Приоткрытая ширма

***

      За окном царила обычная, довольно серая погода раннего утра. Японская Империя устало зевнула и взглянула на настольные часы. Сегодня у неё была последняя смена за Третьего Рейха, потому она решила отработать прошлым вечером и ночью, дабы вернуться на родину окончательно, не тратя время на поездки туда-сюда ради пары часов. Сейчас она со спокойной душой расставляла все папки, что использовала за эти дни, обратно на свои законные места, заодно немного прибирая пыль с полок, которыми немец видимо не любил пользоваться. В общем, утро выдалось спокойным и размеренным, сзади японки уже начинала остывать чашечка кофе и девушка уже мысленно попивала напиток, разглядывая довольно интересный вид за окном.       Обычно на площадке штаба Третьего Рейха всегда было оживлённо, но не сказать, что весело. Все были заняты своими обязанностями, вообще азиатка могла отметить искреннюю трудолюбивость местного народа. Её работники конечно тоже славились переработками, но до идеальности немецких рабочих им ещё как до луны. Японская Империя вздохнула с лёгкой улыбкой, кажется она уже успела соскучиться даже по своим часто рассеянным, но таким старательным жителям, что смотрели на неё как на минимум посланника божьего. В мечтательных раздумьях та случайно схватилась не за ту папку и даже открыла её. «Это ещё что такое?!», — с тревогой пронеслось в голове у немного ошарашенной девушки. На чёрно-белой фотографии с отчёта было чётко видно человеческое тело с… неполными внутренностями. От такой картины многим бы захотелось блевать, но Империя за свои годы ещё как приспособилась к виду и даже запаху трупов, однако именно этот определённо уже труп вызывал у неё волну мурашек. Возле вскрытого мужчины вокруг копошились люди в белых халатах и японке искренне хотелось верить, что это операция на спасение жизни этого человека. Спустя пару мгновений девушка точно привела себя в порядок и закрыла папку, даже не став вчитываться в текст. Её это во всяком случае не касалось. Фюрер явно дал понять ещё на первом дне какими папками той следовало пользоваться. Хоть ограничений тот и не ставил, но Империя отлично понимала, что ей нужно знать ровно столько же, сколько он позволяет. Да и что такого странного в фотографии с операционного стола? Скорее всего обыкновенная медицинская сводка, а изображение для подтверждения проведенной процедуры. Ничего более. Да даже если это и не так, то чего только может не происходить на оккупационных территориях? Лично её воины бывало отрубали головы и вешали прямо у её ворот. ЯИ тяжело вздохнула и уселась на кресло, потянувшись к чаю.       Что ж, спокойное ясное утро омрачилось парочкой туч, но азиатке хватило воли, чтобы вновь вернуться в прежний настрой. Она снова взглянула на часы, конечно же прошло всего пару минут, однако увидеть, что время всё-таки идёт и родные края совсем не за горами, было очень приятно. Японка раскинулась на кресле и прикрыла глаза: свежий воздух поступал из чутка приоткрытого окна, аромат дорогого кофе одурманивал разум, а приятные мягкие лучи солнца вовсе уводили девушку в страну Морфея. Та бы так и заснула на жёстком кресле своего фюрера если бы в кабинет не постучались Италия с Австрией. Они захотели передать пару вестей со своих границ фюреру как можно скорее, а ближе всех встреча с ним светила именно Японской Империи. Азиатка спокойно выслушала их и сказала, чтобы те все же отдали свои отчеты в письменном виде, они немного поупрямились, но одного холодного взгляда Империи хватило, чтобы те быстро сообразили, что да как. Все дела по-тихонько решались, а время шло неумолимо. В конечном итоге, девушка наконец стояла напротив выхода из уже надоевшего штаба, сопровождаемая лишь лёгким ноябрьским ветром. — Время вернуться домой.

