Двое в лодке не считая канарейку

      Второе пробуждение в Ист Блю было приятнее. В этот раз Эсис знала где она. Знала, что вокруг и что ей делать. Ну и конечно же она помнила о той, по чьей вине она покинула любимый дом.       Утро снова началось не с чая. Девушка обнаружила у себя в волосах канарейку, которая по каким-то причинам проводила больше времени в образе птицы. Вчера Эсис видела её в нормальном облике. Она была симпатичной девушкой с такими же ярко-желтыми волосами как её оперение. Худощавое тело и бледная кожа. Выглядит, конечно, болезненно, но обычно владельцы зоанов крепче, чем кажутся. Да и выросшая в Новом Мире Эсис не судит о людях по внешности. Канарейку звали Хриз и ей только четырнадцать лет. И в этом возрасте она уже выше мечницы на пол головы.       — Доброе утро, — приветливо улыбнулся Шинк, когда увидел приближающихся к лодке девушек, — как спалось?       Ответом ему был хмурый взгляд и недовольное пищание. Сам мужчина уже давно готовил лодку к отплытию и ждал только пробуждения своих спутниц. Небольшое суденышко с одной мачтой и совсем маленькой комнаткой, которая служила местом хранения припасов, стояло в полной готовности к плаванию по тихим водам Ист Блю. Еще вчера, перед тем как уйти спать, они обсудили маршрут. Эсис хотела плыть на прямую, но он сразу сказал, что им просто провизии не хватит и предложил сделать две остановки. Эсис сразу же согласилась, что удивило стрелка.       Девушка не выглядит как человек, готовый идти на уступки. Да и, что греха таить, характер был соответствующий. Они знакомы меньше суток, но уши не просто завяли, они давно сгнили от количества брани и недовольства со стороны блондинки. Не о каких манерах и уважении к старшим и речи не было. Просто катастрофа, а не женщина!       — До первой остановки три дня. Так что запомните чувство твёрдой земли и добро пожаловать на борт!

***

      — И ты еще хотела плыть без остановок, — сказал Шинк уставившись на Эсис. Хриз снова стала человеком и только посмеивалась над страданиями спасительницы.       Жалкое зрелище.       — Поэтому я и не хотела растягивать плавание, — ответила блондинка и снова перекинулась через борт.        Теперь стало ясно, почему с утра она просто попила сока. У Эсис обостренная морская болезнь. Её начало тошнить через пол часа их плавания и теперь она не отходит от борта лодки, чтобы вовремя высунуться за борт и не испачкать палубу. Хотя рвотных масс уже давно не было, остались только слюна, желчь и головокружение. В обед всё стало ещё хуже. К укачиванию добавилась непереносимость жары.       Хриз и Шинк смотрели на мучения блондинки как на восьмое чудо света. И вот эта женщина вчера раскидала сорок пиратов даже не вынимая меч из ножен! Мужчина о многом хотел расспросить девушку, но был достаточно тактичен, чтобы не лезть со своими вопросами к страдающему человеку. Чего нельзя сказать о Хриз. Она уселась рядом с «умирающей» и как будто не замечая ее плохого самочувствия начла допрос.       И в кого она такая?       — Так откуда ты? Как оказалась на острове? — канарейка уселась совсем рядом с допрашиваемой и поджала ноги.       — Ты слышала о таком месте, как Гранд Лайн?       — Да. Говорят это самое опасное море в мире. Его ещё называют «погибелью пиратов».       — Пиздят. Это вам конечно не Ист Блю, где из опасностей только бешеные зайцы, но не сущий ад, — Эсис прервалась на глоток воды и подняла вверх два пальца, — Гранд Лайн делиться на две части, и они отличаются друг от друга, так же как Луна и красный. Так вот, всю свою жизнь я провела, не покидая родной остров во второй половине.       — Так ты с Гранд Лайн! — хором удивились Шинк и Хриз. Их глаза округлились от шока. Увидеть человека из этого моря, равносильно встречи с говорящим морским королем.       — А это правда, что там есть острова, которые летают по небу! А Круглые радуги! — девушка не смогла сдержать восторга и начала трясти полумертвую блондинку, — А правда, что там есть острова из какашек!       — Хриз! — не понятно, что так не понравилось мужчине, но он вовремя оттащил племянницу.       Эсис окончательно потеряла сознание и Шинк мог поклясться, что видел кружащую вокруг неё стайку канареек. Полдень прошел и солнце начало убывать. На лодке было скучно и единственным занятием были разговоры, а так как самый интересный собеседник уснул, Хриз решила накинуться на дядю. Она дернула его за плащ, который по её воспоминаниям был чуть ли не второй кожей Шинка.       — Прости, — девочка виновато потупила взгляд, — я не хотела, чтобы так получилось.       Она ещё не успела попросить прощения за то, что из-за неё дядя жил чуть ли не как раб. Вчера было слишком много людей, а сегодня Эсис… Перед ней о таком не поговоришь. И вот когда последняя отрубилась, девушка решила поднять волнующую тему. Шинк улыбнулся и прижал к себе племянницу.       — Ты же знаешь, что это не твоя вина. Никто не мог сказать, как будет поступать Бас. Ты не виновата, просто я оказался слишком слабым, чтобы тебя защитить…       — Нет! Мне надо быть храбрее, ты не виноват…       Эсис умела чувствовать атмосферу, но эти розовые сопли её окончательно доконают. Ну как так можно? Ладно ещё Хриз, ей пятнадцать, но черт, этому мужику почти сорок, и он тоже разводит розовую плесень! Сразу вспоминается тетя и её жалобы на жизнь… Два голубка продолжали бесконечный круг «виновен — не виновен». Прошло три минуты, пять минут, десять…       — Ну вы блять еще расплачьтесь здесь, — подало признаки болезное тело, — я, сука прям вижу блёстки вокруг вас. Давайте сойдемся на том, что виноваты оба. Ты — потому что тепличная идиотка, — она ткнула пальцем в сторону Хриз, — а ты бесхребетный мудак, — по лицам стало понятно, что такая прямота их задела, но извиняться или возникать никто не стал.       Лодку подкинуло на очередной волне и Эсис снова отключилась. Её в принципе так и кидало из сознания в отключку, пока спустя двое суток они не приплыли на первый остров. Шинк впервые за всю жизнь видел человека, который целует землю. Жалкое зрелище. Подумали про себя стрелок и канарейка, разглядывая как их спутница ползает по пляжу на четвереньках и обнимается с песком повторяя «как я соскучилась по тебе, твердая поверхность».       — Ладно. Теперь мне лучше, — девушка встала и с абсолютно невозмутимо отряхнулась, — ну так что? Какой план?       — Не делай вид, что ничего не было! — синхронно возмутилась «сопливая парочка».       — Первый раз видите, как человек целует землю? — Эсис запрокинула прядь выбившуюся из высокого хвоста, — Чего ещё ожидать от дикарей из Ист Блю, — розовые глаза смотрели с высокомерным прищуром.       — Нашла чем хвастаться! Не делай вид, что ничего не было!       — Пф, повторяетесь.       У Шинка дернулся глаз. Как же сильно море меняет людей. Конкретно эту особь в лучшую сторону, делая её тихой и покладистой. Еще на острове с бывшей базой работорговцев он понял, что с ней надо быть аккуратным. Пусть и выглядит она довольно привлекательно и невинно, но вот язык… Не язык, а помело, которое загребает только колкие шутки и матерные выражения. Даже Сотта восхитилась филигранным умением Эсис выводить людей из себя.       — У пиратов мы украли все деньги и провизией запаслись. Надо только воды налить и можем отплывать. Недалеко есть деревня, — сказал Шинк осматривая записи в своем дневнике, откуда торчали карты островов, которые он тоже забрал у бывшего «капитана».       — А сколько ещё плыть до Логтауна? — стараясь скрыть свое отвращение к морскому путешествию спросила блондинка.       — Неделю. Не криви лицо, морщины появятся, - Шинк сам не понял, почему решил сделать замечание Эсис.       — Не криви лицо, морщины появятся, — противным тоном передразнила мечница и попыталась повторить мимику мужчины. Хриз пыталась удержать смех и даже закрыла рот рукой, но легкий подзатыльник от дяди получила.       — Ради меня, не бери эту ужасную женщину в пример.       — А кто останется лодку сторожить? — спросила Хриз чем заставила всех замереть.       — Либо ты, либо я, — обозначил стрелок себя и блондинку, — Хриз нельзя оставлять одну.       — Схуяли? Она кобыла пятнадцатилетняя, да еще и фрутковик? Даже если ничего не умеет, то зоаны априори сильнее всех здешних людей, — от этих слов высоченная Хриз вытянулась словно струна и аж раскраснелась от гордости.       — Может на Гранд Лайн всё и так, — Шинк обреченно вздыхает, — Но, во-первых, ей четырнадцать, а во-вторых, она даже муху не обидит, — на этих словах девочка-канарейка снова сгорбилась и начала неловко мять пальцы.       Эсис в шоке уставилась на девушку. Как так можно. Такое хорошее тело и растят из него не боевую единицу, а какую-то тепличную бабочку. С чего вдруг? Так, Эсис, стоп. Тебе это нахрен не надо и никогда не интересовала. И сейчас всё также.       — Мне похер. Играем в камень-ножницы-бумага, кто проигрывает тот и остаётся, — выдала мечница и выбросила руку вперед, призывая вступить в бой. В своей победе она уверена.       Трое встали и прокричав «Камень! Ножницы! Бумага!». Эсис выкинула камень. Многолетний опыт решения споров через эту игру сделал из неё мастера. В Новом Мире эта забава была бесполезной, но только не для клана Роман. По подсчетам, враги чаще в первый раз выкидывают ножницы, так что, выставив камень она точно выиграет. Шинк сам не понял, как в их игру вступила Хриз. Девушка просто поставила свою руку к ним. На её лице была такая решимость, что он просто не смог отказать. Да и если что, он просто останется с ней.       