Часть 1

Ночная улица была освещена огнями десятков фонарей и горящих ярким красноватым светом окон. Из зданий лилась громкая музыка, за стёклами соблазнительно изгибались мужские силуэты, зазывая путниц весело провести время. Квартал Красных фонарей, а это был именно он, оживал с наступлением темноты, и теми, кто находились в это время на его территории, были либо клиентки, либо работники, либо ищущие работу юноши, совсем как трое молодых парней, направлявшихся в сторону одного заведения. Три закадычных друга - Танджиро, парень с тёмными, бордового оттенка волосами, блондин Зеницу и брюнет Иноске - шли устраиваться на работу в дом удовольствий. Причина такого решения была необычна и многих могла повергнуть в недоумение. Всё началось с того, что сестра Танджиро, Незуко, три дня назад ушла отрываться в одно заведение в этом самом квартале и пропала. В полиции дело заводить отказались, в больницах и моргах не было похожей на Незуко, на частного детектива денег не было, и тогда отчаявшийся Танджиро решил пойти на крайние меры - внедриться в бордель, где в последний раз развлекалась его сестра, благо, название и адрес были ему известны, а также то, что там постоянно нужны работники. Узнав о горе Танджиро, его друзья решили выступить в качестве группы поддержки и пойти с ним на дно, то есть, устраиваться в дом удовольствий. В памяти Танджиро всплыли слова тех, к кому он попытался обратиться за помощью и кем был послан в ответ: "Да небось он так достал честных стражниц порядка, что они сами его послали! Уверена, он их с первого дня изводил!" "Истеричник." "И вообще, это его проблемы, что юридически не подкован и не знает, когда и куда обратиться!" "Да он точно достал сестру, что она сама от него убежала, сверкая пятками!" Парни стояли перед заведением, смотрели на вывеску и не решались войти. Один шаг безвозвратно разделит их жизнь на две части, и никто из них троих не решался сделать этот шаг. - А ты уверен, что хочешь этого? - робко спросил Зеницу. - Может, стоило ещё подождать? - Нет. Куда ещё ждать? - был ему ответ. Зеницу вздохнул, тряхнув золотыми волосами. - Ладно я, у меня уже были нездоровые отношения с женщиной, мне уже не страшно, но ты... - Я должен это сделать ради Незуко, - твёрдо заявил Танджиро. - Ох, надеюсь, жертва оправдает себя, - нервно вздохнул Зеницу. - А ты-то, Иноске, зачем с нами пошёл? - повернулся он к третьему парню. Иноске в ответ уставился так, словно Зеницу сказал полную чушь. - Так вы же сами говорили, что я красивый, вот я и решил заработать, пока молодой! - раздражённо произнёс он, сдувая со лба густую чёлку. - Всё равно сейчас мужчине хрен куда устроишься, кризис, блин... - Тогда пошли, нет смысла тянуть, - сказал Танджиро и сделал шаг вперёд. Яркий красноватый свет ударил в глаза вместе с громкой музыкой. Этим заведением владела мадам Музан - дама загадочная, колоритная и имеющая множество связей во всех слоях общества. Против такой идти было опасно и недальновидно, как и плести интриги у неё под носом, но так получилось, что Незуко пропала именно в её заведении, и потому иного пути не было, кроме как внедриться в её заведение, которое, по сравнению со многими другими подобными, считалось ещё весьма приличным. На ресепшене сидела одетая в малиновый костюм девушка с собранными в высокий хвост длинными пепельными волосами и высокомерным лицом, на котором ярко выделялись большие зелёные глаза - это была Даки, одна из заместительниц мадам Музан. Как Танджиро слышал ранее, оформление здесь было действительно быстрое - молниеносное, если точнее. Им выдали договоры, те прочитали. "Это всё ради Незуко," - мысленно сказал сам себе Танджиро, подписывая себе приговор - именно так он себя почувствовал, поставив подпись в договоре. Даки бегло просмотрела документы и убрала их в папку. - Всё, отлично. Гию вам всё покажет. Внезапно внимание Танджиро привлёк высокий светловолосый парень, одетый в нечто среднее между клоуном и священником, который как раз выходил из-за угла в обнимку с невысокой, коренастой брюнеткой в полицейской форме и с заколкой-бабочкой на затылке. - Жду тебя снова, сладкая! - пропел парень, игриво тряхнув длинными волосами. - Ой, Дома, гори в аду! - вместо прощания елейным тоном ответила девушка, расплываясь в улыбке. - В аду страсти - всё для тебя, Шинобу! Чуть подальше виднелись ещё несколько женщин в форме, прижимавших к себе ярко наряженных юношей. Одна тучная женщина с монобровью обжималась с каким-то невысоким юношей с затуманенным бирюзовым взглядом и явно не хотела его выпускать, периодически отвешивая ему шлепки по пятой точке. "И полицейские здесь, - нервно заметил Танджиро. - Небось, на "субботнике"! Неудивительно, что бардак в стране!" Тут к ним подошёл черноволосый парень с мутно-синими, будто стеклянными глазами - Танджиро показалось, что он явно принимает что-то тяжёлое. Очевидно, это был тот самый Гию, которого только что позвала Даки. - Идём, - коротко бросил он. Было видно, что он не одобряет выбор древней профессии троицей, но вслух не стал ничего говорить. Тем временем, на ресепшене шёл серьёзный разговор. - В нашем заведении сегодня Чёрная Пятница, - рассказывала одной женщине лет сорока и немного похожим на неё двум молодым девушкам мадам Музан, одетая в чёрный деловой костюм и с собранными в низкий пучок чёрными кудрями. - А поконкретнее? - уточнила взрослая клиентка - очевидно, мать этих девушек, решившая подарить дочерям ночь с элитными куртизанами, обученными таинствам любви и способными подарить женщине неземное блаженство. - Сегодня скидки на чернокожих мальчиков! - пояснила одетая в оранжевый костюм коротко стриженная Сусамару - ещё одна из приближенных мадам Музан. - Звучит по-расистски, - фыркнула Даки, во внешности которой явно прослеживались европеоидные корни. - По-дурацки, - отозвалась клиентка. - Согласна, пусть будут скидки на всех, - решила сутенёрша. - Не, расизм, это если про людей, а, как известно, петух не птица, мужчина не человек, так что всё норм! - хохотнула Сусамару. - В заведении имеются мальчики любой внешности, в том числе метисы, - продолжила Музан. - Каких желаете? - Для моих наследниц - самых лучших, - сказала женщина, с улыбкой глядя на немного смущённых дочерей. - А если есть блондины, то вообще замечательно! - добавила она, выслушав тихое пожелание девушек. Тем временем, полицейская Шинобу Кочо дала указания подчинённой, которая только пришла в заведение и озиралась по сторонам с ошарашенным, даже немного пришибленным видом - похоже, ей ни разу не доводилось бывать в подобных заведениях, и зрелище её изрядно поразило. - Канао, развлекись как следует с красивым парнем, не жалей денег, - сказала ей Шинобу. - Это приказ. - Так точно! - живо отозвалась Канао. Тем временем Танджиро, Зеницу и Иноске привели в гримёрку приводить себя в порядок. - Закрась шрам, - холодно обратился Гию к Танджиро. Танджиро мельком взглянул на старый шрам на лбу, прикрытый тёмными волосами, и принялся накладывать тональник. Со стороны донёсся какой-то бубнёж. Как оказалось, в помещении они были не одни. В том же заведении работал юноша по имени Муичиро. Судя по его затуманенному бирюзовому взгляду, заторможенной реакции и в целом отстранённому виду, парень был под чем-то, а его бормотания перед зеркалом лишь усиливали это впечатление. "Неужели тут многие что-то принимают?" - ужаснулся Танджиро. - Эй! Ты в