Часть 3

Сегодня я вовсю готовилась к выступлению на местном Дне Села, а конкретно шила костюм, съездив днём за тканью в Крючково и одолжив у мамы Ленки Воробьёвой машинку. Пайетки, блёстки и стразы у меня остались от жизни в Москве. Несколько наборов купила, когда уезжала. Дед уехал получать свою вторую Нобелевскую премию за помощь в восстановлении популяции бизонов, зубров и прочей живности, когда-то внесённой в Красную книгу. Я осталась с Робертом один на один. Слава Богу учёный объяснил мне, как этим всем хозяйством пользоваться. После церемонии дед ещё хотел проведать своих друзей в Европе, поэтому вытаскивать гаргулью из колбы предстояло мне самой. Тётя Маша-Ленкина мама охотно отдала мне машинку. Именно она в своё время учила меня шить и управляться с разными тканями, так как сама обшивала всё село: кому свадебное платье, кому костюм жениха, я уж молчу про наряды к выпускному. - А в этом году, представляешь... Сломала руку неудачно. - сказала тётя Маша, отдавая мне свой Зингер в деревянном футляре - Поскользнулась, упала, очнулась-гипс. Так она ещё и срослась неправильно. Нервы кое-где задела. Поэтому шить больше не могу. Передаю эстафету тебе. Не зря ведь тебя выучила. Сегодня я просто делала выкройку, вспоминая, как выглядел костюм для номера, который я хотела показать, напевая под нос "Only time". Правда номер изначально не был сольным. Мы участвовали все шестеро, устраивая на сцене настоящий спектакль с факелами, изрыганием огня и холодной пиротехникой, но сейчас я была одна и не знала, как сделать этот номер запоминающимся, будучи в единственном числе. Роберт смотрел на меня из колбы так же озабоченно, чувствуя мою неуверенность и не зная, чем же помочь. - Даже не знаю, что делать, Роберт. - сказала я - Но выступать надо. Дядя Вася не просто так меня об этом попросил. Он ведь не просто кузнец. Он мэр села. И если он просит-подвести его никак нельзя. А он попросил именно под эту музыку. Вдруг с улицы раздался странный звук, похожий на песню сирены. Очень музыкальный. Тенор, немного переходящий в альт, но непонятно было, кому этот голос принадлежит. - Роберт, я выйду на минутку. Посмотрю, что там такое происходит. - сказала я, положив бумажные вырезки, которые скоро должны были стать костюмом и, включив на всякий случай сигнализацию, вышла из дома - Наверно опять мальчишки балуются. Ну я им сейчас покажу бабушку Кузьмича. Но, выйдя из дома и проследив за голосом, я так и ахнула. Верхом на живой изгороди из странного растения с синими листьями, которые в сумерках выглядели особенно ярко, сидела гаргулья. Самец, но невероятно женственный. Похож на тех самых эльфов из рассказов Толкина, только с красной, в прямом смысле этого слова, кожей. Такой яркой, что даже мягко надвигающиеся сумерки лишь едва искажали её цвет. Были и огромные крылья, как у летучей мыши с тёмно-зелёными перепонками. Именно гаргулья и издавал эти мелодичные звуки. - Ого... Вот это да... - удивилась я. Песня была такой красивой и нежной. Звук ласкал и тело и душу и совершенно не давал опомниться. Наконец гаргулья перестал петь и, спрыгнув с изгороди и подойдя ко мне, на расстояние нескольких шагов, криком позвал своих соплеменников. Семеро самцов остальных цветов радуги, включая розовый опустились передо мной, чуть позади от красного. Похожи друг на друга, почти как близнецы, но только цвета волос были разные. Так же было разнообразие в цветах глаз, хотя, не смотря на это, глаза у всех светились белым. - Мамочки... - подумала я - От этих я вряд ли отобьюсь. Восемь на одного... Гоп-стоп какой-то. Красный, который, как я поняла, был вожаком, подошёл ко мне, поклонившись до земли, как было принято когда-то в той самой Руси, про которую мы читали в учебниках истории. Все остальные сделали то же самое. - Мы рады приветствовать тебя, о, заклинательница огня. - нежным теноровым голоском сказал вожак - Меня зовут Коралл. Мы-клан Алконост. - Да ладно вам... - застеснялась я - Скажете тоже. И вовсе я не заклинательница. А просто артистка огненного шоу. Просто ловкость рук, техника безопасности и небольшая помощь пиротехнических изделий. - Но то, что ты делаешь каждую ночь-это похоже на магию. - возразил бирюзовый самец - Я первый обнаружил тебя и увидел, какую красоту ты создаёшь. И совсем не боишься огня. - На самом деле немного страшно. - честно призналась я - Чуть зазеваешься и ты уже горишь. Однажды у меня прямо на выступлении загорелся рукав платья. Пожарные повскакивали с мест, но пока расчехляли огнетушители, я сбила пламя рукой и продолжила выступление. И плевать, что рукав был уже весь в дырку. С этим зверем нужно быть всегда начеку. - С каким зверем? - пожал плечами Коралл. - С огнём. - улыбнулась я - Но, если хотите, я и вас этому могу научить. Так, как когда-то учили меня. - Нам бы это не помешало. - заметил самец с кожей цвета ультрамарин, розовой мембраной крыльев и длинными соломенными волосами. Вдруг в доме деда