Часть 31 начало

Мрак помещения прерывали тусклые огоньки свечек, расставленных вдоль алтаря. У подножия которого приклонив колени молился человек в старом и уже немного потрёпанном кимоно на поясе в ножны зачехлена катана, лицо скрыто за маской они. Склонив свой взгляд к подножию алтаря, закрыв глаза он начал возносить молитву, абсолютную тишину прорезал шёпот хриплого голоса. -В жизни позор, в смерти искупление. Братоубийственная война что когда-то заставила нас отвернутся от твоего лика закончилась, мы и наши предки виновны в нашем предательстве. Мы искупим свои грехи лишь своей кровью и своими жизнями, мы с радостью умрем во имя тебя. О наш бог защити нас на пути к этому искуплению, дай нам силу убивать твоих врагов, мы найдём истинный покой лишь умерев за тебя. Прими мою кровь как дар- достав кинжал из ножен, вонзив его а левую кисть и оставив глубокий порез на ладони. Кровь багровым ручьём устремилась в заранее подготовленное блюдце. Наполнив его до краев так что кровь частично капельками стекала на каменный пол он сжал ладонь в кулак, приклонившись перед алтарем вознося дар для Бога. Прошёл примерно час, тишина окутывала собой все, полу-расплавленные свечи продолжали гореть тусклыми огоньками, некоторые уже окончательно расплавились превратившись в лужу горячего воска. Тишину пронзил скрип открывающейся двери, стук деревянных каблуков эхом разнесся по помещению. Он слышал как кто-то приближается к нему со спины, не обращая внимания на посетителя он продолжал молится. Снова все стихло, лишь тонкий женский голосок прорезался сквозь тишину. -Генерал Кадзуха, нам пора выступать- девушка смотрела на него сверху вниз, стоящий на коленях генерал молил Бога. Молча встав с пола и поклонившись алтарю, Кадзуха повернулся к девушке. -Я тебя услышал Кокоми, я вознёс молитву нашему богу, теперь мы должны доказать ему что можем иметь право на смерть во имя его- хриплый голос тихо и приглушенно доносился из-за маски. Его руки были перебинтованы, и в этот раз он снова наложит повязки на раны, чтобы после снова их вскрыть и поднести кровь богу. -Кадзуха, хватит жертвовать свою кровь алтарю, это может привести к банальному заражению- обеспокоено заявила девушка. -Нет, я должен искупить грех предательства своих предков. Девушка лишь молча закатила глаза, посмотрев на свеже вспоротую рану, она взяла его ладонь в свои руки. Кадзуха ощущал мягкие прикосновения ее кожи, на мгновение он забылся, но придя снова в чувства и отдёрнув свою руку из плена девичьих рук он посмотрел в её кристально чистые глаза но сделав шаг, лишь молча прошёл мимо неё. Оказавшись на пороге храма он лишь пробормотал. -В жизни позор в смерти искупление. Корпус смерти должен снова вернутся в лона империи. После его ухода из храма девушка ещё какое-то время просто стояла на месте обдумывая все произошедшее, за последнее время она уже свыклась с настроем Кадзухи но все ещё не могла успокоить своё чувство сострадания к нему. Опустив свой взгляд в пол на котором остались капельки крови она прошептала. -Верховный Сёгун не заслуживает таких подданных- на мгновение злоба взяла верх над ней, непроизвольно её ладони сжались в кулаки, но осознание этого сначала шокировало её после привело в рассудок. -Моргни один раз если согласна, два раза если нет. Хорошо? Девушка один раз моргнула. -Хорошо, тогда начнём. Я могу осмотреть место где ты была ранена?- Тигнари задал вопрос, от него так и веело добротой. Девушка маршрута два раза в знак несогласия. -Печально, но ладно, можно тогда осмотреть тебя чисто внешне?- через несколько секунд раздумий Кэ Цын моргнула в знак одобрения. Тигнари осторожно и аккуратно произвёл внешний осмотр, казалось что девушка никогда и не умирала, развести бывший труп в ней выдавала бледная кожа, синички под глазами и истощение организма. Закончив свой осмотр он заключил. -И так, пациент не имеет внешних признаков ранений, болезни или травм различной степени тяжести, мышцы как и остальные ткани не повреждены но довольно сильно истощены или атрофированы в связи с временной смертью. Жизни пациента в данный момент ничего не угрожает, лечение не требуется. Необходим лишь период восстановления и временный уход- заполнив бланк осмотра его взгляд приманил к себе странный предмет что остался на полу, он лежал практически в самом углу комнаты. Похожий на небольшую пирамидку с цепочкой. Подняв и осмотрев более детально он понял что это один из сосуд что может сдерживать чистую энергию и видимо он оказался там после того как сёгун упал на пол. Положив предмет себе в карман он вернулся к пациентке. -Что-ж похоже вы временно должны остаться в лазарете на период восстановления, вы хотите сейчас отдохнуть или вздремнуть?