***

      Сразу на пороге в резиденцию она должна была встретиться со своим союзником, дабы обсудить опыт своеобразного отдыха, однако Рейха нигде не было и девушка уже начала волноваться не случилось ли с ним чего. Нет, конечно же здесь ничего не представляло опасности её дорогому другу, но всё же после последнего случая пару недель назад, та начала беспокоиться об его влиянии. К облегчению японки, Третий Рейх не заставил себя долго ждать и его недовольную гримасу девушка заприметила ещё издалека. Тот быстрыми шагами шёл к её направлении, и признаться, складывалось ощущение будто над ними буквально парили грозовые тучи. Фюрер явно не в настроении. Но что могло взбесить его в такой день? — Мой фюрер, вы наконец прибыли, — с небольшим придыханием сказала азиатка, с радостью глядя на нациста, что уже остановился и пристально смотрел на неё, в прочем как и всегда. ЯИ принадлежала к той небольшой группе, что выдерживала его взгляд, но сейчас даже ей стало неудобно от этого, ведь она даже не знала причин его недовольства. — Благодарю за констатацию очевидного факта, — пренебрежительно ответил тот, скрестив руки и отведя грозный взгляд в сторону откуда пришёл. — Что случилось? — прямо и серьезно спросила Японская Империя, также переведя взгляд на объект его внимания. Кажется он смотрел на какую-то отдалённую фигуру, но девушка не могла разобрать даже какого оно было пола или расы. — Да так, разбирался с твоим надоедливым гостем, — также раздражительно ответил нацист, сделав странный акцент. Азиатка смотрела на него спокойно, но на моменте странного акцента всё же позволила себе возмущенно приподнять бровь. — У меня не должно было быть никаких гостей, — недоуменно ответила девушка, уже начиная напрягаться. Всё опять приобретало странные нотки. Ну почему каждая встреча с ним должна быть такой? — Ничего не знаю. Сама разбирайся с этим, — уже спокойнее сказал Рейх, кажется собрав себя, вновь проявляя некий оставшийся в нём аристократизм. — Во всяком случае, я довольно спешу. Так что если тебе есть что мне сказать или передать, то сделай это прямо сейчас.       Японская Империя сразу вспомнила о послании Италии с Австрией, передав их, она явно повысила настроение фюрера, что сразу даже воодушевился. Все же ничего не вовлекает его так, как это делает работа. Японка конечно рассчитывала на более продуктивный диалог, который мог бы закончиться приятной беседой у барной стойки, где тот наконец бы сказал, что понял её нелепые слова про луну. Но кажется он уже и забыл об этом.       Находясь в шатком душевном состоянии, девушка поплелась в сторону своей резиденции. Ранний настрой был убит к чёрту, так что в душе стояла лишь какая-то странная опустошенность. Нет, ей не было грустно, это было бы слишком по-детски, просто резкий градус с позитивного на абсолютно нейтральный вводит в ступор. Однако Империя не забывала и про незваного гостя, что также стоял на одном месте, видимо безмятежно разглядывая местные виды, совсем не ожидая, что прямо сейчас на него мчится мрачная хозяйка имения. Чем ближе та подходила, тем сильнее убеждалась в наглости гостя, что скорее всего уже давно заметил приближающуюся Империю и не почтил её честью хотя бы на шаг сдвинуться к ней на встречу.       На самом деле, распознав в наглом госте не менее наглого американца девушка даже не удивилась. Конечно же, кто ещё кроме него посмеет заявиться в чужие земли без приглашения и даже не предупредив. Она мнгогозначительно взглянула на него, выражая вселенское недовольство лишь в одних чёрных, как бездонная дыра, глазах. США же радостно улыбнулся, протянув ей странное соображение из цветов. — Я безмерно рад нашей новой встрече, моя милая Япония, — ласково поздоровался юноша, совершенно не осознавая ситуацию. Он это делает специально или правда такой недалёкий? — Вы специально действуете мне на нервы? — Как всегда откровенно поинтересовалась Японская Империя, стараясь разглядеть в своём собеседнике как можно больше, но непроницаемые очки будто бы защищали своего хозяина, скрывая его зеркала души в своей темноте. Так что азиатке оставалось лишь смотреть на его уголки губ, что снова расплылись в улыбке. — Как всегда разбиваешь мне сердце, — усмехнулся Штаты, совершенно не скрывая своего легкомысленного отношения. Японка не могла понять, зачем он так ужасно играет и строит из себя актера погорелого театра. — А я между прочим не с пустыми руками.       