Часть 1

            Между пальцами проходила тонкая белая нить. Она была мягкой и почти не ощутимой. Вещи должны выйти крайне удобными и приятными телу. Да и в целом новое, личное задание Римуры-самы с новым материалом грел душу. Шуне нравилось видеть радостную, иногда даже детскую улыбку, на лице господина. Да даже в облике слизи, или любом другом.       Римуру-сама умел западать в душу многим, и практически без боя склонять на свою сторону. Иногда это просто слова, иногда настоящие бои.       Как минимум её брата и остальных выживших ещё тогда огров, он сначала пригласил к себе…       «Только был бой…»       Брат спутал его с демоном, что пришел к ним в деревню.       Вздохнув, Шуна продолжила работать над станком.       Всегда с новым материалом разбиралась она, если из нее нужно сжить одежду, не забывая иногда советоваться с Доло, а потом уже передавала своим ученикам. К счастью хогоблины учатся быстро. Даже если сырье было сложным в обработке. Но этот материал имели схожую структуру с щелком, при этом невзирая на более тонки нити был крепче.       По словам господина в восточной части леса нашли старые катакомбы, в которых обнаружились лунные пауки, которые ранее считались вымершими. Они были одними из немногих монстров низких рангов, считавшиеся крайне не враждебные, хотя при этом были всеядны. И, это находку привезли Римуре-саме со всеми куколками. А тот попросил из них сшить, и Шуна выложится по максимуму, чтобы порадовать господина…       Еле уловимый смех пронесся под открытым окном, и утонул в звуках полноценной столицы. За четыре года, после крупномасштабной войны с Юки и его верными последователями. Только год назад столица и приближенные города были полностью восстановлены силами Герудо. Сейчас отстраивался весь мир, и он многим помогал.       Жизнь помаленьку приходил в норму. Научный прогресс постепенно шел своим чередом, и более не скрывался (большая его часть). Мир наконец-то мог идти новыми эпохами…       Вздохнув, Шуна поднялась с места, и подошла к окну, смотря на бурлящую жизнь. Семейные пары, как монстров, так и людей и похожих на них рас спокойно разгуливали по улицами, прикупая у мелких лавочек вкусной еды. Тут же вспомнился праздник, который закатил Ригурд, желая порадовать господина. Тогда было так шумно и весело, после боя и долгих работ, каждый желал оторваться по полной, из-за чего самые бушевавшие чуть не разнесли пол столицы, соперничая за звания «секретаря»…       Девушка хмыкнула.       Да, было забавно наблюдать за хмельной Шион и Дьябло… И за остальными.       За Габелом тоже. Качающиеся пел ей серенады. Глупо, по-детски, смешно, но… мило.       Взгляд погрустнел.       Горделивый, высокомерный, не видящий дальше своего чешуйчатого носа ящер. Неприятный. Зазнайка и идиот.       Именно такие мысли оставил о себе в первую их встречу.       Тогда он ей не понравился. Ведь он высмеивал Римуру-саму, не поняв и капли его силы. Но всё изменилось после сражения с Владыкой Орков. Габел пришел к господину напросился к нему на службу, и стал трудиться. Часто ошибался, за что сильно получал (не всегда от Римуры-самы), но работал над собой, становясь сильней. Он и его последователи. Каждый пытался доказать господину, что достойны дарованных имен.       И, стали элитой в Темпесте. Одним из сильных корпусов страны. В решающих боях показал себя великолепно, за что получал хорошую награду.       Сейчас, он её брат и многие другие, кто вели войска, сражаясь за свой дом, страну, мир — считаются уважаемыми существами. Занимающие поста своих корпусов.       Взгляд зацепился за группку детей, состоящую из разных рас. Гоблины, люди, зверолюды, ящеры, даже эльфята из глубин леса Джуры…       Всего четыре года, а все расы сплотились.       Шуно вздохнула.       Габел в городе уже как три дня, но так к ней и не пришел. Хотя обычно как вернется в столицу с миссий из других городах, или даже соседних стран, приходил, отвлекая от работы болтовней, кидая глупые шуточки, и банальные комплименты. Пусть после занятия должности, и Великого сражения, это было редкостью, но бывало. К тому же после этой ненормальной воны, рабочих рук не хватало, поэтому каждый как мог, работал, помогая друг другу.       