Часть 287

Глава 287.

Банкай — это воплощение самых глубоких слоев души человека. Гордыня, безрассудство, тяжесть, мрак, жизнерадостность, смелость... Все эти разнообразные элементы зачастую находят своё проявление в банкае. И когда голос Асано Киёши прозвучал, взгляды всего Общества Душ были устремлены на него. Ведь перед ними стоял кандидат на пост следующего главнокомандующего. Для всех было огромной редкостью и невероятным волнением увидеть банкай главнокомандующего. Стоит вспомнить, что нынешний главнокомандующий Ямамото Генрюсай Шигекуни не использовал банкай уже тысячу лет! Даже его ученики никогда не видели банкай своего учителя. Можно сказать, что все в Обществе Душ были невероятно любопытны и жаждали увидеть банкай главнокомандующего! Однако были и те, кто не ждал этого события с таким восторгом, например, Унохана Рецу. Ведь если главнокомандующий действительно использует банкай, то, возможно... Но если увидеть банкай нынешнего главнокомандующего невозможно, то взглянуть на банкай его преемника — вполне реально! С такими мыслями все устремили свои взгляды на Асано Киёши. Густая и насыщенная грехами реяцу разлилась во все стороны, в небе разрастались бесчисленные чёрные трещины. Эти глубокие разломы, словно взгляд великого существа, заставляли каждого бессознательно преклоняться и желать слияния с этим присутствием. Постепенно трещины покрыли всё небо, разрывая лунное светило на множество фрагментов. А из этих трещин медленно просачивались алые капли. Алая, зловещая, пугающая, жертвенная, величественная, обожествлённая... Густая кровь мгновенно залила всё небо, и оно в один миг погрузилось в алую бездну. Кровь стекала с небес, падая на землю, и в бескрайней ночи рисовала самую яркую и глубокую линию алого цвета. И среди этой кровавой сцены Асано Киёши медленно шёл к присутствующим. Из крови начали проявляться десять дворцов, таких грандиозных, что их невозможно описать словами. Несмотря на то, что видна была лишь часть одного из них, ощущение, что каждый из этих дворцов способен охватить всё Общество Душ, рождалось в сердцах наблюдателей. Над каждым из дворцов парили величественные и непостижимые силуэты. Даже напрягая все силы, можно было увидеть лишь их контуры, а на каждом дворце были начертаны имена: «Цингуан, Чуцзян, Сунди, Угуань, Яньло...» (В китайском аду есть десять царей Ада, и именно они решают на какой из 18 уровней ада попадёт грешник, но там всё сложно…) Асано Киёши стоял в центре, его лицо оставалось спокойным, а в глазах отражались все шинигами Общества Душ. В этот момент он выглядел, как божество, ослепляющее своим сиянием! Наблюдая за величественным банкаем, Кёраку Шунсуй чуть приподнял край своей шляпы, его лицо выражало удивление: «Ох, ох! Что за невероятный банкай! Его диапазон охвата просто огромен!» Унохана Рецу, глядя на это кровавое зрелище банкая, улыбнулась, словно отвечая на слова Кёраку, или, возможно, просто шепча себе под нос: «Ах, да... Такой прекрасный банкай, он действительно приносит радость...» С этими словами её рука медленно потянулась к занпакто, висевшему на поясе. Лицо Уноханы изменилось, и теперь она казалась не той мягкой и доброй старшей сестрой, которой все её знали. Теперь её взгляд был острым, как клинок, и улыбка на её лице... стала зловещей и безумной. Но эта улыбка продержалась всего миг. Когда Кёраку вновь посмотрел на неё, Унохана уже вернулась к своему обычному облику. Её глаза слегка прищурились, и она с улыбкой смотрела на Шунсуя, не было ни малейшего следа от прежнего свирепого выражения на её лице. Куротсучи Маюри, глядя на этот банкай, сперва был ошеломлён его почти всеобъемлющим охватом, покрывающим всё поле подготовки. Затем его внимание привлекли дворцы, напоминающие чудо. Наконец, когда он собирался собрать немного крови для исследований, внезапное чувство тревоги охватило его. Подумав несколько раз, он всё-таки отказался от своей идеи и убрал оборудование, предназначенное для сбора крови. Однако его глаза, полные жажды знаний, едва сдерживали её. Сой Фонг, наблюдая за этим ужасающим банкаем, испытывала смешанные чувства. Она бросила взгляд в сторону Асано Киёши, затем снова посмотрела на разливающийся банкай и не могла сразу понять, что именно она чувствует. Кучики Бьякуя, глядя на этот залитый кровью, но при этом не внушающий зла банкай, почувствовал лёгкую растерянность, но одновременно и что-то понял. В конце концов, только такой всеобъемлющий банкай можно считать истинным банкаем! Зараки Кенпачи, наблюдая за кровавым небом, чувствовал, как каждая мышца его тела начинала слегка дрожать. Он сжал рукоять своего занпакто, и боевой дух начал разгораться в его сердце. Он смотрел на Асано Киёши с безумным выражением на лице, полным фанатичного восторга! Вдалеке, Айзен и Ичимару Гин стояли среди деревьев, наблюдая за разливающейся кровью и дворцами. В глазах Айзена мелькнуло удовлетворение, и он мягко спросил: «Гин, как ты оцениваешь этот банкай?» Глаза Ичимару Гина были открыты, блестя как сверкающий драгоценный камень. Он посмотрел на Айзена и с улыбкой ответил: «Капитан Айзен, честно говоря, этот банкай можно считать одним из лучших во всём Обществе Душ! Однако, банкай Асано Киёши превзошёл мои ожидания». Выслушав ответ Гина, Айзен слегка улыбнулся. Он посмотрел на Ичимару Гина и с фирменной улыбкой произнёс: «Гин, ты говоришь, что это превзошло твои ожидания? Можешь рассказать, каким ты представлял его банкай?» На это Гин бросил взгляд в сторону Асано Киёши, и, улыбнувшись, спокойно ответил: «Я думал, что его банкай будет чем-то похожим на банкай капитана Комамуры — обширным и мощным, в стиле Кокуджо Тенгенмьё. В конце концов, оба они склонны к справедливости, разве не так, капитан Айзен?» Услышав ответ Гина, Айзен покачал головой, снял очки и, держа их за край, медленно начал протирать линзы, продолжая спокойно: «Нет, Гин, я с самого начала не думал, что банкай Асано Киёши будет таким праведным. В конце концов, он, как и мы, из той же породы людей, просто выбрал другой путь. Но в основе своей он всё равно остаётся таким же, как мы». Выслушав Айзена, Ичимару Гин лишь кивнул, не добавив больше ни слова. … В бараках первого отряда, главнокомандующий наблюдал за банкаем Асано Киёши с выражением, полным смешанных чувств, но в итоге его лицо осветилось тёплой улыбкой. … Огромное количество реяцу влилось в раковинообразное устройство, и сияние реяцу окрасило половину неба. В воздухе начал разливаться влажный и гнилостный запах, характерный для Дангая. С резким звуком "клак" ворота Дангая открылись! Киёши оглядел собравшихся шинигами и капитанов и спокойно произнёс: «Вперёд!»