И вправду, Соединённые Штаты гордо держал в своих руках странную на первый взгляд конструкцию из совершенно разных цветков и только азиатка могла в полной мере оценить искусство их выполнения. Господи, это ведь икебана*. Девушка не могла отвести взгляд от этого творения, совершенно не укладывая у себя в голове причастность американца к созданию абсолютно японского произведения искусства. Может он обобрал какого-нибудь мастера по икебане, пока её не было? В любом случае, подарок впечатлял. В этой конструкции, очень отдалённо напоминающей стандартный западный букет, виднелись такие цветы как красные розы, лепестки сакуры, жасмин и даже одинокая примула. Сочетание было очень необычным, а смысловая нагрузка заставила даже ЯИ залиться лёгким румянцем. Он вообще знал их значения, пока составлял эту композицию?       Японская Империя лёгким прикосновением пальца начала проходиться по каждому цветку отдельно. Красная роза — всемирно известная своим обозначением страсти и любви. Жасмин — женственность, привлекательность и сладость. Примула — цветок часто ассоциирующийся с чем-то вечным, но именно красная примула, так ещё и в сочетании с жасмином и розами считается выражением вечной любви. И самыми странными среди этих ярких, красных красок являлись лепестки сакуры, коих было даже много. По-мимо этого по смысловой нагрузке сакура являлась очевидным олицетворением Японии, японской культуры и традиций, но обычно Японской Империи дарили в честь этого жёлтые хризантемы, что являлись официальным представлением японского императорского рода. В любом случае, композиция получилась красочной, необычной и правда изумительной. Конечно, одному Богу известно, где США раздобыл такую красоту в начале зимы.       От всего этого японка замешкалась в выражении своего праведного гнева, и практически оторвав из чужих рук свое произведение искусства, та всё же кинула краткий взгляд на американца, что как всегда был доволен собой. Это немного взбесило девушку, но она не могла не признать, что подношение действительно хорошее. А главное, в японском стиле. Штаты проявил своё уважение Японии, а потому и ей следовало бы принять его как следует. Потому Империя, хоть и немного нехотя, но всё же провела его прямиком в свою гостевую и приказала слугам принести чай. Когда все приготовления для чаепития были завершены и обе страны оказались наедине, то диалогу было суждено начаться после довольно долгого молчания. — Тебе так понравился мой скромный подарок? — немного лукаво, но кажется правда интересующе задался вопросом американец, кинув взгляд на икебану, что теперь гордо восседал на столе возле покоев Империи. — Я ценю традиционные виды искусства, и признаться довольно соскучилась по своей старой культуре, — немного мечтательно высказалась она, слушая мирное журчание воды на внутреннем дворе особняка. Они расположились близко к сёдзи, что вели к этому самому зелёному дворику. — Чтить старые традиции это конечно хорошо, но разве не куда интереснее наблюдать за тем, как развивается цивилизация? — также с расслабленной улыбкой ответил Соединённые Штаты. — Вот я сейчас например могу вспомнить довольно интересную разработку под названием «компьютер Атанасова, АВС»*. Уверен, что это послужит прорывом.       