Шинк победно улыбался над сокрушавшейся блондинкой, которая проиграла не только ему, но и его племяннице. Только по пути в деревню мужчина понял, что с его стороны было не совсем красиво насмехаться над девушкой, которая, как выяснилось, всего немного старше Хриз. Он вообще-то должен быть примером ответственного взрослого. Хорошо, только сегодня он на минуту позволит себе гордиться победой над зазнавшейся блондинкой.       Эсис обреченно вздохнула и раскинулась на пляже в тени паруса. Песок теплый и приятно щиплет кожу. Надо будут купить новую одежду, а то её прикид даже приличным нельзя назвать. Скоро полдень. Просто лежать было скучно, но раз они договорились, то обещание держать надо. А почему бы не потренироваться? Девушка стащила с себя обувь и куртку, отбросив те в лодку. В руках была катана. Чистые ножны блестели на солнце. Узор по всей длине напоминал языки пламени черного цвета, вторая половина была ярко зеленой. Гарда состояла их двух черных ромбов с золотой окантовкой, на одном из них красивым подчерком выгравировано название клинка — «Кислота». Рукоять переплетена черным шнуром с зелеными вставками. Ножны, гарда и рукоять прочно перемотаны потрепанным лоскутом ткани. На вид ему уже много лет.       Оставшись в шортах и футболке, девушка расставила ноги на ширине плеч, поудобнее вкопавшись в песок ступнями. Вытянув руки с зажатым в них клинком, девушка замерла. Все её тело было недвижимо, лишь вздымающийся живот говорил о глубоком дыхании. Эсис закрыла глаза и пыталась очистить разум. Слух становился острее. Шум волн, перекатывание мелких камней из-за всё тех же волн. Крик чаек, трепыхание свернутого паруса, скрип лодочных досок. Чем дольше она так стояла, тем больше и дальше она слышала. Но это всё было не то. Учитель говорила, что она должна не слышать, а чувствовать. Понять бы, что она имела в виду. Руки уже начали затекать, но в этом и был смысл. Раздражающая мелочь вроде напряженных рук должна мешать концентрации и сбивать поток мыслей, а задача воина не поддаться этому дискомфорту. Светлая макушка постепенно нагревалась, а бледная кожа начала жечь и обещала к вечеру покрыться краснотой. Эсис было плевать. Пока у нее есть время на тренировки надо его тратить, потому что плавание будет долгим, а под действием морской качки она даже думает с трудом.       Провалившись в медитацию, девушка не замечала времени. Оно обтекало мысли и тело. Эсис была отличным бойцом. Когда ей был год, ей подарили катану с которой та не расставалась. Вместе с остальными детьми её учили искусству меча. Как физическому, так и духовному. Волей Вооружения её научила пользоваться Гилла, когда ей исполнилось десять лет. Это было сложно, ведь у девушки не было таланта не к чему из этого, зато был мощный стимул.       Грузные шаги человека, который будто что-то на себе тащил, Эсис услышала задолго до того, как смогла почувствовать его взгляд. Точнее два взгляда, один из которых был слишком настырным.       — Эй, Эсис, Эсис! А что ты делаешь? — спросил слегка пищащий и робкий голос Хриз.       Молодую девушку до дрожи в коленях восхищала мечница. Она была храброй, смелой и сильной. Чем-то похожа на дядю, но намного круче и не так сильно её оберегающей. Точнее, Эсис на Хриз было абсолютно насрать. При этом девочка-канарейка могла спокойно с ней говорить. Её не отталкивали. Да, блондинка шипела и ругалась на ненужную панику и излишнюю тактильность фруктовика, но при этом охотно отвечала и хвасталась своими знаниями.       — Тренируюсь. И не трогай меня, я обгорела, — пробурчала мечница, — Ай! Я же говорю, не трогай!       — А что за тренировка? — спросила Хриз, пытаясь незаметно потрогать обгоревшую кожу и услышать новые ругательства, которые она впитывала как губка.       — Пытаюсь почувствовать жизнь.       Сумасшедшая. Думали родственники, смотря на стоящую девушку. Шинк списал это на подростковый период, а Хриз попросту не поняла. В смысле, «почувствовать жизнь»? Если ты переживаешь эмоции, дышишь, ешь и спишь, разве это и не есть «почувствовать жизнь»? Может для людей с Гранд Лайн жизнь это боль от сгоревшей кожи и натруженных рук?       — Можем отправляться.       Эсис угукнула и через десять минут они уже вышли в открытое море. Ей снова стало плохо, и она была уверена, что Шинк садист. Зачем он дал ей эту передышку и снова заставил страдать от качки. Теперь еще и сгоревшая кожа мешала. Что-то ей подсказывает, что с выбором цели она поторопилась. Может лучше осесть в каком-нибудь местном городке и наслаждаться спокойной жизнью?        «…лень, хамство и безыдейный образ жизни заставляет меня волноваться. Поэтому я решила дать тебе толчок к развитию. Твоя любимая, тетя Гилла».       Ну нет, эта разращенная дозорная должна получить за то, что заставляет её страдать!