Часть 36

Белла лёгкой походкой вошла в зал заседаний. Она пришла чуть раньше и села так, чтобы видеть вошедших. С минуты на минуту должны прибыть Риддл и Лестрейнджи, и по коже ползли мурашки азарта и предвкушения. Хлопнула дверь, что-то тонко пискнула секретарша, и в проёме показались братья Лестрейнджи. Рудольфус кивнул ей нарочито отстраненно, а вот младший, Рабастан, чему-то ухмыльнулся, затем поспешно придал лицу серьёзное выражение. Нет, какой все-таки ребёнок, ей-богу. Сильвий чем-то был занят, и, видимо, отсутствовал. Белла скосила глаза. Рабастан, тихо посмеиваясь, о чем-то едва слышно переговаривался с братом. Затем вдруг поднял глаза, уставившись в дверной проем. Веселость парня заметно поубавилась, и Белла слегка улыбнулась. Риддл всегда умел остужать неуместный пыл, как ведро ледяной воды. Мужчина встретился взглядом с Беллой, и по спине против воли побежали противные мурашки. Она обязательно справится. Ради своих близких. Ради маленькой Дельфини, которая, быть может, все ещё жива. Белла неосознанным движением расправила плечи и вздернула подбородок. Её захлестывало растущее раздражение. Риддл, едва показавшись поблизости, выглядел так, словно все давно решено и эти соглашения лишь глупая формальность. У Беллы сводило зубы от одной мысли, что он просто не рассматривает иного исхода, как полное отсутствие автономии Красных Гор. Она чуть склонила голову вбок, обращая внимание на его безукоризненно сидящий костюм, длинные пальцы, перебирающие бумаги. Белла знала, о чем будет вести разговор, старательно уходя от подводных камней. Ей действительно не нужны ни заместители, ни советчики, как тогда разбрасывался словами Регулус. Вот же глупец. И даже Лестрейнджи, намеревающиеся придраться к каждому её слову, не помешают ей прийти к нужному исходу. Она наткнулась на испытывающий взгляд Риддла, сидящего напротив. Тот едва заметно приподнял бровь. — Какие-то проблемы, мисс Блэк? Беллатриса ослепительно улыбнулась, чувствуя, как отлично бы сомкнулась удавка на его шее. — Полагаю, если все в сборе, приступим к разграничению сфер влияния. Она знала, что будет великолепна, ведь план был продуман до мелочей и разработан ещё Сигнусом. А отец и подавно съел собаку в этих вопросах. Роли были прописаны, и она отыграет свою как по нотам. И если бы Беллу не поглощала целиком стоящая перед ней задача, то она наверняка бы задумалась, почему Риддл казался нарочито тихим и спокойным, словно пребывал в неподвластных простому смертному раздумьях. Конечно, Белла бы поняла, изучив его слишком хорошо за долгие годы, что он нисколько не задумчив, а чертовски зол. И подчеркнутая отстраненность предвещает беду, большую и неотвратимую. Но Белла играла словами с завидным мастерством, и в обрамленной чёрными кудрями голове билась раненой птицей лишь одна мысль. Она сохранит автономию Гор и не даст Риддлу смахнуть её с шахматной доски, как ненужную фигуру.                         *** Белла тяжело оперлась о подоконник. Они нашли некоторую…середину. Можно сказать, что у неё действительно получилось обосновать необходимость создания Конфедерации. Только теперь предстоит объявить об этом официально — и одному богу известно, не последует ли волна беспорядков. Хотя, о чем это она. Конечно, последует. И ей понадобятся все ухищрения, чтобы усидеть на своём посту. Белла тяжело вздохнула, достала из кармана брюк смартфон. Нежно улыбнулась, отчего залегшие на лбу морщинки разгладились. Нарцисса! Сестра написала ей ещё утром, но сообщение грело душу весь день и будто придавало силы. Нарцисса, как обычно, чересчур волновалась из-за грядущих перемен, начавшихся со смерти Дамблдора. И, кажется, замучила мужа настолько, что бедняга Люциус, наплевав на завал в работе, увёз её на второй медовый месяц. В Равнинах были несколько курортных зон, настолько странно выглядевших на фоне каких-нибудь Рубежей, грядущей войны и переворота в Горах, что Белла только удивлялась контрастам. Действительно, тягу человека к красивой жизни и пиру во время чумы не истребить даже ядерным ударом. Да, и отели там ничего — помнится, она неделю не могла сидеть после… Она поспешно отбросила непрошенные мысли. Не время для слабостей — а Риддл, несомненно, к ним относился. Особенно, когда нужно как можно скорее выяснить, что стало с Роули. Они вдвоём как в воду канули — доверенные люди рыли землю носом, ища следы, но в конечном счете лишь разводили руками и прятали глаза. Никто не хотел отведать гнева Беллатрисы Блэк, а неудачи в розысках очень, очень сильно её злили. Белле начинало казаться, что все, кроме неё, похоронили и Юфимию, и Дельфи. Регулус тяжело вздыхал и сжимал губы, безмолвно признаваясь в бессилии узнать хоть что-то. Многие тогда погибли, так, что опознать останки невозможно, — говорили ей, и Белла лишь с особой жестокостью пытала военных преступников, заполонивших тюрьмы после восстания Ревенара. Иногда приходили мысли, что Регулус лжет. Он ведёт свою игру, — шептал Белле внутренний голос. — И, пока ты даёшь ему лишний день, откладывая справедливое возмездие, предатель ищет союзников, чтобы выступить против. Белла встряхнула кудрями. Жизнь Регулуса — давно решенный вопрос. Однако убирать его до официального заявления слишком опасно. Ей нужно несколько недель, чтобы