18. Pleasure.

      Гермиона заняла его рабочий стол, даже и не смея уходить. Она плотно закопалась в множестве записей, ломая голову над способами отсоединения радикалов, мешавших в формуле. Драко прекрасно понимал все слова, произнесённые в лаборатории, конечно, не на таком глубоком уровне, как девушки, но тем не менее. Он просто не подавал виду.       Малфой так и остался сидеть на кухне, не желая делить пространство с ведьмой. Он ненавидел штормы настроения, бушевавшие между ними. То у них хорошие взаимодействия и даже прорисовывались нормальные отношения, то оба вновь разбегались по разным углам. Мужчина не отрицал, что и сам был причастен, но блять… не он являлся катализатором эмоционального взрыва. Не он ставил Грейнджер перед фактом, даже не спросив.       Лис всегда выстраивал план, рассказывал его Гермионе, корректировал под её возможности. Да, он действовал без её одобрения, но только по одной причине — она не знала той безжалостности преступного мира, с которой множество раз сталкивался он.       Кстати о нем… с того момента, как в их руках оказалось имя Тени, напарники не продвинулись в своём деле и на шаг. Погрязли в межличностных разборках, которые лишь стопорили их. Так нельзя, иначе враг настигнет раньше.       Драко поднялся с места, разминая затёкшее тело. Он впервые так много сидел и ничего не делал. Кажется, мозг начинал от этого деградировать. Нужно прекращать и возвращаться к привычному расписанию. С этими ночными вылазками, весь режим полетел коту под хвост. Пройдя в комнату, Малфой подошёл к рабочему столу, где сидела ведьма и, не обращая на её взгляд никакого внимания, достал из внутреннего шкафчика телефон с очередной сим-картой.       Грейнджер приостановила свой мыслительный процесс, решив понаблюдать за мужчиной. Она каждый раз выгибала бровь в чуть удивлённом жесте, когда видела его с маггловским телефоном у уха. Малфой никак не комментировал её реакцию. И глупцу становилось ясно, что ему плевать на чистоту крови. Половина дома была обставлена маггловским оружием, а палочкой он пользовался в боевых и защитных целях, всё остальное — руками.       К этому его приучила Саманта.       Полагаться на себя, не на магию.       Нет, сейчас не то время, чтобы думать про неё.       Набрав знакомые цифры, Драко прошёл стандартную процедуру проверки, ожидая услышать голос Джона на том конце линии. И вот, привычная интонация с растянутыми гласными раздалась в трубке.       — Ли-и-и-ис, а ты зачастил. Но я рад помочь такому хорошему человеку, — конечно, под этими словами Джон подозревал «платежеспособному» и «щедрому», но то было обыденностью.       — Работа будет большой и долгой. Оплата соответствующая.       — Я не сомневался в тебе, — хмыкнул парень, — выкладывай.       Драко бросил взгляд на Грейнджер. Она до сих пор не поинтересовалась именем, за которым они так долго охотились. Захочет, сама спросит у него. Так просто ответы Малфой не собирался выкладывать.       Лис прошёл на кухню, накладывая краткосрочные заглушающие чары. Джон спокойно ожидал задания, не подгоняя. Он был терпелив, за что мужчина мысленно благодарил его. Драко взмахнул палочкой, убирая магические огни, разрешая ночной темноте поглотить помещение.       — Найди мне всех людей в этом мире с именем и фамилией Картер Хилз, — после озвученного задания парень присвистнул, отчего Лис поморщился. Если в жизни он мог вытерпеть этот звук, то вот связь искажала его в худшую сторону.       — Сколько у меня времени?       — До конца месяца.       — О, ну это меняет дело. Но оплата…       — Я же сказал, — прорычал Малфой. Он прекрасно понимал объём предстоящей работы и не собирался экономить. Только не на своём будущем.       — Понял. Тогда жди весточку от моих курьеров.       Не дожидаясь прощальных слов Драко сбросил звонок и тут же уничтожил симку. Джон найдёт способ добраться до своего заказчика, в этом сомнений не имелось. Теперь же оставалось ждать. И время этого ожидания скрашивалось ежедневными походами в Мунго. Просто о-ху-ен-но. Именно к этому Лис стремился все семь лет своей карьеры.       Но ничего нельзя изменить. Он обрёк себя на это ещё тогда, когда предложил Грейнджер эту чёртову сделку. Затем, когда пошёл у неё на поводу. Малфой усмехнулся своим мыслям.       Дважды.       Он выбирал то, что нужно этой ведьме дважды.       — Лис, сдаёшь позиции, — прошептал он самому себе, а после, как ни в чём не бывало, снял чары, возвращаясь в комнату.       Гермиона старалась делать вид, что её совершенно не интересовал разговор Малфоя по телефону, но слишком прямая спина и приподнятая голова говорили об обратном. Когда девушка плавала в своих мыслях или же о чём-то задумывалась, то скрючивалась над столом, чуть ли не утыкаясь лбом в записи.       — Нужно спать, — привычным холодным тоном оповестил её Малфой, направляясь в сторону ванной. — Завтра всё по расписанию.       Ведьма кивнула на его слова, тут же начиная приводить в порядок рабочее место. Все бумаги она сложила в стопку, ставя её на край, но несколько листов выбивалось. Малфой сомкнул челюсти, стараясь остановить себя от порыва поправить их. Вместо этого он хлопнул дверью, отсекая себя от пространства с Гермионой.       Всё становилось сложно. Слишком сложно. Драко путался в своих мыслях, ощущениях. Он не видел мир через призму холода и расчётливости так, как раньше. Будто осколок стекла попал ему в глаза и мешал.       От него нужно избавиться всеми способами.       Малфой снял с себя одежду, складывая её аккуратной стопкой и убирая на корзину. Его взгляд зацепился за отражение в зеркале. Всё такой же высокий, со спортивным телосложением, которое не раз спасало в критичных ситуациях, изрезанный на куски. Шрамы будто горели огнями на и так светлой коже. Историю появления каждого из них он помнил так, словно это произошло вчера. Но самые яркие и большие из них оставили неизгладимые следы не только на теле, но и на душе.       Малфой выкрутил вентиль, выливая на себя ледяные струи воды, чтобы забыться. Вернуть контроль.