Тут азиатка вспомнила их последний разговор про мультипликацию. И каждый раз когда американец рассказывал про какие-то довольно рисковые изобретения своих жителей, он выглядел правда вдохновлённым, будто бы искренне верил в каждую из идей своих граждан. Блеск в его глазах будто можно было разглядеть даже через слой плотных тёмных стёкл. Даже азиатка прониклась этим зарядом позитивной энергии и правда начала слушать все его вообразимые, и не очень, идеи. На самом деле, в какой-то момент японке самой захотелось попробовать изобрести что-нибудь. Может даже воплотить в жизнь безумную идею США о «роботах». — В вашей стране видимо процветает наука и технологии, — размеренным, но при этом довольным голосом утверждала Японская Империя, — хотелось бы как-нибудь взглянуть на них вживую, — в этот момент девушка вновь заметила то самое странно радостное выражение лица, что было у Штатов, когда она во время их «первой» встречи просто попросила его налить ей саке в следующий раз. — Ловлю тебя на слове, дорогая, — озорно сказал американец, кажется даже подмигнув. Империя сразу же вспыхнула недовольством. — Не переходите рамки, пожалуйста, Соединённые Штаты Америки. Вы всё также являетесь чужаком, что незаконно проник на мои территории и по-хорошему мне следовало бы вас наказать. — Наказать? Не знал, что у вас такие предпочтения. Может мне в следующий раз следовало добавить туда кактус? — усмехнулся американец, умудряясь сохранять невозмутимость даже при открытой угрозе со стороны лица, на чьей территории находился. Да и шутка его была совершенно неприемлемой в общении между двумя представителями стран. И по всей видимости парень знал про значение кактуса в ханакотобе*, что обозначало страсть к плотским утехам. И это очень нагло. — Вы хоть понимаете о чём го… — Хэй, Япония! — внезапно вскочил с места парень, перебив азиатку. — Я уже устал сидеть. Давай прогуляемся? — безмятежно улыбнулся тот, уже хватая девушку за руку и поднимая с места. Признаться, у той от удивления чуть язык не отсох.       Первым делом она попыталась выдернуть руку, но хватка его оказалась на удивление крепка, что даже на миг испугало её, но это чувство быстро прошло, когда парень отпустил её, чтобы взять висевшие на стенах маски. На себя тот быстро натянул театральную маску красного демона и протянул азиатке с кицунэ. ЯИ могла буквально чувствовать его вечную улыбку на ныне хмуром выражении лица они*. Империи в первую очередь захотелось швырнуть в него эту самую маску, но затем её охватило неприсущее политику любопытство. Чего добивается этот американец? Движимая этим наваждением, та надела атрибут на лицо, на удивление лисья морда очень даже хорошо прижилась на её лице.       Она услышала тихий смешок со стороны США и уже хотела бы спросить, что он такого в ней смешного нашёл, но тот быстро отвернулся и вновь взяв девушку за руку, направился к выходу. Хоть она и ощущала непривычное тепло на пальцах от которого хотелось быстрее избавиться и отряхнуться, но тактильный контакт отрывать не стала. Это был единственный способ для неё не отстать от Америки, уж больно быстрым и проворным был этот юноша, что ловко пробирался сквозь толпы снующихся туда-сюда японцев, что даже не подозревали, что сейчас иногда неаккуратно пихают локтями свою священную империю. Каждый раз ей хотелось остановиться, гордо опустить маску и посмотреть как простолюдин будет в слезах оправдываться за пусть и не специально, но проделанный проступок. Однако иной раз она отвергала эту мысль лишь бы продолжить следовать за наглым американцем, что казалось был в своей стихии.       Подобное поведение Штатов сильно обескураживало Японскую Империю. Почему кто-то с настолько высоким самомнением позволяет обычным японским старикам пихать его время от времени, так ещё он и сам извинялся иногда если не туда напаривался. Да и зачем вообще этот цирк с совершенно неудобным передвижением, если одно слово и Империя бы обеспечила их лучшим местным транспортом. Однако невозмутимость Америки поражала, хоть за маской его лица и не было видно, но японка просто чувствовала нутром, что сейчас он в приподнятом настроении. Азиатка слышала много слухов насчёт этой неординарной личности и все они были в негативных красках, так почему он ведёт себя так мило по отношению к ней? Для этого ведь должна были хоть какая-то причина? Несмотря на всю его внешнюю безрассудность, девушка верила, что тот куда разумнее и рациональнее, чем кажется. Это можно было легко понять просто по тому, что сейчас он одна из самых продвинутых стран, что смогла пережить Великую Депрессию.       