~С тобою я смогу все, лишь только держи мою руку, не отпускай~

      Вот оно, то самое чувство, когда после благополучно завершенной космической миссии, возвращаешься домой. Когда наконец ступишь на землю, воссоединишься с родными, обнимешь, вдохнешь запах, прижмешь к себе, утолишь тоску, которая втечение всего этого времени в разлуке раздирала душу на части. Ведь отправиться в открытый космос, это не в другую страну слетать, с возможностью быстро вернуться. Это многие миллиарды киллометров от дома, от земли в конце концов. Где кроме корабля и находящегося на нем экипажа больше никого нет, где и с семьей связаться не всегда получается, где может случиться все, что угодно. Пусть возвращение и займет много времени, но греет сердце сама мысль о том, что пускай и через полгода, но они будут дома. Крис был согласен и на это. В конце концов, это не первый его полет на Марс, но с одной лишь разницей- до этого его никто не ждал, а теперь, пусть и в другой стране, его ждет любимая женщина. И он планировал после возвращения, как только пройдет положенный курс реабилитации, поехать в Стамбул и сделать ей предложение. Потому что дальше без нее он уже просто не сможет. С Мюннивер ханым они познакомились два года назад, когда доктор Бек будучи в отпуске ездил в Стамбул по приглашению одной своей давней приятельницы. И с первого взгляда он влюбился в эту привлекательную, неказистую женщину. Он и представить себе не мог, что почти в сорок лет с ним может случиться что то подобное. А вот случилось- как увидел, сердце екнуло и дыхание перехватило. Взяв ее тонкую руку в свою понял, что влюбился. Неотвратимо. Безповоротно. Ниже него на целую голову, хрупкая, изящная, в своей зрелости очень даже притягательна и обезоруживающе мила. Большие, темные глаза не оставляли ни единого шанса, ни единого выбора, кроме как в них просто утонуть. Да, она старше него всего на восемь лет, да из простой семьи, с простецким таким нравом и до умиления простодушная и домашняя. Вот тут Крис и осознал: - моя. Никому ее не отдам. Он до сих пор с замиранием сердца вспоминает момент их первого поцелуя тогда, два года назад, в том ресторане. Помнит, как она смущалась, очаровательно алела щечками и что то там тихонько шептала о том, что так нельзя и это неправильно. *flashback* Стамбул 2018 год Крис уже мало слушал что там говорила Ниль и что они так бурно обсуждали с Синаном. Он вообще уже ничего не слышал, кроме своего бешено стучащего о грудную клетку сердца и шума крови, ударившей прямо в висок, когда Мюннивер ханым, эта невозможная, такая необыкновенная женщина, пытаясь уйти от его взгляда бегала глазами по помещению и нервно теребила в руках вафельное полотенце. Он чувствовал, что она взволнованна и что быть может смущена таким пристальным вниманием, но ничего с собой поделать не мог. Вот совершенно ничего. С ним никогда еще не случалось ничего подобного.Обычно, ему нужно было время, чтобы узнать партнера перед тем, как начинать отношения. Приглядеться, притиреться, понаблюдать а тут, он чувствовал, что готов как мальчишка в омут с головой броситься, горы свернуть, только бы добиться ее внимания. Это будоражило и без того разгоряченную алкоголем кровь и вело голову, похлеще него же. Он упустил момент, когда Мюннивер куда то ушла и отправился за ней, благо отсутствия его никто не заметил за бурным обсуждением. Крис нашел ее в пустой рекреации, возле раковины. Она увидев его отражение в зеркале, наскоро ополоснула лицо водой и закрыв кран, вытерлась все тем же полотенцем. — Простите меня пожалуйста, если я вас смутил- начал Крис, не сводя с нее глаз и складывая руки на груди. Затем вздохнул и собравшись с мыслями продолжил: — Я понимаю, это покажется вам не серьезным и даже ребячеством, быть может, но я влюбился в вас.- — С первого взгляда- выдал он, как само собой разумеющиеся и развел руки в стороны. Была у него привычка, не застегивать на рукавах рубашки пуговицы и не застегивать ее полностью, оставляя две- три также расстегнутыми. И Мюннивер не могла не признать, что выглядит он просто идеально. Такой разнузданный сейчас и хмельной, но в то же время собранный и сосредоточенный. По нему даже было незаметно, что он немного выпил, но с губ у нее сорвалось совсем другое: — Вы, очевидно много выпили, эфенди — она старалась как могла, пропустить мимо ушей то, что он только что сказал и лишь приняла самый благожелательный вид, все еще внутренне содрогаясь, ожидая его действий. Ожидая и желая оказаться в его сильных руках. — Вы считаете? — мягко шепча, склонил голову к плечу Крис. Он вдруг почувствовал, что готов сейчас на все и не намерен был отступать. То ли это выпитое