порядке? - пощелкал у него перед носом Танджиро. - Да насрать на него, чё ты с ним возишься? - раздражённо выпалил Иноске, напугав Зеницу. - Пусть идёт в пизду! - Ну, он и так в неё идёт каждый день... - резонно заметил Танджиро. - Моё прошлое покрыто туманом... - вдруг заговорил Муичиро, словно издалека, растягивая гласные. - Был ли у меня брат или не было? Иноске уставился на него, как на идиота. - Придурок, ты обкурился и разговаривал с зеркалом! Муичиро удручённо вздохнул. - Значит, не было брата, - с горечью констатировал он и полез в карман за сигаретой. *** Зеницу отправили развлекать какую-то важную даму, а Танджиро и Иноске отправили на аукцион юнственности - многие дамы были готовы выложить приличную сумму, чтобы провести ночь с неопытным юношей. Канао Цуюри уже некоторое время находилась в зале среди таких женщин и чувствовала себя как в театре на грандиозном представлении, что в какой-то степени так и было - не каждый день увидишь столько красивых юнственников и битвы богатеек за них! Её изрядно повеселили долгие торги за одного юного брюнета, которого дамы сочли очень красивым, хотя на саму Канао этот парень впечатления не произвёл и вообще чем-то неуловимо напоминал сбежавшего из леса кабана. "И что эти богачки нашли в нём? - думала она, глядя на сцену, где юноши сменяли друг друга. - Дикой экзотики захотелось? Первобытная страсть, рай в шалаше, энергия леса? Сколько же извращенок на свете..." Вначале у неё был порыв уйти отсюда, но Канао вспомнила указания Шинобу, которую она ценила и уважала. Наставница велела ей развлечься с красивым парнем, а достойными соития Канао считала только невинных красавцев, и потому решила досидеть до конца аукциона. Внезапно она увидела интересный лот. - Лот номер шесть... - объявила со сцены женщина в деловом костюме, выталкивая в середину парнишку в клетчатой зелёной накидке. "Знакомый образ, - прищурившись, подумала Канао. - Напоминает одного знакомого, с которым я была бы не прочь повеселиться, но он всё строит из себя недотрогу и вечно ищет работу. Пожалуй, ради этого стоит раскошелиться!" - подняла она руку, называя свою цену. Со стороны раздались ещё голоса, и Канао, повышая сумму, с азартом включилась в битву, чувствуя себя охотницей. Каким-то чутьём она знала, что в этой схватке с хищницами она выйдет победительницей. *** Войдя в помещение, Танджиро посмотрел на снявшую его девушку и обомлел. Сердце его на миг остановилось, кровь отхлынула от лица, а затем ударила с новой силой. Знакомые чёрные волосы, собранные в хвост справа, прямая челка, пурпурно-фиолетовые глаза, белая накидка поверх формы - да, это была его знакомая Канао Цуюри. При виде Канао ему стало стыдно, а красноватый свет ночника лишь усиливал это чувство. На миг ему подумалось, что, если б это была незнакомая женщина, было бы не так неловко, как сейчас, стоя перед давней приятельницей. - Танджиро? - не веря своим глазам, спросила девушка. - Канао? - просипел тот. - Вот так сюрприз. Как же ты умудрился попасть сюда? Танджиро не умел врать, и потому выложил всё как есть: - Незуко пропала в этом самом месте, и я хочу найти её! - Странный ты выбрал способ, - рассеянно произнесла Канао. - Другого у меня нет. - И потому ты решил устроиться куртизаном в бордель, где в последний раз была твоя сестра. Гениально, ничего не скажешь... Воцарилось неловкое молчание. - Что ж ты ко мне не обратился? - нарушила тишину Канао. - Ты же в другом районе работаешь, - отозвался Танджиро, мысленно жалея, что не может сгореть на месте со стыда. - А, ну да. Напряжение нарастало. Тени сгущались, наливаясь чернотой, и в красном свете ночника комната казалась обителью властной демоницы, пришедшей из