Глава 24. Неприятное сердцебиение.

      Тиканье настенных часов, в совокупности с тихим голосом телеведущего, оживляли напряжённую игровую атмосферу в квартире. Никто не собирался проигрывать, усердно думая о своем следующем ходе и пытаясь предугадать тактику противника. На кону стоят полезные сведения и мужская гордость.       Ветер настырно стучится в окна, желая тоже присоединиться к такой захватывающей битве, но люди внутри игнорируют его. Нельзя допускать и единой оплошности.       – Братец Венти, ты там заснул? – саркастично спрашивает девочка, смотря на сосредоточенного музыканта.       – Не отвлекай, я думаю.       Брюнет старался пропускать мимо ушей любые выпады юной соперницы, понимая, что она старается его сбить. Его друг тоже любил так делать, когда они пару раз играли в шахматы, поэтому был не удивлен. Такой дурной пример прямо под носом...       После долгих раздумий, парень неуверенно передвигает шахматную фигуру к центру. И это ошибка.       – Мат! – радостно прыгает девочка, хлопая в ладоши.       – Чеееерт~ Я забыл про слона!       – Ты такой невнимательный, братец!       – Нет, просто кое-кто сделал из тебя настоящего орла.       Малышка смеётся, понимая, что речь идет о ее старшем брате, и садится на спину Венти.       – Вперёд, лошадка, иго-го! Мчи быстрее ветра!       Музыкант усмехнулся такому воодушевлению, встав на четвереньки. Ради детской радости можно потерпеть пару минут унижений, тем более, что в доме нет никого, кроме них двоих. Но шум в замочной скважине перевернул ожидания брюнета вверх дном.       Тихие шаги и шуршание верхней одежды привлекли взгляд оранжевых глаз, что засветились ещё ярче при виде своей любимой няни, которая недовольно спускалась с мужских рук. Хорошо, что "лошадка" была повернута к хозяину задом.       – ...Какая интересная картина, не правда ли? – раздался насмешливый мужской тон из коридора.       – Соглашусь с Вами.       Женский голос пробирает Венти до дрожи, отчего тот просит малышку слезть с него. Бирюзовые глаза внимательно оглядывают уставшую блондинку и такой пристальный взгляд напрягает профессора, стоявшего рядом.       – Сестрёнка Люмин, ты пришла! – Кли счастливо подбегает к студентке, желая крепко обнять ее, но парень преграждает путь, перехватывая летящий объект.       – Кли, у нас всё-таки гости, сдерживай свой пыл, – мягко напоминает он, показывая на удивлённого парня. – Расскажи, чем вы занимались?       Пока Альбедо отвлекает малышку, внимательно слушая ее рассказ о победе в шахматах, брюнет печально смотрит на побледневшую девушку.       – Я только сейчас заметил, что твои волосы снова отрастают, – спокойно произносит он, аккуратно касаясь светлых прядей. – Люмин... можно обнять тебя прямо сейчас?       В мужской голове было столько вопросов, но он прекрасно знал, что они сейчас бесполезны. Венти хочет провести с ней как можно больше времени, дорожа каждой секундой, а ненужные вопросы только расстроили бы столь дорогого друга.       Маленькие ладони аккуратно прижали парня к себе, тяжело вздыхая. Она позволит это только сейчас, молясь, чтобы ее действия в будущем не принесли бед. Видеть отчаяние в глазах близкого человека было невыносимо. Теплота музыкальных рук грела душу.       – "Когда я в последний раз обнимала его?.."       Интересно... если объятия Дилюка успокаивали и в них можно было уснуть, то объятия Венти давали энергию двигаться дальше. Прямо сейчас появилось непреодолимое желание услышать его игру на любом музыкальном инструменте, но нужно расставаться.       – Венти, тебе нужно идти...       Она произносит это с болью и некой досадой, но парень понимающе кивает, выпуская студентку из рук. Его улыбка бьёт по совести, ставя под удар стены разума.       – Я провожу тебя.       Тон, словно ледяной водой окатили, заставляет брюнета содрогнуться. Хозяин квартиры улыбается, но от такой улыбки температура в комнате заметно упала.       – Кли, скажи "Пока!" своей лошадке, она возвращается в загон.       – Ха, не забывай, что с тебя три бутылки хорошего вина! – ехидно улыбается парень, заматываясь в шарф.       – Печень не треснет? – скептично бросает профессор, отворяя входную дверь.       – Просто признай, что ты жмот.       Тяжело вздохнув, он взглянул на девушку, что не сдвинулась с места, оставшись стоять в коридоре. Она так и не сняла свой шарф, – видимо, чтобы не расстраивать брюнета ещё больше. Вряд ли он обрадуется тем синякам.       – Пока-пока, братик Венти! Приходи почаще, мне нравится у тебя выигрывать~ – смеётся малышка, махая ручкой музыканту.       – В следующий раз я обязательно выиграю! Пожалуй и правда нужно заглядывать сюда почаще... – брови Альбедо невольно хмурятся при этой фразе. – Я сам дойду, все же мне ещё нужно зайти в бар! Пока, Люмин...       Девушка поднимает свой взгляд с пола и легонько кивает, на что Венти только шире улыбается. Мужская ладонь, что впилась в железную ручку, резко захлопнула дверь, оставляя гостя на той стороне, и парень невозмутимо подошёл к удивлённой студентке.       – Теперь разберемся с тобой.       Профессор аккуратно поднимает лёгкое тело, игнорируя возмущенный сверлящий взгляд золотистых глаз.       – Возмущайся, сколько хочешь - ситуацию это не изменит, – он говорит тихо, чтобы только Люмин могла услышать. – Кли, собирай шахматы и готовься ко сну, уже почти 11.       Девочка удивлённо смотрит то на брата, то на няню, стараясь уловить атмосферу. С одной стороны абсолютно довольное светящееся лицо Альбедо, с другой – многозначительный взгляд Люмин.       – Сестрёнка сегодня ночует у нас? – оранжевые глаза заблестели в неподдельном интересе, на что парень подтверждающе кивнул, направляясь к своей спальне.       Малышка тепло улыбается, возвращаясь к уборке и сравнивая в голове эту парочку с принцем и принцессой.

