Часть 252

Глава 252.

Лунный свет был холоден, словно иней, а силуэт молодого человека, стоящего у ворот тюрьмы, сохранял свою прежнюю элегантность. Он стоял у входа, и, сквозь решётку, заключённые могли видеть только его красивое лицо и холодный свет луны, висящей высоко за его спиной. Лунное сияние окутывало его фигуру, придавая ему мягкое и загадочное свечение. Один из заключённых, набравшись смелости, первым задал вопрос: «Ты... ты стал капитаном Кидо отряда?» Асано Киёши кивнул, подтверждая его слова, и затем направился вглубь тюрьмы. Увидев это, тот же заключённый начал трясти массивные железные прутья и громко крикнул: «Раз так, зачем ты вернулся?! Чтобы насмехаться над нами?! В конце концов, все вы одинаковы! Ты просто повторяешь тот же путь, что и те, кто засадил тебя сюда!» Асано Киёши, услышав эти гневные слова, на мгновение остановился. Айзен, шагавший рядом, заметив это, с интересом улыбнулся. Ему было любопытно, как Киёши ответит на столь острый и болезненный вопрос. Что он сделает? Как отреагирует на такую провокацию? Айзен был полон ожидания. Не подведи меня, Асано Киёши. Киёши, остановившись, лишь обернулся и посмотрел на заключённого. Тусклый свет факелов освещал его лицо, делая тени на нём ещё более глубокими и мрачными. Но внезапно он улыбнулся и, обращаясь к тому человеку, сказал: «Я всегда остаюсь собой. Я никогда не стану тем, кто засадил меня сюда, и никогда не стану таким. Верить или не верить — это твоё дело». Услышав этот ответ, мужчина опустил голову. В тюрьме воцарилась тишина, нарушаемая лишь эхом шагов Асано Киёши и Айзена. Затем, внезапно, мужчина разразился истерическим смехом. Когда его голос охрип, он закричал вслед уходящему Киёши: «Тогда я буду наблюдать за тобой отсюда! Буду смотреть, как ты исполняешь своё обещание! Если однажды ты его нарушишь, я надеюсь, что тоже увижу это отсюда!» Асано Киёши, услышав это, махнул рукой и продолжил путь. Заключённые, услышав этот обмен репликами, реагировали по-разному. Одни замолчали, другие начали ругаться, кто-то впал в отчаяние и раскаяние, а кто-то начал громко смеяться. В этот момент тюрьма стала местом, где смешались все возможные человеческие эмоции. Айзен, наблюдая за происходящим, затем перевёл взгляд на Асано Киёши и вдруг задал ему вопрос: «Киёши, что ты думаешь об этих заключённых? И если однажды ты станешь главнокомандующим, как бы ты поступил с ними?» Киёши посмотрел на Айзена, но тот, как всегда, оставался спокойным и мягким, не выражая никаких посторонних эмоций. Этот вопрос не застал Киёши врасплох. Он ответил Айзену серьёзно: «Установить справедливые законы! Чтоб был закон, на который можно опираться! Чтобы все подчинялись закону! Чтобы каждый, кто нарушил закон, был наказан! А те, кто невиновен, получили бы своё оправдание!» Айзен, услышав такой ответ, был на мгновение удивлён. Он обдумал каждое слово Асано Киёши, затем улыбнулся и повторил: «Какой прекрасный и идеальный ответ. Законы, на которые можно опираться, и неизбежное наказание за их нарушение? Похоже, Киёши, твоё мышление уже значительно опережает моё». Киёши, услышав слова Айзена, поспешно отмахнулся, улыбаясь: «Айзен-тайчо, вы меня переоцениваете. Пока это всего лишь красивые слова. Без практического воплощения они останутся лишь пустыми обещаниями». Айзен покачал головой, глядя на тёмный, мрачный коридор перед собой, и, зажёгши факел, первым шагнул внутрь. Освещая путь, он сказал Асано Киёши: «Новаторские идеи помогают указать путь. Твои слова — как этот факел, впервые освещают мне путь в этом мрачном коридоре, даря мне направление и надежду». Внутри Киёши бурлили эмоции, но внешне он сохранял спокойствие. Улыбнувшись, он тоже зажёг факел и ответил Айзену: «Моих собственных сил не хватило бы, чтобы разжечь огонь. Только с вашей помощью, Айзен-тайчо, мне удалось зажечь этот факел, не так ли?» Айзен кивнул, и свет факелов отразился в его очках. Он тихо пробормотал: «Ты научил меня зажигать огонь, а я помог тебе зажечь твой. Теперь, когда мы вместе зажгли наши факелы, этот тёмный коридор стал немного светлее... Интересно, очень интересно...» Затем он снова поправил очки и, подняв голову, вновь стал тем доброжелательным и спокойным капитаном Айзеном. Улыбнувшись, он сказал: «Киёши, нам пора. Время не ждёт». Киёши кивнул, и они вместе с Айзеном, держа факелы, пошли по этому тёмному и глубокому коридору. Мерцающий свет факелов освещал путь, проливая свет на давно скрытую тьму. В самой глубине этого коридора, в одной из камер, сидел старик с грязной бородой и исхудавшим телом. Он сидел на полу и непрерывно что-то писал и рисовал на грубой цементной поверхности пальцем. Грубая поверхность разодрала кожу на его пальцах, но он, казалось, не замечал боли, продолжая писать кровью, как чернилами, создавая устрашающие строки. Красная кровь служила чернилами для его писем о несправедливости. Чистое намерение — основой для очищения грязи! Этот старик был тем самым заключённым, который когда-то разделял одну стену с Асано Киёши — Шукен Ко. Долгие годы, проведённые в этой темнице без света, не смогли сломить его. Он продолжал совершенствовать своё мастерство письма и не утратил свою решимость бороться с несправедливостью. Даже несмотря на то, что каждый раз, когда надзиратели обнаруживали его письмена, его избивали и оставляли без еды на несколько дней. Даже несмотря на то, что его кровь истощалась, а тело худело день ото дня. Но пока несправедливость не искоренена, он продолжал писать! Писать, чтобы те, кто оскверняет мир, были низвергнуты! Писать, чтобы грязные люди были осуждены! Писать, чтобы простые люди жили в мире! Писать, чтобы добро и справедливость правили в этом мире! Ради этого он был готов умереть, но знал, что его смерть не будет напрасной. И вот в этот момент его рука, касающаяся пола, почувствовала лёгкую вибрацию. Старик внезапно поднял голову. В его ясных, хотя и старых, глазах отразились два светящихся факела и две приближающиеся фигуры. Затем, как будто голос из прошлого и воспоминания прорвались сквозь время, он снова услышал те слова: «Если так, тогда... жди здесь. Когда я выйду и наберусь сил, я вернусь, чтобы восстановить справедливость и сниму все ложные обвинения». С этими словами Асано Киёши протянул руку к старику и с улыбкой сказал: «Привет, меня зовут Асано Киёши. Я шинигами. Я пришёл за тобой...» «Зачем?» «Чтобы отправиться в самую гущу окружающего нас ужаса и раскрыть тьму. Пойдёшь?» «Пойду».