иного мира охотиться на невинных юношей и расправляться с ними при помощи сладострастия, а летавший по комнате мотылёк словно напоминал потустороннего гостя, прилетевшего посмеяться над неловкой ситуацией, вызванной неизбежностью грядущего, что раз и навсегда изменит всё. - Ты же обычно не делаешь ничего без указу... - вновь заговорил Танджиро, нервно теребя подол клетчатой накидки. Канао между тем подошла ближе, сокращая расстояние между ней и Танджиро. - Шинобу и дала мне указания - "развлекись как следует с красивым парнем". Не успел Танджиро опомниться, как Канао, сунув колено ему между ног, повалила его на кровать и зажала его руки у него над головой. - И я буду твоей первой, той, кто сорвёт твой цветок невинности, - властно произнесла Канао, оседлав бёдра юноши и наклоняясь ниже, глядя в расширенные глаза Танджиро. - Я не могу позволить это сделать другой. В следующий миг она впилась в него яростным поцелуем. Тени в комнате всколыхнулись, скопившееся напряжение вырвалось наружу неистовым потоком азарта, силы и власти, а затем всё вспыхнуло чёрным и красным. Огонь души и её тьма, все желания и порывы, то, что жаждало тело, то, что принесёт и проклятие, и наслаждение, сожжённые барьеры и снятые запреты, то, о чём потом будет страдать душа, так же пылающе, как сейчас жаждет огня тело, но это будет потом, когда борьба утихнет и вновь воссияет свет, прогоняя тьму, очищая разум и принося боль. А пока боль сладка, тьма прекрасна, а красный свет дарит огня, чтобы как можно дольше сжигать дотла. Мимо красного ночника чинно пролетел мотылёк, будто подводя итог и ставя точку в одной главе двух пересекшихся жизней, на время ставших единым целым. А в это время в подвале этого самого заведения, рядом с алкогольными запасами валялась в отрубе Незуко с бутылкой саке в руке. Уже который день она проводила время таким образом, не зная, на что пошёл её брат... *** Танджиро работал здесь второй день, а уже осознал, как ему противно и на какой ад он себя обрёк. Сегодня у него было пять клиенток, каждая сняла его на час, и ни одна из них его совершенно не привлекала. Однако, выбора у него не было, и пришлось их удовлетворять, что для вчерашнего юнственника было и сложно, и обидно. А эти ещё специально его сняли, фетиш у них, видите ли, на парней с мизерным постельным опытом! И это лишь второй день, всего пять клиенток и без каких-либо извращений, а ему уже плохо, а что будет дальше?! "Это ради Незуко, - мысленно повторял себе Танджиро, сидя на первом этаже за барной стойкой в ожидании клиенток, - это всё ради Незуко. Я должен найти Незуко." Его коллега Гию Томиока, выполнявший роль наставника в искусстве древнейшей профессии, стал ещё мрачнее, узнав о причине трудоустройства Танджиро и компании в это место. - Ты либо глуп, либо слишком сильно любишь свою сестру, - сказал ему тогда Гию. - В любом случае, она не заслуживает твоей жертвы. И никогда её не оценит. Танджиро удалось узнать, что да, Незуко сюда приходила, долго отрывалась с куртизанами, потом её зачем-то вызвали в кабинет сутенёрши, а что было дальше - оставалось для всех загадкой. "Зачем Незуко понадобилась мадам Музан? - искренне не понимал Танджиро, потирая лоб. - Она хотела уйти, не заплатив? Да не, бред какой-то, на неё не похоже. Или она была слишком грубой с каким-нибудь парнем, за что с неё потребовали компенсацию за "порчу имущества"? Богиня, какая же мерзкая формулировка! Но разве Незуко способна на такое? Но что же тогда произошло? Ума не приложу..." В этот момент чёрная дверь, ведущая в подвал, открылась, и оттуда вылезла с бутылкой в руке, пошатываясь, живая и невредимая Незуко! - Я спускаюсь с Фудзиямы в светло-розовой пижаме... - пропела