сработала сигнализация. - О, нет!.. Кто-то залез в дом! А там Роберт в колбе!!! - крикнула я, оттянув нижние веки - Ребята, я побежала. Я кинулась к дому, где в подполе уже орудовала одна из местных жительниц. Точнее не совсем местных... В общем, были в Старых Собаках две вредные бабульки. Одну звали Баранова Ульяна Константиновна, а вторую Быкова Янина Кирилловна, они же Бука и Бяка, как их прозвали местные жители. И было за что. Обе бабули были высланы сюда своими детьми, чтобы снабжать их плодами сельскохозяйственного труда, но обе начали диктовать местным свои условия из разряда не шуметь-не ходить-не дышать. Местные их за это возненавидели, вплоть до того, что когда продавщица местного магазина видела или Быкову, или Баранову, тут же закрывала магазин, потому что эти милые на первый взгляд бабульки имели привычку воровать и скандалить. Судя по розовым, как лепестки сакуры волосам, в лаборатории деда орудовала Быкова, она же Бяка-хулиганка и скандалистка, по самые бигуди влюблённая в деда. Хотя действовала она, как ребёнок и постоянно воровала у Максима Александровича мелкие вещи, или бытовые приборы, чтобы он пришёл к ней и отругал за воровство. Только вот я с этим произволом мириться не собиралась и, вынув из сумки факел, зажгла его и подошла к Быковой на максимально возможное расстояние, чтобы не подпалить её кудрявую шевелюру. - А теперь развернулась на все сто восемьдесят и на выход, курва старая, а то сейчас участкового позову! - сказала я с хэви метлом в голосе. Бабка подпрыгнула, уронив небольшой дедов телевизор себе на ногу, но это её не смутило. - А ты кто ж такая будешь-то?! - возмутилась бабка, повернувшись ко мне. - А я внучка хозяина этого дома! - продолжила я не снижая тона - И на этот телевизор у меня больше прав, чем у тебя, воровка! И да, урок про то, что старость надо уважать я прогуляла! Так что если не уйдёшь по-хорошему, будет по-плохому! Я начала крутить факел между пальцами, а потом подкидывать его, вертя в воздухе. А в это время кто-то снаружи подцепил когтями окно на потолке и, осторожно его открыв влез внутрь. Да. Это был Коралл из клана Алконост. Бяка его не заметила сначала. Он приземлился прямо позади неё, постаравшись не шуметь. Он подмигнул мне и я принялась размахивать перед лицом бабки факелом, провожая её прямо в руки гаргульи. Надо было слышать её крик, когда она увидела красное существо с белыми волосами и крыльями, как у летучей мыши. Это была помесь жужжания бензопилы с криком испуганной кошки. Бяка понеслась на выход, но не сразу нашла дверной проём, пару раз с разбегу впечатавшись в стену, пока наконец не подоспел наш Виктор Станиславович-местный участковый. Он-то и подсказал бабуле, где именно в лаборатории деда находится входная дверь. К слову, Коралл успел выпрыгнуть в окно на потолке, а я сунуть факел в ведро воды, которое приготовила, чтобы помыть стекло колбы до его прихода, поэтому, когда Янина Кирилловна поведала ему про свои злоключения, участковый повёз Бяку прямо в местную психушку. Подлечить нервишки. И вот через две недели всё было готово к выступлению. Знаете... Слова гаргулий меня настолько вдохновили и придали сил, что я всё же решила попробовать переделать номер и попросила дядю Васю поставить его вместе с фейерверком в честь праздника. Тем более фейерверк у нас всегда шикарный да ещё под красивую песню... В общем, я не жалею, что попробовала. А вернувшись с праздника, я обнаружила во дворе дома весь клан Алконост. Охранять дом деда прилетели даже самки и дети. Были и седые старцы и старушки. Кто-то сидел на крыше дома, кто-то на изгороди, стараясь её не повалить, кто-то караулил прямо в лаборатории. Да, вы угадали... Они все пришли встречать Роберта, о существовании которого знали с того момента, когда он был всего лишь сгустком клеток. На самом деле это была лишь часть клана. на встречу прилетели только уже знакомые восемь самцов со своими спутницами и детишками, с ними ещё немного любопытных молодых и несколько старших. Всего тридцать восемь душ от почти ста пятидесяти. - А вы вовремя, ребята. - сказала я, взглянув на показатели и на зелёную лампочку, которая сигнализировала, что колбу пора опустошить - Только надо бы его подготовить к встрече. Я полезла в небольшой шкафчик, где нашла трусы на ремне с выстриженной сзади дырочкой для хвоста, которую сама же подшила по просьбе деда. Когда мы с Робертом вышли во двор, весь клан хором запел "Only time", но по-своему: разложив мелодию на отдельные голоса, да так чисто, что у меня челюсть отвисла. Такого мощного и такого стройного хора, я в своей жизни не слышала никогда. Роберт тоже был поражён, удивляясь и глядя на всё широко открытыми глазами. Ну а потом, по традиции клана Алконост, состоялся первый полёт новичка. Со мной на руках. Я, так как меня всё ещё считали заклинательницей огня, сидела на руках Роберта и во время полёта освещала путь факелом, благословляя новичка на счастье.