избавиться от досадного препятствия, этого невыносимо правильного глупца, что с самоубийственной храбростью пытается вставлять палки в колеса. Где-то внутри от этой мысли неприятно кольнуло, но Белла лишь усмехнулась. Да, они неплохо ладили…когда-то. Когда не умер отец и не пропала её дочь. Когда Регулус не растерял последний ум и не подался вслед за братом — преступником и интриганом. Всё это было когда-то, но закончилось и осыпалось пеплом, и в финале игры каждый стал сам за себя. Вновь взглянула на экран. Вот Нарцисса перечисляет новости и местную кухню, здесь выражает надежду, что Дельфи все же жива… До чего она иногда наивная, чтоли. Добрая. Белла бы назвала Цисси правильной, как трижды проклятый Регулус — но сестра всегда была слишком предана семье. Белла не могла не заметить нотки неодобрения жесткостью и жестокостью проводимой ей политики — но Нарцисса никогда не возражала открыто. Возможно, знала, что это вызовет лишь гнев. Возможно… Нет, это безумие! Нарцисса ни в жизни бы не сговорилась с Регулусом за её, Беллы, спиной! Так или иначе, сестра сохраняла нейтральное отношение, иногда прерываемое беспокойством. Как, например, сейчас — Нарцисса с присущим ей упрямством наказывала Белле быть настороже и скорее возвращаться. Пусть они и не виделись толком с самого отъезда Беллы обратно в Горы — Нарцисса тогда осталась в Равнинах с мужем, где действительно было спокойнее, Белла всегда чувствовала, как та переживает и хочет её поскорее увидеть. Чтобы, очевидно, обнять и не отпускать. Вот смешная! Собачка она, что ли, дома рассиживаться? Как только будет провозглашена Конфедерация, и Риддл расправится с немногочисленными врагами, не добитыми лучевухой после ядерного удара, Белла разделается и с ним. Медленно и тягуче, наслаждаясь каждым моментом. Найдёт дочурку, и уж тогда вволю посидит дома, тихо и спокойно руководя Материком и воспитывая малышку. Белла сжала зубы. Она жива, — подсказывало ей сердце вопреки здравому смыслу. В Горах черт-те что, в лесах полно партизан и прочих дураков и проходимцев, часть населения укрылась в бомбоубежищах времен Первого удара. Где-то в этой суматохе есть ее маленькая девочка. Она обязательно найдёт, как только уничтожит врагов. — Довольна? — тихо и вкрадчиво раздалось над ухом. Белла едва заметно вздрогнула и поспешно скривила губы в презрительной усмешке. — Вполне. Могу ли сказать то же самое о тебе? Риддл призрачно улыбнулся. В глубине холодных черных глаз сгущалась тьма, и Белла против воли ощущала нервную дрожь. Что бы он ни задумал, она уже его переиграла. Он опустил в её руку блестящую магнитную карточку. — Охрана предупреждена, машина будет ждать час. Белле захотелось расхохотаться. Риддл себе не изменяет. — Мальчишки с буклетами в Равнинах перевелись? Мужчина улыбнулся. — Знал, что ты оценишь. Жаль, здесь его бы вышвырнули вон ещё на подступах к зданию. Белла прищурилась. Что-то её настораживало. Нарочитая ли доброжелательность или странная лёгкость, с которой Риддл пошёл на её условия — нечто неуловимое, витавшее в воздухе, но несомненно смертельное, как набегающие один за другим рентгены Рубежей. Риддл слегка погладил большим пальцем её ладонь, вкладывая карточку. Нехорошее предчувствие свернулось в желудке противным комком. Белла ослепительно улыбнулась и скромно потупила глаза. — К сожалению, у меня неотложные дела в Горах, и задержаться я не смогу ни на час. В другой раз, Риддл. Белла с блаженством отметила, как едва заметно меняется выражение его лица. Ей на минуту показалось, что она чувствует холод бетонных стен пыточных камер, и этот взгляд — последнее, что она увидит перед тем, как все поглотит тьма. Пальцы едва заметно дрожали, и она поспешно опустила карточку на подоконник и сжала руки в кулаки. — Как интересно, — медленно, чеканя слова, заметил Риддл. — Что ж, действительно, дела государственные не ждут. Его чёрные глаза, казалось, видели Беллу насквозь. — Жаль. Я полагал, будто тебе покажутся интересными сведения касаемо того, что ты уже несколько месяцев безуспешно ищешь. Видимо, в другой раз. Он внимательно проследил, как на лице собеседницы недоумение сменяется яростью. — О чем ты говоришь? — она угрожающе понизила голос. — Это конфиденциальная информация, — Риддл безразлично пожал плечами. Белла готова была поклясться, что он насмехался. — Ответь неме… Она повернула голову в сторону распахнувшейся двери, готовая выцарапать глаза и Риддлу, затеявшему очередную игру, и Рудольфусу, которого нелегкая принесла именно сейчас. И случайно ли? Тот что-то указал в планшете Риддлу, изображая величайшее раскаяние, что прервал разговор. Риддл кивнул. — К сожалению, и меня дела не ждут, — он с притворным сожалением развёл руками. — Не забывайте, — Риддл указал на карточку, небрежно оставленную Беллой на подоконнике. Белла зло проследила за удаляющейся фигурой Риддла, не преминув отметить, с каким интересом Лестрейндж посмотрел на пропуск. Ну, Риддл, своих ищеек из апартаментов сегодня спроваживать будешь сам. Её душило раздражение. Регулус каким-то образом умудрился улизнуть из-под установленного над ним пассивного наблюдения, и это не могло не беспокоить. Белла вздохнула. Ничего, как только она вернётся в Горы, беспокойный Блэк немедленно отправится в преисподнюю.