-Девушка немного покраснела но моргнула как знак подтверждения. Одна мысль о том что её возьмёт на руки Тигнари заставляла ее смущаться. -Хорошо, тогда нам надо переместить вас из морга в саму обитаемую зону- подойдя к Кэ Цын, Тигнари аккуратно взял ее на руки. Масса ее тела давольно снизилась и держать ее не составляло труда. Вынеся из морга, он положил ее в одну из кроватей что были в лазарете. -Ну все, отдыхайте и набирайтесь сил, о скоро будет обед- произнёс он взглянув на настенные часы. Прошло две недели, организм Кэ Цын восстанавливался быстрее чем организм обычного человека, она могла свободно говорить и ходить. Её уже выписали из лазарета но временно оставили под наблюдением, каждое утро и каждый вечер она должна была приходить на осмотр, для регистрации собственного физического состояния. Одним прохладным вечером она как всегда пришла к Тигнари для осмотра. Все прошла гладко, никаких возможных последствий не проявилось. К тому времени Гань Юй уже как две недели находилась в храме, на её плечи рухнул громоздкий бюрократический аппарат империи. Каждый день ей приходилось проверять тонны бумаг, утверждать или отказываться от них. Главы комиссий не жилами признавать её как главу правления, только Аяка заступалась за неё перед всеми, каждый раз она напоминала о том что это указ Райден и каждый раз наталкивалась на дерзость и хамство. Уже глубоким вечером Гань Юй, Кэ Цын и Аяка сидели за столом и пили чай в одном из кабинетов, обсуждая все происходящее. -Как я устала от этой бесконечной бумажной работы, так ещё и к этому эти олухи из комиссий не видят во мне правителя, хоть я и являюсь дочерью нашего Сегуна. -Не переживай так Гань Юй, это нормальное дело в отношениях между правлением и комиссиями, вот толко твой отец держал их в страхе и поэтому контролировал а сейчас некому показать им что будет за неповиновение. -Так давай я казнью одного из них, публично в центре столицы- предложила Кэ Цын. -Я бы с радостью и сама убила кого нибудь из них, но ты представляешь что потом начнётся, а если это будет поводом к началу новой Гражданской войны? -Да, это возможно может быть поводом но не к началу Гражданской войны, а для того что бы попытаться свергнуть тебя, они могут объявить что ты узурпатор- ответила Аяка. -Как все сложно, как отец с этим справлялся. Разговор был прерван неожиданным стуком в дверь. За дверью стоял один из охранников храма. -Госпожа Гань Юй, у нас похоже чп, перед храмом стоит целая армия солдат, их лидер требует встречи с верховным сегуном. -Понятно, можешь идти- невозмутимо ответила Гань Юй. Солдат вышел закрыв за собой дверь. Все в комнате смотрели только на неё, с одним вопросом. -Почему ты так спокойна? -Потому-что знаю кто это пришёл. -И кто же?- задала вопрос Аяка. -Кадзуха, внутренняя разведка достаточно давно заметила его передвижение и доложила мне, я же приказала наблюдать за ними. -Хорошо, но я думаю нам пора идти. -Да это точно. Встав из-за стола они вышли из комнаты. Выйдя из храма через главный вход их взору предстала целая армия солдат что были одеты в так знакомы для Кэ Цын и Гань Юй форму в доспех седьмого легиона, вместо лиц у них были маски застывшие в гримасе покаяния. Перед всеми возвышался лишь один, их генерал. При виде бывших премархов Кадзуха упал на колена в след за ним одновременно и весь легион встал на колени. Подняв голову он заговорил. -Премархи, дети величайшего из богов, я и мои братья хотим вернуться в лона инадзумы, мы готовы искупить своей кровью величайший из грехов что допустили. Позвольте нам снова нести знамёна седьмого легиона и гордо умирать под ними во имя нашего Бога, вашего отца- Кадзуха достал из-за спину аккуратно сложенный штандарт седьмой роты, седьмого легиона. Протянув его вверх к солнцу он поднёс его как знак верности. Все молча наблюдали, первой прервала тишину Кэ Цын, спустившись по ступенькам вниз к Кадзухе она обнажила клинок, приставив лезвие к его горлу она промолвила. -Ваш легион предал нашего отца, предал своего премарха. Седьмого легиона уже как несколько столетий не существует, как и остальных из-за ереси что вы начали произошёл раскол и теперь вы вернулись молить о прощении? Вы заслуживаете смерти. Но не мне вас карать- отдалив клинок от шеи генерала, Кэ Цын отошла на пару шагов назад, смотря на тех кто когда-то предал. Второй же кто заговорил была Гань Юй. Она спустилась к своей сестре. -Кадзуха ответь на мой вопрос, где все это время был седьмой?