шампанское так сказывалось, то ли это его природные смелость и упорство, не ясно. Но уже в следующий момент он сделал шаг к ней, а она отступила назад, упираясь поясницей о раковину. — Бога ради, не бойтесь меня- томно проговаривает он и поднимает руки в примирительном жесте: — Вы и вправду вскружили мне голову, ах, чаровница неземная, одним лишь своим взглядом покоя лишили- Мюннивер лишь шумно сглатывает, а внутри все разом сводит от столь сладостных слов. Сладостных, что бы быть правдой. Она уже хочет что то возразить, воспротивиться, закричать- да что угодно, вот только язык прилипает к небу, казалось бы намертво, более того, ее вновь бросило в жар, а собственное тело предательски задрожало. Каждая клеточка внутри пела, звенела, отзывалась на каждое его слово. Чертов искуситель, видимо есть опыт в соблазнении, даже без рук, одним лишь словом доведет до обморока. В груди сразу зашевелилась неясная, совершенно неуместная ревность. Да кто она такая, чтобы ревновать то? Но делать было нечего, он уже приблизился к ней вплотную и пока более не предпринимал никаких действий. — Образумьтесь, бей эфенди, придите в себя, мы с вами знакомы всего пару часов, да к тому же, я старше вас- только и смогла пропищать не своим голосом Мюннивер, зажмурившись и вновь громко сглатывая. Его близость пьянит, кружит, волнует до крайности, его горячее дыхание лишает всякой воли, даже не касаясь его она ощущала то, как перекатываются под рубашкой его крепкие мышцы, а жар тела просто сводил ее с ума. На это ее заявление Крис усмехнулся, оголяя ряд белоснежных зубов с идеальной кромкой и слегка качнул в сторону головой: — А вот это действительно смешно — — Боже, неужели ты приверженка этих глупых стереотипов? — тихо произнес он, проникновенно заглядывая в ее глаза. Внутри распалялось желание ее обнять, прижать к себе и впиться в эти манящие уста с поцелуем. А она все продолжает что то бормотать, неугомонная: — Глупых не глупых, но это так и…- следующее предложение потануло в глухом всхлипе, а ноги подогнулись, когда Крис просто сжал глупышку в своих руках и прильнул к ее губам своими, теснее прижимая к своей груди не сильно, но так, чтобы она не оттолкнула и не убежала. А она бы и не смогла, даже если бы захотела. Ей вообще казалось, что она уже не здесь, а где то далеко отсюда. За спиной выросли крылья, хотелось летать, а на душе стало вдруг так тепло, словно тягучая, нежная, сладкая патока растекалась по венам. То были его губы, что нежно так выцеловывали ее собственные, приоткрывали, проникали в рот властно и напористо, но в то же время нежно и чувственно. Она терялась в реальности и собственных ощущениях лишь цепляясь за его крепкие, широкие плечи, отдаваясь моменту. А вот самого Криса вело лишь от ее цветочного запаха и того, как отзывается она на каждую его ласку, каждое прикосновение, как заполошно бьется чувствительная жилка на ее шее, к которой он тут же приник губами, вырывая из ее груди рваный выдох и едва слышный стон, что эхом раздался по пустой рекреации. Он тут же вновь прижался к ее губам в попытке поймать ими ее стон и гортанно взрыкнул, когда она все еще продолжая дрожать всем телом прижалась к нему теснее и зарылась руками в волосах. У него в груди просто полыхало, а в голове туманилось. Он все еще не верил, что это на самом деле происходит. Оторвавшись на миг он вновь оглядел ее и сорванно, хрипло прошептал: — А теперь, кричи, зови охрану, пусть твой брат прямо сию же минуту меня изобьет, но только знай, я тебя теперь никуда от себя не отпущу, Мюннивер ханым- шало улыбнулся он, приглаживая выбившиеся прядки волос у нее из прически. Мюннивер в тот миг осознала, что сошла с ума. Такого ведь не бывает. Но видимо, именно с ней и произошло. Она поверила, позволила себе поверить в его искренность. Ведь в его объятиях она чувствует себя полноценной, живой, нужной…любимой. Она чувствует себя женщиной. У нее конечно есть сомнения и наверняка останутся, но он так умело сметает их все до единого, что они становятся мелкими и незначительными. Сумасбродно, не дальновидно, не серьезно и совершенно по детски, но она тоже хочет быть счастливой. Она лишь неловко рассмеялась и ткнулась носом ему в грудь, обхватывая руками его поясницу: — Глупый ты глупый, да зачем я тебе нужна? — — Вокруг полно красивых, молоденьких девушек. Только пальцем помани- горько вздохнула она, водя носом по его ключице, ощущая терпкий запах мускуса и одеколона с ароматом морского бриза. Страстный морок наваждения отступил и приходится признать очевидное. — Мне нужна только ты, моя чаровница- выдохнул доктор Бек и скрестив руки на ее спине поцеловал в макушку и поводил носом по волосам. — И кто бы что ни говорил, это не изменится.