Кошки-мышки

— Я видел, как ты наблюдаешь за мной, — начал Калеб; его лицо оказалось чересчур близко к виску Зарины — он говорил скорее над ней, чем с ней, словно рассказчик в театральной постановке. — Не боишься попасть ко мне в немилость?