***

POV Люмин.

      Я попала. Не то чтобы это было впервые – так происходит на протяжении всей моей жизни, но в этот раз все немного отличается. Я опять стала зависима от другого человека и это удручает.       Проем, пропускающий в дальнюю комнату хоть какой-то свет, медленно закрывается, давя на нервы. Ладони, что, на удивление, аккуратно держали меня, словно я что-то очень хрупкое, заботливо опустили на мягкую постель.       – Эта мазь от гематом, обработай ей все повреждения и через 2-3 дня они исчез-!       – Вы что-то рисовали?       Перевожу тему, чтобы не слушать ещё одну лекцию, мне было достаточно Дилюка. Смотря на мольберт, стоявший посреди комнаты, я стараюсь разглядеть силуэт, изображённый на холсте. Но темнота мешает, а после и профессор накрывает свое творение тканью.       – Да, хотел запечатлеть один момент, чтобы не забыть.       – Вы рисуете, чтобы не забывать?       Не знаю почему, но парень передо мной выглядел потерянно. Голубые глаза смотрели сквозь руку, которую он периодически сжимал и разжимал. Возможно, мне снова стоило промолчать...       – Да, так и есть, – он начал говорить слишком внезапно, отчего я дернулась. – У памяти есть свой предел и мы не всегда можем вспомнить тот или иной момент, который произошел много лет назад. Но если запечатлеть один из таких моментов на бумаге, то мы сможем вспомнить свои ощущения и чувства, как только увидим картину.       Профессор довольно часто говорит слишком сложные вещи, но в этот раз его можно легко понять. А его мягкий тембр успокаивает, вводя в транс.       – Какие чувства у вас вызывает эта картина?       Говорю на автомате, но мне правда интересно. Ведь он сказал, что забросил это дело, отдавая себя в руки науке и царству знаний. Эмоции на мужском лице сменяются слишком быстро, а из-за темноты различить их практически невозможно.       – ...Думаю, что это что-то приятное.       – Вы довольно плохо разбираетесь в собственных эмоциях.       Я чувствую, как голубые глаза пристально смотрят на меня, отчего становится неловко.       – Да, ты права, эта тема мне незнакома...       Его пальцы медленно проводят по моим волосам, пока я заворожена его затуманенным взглядом. Почему-то мне кажется, что аквамарин сияет в темноте.       – Люмин... – мужской голос раздается совсем рядом и я инстинктивно жмурюсь, отодвигаясь подальше. Почувствовав, что хозяин встал с кровати, я облегчённо выдохнула, восстанавливая сбившееся дыхание. Его голос слишком опасен...       – Сегодня ты переночуешь здесь, а завтра я займусь уборкой в соседней комнате. Мазь, если что, на столе.       – Хорошо, благодарю...       – Ах да, и ещё... Я буду спать в гостиной, поэтому даже не надейся сбежать. У меня очень чуткий сон.       – "Ну-ну, чуткий. Когда я его будила в прошлый раз, то он не... Стоп. Или он не спал с самого начала???"       Глаза широко распахнулись от подобной догадки, а усмешка профессора ее только подтвердила.       – Надо же, оказывается ты умеешь делать и такое лицо.       – К-какое?..       Почему мой голос дрожит? Я слышу непривычный ритм своего сердца и это напрягает. Что-то незнакомое всегда напрягает...       – Алое, как фосфор.       – Вы, видимо, дальтоник, раз не можете отличить синий от красного.       Отвечаю резко, стараясь обрубить разговор как можно быстрее. Он лжёт, выводя меня на эмоции. Он лжёт, Люмин.       – Хорошо, тогда я пойду, – он тихо смеётся и я закрываю уши, потому что все внутри бьёт тревогу. – Спокойной ночи, Люмин.       Дверь закрывается и я остаюсь в полной тишине, прерываемой только громким стуком собственного сердца. Мне это не нравится, абсолютно не нравится.

"Дилюк, лучше бы я тебя не слушала..."

Конец POV Люмин.