- — Еще минуту назад я и не надеялся на такое счастье, а теперь получив его низачто не упущу — он вновь взял ее лицо в свои ладони, оглаживая его большими пальцами: — Я же теперь не смогу без тебя- — Жалеть ведь будешь- покачала головой женщина, чуть отстраняясь. — Никогда в жизни — заверил ее Крис и слегка наклонился, чтобы чмокнуть ее в лоб. Затем протяжно вздохнул и на миг зажмурился: — Мой отпуск подходит к концу и уже послезавтра я вернусь в Штаты, а там у меня намечается экспериментальная миссия на Марс- он вновь коснулся ее губ, видя что она молча слушает его. — Меня не будет полтора года- добавил он — Может дольше- — То есть, ты будешь далеко в космосе? — протянула неуверенно и как то расстроенно Мюннивер, медленно снимая руки с его торса. — А до этого, за много километров на другом конце земного шара- Крис поймал ее руки и сжал в своих: — Ты только меня дождись- попросил он. — Как вернусь, я приеду и мы с тобой всегда будем вместе, я клянусь тебе- пообещал он ей и вновь порывисто ее обнял: — Умоляю, пообещай, что дождешься- — Обещаю- кивнула она, прижимаясь к нему крепче. — Ты моя, Мюннивер- утвердил Крис, водя ладонями по ее спине. — Твоя- вторила она ему и потянулась к его губам своими. Наши дниТогда Крис действительно горячо верил в это. Ему не хотелось даже думать об обратном. Он внутренне холодел лишь от одной мысли, что за эти полтора года что то могло измениться. То есть да, у них было только два дня перед его возвращением и да она обещала его ждать, но ведь не обязана была. В конце концов он в Америке, она в Турции и вполне могла уже о нем забыть. Ведь что у них было- пылкое признание в любви и страстная, желанная близость. Все это время доктора Бека изводили эти мысли. Изводили и изматывали, что в открытом космосе в принципе недопустимо, как и любое эмоциональное перенапряжение. Но он упорно гнал эти мысли прочь и лишь надеялся, что у них еще будет шанс. С этими мыслями он и отправился в свой личный отсек, попутно слыша, как ребята общаются со своими родными по видеосвязи. Он тоже добрался до своего ноутбука и открыв его, с секунду помедлил и найдя в списках контактов знакомый номер с такой знакомой улыбающейся аватаркой и подписью «Benim Hayatim»* нажал на кнопку вызова, тут же уставился в висящую плазменную панель, что была синхронизированна с ноутом. На черном экране уже в увеличенном формате отобразилось ее фото и потянулись длинные гудки. Крис сцепил руки в замок, касаясь их губами и зажмурился. Уже спустя четвертый гудок, на экране отобразилась вначале кухня, а затем и сама Мюннивер. Выглядела она запыхавшейся, но довольной и все такой же родной. — Любимый, ох, слава Аллаху- она протяжно выдохнула и села за стол, широко улыбаясь. У Криса зашлось сердце. Его любимая не только не отказалась от их любви, но и ждет его. Он сморгнул и полуулыбнулся: — Ты чего такая запыханная, звездочка? — — А, да я тут сютлач приготовила, в духовку поставила. А тут соседка пришла и я пока с ней то проболтала, чуть его и не прокараулила- принялась рассказывать Мюннивер, жестикулируя рукой, на которой все еще была надета прихватка. — Я так скучала, так переживала- выдала затем она, мило улыбаясь, а глаза ее так и светились от счастья. — Я тоже смертельно соскучился по тебе- Крис вновь сморгнул и провел по лицу рукой. — Мы уже летим домой, родная- мягко произнес Крис. — Через три месяца мы будем вместе- Тут уже Мюннивер заплакала, снимая с руки прихватку: — Я думала, вернее предполагала, что тот единственный раз для тебя ничего не значил. Что едва ты вернешься в Америку обо всем забудешь- шмыгнула носом она, а Крис тоже болезненно зажмурился и подошел ближе к панели. — Я ничего не забыл. Как ты могла думать так? — — Еще тогда я четко и ясно обозначил свои намерения и отступать от них не собираюсь- — Это я весь извелся, думая что ты уже давно нашла кого нибудь другого- он старался перевести это в шутку, но слишком уж долго навязчивые мысли его терзали, чтобы теперь ими не поделиться. — Глупый ты, глупый- покачала головой Мюннивер. -Как я могла, если думала только о тебе все это время. Думала и очень сильно ждала- — Я люблю тебя. И пока ты со мной, я могу все- Крис приложил ладонь к губам и Мюннивер по ту сторону экрана сделала то же самое. Это был их жест, который они придумали, когда прощались в аэропорту Стамбула. ~ Через три месяца, команда Арес III вернулась на землю. А Мюннивер сама прилетела в Америку, чтобы быть рядом с любимым во время реабилитации и адаптации. Еще через месяц они с Крисом отыграли свадьбу и доктор Бек попросил о переводе в исследовательский центр Стамбула. ~