- на мгновение повисло неловкое молчание которое было оборвано. -После раскола легион захлестнула братоубийственная война, мы сражались с нашими братьями что впали в ересь. Но теперь остались лишь те кто бесконечно предан богу нашему. -Кадзуха готов ли ты предстать перед нашим отцом что бы доказать свою преданность? -Да, это большая честь для меня увидеть бога. Я готов отдать свою кровь и свою жизнь лишь для искупления греха. -Тогда пойдём со мной, тебе предстоит весьма сложный путь искупления. Проходя мимо отделанных золотом и гравюрами колон Кадзуха восхищался и трепетал перед тем моментом когда лично увидит лик бога. Подойдя ближе в сопровождении своих конвоиров он заметил гигантскую гравюру что украшала собой золотые врата перед тронным залом. Рассматривая причудливые для обычных смертных изображения он вспоминал те моменты что были высечены на золоте. В центре врат расположилась самое главное изображение. Бой Итера и его сына архи еретика. С грохотом монолитные врата начали раздвигаться, из небольшой щели что появилась повеяло слабым ветерком. Через несколько секунд что казались ему вечными он узрел тронный зал погруженный во мрак, лишь слабые огоньки свечек освещали центральный путь что вёл к трону. Из далека он не мог разглядеть фигуру что там сидела но трепет подсказывал ему кто это. -Дальше ты пойдёшь один, пусть отец сам решит достоин ли ты искупления- произнесла Гань Юй. Сделав первый шаг он пересёк линию что разделяла внешний мир и покои бога. Осторожно идя все дальше он пытался во мраке разглядеть окружение, звук грохочущего механизма послышался за его плечами, врата закрылись. Приближаясь к трону он все отчетливее видел владыку. Дойдя до подножия он смог разглядеть два черепа что были искусно установлены в подлокотники трона что держали массивные руки колосса. Осматривая трон он зацепил взглядом безжизненную маску на лице бога, маску что застыла в гримасе гнева. В тишину резко вклинился треск и шорох молний что плясали фиолетовыми разрядами по металическому доспеху. Нарастающий шум извещал о попытке пробудить древнего Бога. Он пал на колени перед ним ожидая ответной реакции на вторжение в покои. Опустив взгляд в пол он ждал всего. Разряды медленно поползли по полу окружая его, не в силах противостоять любопытству он поднял взгляд, весь трон окутывали силы электро, божество что безмолвно восседало на нем никак не реагировало. Тогда он решил первым прервать тишину. -Господин, Повелитель я Кадзуха смиренный раб что осмелился потревожить вас, я сын и генерал седьмого легиона, мой премарх Фулгрим. Я здесь что бы обрести ваше слово. Треск, скрип и грохот металла обрушились волной, божество что находилось в стазисе очнулось. Крик извергающийся из недра металла пронёсся по тронному залу заставляя его морщиться от боли в ушах. Бог с невероятным усилием поднялся с трона заставляя его трепетать. Он не мог не пошевелиться, не сказать ни слова замерев в ужасе смешенном с трепетом и восхищением. Он попытался открыть рот в попытке хоть что-то сказать но его опередили. Будто грохот тысячи взрывов пронёсся голос Бога. -Еретик, предатель. Легион что предал меня первым, что убил моего сына. -Я искуплю грех, я готов понести наказание смертью но хочу искупит грех- он еле смог хоть что-то сказать, горло дрожало, голова кружилась а сознание терялось в сотне мыслей. Грохот и дрожь пронеслись по земле после каждого шага что делал император. Спустившись. С трона он схватил Кадзуху за горло поднимая вверх, он не пытался задушить его не пытался убить лишь хотел продемонстрировать что будет с ним. Твёрдая металическая ладонь обхватила его горло, он медленно задыхался в крепкой хватке, его тело дергалось в конвульсиях пытаясь освободиться, но все четно. Когда в глазах начало темнеть император отпустил его. Тело с грохотом упало на каменный пол. Он валялся жадно глотая воздух и задыхаясь от кашля. Нависшее над ним божество лишь грозно произнесло. -Ты получишь искуплением только когда найдёшь моего седьмого сына, Фулгрима.