Всё возможно

Всю следующую неделю, работа как никогда кипит. Тилике то и дело остаётся в лагере больше положенного. Несмотря на усталость, он молчит, внимательно слушая всё то, что говорит ему Клаус. Тот тоже устал. Он не уходит даже под конец рабочего дня, и парень задаётся вполне логичным вопросом, где всё это время ребёнок? Спрашивать это он не решается, это не его дело. Именно так ему бы и ответил Ягер, спроси тот хоть что-нибудь о его сыне. Особенно, когда тот был не в настроении. А последнее время именно так и было. Ягер то и дело срывался. И если Тилике везло больше, то другим… Точно нет. Как и Вальтеру, который в один из дней, снова решил поучить того жизни. Начав говорить о том, что ребёнок не поймёт его когда вырастет. Мол, что это такое? Почему же мальчик всё время только с ним и никогда не видел мать? Ягер пытался молчать, и не хамить человеку, который как никак, но был его коллегой. И в один из дней всё же не выдержал и послал его. Вальтер почти покраснел от раздражение. Только Ягера это не волновало. Именно сейчас, Клаус быстрым шагом направлялся в кабинет. Там уже должен был быть Тилике, который теперь совершенно не опаздывал. Ему действительно не хотелось получить выговор или же попасться под плохое настроение начальства. –Ты здесь, отлично. -Быстро начинает мужчина, только зайдя. -Собирайся, мы идём на допрос. –Есть, Герр штандартенфюрер. Парень собирается выйти, но слышит, как Клаус снова окликает его. –Найди мне переводчика. И чем быстрее, тем лучше. Хайн хмурится, на секунду задумываясь. И понимает совсем не подходящую вещь. Он еле заметно кашляет, не зная, как начать и выпрямляется. –Это… Это может занять какое-то время. –Как долго? -Резко говорит он, замечая как парень вздрагивает от неожиданности. -Тилике, мне он нужен сейчас и сегодня! Парень снова опускает взгляд, стараясь подобрать слова. Только всё совершенно вылетает из головы. И остаётся совсем не нужное. Ягер раздражённо закрывает ящик стола, а после отходит к окну и усмехается. Даже этого в этом лагере нет. Переводчика не найдёшь. Сегодня он был в ужасном настроении. И поняв это Тилике впервые не знал что делать. –Он будет здесь только через несколько дней. -Отвечает он. -Возможно, стоит перенести допрос или… –Нет. Тилике замолкает, оборванный столь резким ответом. Ягер и сам раздражённо обводит кабинет взглядом, после снова берёт в руки трубку, которую откинул в сторону как только вошёл. И закурив, говорит уже вполне тихо и спокойно. –Найди кого-то из лагерных. И быстро Тилике. Необходимо, чтобы он знал оба языка. Немецкий и русский. Парень кивает, поправляет китель и отдав честь, разворачивается собираясь выйти из кабинета. –Будет сделано.

