Пролог

      — Много лун тому назад на небе не было ничего, — загадочным голосом промяукал дряхлый чёрно-белый кот, оглядывая сидящих перед ним четырёх котят. — Всё вместе с землёй было погружено в непроглядный мрак. Уходя на небеса, умершие коты бродили там в полном одиночестве, не в силах даже отыскать друг друга. Но в какой-то момент двое из них, брат с сестрой, преисполнились решимостью даровать небесам свет. Их решимость и вера в свои силы крепли до тех пор, пока их шерсть не начала светиться. Поначалу едва заметно, но со временем исходящего от них света стало хватать на то, чтобы видеть на несколько хвостов перед собой. Свет от шерсти брата был золотистым, тёплым и ярким, а свет его сестры был более тусклый и серебристый, будто паутина.       Тут чёрно-белый старик перевёл дух и, с удовлетворением заметив в округлившихся глазёнках котят трепетный интерес, продолжил:       — Встречавшие брата с сестрой коты, увидев их свет, тоже разгорались верой в то, что они могут осветить небеса, и их шерсть тоже начала светиться, но заметно тусклее, чем у брата с сестрой. Постепенно небеса наполнялись ярким светом, позволившим умершим котам, наконец, увидеть небесные угодья, чахнувшие до этого во мраке.       — Это же не конец? — взволнованно спросил пушистый белоснежный котик, тем самым прерывая чёрно-белого древнего. — Крыло Поползня, это же не конец, правда?       — Нет, это ещё не конец, Скользкий Лёд, — раздосадованно проворчал Крыло Поползня. — Не перебивай меня! Так вот, как только шерсть брата с сестрой начала светиться, сестра стала завидовать брату, ведь его шерсть светилась куда ярче, нежели её бледная шкура. Её зависть вылилась в нескончаемые ссоры с братом, которые переросли в жестокие драки. Брат с сестрой, кровь от одной крови, дрались не на жизнь, а на смерть, преисполненные обидой и ненавистью друг к другу.       Заметив, что их вражда приносит небесам одни лишь беды, брат решил помириться с сестрой и предложил ей спать по очереди. Пока спит один, другой бодрствует и освещает небеса. Сестра усмирила свой гнев и согласилась. А чтобы уравновесить её свет со светом от шерсти брата, она попросила остальных Небесных котов пробуждаться и засыпать вместе с ней. Многие из них согласились, но были и те, кто отверг её просьбу. Эти коты погасили в себе свет и решили защищать мир живых от слепящего света шерсти брата с сестрой. Вот так на небесах появились солнце, луна, звёзды и облака.       — Ого, — восторженно выдохнула трёхцветная кошечка с рыжими пятнами на чёрно-белой шерсти. — Так это всё взаправду было?       — Никто не знает, Пятнистая Шёрстка, — честно ответил Крыло Поползня. — Но я думаю, да.       — Так вот почему лунные коты такие подлые, — пробурчал себе под нос Скользкий Лёд. — У них и светило такое!       — Мама говорит, что это не так, — возразил ему почти такой же белоснежный малыш, когда котята выбрались из палатки древних.       — Она одна так говорит, Снежный Холм, — досадливо ответил Скользкий Лёд, посмотрев в его большие зелёные глазёнки. — И ты ей веришь, потому что у тебя в голове одни опилки.       — Это у тебя в голове опилки! — обиженно огрызнулся Снежный Холм и, набросившись на брата, перекатился вместе с ним через плечо.       — А ты что думаешь, Яркое Пламя? — повернулась Пятнистая Шёрстка к вылизывающейся рыжей кошечке с большими жёлтыми глазами.       — Я ничего не думаю, — уверенно ответила та. — Я же лунных котов ни разу не видела. Откуда мне знать, какие они? А судить по одной сказке я не хочу.       — Снежный Холм, Скользкий Лёд! — взволнованно промяукала выползшая из землянки, скрытой под дубовым пнём, грациозная серая кошка, увидев катающийся по лагерю белоснежный клубок. — Осторожнее, вы же можете поранить друг друга!       