Часть 421

Глава 421.

Верно, Асано Киёши сказал это, потому что перед ним стоял тот самый человек, который в оригинальной истории убил Сасакибе Чоуджиро — Дрисколл Берчи, Штернриттер со шрифтом "О" — Маньяк. В тот момент, когда Киёши увидел его, в сердце поднялась волна ярости. Перед его мысленным взором возник образ Чоуджиро — доброго наставника, который каждый раз приносил ему мази и еду после тренировок. Вспомнив сцену из оригинала, когда тело Сасакибе было прибито к стене, Киёши ощутил, как кровь закипела в жилах. Долгое время подавляемое реяцу начало высвобождаться. Огромная духовная сила Асано окутала улицу, словно прилив, и всё, к чему прикасалась его реяцу, начинало разрушаться — даже здания. Один из тех, кто стоял рядом с Дрисколлом, замер в удивлении. Это был Джером Гизбатт, будущий Штернриттер с шрифтом "R", известный в оригинале как «Рёв». Его взгляд метался между Асано и Дрисколлом, и, наконец, он спросил с настороженностью: «У этого парня есть на тебя обида?» Дрисколл, ещё не получивший свой Шрифт, был явно растерян. Его сила едва достигала уровня обычного капитана. И перед лицом такого врага, как Асано Киёши, он выглядел как беспомощный муравей. Но, будучи с детства обласканным как гениальный воин, он всё же поднял огромный лук, сотканный из духовных частиц, и с криком бросил вызов: «Я не знаю, кто ты такой, но стоять на моём пути — величайшая ошибка в твоей жизни! Отправляйся в ад и искупи свою вину!» В его руках вспыхнул лук, из которого вырвалась стрела размером в несколько метров. Джером, видя убийственное намерение Киёши, несмотря на всё своё замешательство, понял, что лучший выход — уничтожить противника. И когда стрела полетела, он издал самый громкий рёв в своей жизни, направив его на Киёши. Звук был настолько мощным, что разнёс вдребезги все окна на улице. Однако лицо Асано Киёши оставалось бесстрастным. Он просто поднял левую руку и лёгким движением развеял обе атаки. Его реяцу словно волной смела всё на своём пути, оставив лишь пустоту. «Теперь я понимаю, почему Айзен предпочитал давить врагов силой реяцу», — подумал Киёши, не скрывая лёгкой усмешки: «Это не только эффективно, но и вселяет в противника ужас». Ожидаемо, после того как их мощные атаки были уничтожены с такой лёгкостью, в сердцах Дрисколла и Джерома что-то изменилось. Они осознали, что этот бой им не выиграть. Оба приняли лучшее решение в своей жизни — бежать. Видя, как они бегут, Асано Киёши не стал преследовать их. Он лишь спокойно стоял на месте и, дождавшись, пока они отдалятся на достаточное расстояние, медленно поднял руку. Его голос прозвучал тихо, но уверенно: «Начнём с тебя. Пусть этот парень насладится страхом ещё немного». Сказав это, на кончиках пальцев Асано Киёши вспыхнул яркий белый свет, и резкий звук, похожий на пение птицы, эхом разнёсся вокруг. Яркий луч света, словно раскалывая небеса, мгновенно пронзил сердце Джерома, чья буква была 'R'. Он не ощутил боли — его жизнь оборвалась в тот самый миг, когда свет поразил его сердце. Тело Джерома рухнуло на землю, подняв облако пыли. Глядя на мёртвого товарища, этот любитель посмеяться уже не мог найти в себе сил улыбаться. В ужасе он бросился бежать, изо всех сил пытаясь выжать из себя последние остатки силы, поглощая духовные частицы из окружающей среды. Он достиг предела своих возможностей, но даже это было слишком мало перед лицом непреодолимой силы. Асано Киёши, слегка скрестив руки перед собой, по примеру Улькиорры, сотворил длинное синее копьё из духовных частиц. Его тело слегка наклонилось вперёд, и в следующее мгновение копьё, двигаясь с такой скоростью, что его было невозможно уловить взглядом, разорвало пространство между ними. Дрисколл почувствовал жгучую боль в спине. Следующий момент показался ему прыжком в пустоту, когда его мир стремительно изменился. Осознав, что произошло, он увидел своё тело, пронзённое огромным копьём, пригвождённое к самому верху самого высокого собора Серебряного града. Кровь медленно стекала по камням собора, капая вниз. Асано Киёши посмотрел на пригвождённое тело, и на его лице появилась лёгкая улыбка. В этот момент рядом с ним раздались шаги, и холодный голос пронзил тишину: «Это действительно удивительно. Теперь понятно, почему весы начали склоняться. Итак, командующий Готей 13 решил пожаловать сюда лично. Раз уж вы пришли, то останьтесь здесь навсегда». С этими словами прозвучал звонкий звук обнажаемой катаны, и перед Асано Киёши появился Хашвальт, возглавляющий Штернриттеров. В тот самый момент, когда Хашвальт обнажил меч, все члены Штернриттеров выпустили свою реяцу. Более двадцати духовных сил, каждая из которых была на уровне капитанов, обрушились на Серебряный град, накрыв его мрачной синевой. Духовное давление было настолько велико, что даже небо окрасилось в глубокий синий цвет, скрыв собой солнечный свет. Глядя на это огромное духовное давление, способное затмить солнце, Асано Киёши лишь слегка улыбнулся и, обращаясь к Хашвальту, спросил: «Как ты узнал обо мне? Я вроде только вошёл в этот город». Хашвальт холодно взглянул на Асано Киёши и спокойно ответил: «У меня нет обязанности объяснять это тебе. Смирись с тем, что ты падёшь здесь, Главный боевой потенциал Общества Душ — Асано Киёши». Услышав эти слова, Асано Киёши лишь покачал головой и сказал: «Получить такую оценку от Невидимой Империи — это, конечно, честь. Но, извините, боюсь, что вас недостаточно, чтобы остановить меня». С этими словами Асано Киёши без колебаний обнажил свой занпакто. В мгновение ока его духовная сила взорвалась, соперничая с мощью всех Штернриттеров: «Банкай! Ёми но Дзюппо Дзюкай!» В следующее мгновение небо над Серебряным градом разорвалось множеством трещин, и оно окрасилось ярко-красным цветом. Из разрывов начали появляться гигантские лица демонов, с жуткими, изуродованными улыбками, они пристально смотрели на всех живых существ в городе. Густая кровь стала стекать с небес, когда сам владыка смерти спустился в этот мир.