Однако, невзирая на это, по-настоящему он ей не мешал. Габел невзирая на своё кажущееся легкомыслие, понимал, когда он мог без остановки говорить, крутясь рядом, а когда следовало помалкивать сидя в сторонке. После парочки жестких слов, и нескольких раз выгнав его за дверь, обучился он максимально быстро. Но лишь с ней…       И сейчас этого надоеды нахватает. В душе как будто пусто, а сердце беспокойно пульсировало. Она понимала, что уж с нынешними силами с Габелом ничего произойти не может. Но, было непривычно. Ведь он всегда приходил. И пусть проводил с ней всего от получаса до часа, это время самое теплое. Самое желанное. Из-за чего тишина в помещение с еле уловимым стуком внизу от станков, за которыми работали подмастерья и льющийся с улицы темп сбивал с толку, запуская корни одиночества.       «Занят, что ли?»       Да, Габел часто к ней приходил, но не каждый день. И если поначалу это действительно не нравилось, то, постепенно… стало неотъемлемой частью её жизни.       Момодзи, её невестка, даже как-то уж неудачно-удачно заметила, что Шуна ведет себя так же как и она сама, когда осознала силу Бенемару.       Губ коснулась улыбка.       «Влюбилась. Глупо, но приятно»       Понаблюдав ещё немного за потоком жизни на улице, решая в выходные прогуляться по городу, возможно, пересечется с Габелом, вернулась за работу. В голове стояла пустота, как и в помещение, а одиночество липкими касаниями проникало под кожу. Шуна не любила оставаться одна, если до своей женитьбы, Бенемуру часто тушил это чувство, ведь жили они под одной крышей, и проводили много времени вместо, то сейчас, этого времени меньше, хорошо ещё они живут в одном большом доме и в этом помогало няньчество с племянником, когда брат и невестка хотят побыть наедине…       Рука замерла, чудом не успев наделать ошибок в ткачестве. Одна неровность, и придется начинать сначала.       Но девушка ухватилась за эту мысль.       Наедине.       Стоит ли сделать первый шаг?       В том, что Габел к ней не равнодушен, Шуна видит четко. Он самый упорный из тех, кто бегает за ней, и единственный, кому она идет на уступки, пусть и не всегда. Но с ним она более терпелива и нежна.       «Тогда схожу к нему, и позову погулять»       Сердце притупило беспокойство, но одиночество раздражало. Мелькнула шальная мысль махнуть рукой, и позвать подмастерье. Но принцесса быстро отдернула себя. Нельзя. Нужно сначала самой выполнить просьбу господина, а потом можно будет передать все подмастерьям. Ей уже так часто не нужно этим заниматься, хотя, шить они любит.       Ветер с окна постепенно холодел, шум на улице становился громче, а в помещение темней. Стук за дверью тих, давая понять, что работники уже начинают постепенно уходить. Но и сама девушка практически закончила, закрепляя концы.       Сняв ткань со станка, и подняв, Шуна улыбнулась. Белоснежная мягка ткань. Из нее выйдет прекрасная одежда. Римура-сама говорил что-то про нижнее белье.       Потерев между пальцами, на щеках вспыхнул легкий румянец. Да, оно будет удобным, и даже не ощущаться на теле. А если красивыми кружевами обшить, то, счастлива будет не только девушка но и её избранник.       Из груди вырвался вздох.       Сегодня работа закончена, а завтра она поработает над кружевами, и эскизами внешнего вида белья. Только, нужно будет подобрать несколько моделей. Но с этим не будет проблем, в столице можно практически любому предложить побыть моделью, для тестирования новой вещи которую просил сделать господин.       Она и сама могла бы побыть моделью, тогда Шион будет жутко злится.       Представив себе, как подруга возмущается, Шуна усмехнулась. Всё же иногда её злить смешно… И соперничать с ней забавно. Но если когда Федерация Джуро Темпест только-только начинала зарождаться, их соперничество имело очень серьезный посыл, то сейчас, это было больше дружеская игра. Ведь влюбленность в господина утихла, оставив восхищение и благодарность в душе.       Убедившись, что уже все рабочие места подмастерьев пусты, Шуна закрыла здание, и посмотрела на небо. Оно было черным с россыпью звезд. Но на улице было достаточно светло из-за фонарей, так что даже в вечернее и ночное время, можно не боятся заплутать. Все же после всего что произошло, столица выросла раз в десять. Добавились новые районы, жители.       Взгляд упал на резную дверь. Её здание так же потерпело изменений. Оно стало больше, в нем появились разделения, на бухгалтерию, дизайнеров, швей и работников со станками. При этом Шуне порой самой приходилось возится с бумагами, разбирая отчеты и прочее. Пусть этого не много, но не самая интересная работенка. Больше по душе ей самой возится со станком, который у нее в кабинете стоял. Но Римуру-сама готовил план про фабричную работу. Дабы облегчить работу, но при этом как-то морщился. Видимо с этими «фабриками» в его мире были проблемы. — Эм, Шуна-чан, всё хорошо? — прозвучал родной голос за спиной.       