Котята почти сразу же прекратили возню и повернулись к ней.       — Прости, Крыло Голубки, — виновато мяукнул Снежный Холм, опустив уши.       — Не передо мной извиняйся, — дёрнула кончиком хвоста Крыло Голубки, как вдруг к ней из землянки вышла белоснежная пушистая кошка в бежевых полосах по всему телу.       — Они что, опять дерутся? — страдальчески спросила она у серой кошки и, повернувшись к котятам, смерила их досадливым взглядом.       — Мама, — мяукнул Снежный Холм, когда полосатая кошка подошла к ним со Скользким Льдом и пригладила языком растрёпанную шерсть на его спине. — Скользкий Лёд сказал, что лунатики все подлые!       — Ты же слышал сказку, — буркнул в ответ Скользкий Лёд. — Лунатики всегда во всём виноваты!       — Крыло Поползня рассказал вам сказку про освещение небес, — покачала головой мать. — Честно сказать, она мне никогда не нравилась. Вот что, идёмте к Пограничной реке, а то у меня в горле пересохло.       — Ага, — почти одновременно кивнули котята и засеменили вслед за матерью к выходу из лагеря.       — Понравилась сказка? — спросила Крыло Голубки, когда Яркое Пламя подошла к ней и с громким урчанием прижалась боком к её боку.       — Не очень, — честно ответила рыжая кошечка, когда мать стала вылизывать её макушку. — Странная она какая-то. Коты же не светятся.       — Живые нет, а вот Небесные предки — да, — ответила Крыло Голубки. — Ну, так Солнечный Лис говорил.       — Мне вот-вот проведут испытание, — раздосадованно промяукал молодой бурый кот, глядя в жёлтые глаза поджарого остролапа. — Разве менять гнёздышки древним не должны мягколапы помладше?       — Каждый из нас по мере возможностей должен заботиться о стариках, королевах и котятах, Дуплистый Бук, — веско поднял переднюю лапу золотистый кот. — Не ставь себя выше других, будущий остролап.       Дуплистый Бук не решился ответить и, резко кивнув, нехотя поплёлся в палатку древних.       — Дерзость твоего ученика не знает границ, Яркий Луч, — заметил подошедший к золотистому остролапу высокий бело-бурый кот.       — И не говори, — тихо выдохнул тот, провожая Дуплистого Бука взглядом. — Столько лун с этим борюсь, и всё без толку.       — Зато из него получится отличный воин, — обнадёживающе ответил кот. — Поверь, Яркий Луч, скоро когти и клыки твоего ученика украсят ни одну лунную шкуру!       — Не думаю, что я должен этому радоваться, — покачал головой в ответ золотистый кот. — К тому же последняя битва с лунатиками была луну назад. Мы не выдержим ещё одной такой же.       — Ты недооцениваешь наш клан, дружище, — уверенно мяукнул бело-бурый кот, дотронувшись хвостом до бока Яркого Луча. — Может, сейчас мы и слабее новорождённой мыши, но я уверен, скоро всё изменится в лучшую сторону.       Тут в лагерь вошёл рыжий кот с белыми мордочкой и кончиком пушистого хвоста. Приблизившись к лежащей в центре широкой поляны скромной куче дичи, он уложил в неё большую птицу с ярким золотистым оперением и длинным хвостом.       — Небесные предки благоволят нам, друзья! — упоённо прорычал он, оглядывая с изумлением обернувшихся к его внушительной добыче соклановцев, рассевшихся по лагерю. — Фазан, да ещё какой!       — Ты гляди, — взволнованно прошептала на ухо Яркого Пламени усевшаяся рядом Пятнистая Шёрстка. — Да этот фазан размером с целого остролапа!       — И его поймал мой отец, — горделиво мяукнула в ответ рыжая кошечка, когда они с крапчатой малышкой засеменили к куче дичи.       — Солнечный Лис вождь, — хмыкнул поравнявшийся с ними бежевый мягколап с белыми носочками на лапах. — Естественно, Небесные предки будут его баловать.       — Разве дар вождя как-то помогает в охоте? — с недоумением повернулась к нему на ходу Пятнистая Шёрстка.       — Как стану вождём, обязательно тебе расскажу, Пятнистая Шёрстка, — упоённо ответил котик, расправляя плечи.       — Поздравляю, дружище, — тепло мяукнул поджарый золотистый кот, дотронувшись хвостом до спины Солнечного Лиса. — Фазан — редкая добыча.       — Добыча, достойная великого вождя, — с улыбкой промяукал склонившийся к фазану и втянувший его манящий запах высокий бело-бурый кот.       — Ну, я бы не назвал себя великим вождём, — смущённо фыркнул Солнечный Лис и, повернувшись к вставшей рядом Крыло Голубки, потёрся носом о её нос. — Я буду очень рад, если первой этого фазана попробует моя дочка, — промурчал он, отыскав взглядом вышедшую к куче дичи Яркое Пламя.       Рыжая кошечка смущённо фыркнула и, наклонившись к упитанной туше, откусила от неё небольшой кусочек.       — Вкусный, правда? — с улыбкой спросил отец, когда Яркое Пламя с видимым удовольствием пережевала ароматное мясо и проглотила его.       — Ага, — кивнула кошечка и, облизнувшись, откусила новый кусочек.       — Ещё бы, — мурлыкнула Крыло Голубки, когда остальные коты присоединились к Яркое Пламя и стали разъедать фазана. — Его ведь поймал ты, дорогой.       Солнечный Лис в ответ громко заурчал и лизнул подругу в щёку.       — Мне сойки больше нравятся, — буркнул проглотивший небольшой кусочек огромной птицы бежевый мягколап.       — Ну так ешь своих соек, Олений Рог, — едко мяукнула щуплая чёрная кошечка с янтарными глазами. — Нам больше достанется этой вкуснятины.       Олений Рог неприязненно фыркнул и взял себе маленькую землеройку.       — Кто-то идёт, — выпалил серый в бежевых пятнах кот, оторвавшись от трапезы и шевельнув ушами.       Следом за ним остальные коты навострили свои уши и тоже услышали приближающийся перестук кошачьих лап.       — Пятеро, — уверенно бросил поджарый золотистый остролап.       — Трое наши, а двое других — лунатики, — добавила поджарая черепаховая кошка.       — Яркий Луч, Волчий Вой, — отчеканил Солнечный Лис, встав под вздымающейся на пару хвостов в высоту частью продолговатого валуна. — Встретьте чужаков.       Золотистый и тёмно-серый в чёрную полоску коты, не сговариваясь, опрометью выбежали из лагеря.       — А что, если они нас съедят? — дрогнувшим голосом мяукнула Пятнистая Шёрстка, прижавшись всем телом к боку своей матери.       — Не бойся, — успокаивающе мурлыкнула та, положив подбородок на макушку дочери. — Лунатики не едят других котов.       — Слава Небесным предкам, — облегчённо выдохнув, мяукнула в ответ трёхцветная малышка.       Тем временем в лагерь поочерёдно вошли перепуганные Снежный Холм и Скользкий Лёд с их матерью, а за ними и Яркий Луч с Волчьим Воем, ведущие перед собой тучную бело-рыжую кошку и огромного чёрного кота в белую полоску.       — Приветствую тебя, Солнечный Лис, — сухо мяукнула кошка, бросив на рыжего кота быстрый взгляд, и, сорвавшись с места, продолжила. — Мне нужно поговорить с Водным Бликом.       — О чём это? — подозрительно сощурился Солнечный Лис.       — Я бы тебе с радостью сказала, — холодно ответила бело-рыжая кошка. — Если бы ты был врачевателем. Но ты всего лишь вождь, так что…       — Не смей дерзить нашему вождю, лунная крыса! — прогремел на весь лагерь густой бас подскочившего к кошке огромного бурого кота.       Та ошеломлённо округлила свои синие глаза и невольно выгнула спину дугой.       — Мне плевать, что ты врачевательница! Ещё хоть одно резкое слово, и я разорву тебя пополам!       — Ну и ну, Медвежья Лапа, — хмыкнул загородивший собой бело-рыжую кошку чёрный кот в белых полосах. — Я, конечно, знал, что вы, солнечные коты, не уважаете Закон Чести, но чтобы настолько.       