***

Проходит больше часа, когда в кабинете снова раздаётся стук. Тилике заходит в кабинет, выглядя уставшим. Он обыскал весь лагерь, пришлось построить несколько групп заключённых. Чтобы из них найти хотя бы одного, кто мог бы связать несколько слов по немецки. Оказалась, что разговорить заключённых то ещё задание. Из них всех, оказалась только одна девушка. Чудом, она знала немецкий почти на уровне носителя. И Тилике первый раз подумал, что ему это приснилось. Больше часа поисков, когда всё было под носом! Признаться, он и не видел и почти не знал, что в этом лагере есть заключённые женщины. Она была одна среди толпы мужчин и её чудом удалось разглядеть. –Герр штандартенфюрер… Мы нашли. Клаус медленно поднимает на вошедшего взгляд, кивает и только после этого, Тилике просит завести девушку в кабинет. Ягер замирает, с непониманием смотрит то на вошедшую, то на адъютанта. Который выглядит и без того не хорошо. –Тилике, в лагере есть женское подразделение? -Спрашивает он, поднимаясь из-за стола. И останавливаясь напротив заключённой. –Ну… Вообще нет. Ягер хмурит брови, снова окидывает девушку взглядом и вздохнув, засовывает руки в карманы. Этого он определённо не ожидал. –Фаше имя фройлян. –Анна… Анна Ярцева. Девушка опускает голову, и он как бы не хотел, ни как не смог рассмотреть её лица. По закону они не имели права смотреть в глаза своим надзирателям. И это дало понять Клаусу то, что она находилась здесь уже не первый день. Она знает правила. –От куда вы знаете немецкий? -Снова задаёт он вопрос. На что девушка несколько мгновений молчит, и дрогнувшим голосом продолжает. –Моя бабушка жила в Германии. Ягер пепегоядывается с Тилике, и тот замечает еле заметный кивок. Сам Клаус забирает что-то со стола, и сунув это в карман, возвращается к ним. –Мне необходим переводчик. Анна, надеюсь, что с этим проблем у вас не будет. Он внимательно окидывает девушку взглядом и заметив её страх, замечает еле заметный кивок. Она больше ничего не говорит, только ждёт, пока они с Тилике договорят и выйдут из кабинета. Ягер идёт впереди, и подойдя к одной из камер, просит охрану привести насколько человек в кабинет для допросов. Двое мужчин оказываются там в считанные минуты. Анна стоит у стены, только иногда смо ря на них, и снова не смеет возразить. –Мне необходимо знать всю информацию. От куда вы, кто и как оказались здесь. Оба мужчины молчат. Пока девушка переводит им сказанное на русский. Один, больше похожий на армяна, что-то говорит, но разобрать это кажется невозможным. Ягер хмурит брови, с раздражением понимая, что это займёт слишком много времени. Особенно, если он будет так мямлить. –Он говорит, что не русский. Армянин. –Как-будто я сразу не понял. -Раздражённо отвечает Ягер, вздыхет и поднимается из-за стола. -Имя и Фамилия. Пусть скажет имя и фамилию. Анна задаёт мужчине вопрос, и как только он отвечает, Ягер просит Тилике записать. Со вторым оказывается намного сложнее. Он не говорит ни имени, ни звания. Ягер раздраженный выходит из кабинета, чуть ли не хлопая дверью. Тилике ещё раз убеждается, что сегодня Клауса лучше не трогать. Он тяжело вздыхает и садится на место Ягера. Мужчина с усмешкой смотрит на него, несмотря на свой жалкий вид. –Как ваше имя. Ответьте и вы сможете вернуться обратно. –Пошёл ты… Анна на секунду замирает, не понимая, переводить это или нет. Но этого делать не приходится, в кабинет заходят несколько охранников и быстро подняв обоих за руки выводят из кабинета. За ними, в дверях появляется Ягер. Он выглядит задумчиво, почти с упрёком смотрит на проходящего мимо него мужчину. И когда тот окидывает его взглядом, понимает, что их неприязнь как-никогда взаимна. Они возвращаются в кабинет, и Анна быстро идёт за ними, стараясь успеть, и не отставать. Это не всегда получается, так как мужчины идут достаточно быстро и она бежит за ними. Ягер входит в кабинет первее остальных, и дождавшись их, спокойно говорит. –Фройлян Анна может быть свободна. Уведи её обратно. А сам… Сам направляйся к Вальтеру и передай, что допросы он будет проводить сам. У меня нет ни желания, ни времени возиться с заключёнными. Тилике кивает, и выводит девушку следом за собой. До камер они идут в полной тишине. А как только приходят, другие странно оглядывают её. И ей не стоит объяснять почему. Она снова оказывается одна, среди толпы других заключённых. В основном это все мужчины, и только несколько женщин. Что сразу же подходят к ней и спрашивают совсем не то, что можно было ожидать. –Ну, как? -Женищна, лет тридцати выглядит как никогда заинтересованной. Несмотря на то, что до этого Анна её никогда вблизи не видела. И не общалась с ней. Она вообще здесь мало с кем общалась. –Что? Один из мужчин усмехается, удобнее садясь на своей кровати любопытно поглядывая на них. –Да прекрасно ты понимаешь всё. Ей интересно узнать про нового начальника. Впрочем, не только ей. Девушка обнимает себя руками, почти вжимаясь в стену. Такое внимание её скорее волнует чем радует. Несколько пар глаз всё также смотрят на неё. И Анна наконец успокоившись, и уняв дрожь в руках, старается сделать вид, что ей не страшно. –Ничего. -Тихо отвечает она. -Такой же как и все остальные. –А правду говорят, что не женат, но с ребёнком? -Слышится женский голос от куда-то из стороны. И Анна пожимает плечами. Вопросов оказывается слишком много. И как только люди немного успокаиваются, она снова возвращается на свою кровать. Снимает платок и расчёсывает волосы. Здесь она находится не так давно. До этого всё было ещё хуже… Когда в сорок первом, немцы пришли в её город, она сразу же была угнана в Германию. Мать и отец остались там, совсем одни но с маленькой сестрой. И девушка искренне надеялась, что с ними сейчас всё было хорошо. Она помнила, как впервые оказалась в одном из лагерей. Название его она не знала, было не до этого. Но прекрасно знала и помнила, как вздрагивали от каждого шороха и случайного взгляда в свою сторону. Сейчас это казалось страшным сном… Несмотря на то, что и здесь было не сладко, но не так как там. Она до сих пор не понимала, как осталась жива и её чудом перевели сюда, в этот лагерь для пленных. И пусть, женщин здесь почти не было, она всё равно была рада, что находилась именно здесь, а не осталась там. В это же время, Клаус и Тилике снова работали с документами. Ягер больше не проронил ни слова, молча выписывая даты рождения и возраст заключённых, пока сам не наткнулся на одно из тех дел, что привлекли его внимание. Тилике отвлёкся всего на мгновение, и заметив то, как командир внимательно рассматривал дело, не мог не заинтересоваться, что же так привлекло его внимание. –Что-то не так, Герр штандартенфюрер? Ягер оглянулся, поднимая на парня взгляд и отрицательно качнул головой. –Нет, просто, нашёл дело переводчицы. Она… -Мужчина несколько раз перевернул страницы. -Псков, 22 года, переведена три месяца назад. Тилике усмехнулся. –От куда? Ягер пересмотрел всё ещё раз, и с еле заметно иронией посмотрел на Тилике. Который увлечённо выписывал личные данные остальных заключённых. –Освенцим. Взгляд парня округлился, и он с неверием потянулся к папке, которую ему протянул Ягер. –От туда не выходят… –Видимо выходят. -Клаус усмехнулся и откинулся на спинку стула. -Или же этой девчонке слишком повезло.

