Одним жарким летним днём

Шуе жара не нравится. Он буквально чуть ли не помирает от неё стоя в кабинете матери одетым в водолазку с брюками. Футболки юноша не носит — ожоги видно, а они как клеймо и вечное напоминание о том, как много раз его сжигали. От мук и страданий очень тёплого дня Уводова уговаривает вечно его младшая сестра — Фурманов, а Василий сопротивляется. Но сегодня русская столица мыловарения проигрывает этим печальным детским глазам и надевает на себя ненавистную футболку, чтоб прогуляться до лесной поляны на пикник с Меланьей. Условие от Шуи было одно — сестра должна была забинтовать ему руки, чтоб хоть как-то скрыть плохое напоминание о прошлом. Маленькая поэтесса уговор выполняет и аккуратно наматывает бинт на руки старшего брата, а второй в свою очередь наблюдает за движениями младшей Уводовой. Покончив с одним делом, Меланья встаёт и идёт за корзинкой с продуктами, а Василий приподнимается с табуретки и отправляется к прихожей, чтоб дождаться Фурманов. Девушка быстро проверяет все ли продукты на месте, после чего берёт корзину и направляется к входной двери в квартиру, где её дожидается старший. На ней голубое летнее платье, а на плечи была накинута шаль. На нём чёрная футболка и спортивные штаны. Юноша покидает дом первым, после чего держит дверь для сестры, чтоб она успела выйти. Шуя не сразу был согласен приезжать к Фурманову ради того, чтобы просто погулять, но сестре Вася отказать не мог. Не смотря на её выходки, лицемерие, эгоистичность и все ужасные черты Меланьи — он её любил, как сестру и самого близкого человека в мире. Уводов мог всегда отказать в предложении любому, но если организатором была маленькая поэтесса, то юноша всегда был «За». Уж так дорога ему эта девочка с цветом волос, как у золота и бездонными глазами, как у океана.  — Ау-у-у! Васька! Я с кем говорю?! — Произносит Фурманов, которая машет рукой перед лицом Шуи, тем самым отвлекая его от мыслей.  — Прости, Мил, просто задумался, — извиняется перед ней старший.  — Ладно, прощаю. Только вот, ты прослушал весь мой рассказ о дороге туда и обратно! Так что тебе придётся вновь слушать его, — с улыбкой произносит младшая Уводова и смотрит на Василия. Он поправляет очки и виновато улыбается в ответ. Маленькая поэтесса вздыхает и начинает свой рассказ с начала, упоминая каждую мелочь и деталь, за которую надо цепляться по дороге туда, а после обратно. Старший Уводов слушает её внимательно и строит в голове примерную картину. Шуя и не замечает того, как быстро они добираются до точки назначения. Это оказалась не такая уж и лесная полянка, как говорила его сестрица. Это было поле с одним деревом, всё, кроме небольшого участка рядом с дубом было усеяно одуванчиками.  — Я это место ещё называю морем одуванчиков, — говорит Мила, отвлекая от восхищения Васю. Она берёт его за руку и бежит к могучему дубу. Юноша покорно бежит за младшей и чуть ли не падает, когда они добежали до тени деревца. Фурманов ставит корзинку на траву и достаёт оттуда покрывало, которое стелет на траву. Шуя подходит к маленькой поэтессе и помогает ей. Разложив парочку бутербродов с колбасой и сыром, а также налив друг другу чай, Уводовы приступают к трапезе. Первым, кто съел свою порцию оказался Вася, так что он уже отправился к одуванчикам, чтоб сплести венки. Мила же пила свой чай и наблюдала за братом. Старший был мастером в плетении подобных украшений из цветов, так что парень быстро сплёл два веночка из золотистых цветов. Уводов надевает на свою голову некую корону и берёт точно такую же для младшей. Меланья сидит и уже что-то записывает в свой блокнот. На бумаге появляются строки: «И бежал он по морю золотому, Поспевая за своей сестрой. Уже ли, неужели так поздно? Обрела она вечный покой…» От раздумий над другими строками её отвлекает Шуя, который говорит:  — Меланья, позвольте на вас одеть эту чудесную и золотую корону из одуванчиков, — он получает одобрительный кивок от девушки. Василий смотрит на свою младшую сестру и улыбается, затем произносит, — тебе идёт этот прекрасный венок, но его злато не сравнится с цветом твоих волос.  — Вась, спасибо… — отвечаетФурманов, после чего её крепко обнимает Шуя. Она произносит с грустной улыбкой на устах: — Надеюсь, что и это, и следующее лето не станут последними.  — Я клянусь, сестра, мы никогда не разлучимся, даже присмерти.  — Хах, Шуя, ты замечательный брат.  — А ты, Фурманов, самая лучшая младшая сестра. Они будут так обниматься до вечера, после чего соберут все свои вещи и покинут то самое море из одуванчиков, в котором им было так весело.