Девушка обернулась. Малиновые глаза столкнулись с золотыми.       Сердце затрепетало. Он пришел. Щек обжег румянец.       Она улыбнулась, качнула головой. — Нет. Всё хорошо. Почти закончила работу с лунным щелком.       Девушка подошла к нему, задирая голову. Он был выше неё, и достаточно прилично. Даже выше её брата, хоть и не сильно. — О-о, из тех пауков? — улыбнулся ящер, — А они слабые. — Зато их щелк крепок, хотя и тонок.       Повисла пауза.       Шуна рассматривала чешуйчатое лицо ящера (мордой уже язык даже в мыслях не поворачивался так сказать). Не понимая как могла влюбится, на первый взгляд в не привлекательного парня. Всё же они с Габелом из разных рас, так ещё его цепь эволюции ушла дальше в сторону драконов, нежели его сестры Тоуки. Понятия красоты у обоих иное. В её деревни красивыми считались сильные, крепкие мужчины с острыми рогами. У ящеров что-то связанное с крепостью тела и наличия хвоста…       «Но это касается обычные расы»       Те, кто смогли переступить эволюцию, то уже считаются особенными. Но, все последователи Римуру-самы — особенные, ведь носят его имя, и занимают высокие ранги расовой эволюции. — Э-э, возле центрального парка открыли новый ресторан. Там такие вкусные стейки подают, а ещё фруктовые салаты! — быстро затараторил ящер, — Так может сходим?       Слегка наклонив голову набок, Шуна с задумчивостью всматривалась в золотые глаза. В них плескала надежда и легкая паника, выдавая Габела. Он не хотел получить отказа. И сама Шуна не хотела сегодня отказывать ему.       Губ коснулась улыбку. Она кивнула. — Да.       Габил довольно улыбнулся, и не спеша повел её за собой. Рассказывая, как его подчиненные нашли катакомбы, при патрулировании, как вместе с ними он их обследовал. Не забыв про смешные моменты с подчиненными, но Шуна знала, что из трех, один случай точно был лично Габела, но ящер естественно перед ней старался казаться идеальным.       По пути попадались кампании туристов, влюбленные парочки и большие семьи, как одной расы так и смешанные, хотя последнее редко. И каждый раз, увидев смешанные пары, ещё и в окружении детей, Шуна бросала мимолетные взгляды на болтавшего ящера.       Её брат с невесткой тоже смешанный брак, но при этом племянник унаследовал силу отца. А учесть, что Бенемару уже эволюционировал в Демона Лорда, то более детей завести не сможет. И от этого становилось грустно. Ведь и Габел Демон Лорд.       «Но, какие бы у нас родились дети?»       Шуна всего несколько раз задавалась такими мыслями, но так и не приходила к конечному ответу. Сложно предугадать, хотя в том, что она бы рожала, а не откладывала яйца — факт.       Она вновь посмотрела на Габела. Тот уже повествовал о пути возвращение домой, и спасение совсем зеленых авантюристов, что влезли в логово гигантских муравьев. Взгляд зацепился за плечо, и когда тот резко сменил тему, спросив, не холодно ли ей, Шуна подошла в плотную и, обняла его руку, чем вызвала ступор.       Они остановились.       Его чешуйчатая кожа крайне грубая, и даже под тканью рубахи ощущалось это. Но, при этом, теплая, что непривычно. Будь он всё так же обычным, рядовым ящером, то был хладнокровным. Но сейчас будучи уже Драконьим Лордом, его кожа тепла. Ведь Истинные Драконы и их близкие потомки — теплокровны. — Так тепло, — легко произнесла Шуна, ощущая как щеки стали ярче гореть, но сегодня отступать она не намерена.       Уж, если Тоука умудрилась окольцевать Соуэйя, то у самой Шуны выйдет всё куда легко и быстро. Ведь Габел не хладнокровный красавец, скрывающийся в тени. Габел — харизматичный, шумный, но сильный воин, который сам за ней бегает. Это даже напоминает, как его сестра кругами ходила вокруг Соуэя, прежде чем стала его женой. — Или тебе неудобно? — Шуна подняла голову, сталкиваясь с удивленными золотыми омутами. В них плескали смешанные чувства, а на щеках потемнела кожа, что указывало, что и ящер смущен. — Н-нет. Удобно. Да. Удобно! — закивал он головой.       Шуна нежно улыбнулась. — Тогда, после ужина, погуляем по городу? — Аа… да? — неуверенно произнес ящер.       