Часть 1

      Пока весь мир жил обычной жизнью, на свет появилось новое дитя, о котором ещё никто не знал, но совсем скоро имя Савады Тсунаёши прогремит на весь свет. Ибо божество спустилось на землю к смертным, дабы властвовать над ними. ***       — Нана, не могу поверить, что сын такой невероятный, — Емицу смотрел в золотистые глаза ребёнка и не мог нарадоваться. Долгожданный малыш наконец-то появился на свет.       — Да, дорогой, он действительно очень мил! — устало произнесла женщина. Она держала сына на руках и была не способна отвести от него взгляда.       — Ты решила, как назовёшь его? — любопытно спросил счастливый отец.       — Да! Тсунаёши, — радостно ответила Нана.       — Отлично. Тсунаёши Савада. Звучит! — Емицу был невероятно счастлив в тот момент. ***       Развивался Тсунаёши быстрее своих сверстников. И это было заметно. С первых дней малыш смотрел на окружающих каким-то возвышенным взглядом.       Когда Тсунаёши исполнилось год Емицу впервые срочно вызвали на работу.       — Я скоро вернусь, обещаю, — говорил он своей семье, стоя у порога с собранным чемоданом.       — Ложь, — это было первое слово ребёнка. Сам он толком и не понимал что происходит, однако знал, что ему солгали. Обычно мягкие глаза наполнились презрением.       — Ну, Тсуна, не обижайся папа, правда будет совсем скоро, — Нана покачала сына, сидящего у неё на руках.       — Да! Всего неделя! Это не так уж и долго, — поучительно сказал Емицу, с нотками грусти в голосе.       Тсунаёши промолчал, он прекрасно осознавал, что неделя не поможет решить грядущей проблемы.       Емицу и уехал. Только далеко не на неделю. Его отъезд затянулся на долгие годы. ***       В детском саду пока все играли в песочнице Тсуна лишь величаво сидел на бортиках и разглядывал ползающих детей.       — Люди такие жалкие, — задумчиво сказал он. Пара детишек обратила на него внимание, но так и не поняв что он сказал, вернулась к построению замка, — Ничего… Такими легче править.       — Ты что-то спросил Тсунаёши? — к мальчику подошла воспитательница.       — Я хочу конфету, — уверенно сказал мальчик голосом не терпящим возражений.       — Ну, я не могу тебе её дать, скоро обед. Да и вдруг у тебя аллергия?       Тсунаёши скосил на неё надменный взгляд.       — Тогда все узнают, что вчера дети были час без присмотра и что вы делали в подсобке с охранником.       Лицо молодой девушки сильно покраснело. Она бессильно хлопала ртом.       — Да тебе никто не поверит! — и снова ей пришлось столкнуться с надменным взглядом.       — Хочешь проверить?       Девушка не хотела. Мама мальчика очень любила своего сына. Вдруг ей захочется всё проверить? А камеры так неудачно стоят по всем углам сада.       — Хорошо, держи, — она протянула ему шоколадную конфету в цветастой обёртке.       — Теперь этого мало, — брезгливо рассматривая ее, сказал Тсуна, — Такова цена вашего секрета?       Краска сошла с лица воспитательницы. Она чувствовала себя маленькой неразумной девицей.       — Подношения должны быть соразмерны чуду, — философски протянул малыш, скрашивая руки.       Через пятнадцать минут в его руках был трёхкилограммовый пакет различных конфет.       — Молодец, — разворачивая бумажку, сказал Тсуна, — будет тебе счастье с твоим любимым.       Опустив глаза в пол девушка отошла.       — Эй, смертные! — привлёк к себе внимание каждого ребёнка Тсуна и потряс мешком сладостей, — Примите дары божества!       Вокруг него стазу же появилась топа обожателей. Дети тянули руки к Тсунаёши и получали горстки конфет.       — Ешьте и молитесь. Ибо бог одаривает тех, кто просит! В тот день были принесены первые молитвы юному божеству. ***       Удивительно, но на пятый день рождения Тсунаёши отец приехал домой. Да не один, а с дедом на пару.       — Ооо, мой внук уже так вырос! — умилялся ему старик.       — Да, — Нана гордо гладила мальчика по голове.       Емицу хотел обнять и потискать сына, но рядом с боссом не мог себе этого позволить. Поэтому только улыбался ребёнку.       — Вы сами во всём виноваты, — неожиданно сказал Тсуна, который не отводил взгляда от нового родственника.       — О чём ты малыш? — напрягся Тимотео.       — Прекратите молить о помощи. Боги перестают помогать тем, кто часто отказывается от их милости.       Шокированные взгляды были направлены в спину, уходящему на улицу, мальчику.       