Часть 187

Глава 187.

Под серым небом дождь смягчил очертания всех окружающих предметов, делая их менее резкими и четкими. Кровавый запах, смешанный с дождем, издавал легкий металлический аромат, а на земле, где лежали тела Адьюкасов, разложение происходило стремительно, и уже половина их тел исчезла. С разложением их тел, плотность духовных частиц в воздухе заметно возросла. Этот ветер с легким кровавым запахом ненадолго перенес Киёши обратно в Хуэко Мундо. Исида Сокен медленно рассеял свой духовный лук, превратив его в маленький пятиконечный амулет. Подняв руку, он поправил слегка сползшие очки и молча посмотрел на Асано Киёши. Киёши, освободившись от своего состояния шунко, снял с себя черное пламя, открыв уставшее лицо. Заметив, что Исида Сокен смотрит на него, он дружелюбно улыбнулся и протянул руку: «Спасибо за помощь. Я запомню этот долг навсегда. Меня зовут Асано Киёши, я шинигами. А как тебя зовут?» Исида Сокен, услышав его слова и увидев улыбку на его лице, на мгновение замер. Однако, взглянув на протянутую руку, он немного задумался и не протянул свою в ответ, а просто сказал: «Я квинси...» После этих слов его лицо осталось бесстрастным, а очки слегка отражали свет, скрывая истинные чувства в его глазах. Киёши, услышав ответ Исиды Сокена, не убрал протянутую руку и продолжал улыбаться: «Я уже понял, что ты квинси. Но мне интересно, как тебя зовут. Мне это интересно не как шинигами, а просто как человеку» После слов Киёши, Исида Сокен на мгновение задумался, чувствуя легкую грусть в сердце. Да, как могут шинигами и квинси мирно сосуществовать... Осознав свою наивность, Сокен покачал головой и протянул руку, крепко пожав руку Асано Киёши, мирно произнес: «Меня зовут Исида Сокен, я хирург. Если можно, я бы предпочел, чтобы ты больше не появлялся на моем рабочем месте. И наконец, рад знакомству, Асано Киёши» Слова Исиды Сокена слегка удивили Киёши, и он улыбнулся. Этот серьезный на вид человек оказалось, имел чувство юмора, что проявилось в его небольшом, но удачном шутливом замечании. Ощущая тепло рук друг друга, оба испытывали смешанные чувства. Квинси и шинигами, чисто-белые и чисто-черные одежды, объединенные в этом мгновении... Киёши, глядя на Сокена, вспомнил о невидимой империи, описанной в оригинале, и его сердце наполнилось тяжестью. Война всегда вызывает отвращение... После того как они обменялись рукопожатием, каждый со своими мыслями, они посмотрели друг на друга и улыбнулись. Но не задерживаясь, они заметили, что вокруг Каракуры снова появились черные разрывы, из которых медленно выплывали пустые, безжизненные глаза. Обменявшись взглядами, Киёши и Сокен разошлись в разные стороны. Под мрачным небом две фигуры, одна в черном, другая в белом, устремились к черным разрывам. … Тем временем, у магазина Урахары, Шиба Куукаку с группой студентов Академии Шинигами стучала в дверь. Куукаку с тревогой кричала: «Урахара-сан, вы внутри? У нас чрезвычайная ситуация! Урахара-сан?» Но сколько бы Куукаку ни кричала, из магазина не доносилось ни звука, лишь звук стука в дверь. «Шиба-сэнсей, у Кодзимы тяжелые раны, он едва держится!» «Шиба-сэнсей, вы уверены, что там кто-то есть? Мы кричим уже так долго, может, там никого нет?» «Шиба-сэнсей...» Вокруг студенты продолжали говорить Куукаку, и на её лице появилась легкая тревога. Несколько капель пота выступили на её гладком лбу, и она с хрипотцой в голосе сказала: «Ребята, не волнуйтесь, доверьтесь мне. В данной ситуации только он может нас спасти!» Один из студентов, принадлежавший к благородной семье, обратился к Куукаку: «Шиба-сэнсей, я не понимаю. Почему в такой критический момент мы не обращаемся за помощью к Обществу Душ, а вместо этого полагаемся на кого-то, о ком мы никогда не слышали? Разве это действительно...?» Однако не успел он закончить, как его тело ослабло и рухнуло на землю. Вслед за слабой волной духовных частиц раздался глубокий и сильный голос Цукабиши Тессая: «Расколотые иллюзии реальности, растущие сомнения в миражах, могильные плиты, погребенные в неизведанном, пересечение дождя и смерти, становясь ветвями кошмарных снов! Бакудо №43 — Митсуюме!» Слова Тессая уронили всех студентов, кроме Куукаку, в глубокий сон. Однако, видя это, Куукаку не встревожилась, а, напротив, облегченно вздохнула и обратилась к высокой фигуре: «Тессай-сан! Наконец-то вы вышли. Скажите, пожалуйста, Урахара-сан дома?» Прежде чем Тессай успел ответить, послышался слегка ленивый голос Урахары Киске: «Охохо, я здесь, Шиба-сан. Простите за задержку, были дела, так что я немного опоздал. Прошу прощения за ожидание» Шиба Куукаку, услышав голос Урахары, не обратила на его извинения особого внимания. Подняв на руки пострадавшего студента Кодзиму, она обратилась к Урахаре: «Урахара-сан, этот студент в опасности. Можете ли вы его спасти?» Услышав её просьбу, Урахара Киске лишь мельком взглянул на студента и, достав из кармана ампулу с препаратом, сказал: «Шиба-сан, дайте ему это выпить. Если всё пойдёт как надо, это поддержит его жизнь. Сейчас мы можем сделать только это. Для полного лечения нужно дождаться завершения этого инцидента» Куукаку, выслушав Урахару, посмотрела на едва живого студента и задумалась, проявляя сомнение: «Но, Урахара-сан, это...» Урахара прервал её, холодно ответив: «Шиба-сан, всё ради того, чтобы защитить как можно больше людей...» «Хорошо... Я понимаю»