:       — Послушай, если ты думаешь, что нравишься мне, то мне искренне тебя жаль.       — …Зачем вы забрали мой дневник? — спросил демон вдруг требовательно.       — С чего ты взял, что он у меня? — Моргана вспылила.       — Вы заврались. — он прошел мимо стен с картинами и провел по ним рукой, — Вы слишком долго пытались доказать другим, что с вами все в порядке. В первый раз вы ждали меня и неплохо покопались в моей голове, это я помню. Тогда я ничего не заметил, но… Здесь что-то не так. — он вытянул руку и указал в сторону шкафа. — Дневник ведь там, верно?       — Как ты… Все вещи скрыты… — она встала и обернулась на секунду, но убедилась, что книги стоят плотными рядами, — Да ты наугад сказал!       — Как вам ваш дом? Опишите мне его. — он обвел комнату взглядом, — На чем вы сидели сейчас?       — К чему ты клонишь…       Внутри все похолодело. Моргана стала озираться по сторонам, пытаясь понять, о чем он, но все было как обычно. Гостиная была такой же, какой она ее помнила много лет.       — Здесь… я…       Себастьян оглядел ведьму патетически и выставил перед ней кисть руки, чтобы она точно могла увидеть, что происходит, — и щелкнул. Мгновенно все потемнело. Желтые лампы перестали гореть, только свет луны пробивался сквозь… окна?

…

      Нет, скорее пробои в стенах. Никаких штор. Ни одного ковра. Вместо шкафа — груда сложенных досок, на одной из которых лежит маленькая книжечка. Все покрыто пылью, везде разбитое стекло и куски балок. Вместо любимого кресла — ящики с индийской грязной краской.       Это были заброшенные руины с местами дырявой крышей.       Вдруг в голове стали возникать моменты, где она грелась у дыры в стене вместо камина и никак не могла просохнуть, как она кормила кошку с пола, как спала на перине, отчего-то невыносимо жесткой… У нее никогда не было красивой посуды, и никогда не было хорошей еды. Что же она ела?       — О боже, — ведьма осела на пыльный пол, прикрыв рот руками, — Что ты наделал…       — Боюсь, лишь убрал лишнее. — он прошелся по пустой темной комнате, отзывавшейся эхом на каждый шаг, — С самого начала, как вы впустили меня сюда, я видел только это.       «Занятно. Впервые наблюдаю такую специфическую магию».       — Вы правда думаете, что ваши нынешние начальники не воспользовались бы тем, что вы ничего не понимаете? — он подпер подбородок рукой, — Скажите мне, Моргана, о чем вы еще себе лжете? Вы знаете, кто вы? Почему вы не узнаете себя на фотографиях?       — Откуда ты знаешь… — прошептала она, потерянно вперившись в пространство перед собой.       — Вы сами мне сказали, что выглядите как на аквафорте. Но вы на ту женщину совершенно не похожи. — он подошел к книжечке и раскрыл ее, — А вот, собственно, и оно.       В середине его записей вместо закладки лежал обрезок фотографии, где была Моргана, но в светлом парике.       — Дайте предположу. Это фотография с того раута с кабинетом министров, верно? Вырезали себя оттуда, настолько вам показалось ваше лицо незнакомым и неприятным. Узнаю интерьер в углу. Вы и были тридцать третьей. Вы пришли с принцем.       — Я не… — она подняла на него взгляд, приготовившись защищаться.       — Бросьте. Это единственное, что связывает вас с Орденом и кабинетом министров. Очевидный факт. Итак, вы пришли с ним на тот вечер, и вашей задачей было избавиться от лорда Мэттьюса… Что же вы сделали? Конечно, сначала вы мило беседовали, притворяясь спутницей принца; Его Высочество лапал вас и говорил мерзкие вещи, но вы терпели…       Моргана поморщилась, вспоминая.       — И тут вдруг вам выдалась возможность оказаться с ним наедине. С престарелым министром. — он вдруг оказался напротив нее, сидя на корточках, — Что же вы сделали, синьора?       Она только смотрела на него, и лицо ее постепенно искажалось трудно скрываемым плачем.       — …Я не помню…       — Что ж, мне придется вам напомнить.       Дворецкий встал и сделал пару шагов в поисках чего-то. Он обнаружил в пробоине — которую она считала подоконником — большой, около метра в длину, кусок стекла, и стряхнул с него осевшую грязь. Это некогда был «медный поднос для сушки».       — Это импровизированное зеркало. Хотите посмотреть? Оно единственное из всех зеркал покажет вам правду.       Моргана пригляделась. Заплаканная, местами в пыли, но такая же, как прежде.       — Что вы видите?       — Ничего того, что не увидела бы раньше, — она даже чуть улыбнулась себе, — Красавица… Все завидовали мне в городе. Меня называли «Белла», а имя «Моргана» мне дала уже Мать после изгнания.       — И все здесь по ошибке решили, что у вас валлийское имя… А оно образовано от слова «смерть».       Моргана проигнорировала его уточнение, продолжая рассматривать себя.       — Зеленые глаза, оливковая кожа, есть немного веснушек… Конечно, в отражении я узнаю себя. Прекрасная волшебница, все кругом улыбались такой красоте. — она резко перевела взгляд на него, — А где же твоя улыбка, Дьявол?       — Ты прекрасна, Моргана. — он улыбнулся и развернул зеркало обратно к себе, — Я уже некоторое время не использовал свои возможности столь открытым способом, но должно получиться.       Демон протер поверхность стекла рукавом пиджака, и его поверхность чуть засветилась, и тут же потухла. Некоторое время смотря на него тяжелым взглядом, он все же развернул поверхность листа к ней.       — Взгляните снова.       — Что ты пытаешься сделать? — она прищуренно посмотрела на него, — Многовато действий, для того, чтобы…       Ее взгляд упал на свое отражение. На секунду замерев, как бы замер кролик перед удавом в паническом ступоре, в следующий миг она закричала в ужасе.       — УБЕРИ!       Ведьма вскочила и выбежала в коридор. Остановилась там же, с трудом опираясь на стену. Челюсть дрожала, а на лбу проступил пот. Вдохи и выдохи получались прерывистыми, а голова кружилась. Себастьян подошел к ней со спины, наблюдая, как она дрожит. Моргана не выдержала и сорвалась на рыдания, сдерживая крики руками.       — Это не я… — тут ее прерывали подступающие всхлипы, — Это не могу быть я… Ты лжец…       — У меня нет причин вам лгать. Обычно мне платят за ложь, а правду я показываю бесплатно.       Обдав Моргану холодным взглядом, Себастьян схватил ее за руку и вбросил обратно внутрь так, что она не смогла удержаться на ногах, и только постаралась упасть на колени подальше от зеркала.       — Так что вы сделали с кошкой? — таким же ледяным тоном спросил он, — Дайте угадать, сожгли ее заживо? Удивительным образом некоторые люди не в состоянии прекратить творить отвратительные вещи даже после смерти.       Ведьма все еще тряслась и плохо собирала слова в предложения:       — Но я… не умерла… Меня спас…       — …Что же вы сделали?.. — демон ходил вокруг нее кругами, — Ошиблись в ритуале, решили заняться черной магией?.. Думали, что вас спасет… кто?       Она дрожала, но молчала.       — …Подождите… Мы? — его голос вдруг приобрел десятки оттенков чужих голосов, но тут же стал обыкновенным, как прежде, — Решили, что кто-то станет вас спасать за все то прекрасное, что вы сделали для своего города? Вы правда думали, что кто-то из нас вручил вам магические умения? — он еле сдержался, чтобы не расхохотаться, и присел прямо перед ней на колено, убедившись, что она смотрит ему в глаза, — Знаете… Ваша душа похожа на кусок гнилого мяса, изъеденного опарышами. Вы собрали на себя всю грязь потустороннего, которая только смогла к вам прицепиться и поедать по кусочку живьем. Вы все еще удивлены, почему у вас провалы в памяти? — он презрительно покривился, — В вашем сознании проходной двор, и каждый раз, когда одной из этих сущностей становится вас недостаточно, они завладевают вами. А так как получить чужую душу невозможно без согласия, им остается только поедать человеческую плоть. От вас несет мертвечиной. И только благодаря этой мертвечине вы еще в состоянии ходить и говорить, так как ничего другого вы не едите. Хотите пройти на «кухню» этого прекрасного дома?       Себастьян насмешливо подал ей руку, но она отстранилась еще дальше от него, как от проказы.       — Я бы посмотрел на ваши запасы. — он встал и чуть отошел, — …Вы выпотрошили премьер-министра в тот вечер прямо на полу, не удосужившись перед этим хотя бы убить, и сожрали его внутренности, как голодная дикая собака.       Она не выдержала подробностей и вдруг возникшей перед глазами картины того вечера: залитые кровью ковер и обивка дивана, попытки кричать… Ее стошнило.