***

      18 декабря, 2007 год.       6:30, дом Малфоя.       Вибрация палочки под подушкой вывела Драко из сна. Он резко открыл глаза. Не прошло и минуты с пробуждения, как мужчина почувствовал — что-то не так.       Выхватив древко, он тут же повернулся в сторону кровати Грейнджер. Место пустовало. Остатки сна мигом пропали.       Рваными движениями мужчина вывел руны отслеживающих чар. Девушки в квартире не было. От этого осознания ужас и гнев тут же прокатились по телу с ног до головы. Лис выскочил из кровати, держа перед собой палочку с заклинанием проекции. Он расширил масштабы. Ведьма не могла далеко уйти, защитные чары не выпустили бы её. Только в присутствии Малфоя она имела возможность покинуть территорию дома.       Когда золотая точка замаячила на проекции всего здания, то мужчина выдохнул. Гермиона находилась в подвалах, а точнее — в спортивном зале.       Как он мог не слышать звуков её ухода?       Теперь злость переползала и на себя. Малфой расслабился, слишком сильно. Он всё-таки смог смириться с тем, что позволил ведьме готовить на его кухне, когда сам отсыпался после изнуряющего кошмара, но, чтобы настолько давать ей свободу… нет.       Недолго думая, Лис скинул с себя домашнюю одежду, меняя на спортивную, и направился на нижние этажи. Ветер гулял по незащищённым лестничным пролётам, отчего по телу пробежал рой мурашек. Но накладывать согревающие чары он не собирался — нет. Пусть это будет вместо пробежки.       Спортивный зал встретил Драко глубокими вздохами, запахом металла, пота и отчаяния. Найдя взглядом невысокую фигуру в свете нескольких световых сфер, мужчина тут же направился в её сторону, даже не скрывая своего присутствия. Шаги эхом отдавались от стен просторного помещения. Несмотря на это девушка не обращала внимания. Она слишком сильно была поглощена занятием.       Встав чуть ли не за её спиной, Малфой увидел несколько сюрикенов в деревянной мишени, которая повторяла человеческий силуэт. Они торчали из головы и живота, но судя по разочарованным выдохам, Гермиону такой результат не устраивал.       — Грейнджер, — от глубокого и слегка хриплого после сна голоса ведьма подпрыгнула на месте, тут же разворачиваясь.       Несколько прядей, собранных в хвост, прошлись по лицу Драко.       — Тебя не учили, что сбегать — плохо? — мужчина сложил руки на груди, смотря на неё сверху вниз. Его взгляд зацепился за испарину на лбу, яркий румянец на щеках и часто вздымающуюся грудью.       Гермиона уже давно находилась здесь и устроила себе неплохую тренировку. Но что её побудило встать так рано? Почему-то после осознания того факта, что всё это время она занималась, а не пыталась сбежать, часть злости растворилась в воздухе, будто её и не существовало всё то время, пока Малфой шёл сюда.       — Хотела потренировать меткость. Да и проснулась сильно раньше тебя, — ведьма успокоилась и уже не выглядела такой испуганной. Она направилась в сторону мишени, продолжая говорить, но уже более громким голосом. — Не хотела будить ваше высочество Придурка, чтобы не рушить чёткий план.       Он должен осадить её за такие слова, но вместо этого ухмыльнулся. Грейнджер снова начинала вставлять свои шутки и это дурацкое прозвище, которое совершенно не цепляло Малфоя.       — Меткость у тебя неплохая, — подметил он ровно в тот момент, когда девушка с хрустом вытащила сюрикены из мишени, вновь кладя их в ножны.       — Да, но… мне не нравится. Хочу ещё точнее. Быстро наметила, бросила, попала.       — Двадцать минут, и я помогу.       Это даже не обсуждалось. Драко всегда поощрял стремление Гермионы к совершенствованию своих навыков. Ему нужно лишь размять своё тело, чтобы не получить неожиданных травм.       Девушка кивнула и вновь повернулась к мишени, начиная работать над техникой. Малфой же направился в центр зала.

