Относительно

– Да что я сделал этой гребаной жизни!? Ксавьер ещё раз ударил по крепкому стеклу полицейской машины и упал на заднее сиденье, поджимая ноги. Как ему хотелось вместо жёсткой холодной поверхности упасть на колени Уэсндей. Он бы отдал всё на свете, лиж бы она хоть раз погладила его по голове и поцеловала, хотя бы в щеку, и он больше никогда ни о чем не попросит. Торп зажмурил глаза, в которых застыли слезы. Ему всё это казалось чем-то несбыточным, но маленькая бумажка в руке говорила об обратном. Парень снова принял положение сидя, вглядываясь в одну точку. Где она сейчас? Что с ней? Жива ли?... О последнем вопросе Ксавьер боялся даже думать, но навязчивые мысли лезли в голову. Боязнь того, что он не успеет признаться ей во взаимности не давала покоя, хоть и казалось весьма бредовой. "Это же Уэнсдей Аддамс, которую сама смерть обходит стороной" – именно этими мыслями пытался успокоить себя парень, но выходило это очень плохо. Он не знал, сколько прошло времени, прежде чем по холодному металлу снаружи не раздался стук. –Вещь! Торп быстро вскочил, прикладывая свою ладонь к стеклу. Наконец-то появилась надежда. Ноги уже совсем не слушались. Все таки от такой физической нагрузки Уэнсдей отвыкла за время прибывания в Неверморе, но склеп было уже видно. Преодолев небольшое расстояние, Аддамс остановилась у входа. Преследователя уже не было слышно, но тревого не покидала. Девушка села на землю, уставившись в одну точку. Те люди, которых она отталкивала от себя, готовы рисковать своей шкурой ради неё. Энид.. настолько яркая и артистичная, открытая всему новому, возможно теперь никогда не избавится от шрамов на теле, оставленных хайдом, а Ксавьр — от шрамов на душе, которые так любезно оставила Уэнсдей. Интересно, прочитал ли он записку. А даже если и прочитал, какой была его реакция... Девушка дотронулась ладонью до стены и собралась вставать, но вдруг голова непроизвольно закинулась назад, ещё раз ударяясь о камень. Мутная картинка. Какие-то серые разводы разбавляли более красочные, синие и красные. Полицейская машина стояла у ворот Невермора, одна из задних дверей была открыта, а её оконное стекло небрежно выбито. Дальше Тайлер. Без одежды и весь в крови, глубоких порезах лежит посреди леса, пока его глаза резко не распахнутся. Здравый ум вернулся к Уэнсдей, но что-то явно было не так. После длительного бега и полученного шока несколько раз тело совсем ослабло, и сейчас её кто-то затащил в сам склеп Крэкстоуна. Энид схватилась слабыми пальцами за землю, слезы рекой текли по щекам, смывая кровь и грязь с лица. Не так она представляла свое первое обращение, но внутри она очень гордилась собой. Не каждому выпадает честь помочь в чем-либо Уэнсдей Аддамс. Было холодно, Синклер кое как добралась до своего розового пальто, которое скинула на ходу и закуталась в него. Многочисленные порезы болели, но не настолько сильно, чтобы лежать на земле. Девушку просто одалела слабость, все таки обращаться – это не так легко с первого раза. "Полежу и встану" -думала Энид, удивляясь своей же глупости. Руки почему-то очень сильно болели и ощущалось напряжение в плечах. Уэнсдей открыла глаза. Быть подвешенной за запястья–не самая тяжёлая пытка, но мышцы болели знатно. Где-то поодаль девушки стояла сама Торнхилл, что-то внимательно изучая. Уэнсдей очень хотелось съязвить, но тошнота и головокружение не давали этого сделать. Именно в этот момент она почувствовала себя просто человеком. Ей было плохо, больно, страшно. Но даже в этот момент Аддамс постаралась не изменять себе. – Ты