Часть 1

      — Расскажи-ка, что вы делали в совятне.       Лицо Кэрроу в сантиметрах от моего, я чувствую его дыхание, и меня тошнит. Дым табачный Сириус, как мне…       — Легилименс, — шепчет Кэрроу. Я ничего не чувствую. Дым Дым Дым Дым       Кэрроу шарахает ногой о стол, злой, как хрен с уксусом; ему хоть бы черт — а меня накрывает волна белого шума.       — Я. Зову. Снейпа.       Меня должно было это напугать, но там внутри страх уже не страх, а азарт и холодная ярость.       Окно в кабинет тёмных исскуств открыто нараспашку, и от туда дует тёплый ветер. Я хочу на улицу. Выйду Выбегу Тело брошу в улицу Дикий, обезумлюсь, отчаяньем иссечась       В кабинет входит Снейп. Дым табачный воздух       Вальбурга считала, что у Блэков голубая кровь, но вот она, красная, бежит из носа, и я подтираю её пальцами.       — Ученики ничего не творят, так вы уже на преподавательский состав переклячились?       — Да какой из этой… преподаватель? — я слышу шаги Снейп у себя за спиной и закрываю глаза — Ни черта она не преподаватель, небось шпионка для Ордена, вон, пишет…       — Ты сомневашься в моей компетенции, Амикус? Пусть пишет сколько вздумется, отправить всё равно ничего не удасться — над Хогвартсом уже месяц как барьер.       Во дворе жгут листья, и я едва слышу запах дыма. Дым Дым Дым табачный. — Шагом марш за мной, профессор. У меня для вас особое наказание. Посмотрим, что вы там наваяли. Смотрите, директор Дым табачный Лиличка       У Снейпа лицо не дрогнет.       Я предпочитаю зло знакомое. Бортик снейповской ванны холодный. Весёлая войнишка.       Так говорил Грюм. Когда он умер, я не удивлялась и не плакала — слез не осталось. Сириус, как мне без тебя… Дым.