***

      Лис стоял в нескольких метрах от мишени, смотря на движения Грейнджер. Она прицеливалась, стараясь как можно точнее отметить свою мишень, после чего выбрасывала руку, смотря, куда попадёт звезда. Может, для любителя её попадания и были хорошим показателем, но вот для волшебницы, которая хотела применять данное оружие на практике — нет.       — Грейнджер, тебе нужно работать на скорость, — подытожил мужчина, когда последний сюрикен со стуком вцепился в деревянного человека. Ведьма вновь вздохнула слишком громко и разочарованно. — С точностью особых проблем нет.       Лис направился в сторону мишеней, чтобы забрать снаряды и отработать броски вновь.       — Ты попадаешь в слабые места, что, соответственно, снижает опасность противника. Но ты очень долго возишься с тем, чтобы достать их.       Раз звезда. Два звезда.       Он будто срывал небесные светила, погружая мир во мрак.       — Я пыталась научиться техники быстрых бросков, но получалось плохо. Пришлось работать с точностью. Мало, но результативно, — грустно усмехнулась она, забирая сюрикены из рук Малфоя и собираясь класть в ножны.       — Не убирай. Встань в стойку.       Гермиона бросила на него слегка удивлённый взгляд, но ничего не сказала. Она согнула колени, создавая амортизацию, и наклонилась чуть вперёд. Малфой подошёл сзади, слегка корректируя её стойку.       Когда его руки коснулись разгорячённой кожи ведьмы, то тысячу электрических разрядов прошлись по всему телу. Мужчина лишь чудом не отдёрнул ладонь, стараясь вести себя так, будто ничего критического не случилось.       — Вот. Какой рукой у тебя лучше получаются броски?       — Правой, — после её ответа Драко перехватил левую ладонь девушки, вкладывая в него комплект звёзд.       — Представь, что раздаёшь карты. Передавай из левой руки в правую за счёт большого пальца, — Грейнджер выдвинула один сюрикен так, как он велел, смотря на свои руки, словно заворожённая.       Драко в этот момент пытался сконцентрироваться на технике, а не том, как её спина упирается прямо ему в грудь, прожигая там дыру, словно лава. Он старался не концентрироваться на её учащённом дыхании и не слышать редких и тяжёлых вздохов.       — Отлично. Теперь перехвати его в пространство между средним и безымянным пальцем.       Девушка подставила руку, беря звезду ровно так, как указал Лис. Сюрикен расположился в руке прекрасно, его лезвия не задевали нежную кожу, а лишь поблёскивали в свету магических сфер холодом и опасностью.       — Как только звезда исчезнет у тебя из руки, на её месте должна оказаться новая. В тот момент, когда прошлый снаряд достигнет своей цели, ты уже должна выпустить второй.       — Звучит… сложно, — честно сказала Грейнджер, сглатывая перед последним словом. Она смотрела на свои руки, в которых лежало холодное оружие и пыталась вникнуть в последовательность действий.       — Пробуй, я буду рядом.       Драко не знал, что двигало им, но руки сами по себе легли на женскую талию. Его взгляд был прикован к рукам ведьмы, а мысли взрывались бомбардами. Что вообще происходило? Почему он так близок к ней? Почему ему приятно касаться её тела?       Гермиона рвано выдохнула, поднимая голову. В моменте она прицелилась, бросая сюрикен. Желая взять следующий, девушки растерялась, и все снаряды с громким лязгом упали на пол.       — Чёрт…       И в этот самый момент Малфой и Грейнджер потянулись за звёздами. Их пальцы неожиданно сплелись на поверхности холодных лезвий. Время застыло. Они встретились взглядами. Лис старался придать своему выражению лица бесстрастный вид, но, судя по реакции ведьмы, получалось плохо. Они стояли как два придурка, согнувшись над сюрикенами и с переплетёнными руками.       — Бери, — Драко убрал руку, отступая назад.       Его сердце колотилось с бешеной скоростью, готовое вот-вот пробить грудную клетку. Когда он захотел отвлечься, чтобы привести свои мысли в порядок, и поворачивал голову в сторону, то взгляд его предал. Он увидел бёдра девушки прямо перед собой. Она собирала звёзды в руку, находясь в таком положении, что Малфой почувствовал себя каким-то подростком.       Не прошло и минуты, как мужчина почувствовал напряжении в паху, которое совершенно не скрывалось его спортивными штанами. Он не отрицал того, что формы Грейнджер привлекали изголодавшийся по близости организм. У него и до этого вставал на неё, но блять, только не сейчас. Малфой должен быть серьёзен, ведь сейчас шла тренировка, а не прелюдия к сексу.       Сделав глубокий вдох, Драко постарался успокоить свою разбушевавшуюся фантазию. Он вновь подошёл к Гермионе, но старался не касаться своими бёдрами её.       — Давай вместе, ещё раз. Я буду надавливать на руки, когда нужно действовать, и говорить, что именно делать.       Она кивнула, вновь готовясь упражняться.       Перехватив сюрикен меж пальцев, Грейнджер тут же точным и резким движением выбросила его вперёд. Как только звезда вылетела из её руки, рассекая воздух, Малфой надавил на левое предплечье.       — Карты.       Саломея ловко перехватила оружие в правую руку, тут же совершая новый бросок, а затем ещё и ещё. Через минуту все запасы оружия закончились. Она часто дышала, а её улыбка, казалось, светила ярче солнца.       — Вау, — прошептала Грейнджер, смотря на результат.       Один из сюрикенов впился в левую часть груди, именно туда, где у человека находилось сердце.       Именно туда, куда хотела попасть Саломея.       — Спасибо, Малфой, из тебя неплохой учитель.       Драко бы хотел ответить, но слова застряли в горле. Её счастливое выражение лица, растрёпанный хвостик, прилипшая чёлка и чёртова облегающая форма выводили из строя мужчину. Он стоял, как болван, и мог лишь моргать, смотря на неё, а вот организм не успокаивался. Эрекция становилась больше, вызывая уже лёгкую боль.       — Дальше сможешь сама?       — Да! — крикнула Гермиона, забирая сюрикены.       Малфой облегчённо выдохнул и тут же направился к выходу, чуть ли не переходя на бег. Ему срочно нужен душ. Холодный, нет, ледяной контрастный душ.