Через пару дней гости уехали, не оставив после себя и следа. ***       Первые дни в школе самые сложные для каждого ребёнка. А для ребёнка считающего себя богом самые важные.       — Что у тебя на голове?! Ты что не расчёсываешься? — пухлый черноволосый мальчишка встал напротив Тсуны и ткнул в него пальцем.       Несколько недовольных взглядов детсадовских друзей Тсунаёши упёрлись в смельчака. Савада отлепил взгляд от других учеников и плавно поднялся с места.       — Рискни повторить это мне глядя в глаза, смерд.       Парень неловко замялся. Он нервно сжал края футболки.       — Я-я говорю что ты! Ты! Идиот!       Трясясь от подступающих слёз, сказал он. Сразу на лице Тсунаёши отобразилось презрение, окончательно убившее всю уверенность собеседника.       — А теперь послушай меня. Ты жалкое ничтожество, в сравнение со мной, не достоин даже находиться на этой земле. Мой лик приближен к божественному, — надменно вещал Тсунаёши, — А ты лишь мерзкий еретик. Будь уверен, я не прощаю подобных высказываний.       Прозвенел звонок и в класс вошёл учитель.       — Все по местам!       На следующий день тот мальчик не пришёл в школу. И через день не пришёл.       — Тсунаёши-сама, — приветливый крик разнёсся перед школой. Тот самый мальчик, улыбаясь, махал Саваде, — Извините за мою грубость!       — Я отпускаю твой грех. Впредь живи по совести и чести, — со скукой ответил Тсуна.       Надо же, всего-то надо запугать человека в переулке до полусмерти огнём, чтобы он пошёл замаливать грехи. ***       — Тсунаёши, что ты делаешь! — возмущался учитель.       — Пишу сборник молитв и перечень подношений, — нежно, как душевно больному ответил Савада. Одноклассники заинтересованно глянули на его творение.       — Тебя не смущается что у нас урок?       — Ну, я же пишу? — не понял он суть претензии.       — У нас математика!       — А. Ну, ничего. Я разрешаю вам проводить её.       Злой учитель махнул рукой и ушёл к доске.       — Тсунаёши-сама, — тихо позвала его одноклассница, — Ты ведь дашь нам почитать?       Савада мило ей улыбнулся и кивнул. ***       Тсунаёши на каникулах не выходил из комнаты третий день.       — Сынок, чем ты тут занят, — осторожно заглянула к нему Нана.       — Развиваю божественные силы, матушка.       Вокруг Тсунаёши бушевали пламенные потоки.       — А, ну не буду тебе мешать дорогой, — Нана ушла, тихонько закрыв дверь.       Её сынок так трудиться ради своих прихожан. Что ж, тогда и она не подведёт его! И как главная жрица храма обязана вкусно накормить бога. ***       Когда Тсунаёши переходил в среднюю школу, стол директора валился от желающих отдать детей именно к ним. Причем, отчего то все настаивали именно на конкретном классе.       Но учиться рядом с богом повезло не всем.       — Я так рада, что в одном классе с вами, Тсунаёши-сама! — Киоко стояла рядом с ним на вступительной церемонии и с восхищением смотрела на него.       Тсунаёши одарил её улыбкой. ***       — Тсунаёши-сама, не могу поверить, что вы выбрали нашу школу! — на перемене рядом с ним оказалась учительница литературы, она была очень набожна и искренне почитала божество Намимори.       Те кто ещё не слышал о нём удивлённо глядели на эту картинку, другие лишь понимающе кивали. ***       — Камикорос, травоядное! Хибари долго терпел. Целых три дня. Наглый новичок, возомнивший себя богом, не вызывал у него интереса пока из-за утренних молитв этому шарлатану ученики не начали опаздывать. Да ладно ученики, многие учителя не приходили вовремя. Хотя последней каплей стало то, что из-за молитв опоздала его правая рука.       — Ты не веришь в богов? — сразу для себя определил проблему Тсунаёши, — Это поправимо.       Разъярённый глава комитета накинулся на него. Будто зная всё наперёд, Савада с лёгкостью уходил от ударов. Из окон за их схваткой наблюдали сотни глаз.       Глава дисциплинарного комитета через десять минут был уложен на лопатки и придавил ногой к земле.       — Разве кто-то кроме бога может тебя одолеть?       Хибари с удивлённо приоткрытым ртом покачал головой из стороны в сторону. ***       — Вы хотите, чтобы я тренировал наследника Вонголы? — величайший киллер закинул ногу на ногу.       — Не просто наследника, а единственного кандидата, Реборн. Это важно. Уж постарайся не убить его.       Тимотео от воспоминаний о жутком мальчишке бросало в пот.       — Вот досье. ***       «Вашему ребёнку нужен репетитор?» гласила записка из почтового ящика. Нана грустно вздохнула и зашла в дом.       