Книга

      Psychotic Beats, Pati Amor - Killer Shangri-Lah

      Вязкий, рассветный туман окутал зелёные сады, заставляя мир играть по его правилам. Царившая безмятежная атмосфера напоминала Эдем, о котором так грезили смертные существа, а стеклянная оранжерея, украшенная витиеватыми, серебренными прутиками, уже была готова к посещению юной особы. Парень мечтательно улыбнулся своим мыслям и аккуратно провёл ладонью по белоснежным лепесткам вейгелы, смахивая прохладную росу. Кустарник был посажен совсем недавно, отчего требовал большей заботы и внимания. Садовник присел на колени, дабы тщательно осмотреть цветки, и услышал подозрительный шорох. По свежей траве, точно змей, пробиралась статная, мужская фигура. Изящной походкой незнакомец неспешно приближался к растерянному юноше. Казалось, что только раскрывшиеся цветочные бутоны вновь закрылись, предчувствуя скорую бурю. На дрожащих ногах садовник всё же встал с влажной земли и робко окликнул нежданного посетителя: — Кто вы? — Чудовищно, — театрально изумился Юсупов, прикрывая деревянным веером половину лица, — Россия точно катится в бездну, раз прислуга не знает своего господина! Юноша рефлекторно опустил голову, стыдясь такого непростительного и в тоже время неимоверно глупого проступка. — Ваше благородие, простите дурака, туман на дворе, не сразу узнал вас. Князь опустил веер, демонстрируя самую кроткую улыбку в его жизни. Понимающе закивав головой, он заговорил с ним с таким ласковым и сердечным голосом, что позавидовала бы даже собственная матушка. — Какое же ты ничтожество! Лепестки вейгелы, словно по повелению Черной королевы, окрасились в чарующий алый цвет. Безмолвное тело с грохотом повалилось на траву, сбивая собой чемодан с инструментами, что некогда принес сам садовник. Теперь элегантный веер виднелся в хрупкой шее. Она нещадно кровоточила, оставляя багровые следы на траве. Юсупов брезгливо искривился в лице, будто юноша даже не заслуживал пасть от княжеской руки, и со всей аристократической педантичностью вытер кровь с золотого кольца. Последний раз взглянув на труп, он радостно похлопал в ладоши и направился в свой кабинет, оставляя за собой еле уловимый шлейф безумства. Утром Есения проснулась с ужасным чувством тревоги. Мысли непрестанно путались, очерняя собой сознание. Холодными пальцами девушка нервно прикоснулась к своему лицу, пытаясь прийти в себя. Что-то надвигается. Она точно это знала. Надев легкое, голубое платье девушка причесала свои черные волосы и украсила их нежным бантом. Открыв потайной отдел в туалетном столике, Есения начала искать маленькую, малахитовую шкатулку, однако наткнулась на серебренный компас. Девушка тяжело сглотнула образовавшийся ком в горле. Открыв крышку дрожащими руками, она с любовью погладила гравированную надпись. — Сердце бьется и добьется своего, — осторожно прочитала Есения и прижала к груди частичку прошлой жизни. Она не надеялась на чудо, не верила в Всевышнего и порой проклинала гадалок, однако непоколебимое, детское желание найти оставшихся в живым родных всё же оставалось с ней.

idontwannabeyouanymore - billie eilish (speed up)