Девушка покрепче вцепилась в его руку, и потянула за собой. — А потом домой проводишь. — Обязательно! — А потом можно будет повторить. — А? Что? — обескураженный ящер не мог оторвать глаз от розовой макушки, когда принцесса его сердца успела перемениться? Но тем, не меняя, он рад, что сегодня, она столь… уступчива. Он улыбнулся и уточнил: — Всё? — Да! ***       Вечер прошел потрясающе. Габел не только позвал, но ещё и заранее в том ресторане заказал столик, так ещё с лучшим видом на центральный парк. Блюда ресторана оказались потрясающими, а вино сладким. Музыка заведения располагало, а улыбчивый персонал грел сердце. Ящер всё приготовил, от чего мелькнула шальная мысль об предложении, но принцесса быстро отмела её. Ещё рано, да и Габил знал, что она мягко, но отказала бы ему…       Точнее, она так думала.       Сейчас бы Шуна не отказалась от этого сюрприза. И толи от бокала вина это, толи от полного принятия чувств, и желания продлить их свидания, девушка не могла точно понять. Но…       После ресторана пришла череда прогулки по городу. Сейчас не было ни какого праздника, из-за чего не стояли обилия мелких лавок с едой и побрякушками. Не висели фонари и гирлянды, не было салютов. Но, даже так вечер завораживал, и грел сердце. И уже сама принцесса рассказывала об своих историях, из детства, недавние в столице или мелкие-редкие приключения. В этот вечер её слушал Габел, а не она его. И это так восхищало, радовало по детски, что девушка не хотела отпускать ящера у калитки дома.       Она знала, что все спали. Огни в окнах не горели, видимо молодые родители смогли уложить свой маленький ураган. Поэтому, хотелось ещё немного, побыть, наедине с… любимым.       Габел осторожно сжимал её ладонь. Было видно, что и ему хотелось продлить этот вечер. Впервые за столько лет, их негласные свидания напоминали настоящую прогулку двух влюбленных.       И Шуна подходит вплотную, тихо просит склониться. Габел покорно подчиняется, и нежные девичьи губы касаются грубой чешуйчатой кожи. Ящер замирает в неверии происходящего, его хвост и крылья дрогнули. Тело задрожало, рука сжала ладонь девушку сильней, но лишь в последнее мгновение он отпускает её, и заглядывает в малиновые глаза. Они смотрели с теплой и нежностью, которой редко, но одаривала его она. Из-за чего Габел всякий раз продолжал следовать за ней. — Ш-Шуна-чан? — Может, станем парой?       Уж этого ящер точно не ожидал. Всё что угодно, от банальных оправданий, которые даже в исполнении Шуны выходят крайне убедительны. До молчаливого ухода от ответа. Но, не столь желанное предложение. — А, можно кое-что сделать?       Она молчит, вглядывается в его глаза, и кивает.       Он осторожно подхватывает её под изгиб колен одной рукой, а второй приобнимает за плечи. — Может, тогда, в следующий раз устроим и воздушное свидание?       Он улыбается ей, чувствует, как горит всё лицо. Они даже по-разному смущаются. Вон, у Шуни лицо краснеет, а у него становится на тон темнее чешуи. Но тем не меняя… она его приняла. — Ум, да.       Нежные пальчики касаются его челюстей, поворачивают к себе, и оставляют новый, невинный поцелуй спереди, в приоткрытую пасть.       Габела качнуло, он чудом устоял на ногах. Только во снах он это видел, а тут всё наяву. — Но, сейчас… стоит завершить свидание, — через силу, произносит принцесса, и Габил вновь подчиняется. Опускает её на землю, желает спокойной ночи, и взглядом провожает до двери, но не уходит. Он долго стоит у калитки, наблюдая, как в комнате принцессы загорается свет, как она выглядывает, посылает ему смущенную улыбку и уходит от окна.       Свет погас.       Он стоит как в прострации, до сих пор ощущая нежные, даже воздушные прикосновения пальчиков и губ к своей морде. Лицом, как ни крути не назовешь. Он все же больше на зверолюдов похож…       Шумно выдохнув, Габел вспорхнув, устремившись в небо, прямиком над облаками.       Сердце колотилось быстро, душа ликовала. Каждая клеточка тела, душа, нутро — всё ликовало, горя от восторга. Шуна сама предложила стать парой! Сама его поцеловала!       Он касается своей морды.       «Она меня поцеловала!»       Ящер падает вниз. — УРА!!! — не сдерживается он, и кричит на всю округу. Плевать, на то, что его могут за шум наругать. Здесь и сейчас он не может удержать радости.       У кромки воды успевает спикировать, погружаясь на глубину озера, и выныривает, шумно дыша. Холодная вода отрезвляет рассудок. Он доплывает до берега, встряхивает крыльями, и машет головой. Присаживается на холодный песок и смотрит вдаль ночного горизонта.       Теперь, стоит не упустить шанс женится на Шуне.       «Только бы она сама мне не предложила…»       Почему-то в голове мелькнула образ, как она, точно так же предлагает вступить в брак. Но даже если она предложит, он точно не откажет. Уж точно не ей. — Я женюсь на тебе, Шуна-чан! — горячо произнес он, и улыбнулся.