***

      Струи били по широкой мужской спине, но они не помогали. Тело горело. Пылало, как ебаное адское пламя. Драко старался выбросить все образы Грейнджер из головы, забыть о том, какой привлекательной она может быть. Настраивал себя воспринимать её как союзника, но не девушку, на которую у него вставал.       Малфой пытался достать из своего разума самые ужасные образы, которые сбили бы его возбуждение. Он видел перед глазами множество кровавых убийств, которые совершал своими же руками, но не помогало, потому что после них всплывала Грейнджер в своём ебуче-прекрасном чёрном платье.       Следом он чувствовал фантомные поцелуи, оставленные на своей шее её губами. Будто она сейчас стояла вместе с ним в душе и опаляла его кожу горячими вздохами, скользила своими ладонями по его груди, спускаясь всё ниже и ниже.       — Бля-я-ять, — прошипел Малфой, кладя руку на член.       Он откинул голову назад, закрывая глаза и полностью утопая в воспоминаниях.       — Иди сюда, — прохрипел Лис, снова загребая Саломею в свои объятия. Его руки ходили от спины до ягодиц, оставляя свои следы везде, где только можно. Изгибы женского тела под ладонями выбивали всю землю из-под ног.       Вверх-вниз.       Болезненное облегчение начало струиться по его венам, вырывая из груди вздох. Драко не чувствовал холода воды, которая била струями по телу. Сейчас он мысленно находился в том чёртовом туалете, продолжая их безумные прелюдии куда дальше.       Они метались у стены, как дикие животные в клетке, которых ограничили в свободе. Вот только они поставили прутья своими же руками.       Задев клыками впадину между плечом и ключицей Гермионы, из её груди вырвался громкий стон, отразившийся от плиточных стен туалета.       Вниз-вверх.       Его разум подкидывал новые и новые образы. Как он разворачивал Грейнджер лицом к стене, как прижимал её задницу к своему паху, а затем задирал платье девушки до самой талии. Как его руки оказывались на её груди, сжимая до такой степени, что она стонала громко. Слишком громко.       Движение стали чаще и резче. Драко положил свободную руку на кафель, потому что не мог больше держать равновесие. Волны возбуждения проходились по телу, напрочь руша стены контроля.       Он вспоминал янтарные глаза в те моменты, когда на место Гермионы вставала безумная Саломея. Блять, в это мгновение они не выглядели пугающе, нет. Это доводило до грани.       Вверх-вниз.       Рваный гортанный стон вырвался из Малфоя, как и освобождение. Всё тело содрогалось от испытуемого оргазма. Он дышал слишком часто, пытаясь вернуть себя в норму. Перед глазами тут и там взрывались фейерверки, и лишь холодный душ медленно возвращал в реальность.       Драко только что дрочил в душе на фантазии, в которых главной стала Грейнджер.       Отлично, просто, блять, замечательно.       Лучшее утро в его жизни.