она, путаясь в собственных ногах и откидывая с лица спутанные, длинные, чёрные волосы. - О, очухалась! - усмехнулась Сусамару, протирая стаканы. - С добрым утром, спящая красавица! Ты многое пропустила! Танджиро во все глаза уставился на сестру, хватая ртом воздух, словно рыба на суше. Тут Незуко повернулась и увидела брата в непривычном её взгляду наряде. - Танджиро? - удивилась она, похлопав глазами. - Что ты здесь делаешь? Тот выглядел не менее ошарашенным. - Я искал тебя и устроился сюда, чтобы найти информацию! - выпалил он. - Ты не выходила на связь три дня, полиция отказалась тебя искать, в больницах и моргах тебя не было! Что мне ещё оставалось делать? - Ну и зря, подумаешь, напилась и провалялась в отключке, - был ему ответ сестры. Танджиро ошарашенно уставился на сестру. В глазах его плескалась боль и отчаяние. - Незуко! - с надрывом воскликнул он. - Я пошёл на такие жертвы, расстался с невинностью, стал торговать собой, а ты! Пьяная в подвале валялась! Незуко лишь отмахнулась, усевшись за барную стойку и поставив на неё бутылку. - Да ладно, зато теперь ты трудоустроен. Древнейшая профессия! А у Музан заведение приличное, элитное, сюда кто попало не ходит! Слышь, Суса, зови Музан. Я принимаю её предложение! Танджиро смерил сестру настороженным взглядом. - Какое ещё предложение? - О работе, конечно же! - отозвалась та, отхлебывая из предложенного Сусамару стакана. - А ты что подумал? - Какая работа? - еле вымолвил потрясённый Танджиро. - Ну как какая. Бизнес растёт, Музан нужны помощницы, вот она мне и предложила занять почетную должность эйчар-менеджера. Говорила ещё, чтобы я тебя пригласила, но ты и сам пришёл! - О, ну всё удачно сложилось, твой брат сам пришёл ко мне работать! - раздался позади голос мадам Музан. - Будет семейный бизнес! И крыша. - Сестру он искал, ага! - усмехнулась Сусамару. - Да просто хотел эмпауэрмента, раскрепощения, вот и искал предлог! - Главное, чтобы нас не накрыли, как ту Кагами, помните? - подала голос подошедшая Даки. - Не накроют, я плачу кому надо, - отмахнулась Музан. - И иностранцев в своё заведение не заманиваю! - Ага, конечно, а чернокожие мальчики откуда взялись? Чёрная Пятница? - напомнила Незуко. - Они, как все остальные, работают по контракту, они сделали свой свободный выбор как сильные и независимые, эмансипированные мужчины! - важно произнесла Музан, сложив руки на груди. - Сами пришли, никого не заманивала и не похищала. И вообще, многие из них полукровки, в этой стране родились, так что всё в порядке! - Хорош трепаться, надо отметить! Теперь нас, демониц, стало больше! - радостно хохотнула Сусамару, открывая новую бутылку. Танджиро впервые в жизни ощутил желание напиться. На душе было гадко, словно его предали и окунули в грязь, что, по сути, так и было. Ему капитально не повезло: мало того, что сестре помощь была не нужна и она весело проводила время, так ещё и он влип по полной программе - теперь он связан контрактом и ещё не скоро сможет уволиться из этого "элитного заведения"! Разве что какая-нибудь сердобольная дама могла бы его выкупить, но Танджиро прекрасно понимал, что вероятность такого исхода равна нулю. Кому нужен в спутниках жизни парень, чьё тело покупали многие женщины? - Сочувствую, - сказал его старший коллега Гию, подсаживаясь рядом. - Что мне теперь делать? - прошептал Танджиро, хватаясь за голову. - Выпить, чтоб не рехнуться. У Танджиро сил хватило лишь на то, чтобы согласно кивнуть. Слишком сильна была раздирающая изнутри боль. И пока куртизаны сетовали на свою горькую судьбу, только ночной мотылёк Дома наслаждался эмпауэрментом, ни в чём не отказывая клиенткам, и приносил доход в заведение мадам Музан.