На самом деле, эти двое виделись ещё раньше. Кажется, что их первая встреча была, когда японка только взошла на престол и стала официальной Японской Империей. США был одним из немногих, кто присутствовал на её посвящении в официальные страны, тогда из чужаков был только он. И тут её внезапно посетила мысль: «А что он вообще делал на моём посвящении? Это ведь было довольно закрытое мероприятие». С каждым разом когда японка пыталась начать копаться в своих воспоминаниях глубже, то её посещала неопределённая скованность: хотелось просто спрятаться от непрошенных воспоминаний и абстрагироваться от непонятных чувств. Потому она привыкла не погружаться в прошлое. В любом случае, какой с этого прок? Зачем ей помнить что-то, что не имеет значения для неё, как для Империи? — Вот мы и на месте! — из раздумий девушку вывел громкий возглас Соединённых Штатов, которого по всей видимости никакие мысли не донимали.       Они успели добраться до довольно высокой возвышенности с которой была отлична видна почти вся центральная столица. Множество людей, что выглядели как муравьи с этой высоты, здания, что казались лишь ветками или камушками, красивые ручейки. Всё это воодушевляло и правда восхищало. Придавало чувство возвышенности, но при этом единения с японским народом. Азиатка даже слегка улыбнулась и полной грудью вздохнула местный свежий воздух. Ох, как же давно она не ощущала свою природу. Казалось, что всё то время пока девушка любовалась видами, американец и вовсе не смотрел на это, будто уже давно всё это видел и его это совершенно не интересовало. Самой занимательной вещью в округе он находил лицо японки, на которую беспризорно пялился, уже давно спустив маску. Заметив это, ЯИ быстро стушевалась и строго взглянула на спутника, также сняв атрибут с лица. — И зачем вы привели меня сюда? — Показать красивые виды, зачем ещё? — спокойно ответил американец, заранее ожидавший подробный вопрос с уст азиатки. Девушка встала в лёгкий ступор, но всё же решила настоять. — И зачем вам показывать мне эти виды? — уже настойчивее спросила Империя, возможно даже слегка надавливая на него тяжёлым взглядом, вновь включив всю свою строгость по отношению к чужакам. — Ты всегда была очень любопытной, знала? — невозмутимо и даже весело быстро перевёл тему американец, но девушка также быстро повелась на это, ведь признаться следующий вопрос волновал её пуще других. — Вы постоянно говорите так, будто знали меня прежде, — мрачно сказала азиатка, даже немного сжав ткань брюк. Она давно хотела это спросить, но как-то каждый раз не выходило. Возможно, что ей просто не хотелось знать ответ. — Хм. Понятное дело, что мы виделись раньше. Страны часто пересекаются друг с другом, не знала? — ЯИ буквально почувствовала, что американец снова пытается сорваться с крючка, переключив её внимание на раздражитель в виде очевидной издёвки с его стороны. — Вы знаете о чём я говорю. Скажите, мы были знакомы ещё до… того как я стала Империей? — японка не понимала почему, но этот вопрос вызывал у неё тревогу на душе. — Я понял, да, мы знали друг друга, — на удивление чётко ответил США, уголки его губ резко опустились и в общем озорная аура с его лица куда-то испарилась, оставив лишь неописуемый холод. — Но я не могу ответить тебе просто так. В мире всё имеет свою цену. И цена ответа на вопрос для меня — ответ на встречный вопрос. Ты готова?       Японская Империя сразу напряглась, по-мимо подозрительных условий «сделки», её очень сильно смущала его внезапная сговорчивость. Всё время увиливающий от ответа на любой вопрос Америка внезапно решил что-то чётко донести. Казалось всё это очень сюрреалистичным, но тем не менее, он ждал её ответа и что-то ей подсказывало, что с этим лучше не затягивать, иначе ему снова что-нибудь взбредёт в голову. Азиатка просто кивнула, показывая своё намерение следовать его правилам, тот казался ожидал этого, потому совершенно безразлично спросил: — Насколько ты осведомлена о деятельности Третьего Рейха?