читаешь одну и ту же страницу ровно 56 секунд. Я бы прочитала за 40. В этот момент ребра пронзила резкая боль, как выяснилось, от полицейской резиновой дубинки. –Собака играется с новой резиновой игрушкой. Как мило. Уэнсдей бросила реплику в сторону Тайлера и повисла тишина, которую через несколько минут разорвала Торнхилл. –Чтоб ты знала, Аддамс, мне совсем не жаль. Захоронение Крэкстоуна резко озарил противный для Уэнсдей свет, и как только она увидела все ампутированные части тел, к ней пришло озарение. Как она не додумалась до того раньше? Возможно, когда-нибудь она пожалеет об этом. Потом. Оковы резко ослабли с помощью помощи Тайлера, и тело упало на каменный пол. Руки свело от резкой смены их положения, и не успев ничего понять, Уэнсдей оказалась прижатой к стене. –Энид Произнесла она, обращаясь к Галпину. Но кроме агрессивной реакции, ничего не получила, а после он покинул помещение. Торнхилл медленно что-то изучала взглядом, а после без лишних реплик, схватила Уэнсдей за воротник. В воспоминании всплыл Ксавьер, который несколько часов назад так же держал её. Или немножко по другому? В его движениях была осторожность и какой-то страх, в отличие от этой женщины, которая по видимому вошла в азарт. Уэнсдей тошнило и казалось тело выворачивает на изнанку, она смутно видела горящий свет и захоронение, а трение о пол почти не ощущалось. У неё не было сил сопротивляться. В лесу было слишком тихо. Энид, замерзая на земле, попыталась встать. Она схватилась рукой за дерево по близости и не смогла сдержать улыбки. Уэнсдей её точно отблагодарит, и нужно рассказать Аяксу! Но что-то не давало покоя, будто бы случилось ещё не всё. Ее волновал вопрос о том, куда побежала Уэнсдей, а в голове уже возникали мысли последовать за ней, ведь как оказалось, даже она иногда не справится без помощи. Энид прикинула в голове, в какую сторону направилась подруга, и это не составило труда понять, что именно в склеп Крэкстоуна. Голова иногда слегка кружилась, но если не обращать внимания на царапины, девушка чувствовала себя хорошо, поэтому довольно таки быстро последовала за Уэнсдей. Склеп уже был виден, и из приоткрытых дверей доносилось какое-то легкое свечение, которое настораживало Энид. Она остановилась. Острый слух уловил непонятные шорохи, но это уже было похоже на походку человека. В темноте не было видно кто это, но девушка, счастливая от появления подруги, ринулась вперёд. –Уэнсдей! Ты видела? Как я его! Но высокий силуэт заставил Энид остановится. –Синклер, ну давай, расскажи, как ты меня? В темноте Тайлер блестнул мерзкой улыбкой. – Где Уэнсдей? – Отдыхает Энид будто бы застыла на месте, наблюдая, как Тайлер к ней приближается. Надо бы бежать или обращаться, но в этот момент даже когти не захотели появиться. Страх сковал тело. –Как отдыхает? Вопрос остался неотвеченным, а сердце бешено застучало. Галпин был совсем близко, меньше расстояния вытянутой руки. –Отойди от неё! Голос еще одного человека нагнетал обстановку, но Энид почувствовала небольшое облегчение и позволила себе немного расслабиться. Аякс стоял сзади Галпина, пристально наблюдая за ним. Всё случилось в один момент. Резкое движение руки перед тем, как Петрополус схватил Тайлера и оттащил назад. Энид издала что-то вроде писка, падая на землю с широко раскрытыми глазами. Рядом же лежал нож, который упустил Галпин. Девушка хрипела и хваталась пальцами за горло, которого уже не было видно за кровью, воротник розового пальто моментально промок, а взгляд стал стеклянным, крики Аякса вскоре перестали доноситься до ушей Энид.