—

      — Кейтлин, Кейтлин, Кейтлин! — озлобленно выкрикнула девушка, падая в безудержный смех. — К-е-й-т-л-и-н.       Джинкс устало упала на старый диван, запуская трясущиеся пальцы в чёлку, до боли ощущая, как расползается сумасшедшая улыбка. Агония злобы прожигала вены едким химикатом. Кровь пульсировала в ушах, горле, всюду била ключом, подвергая тело конвульсиям.       Скинув с места сидения все прочие вещи, бестия истошно закричала, надрывая гортань. Душераздирающий, утробный крик отскакивал от далёких границ логова, а затем утопал в темноте, словно подчёркивая полное одиночество Джинкс.       — «Предательница!», — синеволосая бестия сильнее скрючилась, вонзая ногти в кожу голову. — «Променяла! Променяла на эту Кейтлин!» — девушка грубо закусила губу, издавая звуки, похожие на рычание дикого и неукротимого зверя. — «Все врут. Все. Даже Силко врёт! Предатели!» — во рту распространился насыщенный вкус железа.       Джинкс медленно провела пальцем по нижней губе, затем внимательно разглядывая кровь. Она усмехнулась, уверенно погружая фалангу на язык.       Безумно сверкнув пурпурными радужками, разбойница откинула голову назад, возводя руку с пистолетом перед лицом, характерно двинув кистью. — Пау... — Джинкс поднесла оружие к виску, вторя предшествующему действию. — Пау... — девушка хмыкнула, а затем внезапно зашлась новой волной истерического гогота.       — Она никогда не любила тебя, П-а-у-д-е-р, — с издевательски жалостливой интонацией протянул призрак Майло. — Ты - безделушка для неё.       Клэггор присел рядом, задумчиво приложив указательный к подбородку. — Поставила вместо тебя Кейтлин. Настоящая сестра.       — Она обещала оберегать меня всегда, — твёрдо ответила Джинкс, передёргиваясь от назойливых голосов. Неровные штрихи неоновых миражей снова маячили перед глазами, приглашая мигрень к наступлению. «Мерцание» выворачивало кости, бурлило в груди, претендуя на роль закипающего зелья.       Девушка содрогалась от яда, внедренного в кровь. Определённо, он тоже шептал ужасные вещи, настолько тихие и неразборчивые. Коварные предложения, вызывающие шипящее омерзение, капали на сознание приравниваясь к магме.       Джинкс чаще задышала, зажмуривая глаза со всей силы, вплоть до силуэтов «звёзд», будто таковое могло отогнать нечистые подначивания. — Нет, нет, нет! — крик вновь рассеялся во мгле, а какая-то его часть застряла в горле пробкой. Эти черные мысли как суфлёры, наговаривают нужный сценарий, но руководствуются личным авторством.       — Вай лгунья, — аналогично подлому змею, комментирует Клэггор, кладя ладони на хрупкие плечи подруги.       Майло маячит перед глазами, едко улыбаясь и подстрекая. — Вай предательница.       Бестии чудится, что голоса в голове стали сильнее, царапая кожу в определенных местах, порою втыкая иглы. — Она моя сестра, моя семья!       Паудер из последних остатков энергии боролась с Джинкс. Маленькая беззащитная девочка на предсмертном издыхании устала держать оборону.       Калейдоскоп изысканной моральной боли приносил новые чувства, разноцветные отголоски страданий имели уникальные оттенки. Они смешивались, ассоциируясь с терпким алкогольным коктейлем.       Подорвавшись с места, Джинкс беспокойно заходила туда-сюда по одной и той же линии.       Майло неожиданно возник перед лицом. — Отомсти им, — он яро настаивал, это понятно лишь по тону.       Девушка отшатнулась, оборачиваясь назад.       — Поработи их, — поддерживал Клэггор, вторя появлению друга.       Синеволосая жертва давления пригнулась, словно увиливая от боксёрского удара, сменяя направление.       — Заставь выбрать тебя, — голос Майло расслаивался, становясь этаким демоническим, пугающим до чёртиков.       — Хватит! — мольба, перемешенная со смехом, приводила к исступлению маленькой Паудер внутри.       Плющ шёпота как назойливый рой мух, насекомые жадно выжирали трезвый рассудок.       — Пусть Вай убьёт Кейтлин, — светловолосый друг поменялся в лице и интонации. Механический глубокий звук заполнял речь, возбуждая мурашки по коже.       Дуэт приятелей слился воедино, провозглашая одинаковые мысли.       — Предательница!       — Предательница!       «Мерцание» тоже не оставалось в стороне, засаживая семена грешных идей, как будто подсаживая тараканов в открытые раны. Неоновые вспышки били по мозгам, причиняя адскую, изматывающую боль.       Отрава, блуждающая по крови, трещала как скопище цикад. Омерзение выходило на уровень припадка, вынуждая девушку истошно кричать от чужих мыслей, заполонивших сознание как, титанического размера, клубок ленточных червей. Яд ломал.       Джинкс последний раз ударила, оставляя Паудер в нокауте из бархатной темноты.       Мгла, словно вязкая трясина, набухала в каждой вене, артерии, капилляре. Ныне она не казалась чуждой. Скверна перерождалась в нечто приятное, сладкое, ровно наркотик, доставляющий в нирвану, и бестия более не способна сопротивляться.       Громогласный смех гиены заполняет всё существующее, поражая глотку Джинкс. В приступе извержения звука девушка сгибается напополам, едва царапая лицо крашеными ногтями. — Да, мы навестим Кейтлин.