Тут он повернулся к Солнечному Лису и добавил:       — Чтобы ты знал, Лунная Ольха послала Падающий Листик к вашему врачевателю. Это очень важно.       — Медвежья Лапа, — требовательно мяукнул тот, кивнув лунному коту. — Пропусти.       Бурый исполин нехотя кивнул и отступил в сторону, позволяя тучной рыже-белой кошке подойти к вышедшему из палатки врачевателей серому коту в белую крапинку.       — Ну и что у вас стряслось? — снисходительно спросил тот, пуская её внутрь. — Дневная бессонница?       Чёрно-белый лунный кот подошёл ко входу в палатку врачевателей и, усевшись рядом с ним, обвёл пристально смотрящих на него солнечных котов высокомерным взглядом.       Яркое Пламя заинтересованно шевельнула усами и, не обращая внимания на протестующее фырканье матери, приблизилась к нему.       — Скажи, — робко мяукнула она, когда чужак опустил на неё внимательный взгляд больших зелёных глаз. — А в клане Бледной Луны правда охотятся на лягушек?       — А то, — кивнул тот. — Они очень вкусные, да к тому же влажные. Съел одну лягушку — разом утолил жажду.       — Я боюсь их, — честно мяукнула Яркое Пламя. — Они так жутко квакают по ночам.       — Лягушек не стоит бояться, — улыбнулся в усы чёрный кот в белую полосу. — Бояться стоит барсуков или лис.       — Яркое Пламя, — резко мяукнула белая королева в бежевую полоску, приблизившись к рыжей кошечке. — Отойди от него.       — Не бойся, Высокая Пшеница, — едко промяукал чёрно-белый кот, посмотрев в её янтарные глаза. — Я не трону Яркое Пламя, она ведь не вторгшийся в мой клан чужак.       Высокая Пшеница тихо зарычала, а остальные коты предостерегающе выгнули спины.       — Падающий Листик, ты закончила?! — громко спросил чёрно-белый кот, заглянув в палатку, в которой двое врачевателей что-то жарко обсуждали. — Не хочу задерживаться в этом клоповнике.       Тучная рыже-белая кошка и Водный Блик единодушно смерили его раздосадованным взглядом и поднялись на лапы.       Падающий Листик взяла у солнечного врачевателя какую-то целебную траву и вместе со своим соклановцем спешно покинула лагерь.       — Похоже, на лунатиков напала какая-то сильная хворь, — задумчиво проговорил Солнечный Лис. — Иначе Лунная Ольха не послала бы к нам свою врачевательницу.       — Что ты ей дал? — заинтересованно спросила Яркое Пламя у вышедшего из своей палатки Водного Блика.       — Ястребинку, — пояснил пятнистый врачеватель. — Она облегчает дыхание.       — Должно быть, Небесные предки наслали эту хворь на них в наказание, — уверенно промяукала поджарая черепаховая кошка.       Остальные согласно закивали, а Высокая Пшеница с сомнением сузила свои янтарные глаза.       — Яркое Пламя! — упоённо мяукнул Снежный Холм, поравнявшись с рыжей кошечкой на полпути в ясли. — Ты бы видела, как те двое вышли к Пограничной реке. Они будто вынырнули из темноты. Скользкий Лёд даже испугался.       — Не испугался я! — возмущённо рыкнул пушистый белый котик, когда Яркое Пламя тихо фыркнула. — Я просто не ожидал.       — Ну-ну, — ехидно мурлыкнул Снежный Холм и, пробравшись в уютную землянку меж дубовых корней, устроился рядом с устало рухнувшей на мягкий мох Высокой Пшеницей.       — Надеюсь, тот лунатик тебя не испугал, — нежно сказала Крыло Голубки, когда Яркое Пламя запрыгнула на спину матери и прижалась щекой к её затылку.       — Вовсе нет, — мурлыкнула в ответ рыжая кошечка. — Он просто показался мне каким-то странным.       — А ещё грубым, — добавил Скользкий Лёд.       — Все лунные коты такие, — покачала головой Крыло Голубки. — Да и грубость далеко не самое плохое их качество.       Яркое Пламя невольно переглянулась со Снежным Холмом и увидела в его больших зелёных глазах искорки проросшего и в ней самой сомнения.