На столе лежал последний тест Тсунаёши. Пустые колонки ответов, молитва, написанная поверх заданий и сто баллов вверху. ***       — Хаос! — поприветствовал нового ученика Реборн, — Я твой репетитор.       — В бога веришь?       — Я итальянец, глупый Тсуна, мы все католики.       — Плохо… ***       — Тсуна, а почему в вашем доме так много цветов?       — Молитвы без подношений не молитвы.       Реборн надеялся лишь на то, что его ученик не окажется сектантом. ***       — Тсунаёши-сама! — рядом с учеником Реборна оказалось две девочки. Парень не удостоил их даже взглядом, — Благословите нас на удачу! — продолжили они вместе.       Так и не получив ничего кроме недоумённого взгляда Реборна они переглянулись. Одна из девочек покопалась в сумке.       — Мы не с пустыми руками! — сказала она.       — Да! У нас есть подношение, — подхватила другая.       Они вскочили перед Тсуной и протянули ему круглую красную коробку. В ней были цветы и фрукты, по краям лежали конфеты, а в центре композиции находилась бутылочка саке.       — Примите наше подношение, Тсунаёши-сама! — выкрикнули они и почтительно склонили спины. Небольшое молчание напрягло всех. Множество взглядов прохожих были устремлены на них. Повезёт ли этим детям получить благословение сегодня?       — Хана, Киоко, — девочки подняли на него взгляд. Тсунаёши протянул руки и положил на ладони девушек, — Я дарую вам удачу. Будьте уверены, вам дастся этот день легко.       Тсунаёши забрал подношение и под радостные писки девчонок пошёл дальше.       — Что это было, глупый Тсуна?       — Богохульник, — брезгливо окрестил его Тсуна, давая понять, что не намерен ему что-либо объяснять. ***       — Время пробежки, ученик! — Реборн хотел выгнать мальчишку в одних трусах, но на его удивление у подростка хватило храбрости под прицелом пистолета гордо пройти в ванну, умыться и одеться в школьную форму.       — Боги не бегут по приказу, Реборн. Они внимают лишь мольбам.       Злой оскал исказил лицо киллера. ***       — Слабый, бесхарактерный, глупый... — вслух читал киллер досье, — Какой идиот это всё писал?       — О, это Адриано, он один из моих последователей, — рассказал Тсунаёши. ***       — Это ты трогал мою Киоко?! — подбежал к Тсунаёши Мочида, ученик старших классов.       — Да, я.       — А-а, ну тогда спасибо! Тсунаёши-сама, благодаря тебе она написала тест на девяносто семь баллов!       — Я сделал, то о чём просили. Не стоит благодарности. ***       В класс вошёл новенький. Красивый парень привлёк к себе внимание.       — Гокудера Хаято, — представил его учитель.       Когда новенький направился к божеству никто не удивился. Так было нужно, так было правильно. Приветствовать хозяина мест. Стоило ему опрокинуть парту божества и взгляды, прикованные к нему, изменили своё значение.       Ненависть.       Единственное чувство, предназначенное для осквернителя святого.       — Пройдите-ка в кабинет ГДК, Гокудера Хаято, — поправляя очки, приказал учитель. ***       — Я убью тебя и стану десятым боссом! — после того, как его нагрузили работой шавки из комитета Гокудера ходил очень злым. Хотя стоит признать, ему повезло, что в тот момент Хибари не было на своём месте.       — Разрешаю тебе попытаться, — кивнул ему Тсунаёши.       Хаято вытянул бомбы, поджог их и кинул под ноги Саваде. Тот грациозно отступил в сторону, не давая задеть себя.       Количество бомб в руках взрывного мальчика увеличивалось и увеличивалось, пока он не выронил все, что было в руках.       — Чёрт!       Тсунаёши поморщился от грязных слов человека. «Это мой конец? Помогите!» по лицу Тсунаёши расползлась спокойная и понимающая улыбка. Ну, как божество может не внять такой молчаливой мольбе?       Быстрое движение и подрывник уже на руках Тсунаёши. А взрывы слышатся где-то там. ***       — Спасибо, спасибо! Я сделаю что угодно! — Гокудера упал на колени перед богом, — Приказывайте, Десятый!       Наконец-то у Тсунаёши появился верный священнослужитель. Пришлось так долго ждать. ***       Ямамото стоял на крыше. Вокруг собирался народ. Кажется, они только хотели увидеть невероятное шоу. Жаль.       — Не хочешь помочь другу, Тсуна? — прыгнув на плечо ученика, спросил киллер.       — Другу? — уточнил Тсунаёши — Ты явно чего-то не понимаешь, человек. Я помогаю только тем, кто просит о помощи.       — Но если он умрёт, о помощи молить будет уже некому.       — Ладно, я сделаю вид, что это была твоя мольба и помогу ему.       — Это была не мольба, глупый бог, — скривился Реборн. ***       — Ямамото Такеши! — парень вздрогнул и обернулся.       — О, Тсуна! Что-то случилось? — он стоял уже за ограждением.       — Тебе не нужна твоя жизнь? — громко спросил он, чтобы с далёкого расстояния одноклассник услышал его.       — Думаю, нет, — ничего не значащая улыбка играла на его лице.       — Тогда отдай свою жизнь мне! — Тсунаёши протянул руку, будто и правда, хотел взять её в ладонь, — Я найду ей лучшее применение.       — Ха-ха, а ты как всегда, — Такеши не понял, как Савада вдруг оказался так близко. Он смотрел Такеши прямо в глаза.       — Боги неизменны в своих поступках.       Тсунаёши протянул руку и Такеши просто не захотел отказываться от неё. ***       — Знаете, что отличает вас от обычных людей? — спросил Тсунаёши у Гогудеры и Ямамото, когда те пришли к нему в гости.       — Нет, — виновато прошептал Хаято.       — Не-а! — весело сказал Такеши.       — Вы моя семья! А семье не надо меня о чём-то просить, я сделаю всё для нашего счастья!       Восхищённые взгляды омывали Тсунаёши обожанием. ***       — Значит, ты хочешь убить Реборна? — Тсунаёши увлечённо разглядывал мальчика, влетевшего в окно.       — Да! Ты ведь поможешь? Ты же бог! — радостно воскликнул он.       — А кто поможет Реборну? — с лёгкой грустью в голосе спросил Тсуна.       Ламбо задумчиво замолчал, после чего пожал плечами, опуская голову вниз. ***       — Ты слишком мягок для вершителя судеб, глупый Тсуна, — Реборн ткнул ногой Саваду в макушку, пока тот читал очередную книгу на итальянском.       Тсунаёши не обращал на него внимания. Какое дело богу до кричащей мыши? ***       — Ты ЭКСТРИМально крут, Бого-Тсуна, вступай в боксёрский клуб! — выскочил из-за угла Сасагава Рёхей.       — Нет.       — Что?! Почемууу? — боксёр расстроился от резкого отказа.       — Боги не могут быть на стороне одной команды. Я должен помогать любой потерянной душе.       Рёхей ушёл, полностью поглощённый мыслями. ***       — Девочка-бомба? А это забавно.       — И круто! — поддержал своего бога Гокудера.       — И-пин забавная? — уточнила малышка. Получив кивок, она покраснела, из-за чего на её лбу появились кругляшки.       — О нет! И-пин не хотела!       Тсунаёши потрепал малышку по голове, после чего всё прекратилось. И-пин спокойно выдохнула, но вдруг, от осознания случившегося, резко открыла глаза. ***       — П-почему ты жив? — Савада Тсунаёши поедал третий по счёту пирог Бьянки.       — Я ведь бог.       — Даже Реборн не рискует, есть мою еду…       — Боги круче киллеров.       Бьянки скосила взгляд на спящего Реборна. ***       — Фуута? Интересное имя. Говоришь, можешь составить любой рейтинг?       — Да, — скромно отозвался мальчик.       — Ну-ка скажи…       — Каковы шансы, что все мафиози станут сектантами? — перебил Тсунаёши Реборн.       — 97 процентов.       — Значит, шансы ещё есть. ***       — Кто-то смеет нападать на моих прихожан, — Тсунаёши стоял в палате Рёхея и разглядывал карманные часы, — Я покараю их.       По спине киллера пробежались гордые мурашки. ***       — Я внимаю твоей молитве, Ланчия, — мужчина от неожиданности прервал атаку и с неведеньем посмотрел на десятого вонголу, — Рокудо Мукуро поплатится за свои грехи.       Мужчина осел на землю с надеждой смотря в глаза бога. ***       — Так это всё что ты можешь, — развеяв очередную иллюзию, спросил Тсунаёши.       — Да не дождёшься! — Мукуро бросился в атаку, силясь задеть Саваду трезубцем.       Стоило, пришедшему из ада, подростку оказаться в близи, как Тсунаёши опустил ладонь ему на голову. Из глаза Рокудо пропали цифры, заменяясь обычным зрачком.       — Не трогай его! — подчинённые Мукуро из последних сил старались защитить его.       — Откуда такое рвение? Разве не он источник ваших бед?       — Это не важно! Он единственный кому было дело до нас!       — Так он ваш бог, — разглядывая бессознательную тушку иллюзиониста, подвёл итог Тсуна. ***       — Вы кто такие?! — когда на шее Мукуро и его сообщников сомкнулись кандалы, Тсунаёши разозлился.       — Не лезь, дурак, — прошептал Реборн.       — Я ещё раз спрашиваю, вы кто? — смело встал напротив мертвецов Тсунаёши.       — Мы стражи порядка, мы…       — А я бог! Оставьте детей, где взяли!       Яростный взгляд божества заставил нечисть отступить.