***

Ягер возвращается домой слишком поздно. Он заходит в дом тихо, понимая, что Марк должен уже спать. И уже на входе его встречает Якоб. Мужчина кивает, приветствуя его и отходит в сторону, не давая Клаусу пройти. Он полностью загораживает проход, заставляя Клауса закатить глаза и поморщиться. –Ты серьёзно? –Как никогда. Они переглядываются. И Клаус раздражённо разводит руками, понимая, что Якоб всё равно не отступит от своего. И им в любом случае придётся поговорить. –Давай так, для начала, мы идём на кухню. И там говорим. Иначе я не стану тебя даже слушать. Ягер наконец проходит из коридора в кухню и сев за стол, понимает, что Якоб как раз подготовился. На столе уже стоит кружка с чаем, а свою он держит в руках. Клаус смеётся, и понимает, что теперь ему точно не уйти от разговора. –Хорошо. Я слушаю. Якоб проходит к столу, садится напротив и смотрит на него так, что Клаус на секунду теряется. –Я завтра уезжаю Клаус. -Начинает мужчина. -Не знаю когда смогу снова приехать. В любом случае, я был очень рад увидеть и тебя и крестника. Я знаю, что переубедить тебя невозможно. Но всё же хотя бы один раз послушай меня и обещай подумать. Клаус кивает и отпивает немного чая, который уже остыл. –Конечно, обещаю. Якоб закатывает глаза, понимая, что тот снова шутит. И как всегда прослушает, но забудет думать об этом, как только выйдет от сюда. К сожалению, Ягер никогда не воспринимал его на травления всерьёз. Даже несмотря на то, что всё это Якоб делал только для него самого. Ягер не любил когда ему кто-то указывал или же давал советы, и Якоб это прекрасно знал. И зная нрав своего друга, не мог не переживать за него. Он признаться, искренне надеялся, когда узнал, что Ягер влюбился в Хилену. Она была кареглазой брюнеткой, и всегда слишком высокомерна по мнению Якоба. Но несмотря на это они смогли найти общий язык. Как оказалось не на долго. Он знал, что Клаус собирался сделать ей предложение вскоре после рождения ребёнка. Только в один момент она просто не вернулась домой, оставив мальчишку и когда Ягер вернулся с работы, объяснять ему было нечего. Он и так всё понял. –Я уже говорил, но Марку действительно нужна мать. Ты один Клаус, у тебя не та работа, на которой можно быть уверенным, что с тобой ничего не случится. –Ты уже говорил. –Именно друг! -Якоб усмехнулся. -И не один раз. Только ты не слушаешь. Я не заставляю тебя жениться, это лично твоё дело. Но подумай хотя бы над тем, чтобы… Мужчина замолкает, замечая на себе внимательный взгляд Клауса. Он смотрит почти не отводя от него взгляда. И от этого мужчине становится не по себе. Ягер встаёт, чтобы убрать кружку на место и уже повернувшись к нему спиной, вдруг говорит. –Я не собираюсь вступать в отношения Якоб. Ни сейчас, ни в ближайшее время. –Тогда найми для Марка няню. Она будет следить за ним, а ты сможешь не волноваться за него. Или отдай в специальный сад. Там он будет в безопасности. Как только Якоб договаривает, Клаус усмехается и оборачивается к другу. Он думал об этом и не раз. Касаемо сада или специальной школы. Сейчас это становилось как никогда популярно. И каждый раз отказывался. И не потому, что боялся за ребёнка. А потому что знал, что ничего хорошего от туда он не принесёт. Там внушалось то, к чему он своего сына никогда не подпускал и делать этого ни как не собирался. Отдать его туда, означало убрать все эти принципы слишком далеко. –Я подумаю. Обещаю.