Неожиданный стук прервал мысленные потоки. Живо убрав компас, Есения дала разрешение войти в комнату. Парень молча прошёл к кровати и вольготно лёг, игнорируя вопросительный взгляд. Его мягкие кудри переливались благородно золотым оттенком, привлекая девичье внимание. Она внезапно задумалась. Кто же Юсупов в её жизни? Он не наставлял, не учил, как правильно ей жить, порой не навещал по месяцами, а возвращаясь, спрашивал лишь какой цвет рубашки ему к лицу. Но в тоже время князь всего одним своим существованием вызывал непостижимую тягу ко всему на свете. Парень вечно говорил загадками, подбирая самобытные аллегории и ссылаясь на труды великих людей, мифы и легенды. Есения же хотела просто понять его. Разгадать шифр. Феликс был всем и ничем одновременно. — Почему ты согласился взять опеку? — неожиданно спросила девушка. — Ты сама прекрасно знаешь. — Нет! — бойко воскликнула та, сжав ладони. — Ты не из тех людей, что берут на себя ответственность чисто из преданных чувств к ближнему. За тобой всегда стоит тень, скрытая от таких доверчивых людей, как… — Как ты? — нагло перебил девушку Феликс, блестя огнем неизвестной ей природы. — Брось. Ты не наивна. Просто очарована. — Чем же скажи на милость? Озорная улыбка мелькнула на его лице, обнажая разыгравшееся настроение, что так редко посещает князя. Однако, встав с постели, он со всем важным видом продефилировал к книжной полке, вновь оставляя девушку без должного ответа. Изящная ладонь прошлась по корешкам, деликатно поглаживая названия рукописей: «Подчиненность женщины», «Желтые обои», «Гордость и Предубеждение», «Грозовой перевал». Дух борьбы и жажда справедливости. Так можно было описать подростковый путь Есении. Князь не был ханжой, напротив, ему было любопытно, что из этого выйдет. Поверхностно разглядывая книги, Феликс резко остановился. — Брэм Стокер, — бестелесным голосом отозвался парень. Пренебрежительно взяв книгу за корешок, он потряс её, будто зловонным мясом. — Давно увлекаешься фэнтези? Дорогая, это голос не из твоей головы. Я задал вопрос. — И что? — нахально выпалила Есения, глядя на возмутившегося парня. — Отчего я должна отвечать, когда ты не делаешь тоже самого? Феликс хитро сощурил глаза и протянул руку девушке. — Заключим сделку. Я честно отвечу на твой вопрос, а взамен ты на мои. — То есть мне достается всего один ответ, а тебе целое эссе? — изумилась его наглости Есения. — Да, — без зазрения совести, согласился князь, пожав плечами. — Только позволь дать дружеский совет. Не спрашивай о том, о чем не хочешь знать. — Ох, как бы я обошлась без вашего благородного совета! В ноги надо кланяться или просто обувь расцеловать? — Спрашивай уже, — закатив глаза, настоял Феликс. Только он хотел убрать предложенную руку, как Есения легонько прикоснулась к ней своей прохладной ладонью. — После смерти моего отца, близкого друга вашей семьи, я стала безродной обузой для общества. Почему же ты не отдал меня в приют? Ты ведь мог. — Мог. — Но? — Мне захотелось познать твою натуру, — задумчиво ответил парень, невольно засмотревшись на пульсирующую венку на шеи. От такой соблазнительной картины князь уже давно разорвал на куски любого смертного, выпивая того до последней капли. — Как это познать? Что ты имеешь в виду? — взволновано затараторила Есения. — В нашем уговоре только один вопрос, дорогая, — ловко подловил Юсупов, слишком резко отпуская девичью руку. — Мой черед! Что скажешь на счет книги? — Зря потраченное время, — устало потерев виски, ответила девушка. — Отчего же? Не понравился святой Ван Хельсинг? Или отчаянный Джонатан Харкер? Даже не было жалко бедную Люси? Малышке ведь так досталось! Неизменная ирония так и властвовала в его речах, тщательно скрывая истинные мотивы допроса. Есения загадочно улыбнулась и лаконично ответила: — Нет, — однако встретившись с требовательными глазами, она всё-таки пояснила. — Они все вычурно правильные. Неестественные и непомерно глупые. Их стремление «защитить» Мину привело к тому, что она чуть не стала живым мертвецом. А про графа я лучше промолчу. — Не стоит. Я хочу услышать…твоё мнение, — непривычно для себя нежным голосом, попросил Феликс. Его зрачки расширились, затмевая всю радужку, а пальцы нервно тормошили золотое кольцо. Словом впервые за многие года князь действительно переживал. — Как по мне, его не до конца раскрыли, как персонажа. Хотелось бы полностью погрузиться в его мир и познать не только ту сторону, которую выбирают главные герои. Неужели эта сущность влияет на их манеру поведение? Жажда крови настолько затмевает разум, что некогда добрые люди начинают бесцеремонно убивать? Я в растерянности. Атмосферу чистосердечного признания внезапно прервал Дашков, который пришёл уточнить несколько деталей касаемо сегодняшнего ужина. Это было что-то незначительное и явно не стоящего внимания самого князя, однако мужчина настаивал на присутствии хозяина вечера. Беседуя с подчиненным, Феликс прибывал в меланхоличном настроении, смотря лишь на одну стенку. Когда он покидал комнату, тот "невзначай" захватил с собой книгу "Дракула".