***

      Обитель Гхорамара.       Сиэль вертел в руках несколько раз сложенную и расправленную бумажку. Это была телеграмма от пирата, пришедшая менее чем через неделю после убийства им Габриэле Денаро с кратким отчетом о произошедшем. С полчаса назад приходил Каран с почтой (ее присылали на его имя), и граф попросил передать приветственное письмо губернатору Лансдауну. Тем не менее, он не был уверен, что они еще будут здесь к моменту, когда Хокинс придет за своей наградой.       — Как думаешь, сколько времени лорду понадобится, чтобы рассмотреть под лупой личное прошение Ее Величества, и выдать каперское свидетельство?       — Не смею знать. — дворецкий аккуратно поставил чашку перед графом на стол, и довольно загадочно добавил, — Я хотел бы предложить вам прекрасный вариант перемещения в престижный отель в Белом городе… Как скоро вы сможете там встретиться с вашими заклятыми друзьями, я полагаю.       Фантомхайв пригляделся к демону.       — О, и ты знаешь, какой именно отель нас интересует? — он хитро улыбнулся и поднял чашку, чтобы вдохнуть аромат, — А загадками говоришь, должно быть, набивая цену своей информации. Как достал ее? Натурой, как всегда?       Дворецкий ничего не ответил и лишь посмотрел в собственное отражение в начищенном серебрянном ножичке для масла. Тут дверь резко раскрылась, хлопнув о стену:       — Какого черта ты расселся в моем кабинете, сопляк?! — подбоченившись, встала в проходе Эрскин.       — Действительно, — Сиэль поставил чашку на блюдце, не отреагировав на женщину, — Нам следует переезжать уже.