***

      Гермиона лежала на кровати, уткнувшись в книгу, и Малфой вторил её занятию. Голова была чиста, как лист, отчего новая информация прекрасно запоминалась. Он решил, что бездумное сидение в лаборатории множество часов каждый день не лучший способ помощи.       От нечего делать мужчина предложил свою малую помощь, напомнив ведьме, что прекрасно разбирался в точных науках, и химия — не исключение. Время подготовки к поимке и убийству её поддельной личности лишь помогли подтянуть забытые знания. Грейнджер, конечно, удивилась его предложению, но от лишних рук и головы не отказалась.       Драко пребывал в прекрасном расположении духа, выписывая и помечая интересные моменты, в которые он хотел бы углубиться или же уточнить у Грейнджер. Утренний инцидент хоть и стал шоком для мужчины, но настроение внезапно улучшилось. Он даже позволил проскользнуть очень непристойной мысли, а не принимать ли каждое утро такой душ?       Потому что мир даже приобрёл более светлые оттенки, нежели раньше. Но то были лишь мысли. Малфой уже не подросток, у которого гормоны резко превысили своё количество в организме. Чёрт, ему двадцать семь лет. И чем он занимался в душе? Правильно, дрочил на Грейнджер.       Сказал бы кто ему об этом на курсе третьем, то слизеринец сначала рассмеялся, а потом плевался ядом.       — Малфой, честно признаюсь, ты меня всё больше и больше поражаешь, — неожиданным признанием Грейнджер разрушила тишину.       — Зачту как комплимент, — хмыкнул мужчина, перелистывая страницу книги, но не всматривался в текст. Он ожидал продолжения от ведьмы, потому что уже знал, если она начинала говорить, то это не заканчивалось одной фразой.       — Как ты вообще пришёл к маггловскому миру? Точнее, к его вещам.       — Просто. Я живу в маггловском районе, — пожав плечами, ответил он. Мужчина не хотел тормошить прошлое, которое давно затерялось в лабиринтах разума.       — Вот только не говори, что ты не спал на парах по маггловедению и внимательно слушал, — она отложила книгу, переводя своё внимание на Драко. Кажется, ей нужен был мысленный отдых, и она решила завести светскую беседу обо всём и ни о чём.       — Тогда я молчу.       — Придурок, — весёлые нотки пробежали в голосе Гермионы, но она постаралась сдержать улыбку, правда, получилось плохо. Даже боковым зрением Малфой видел её дрожащие уголки губ. — Какой был твой любимый предмет?       — Зелья, — без колебаний ответил он.       Единственный предмет, на котором его никто не смел трогать, позволял уходить в свои мысли и работать в тишине. Когда слизеринец оказывался в классе, пропахшем травами, сыростью и пылью, то все его проблемы разом пропадали. Он работал по чёткому плану, готовил ингредиенты в идеальных пропорциях рецептов. Вся методичность, закономерность и спокойствие работы успокаивали его.       Не нужно было рвать мышцы, чтобы поднять руку и постараться как можно быстрее ответить, чтобы преподаватель увидел не пустоголового студента, не нужно отмахиваться от различных заклинаний или же тварей, выводя защитные и боевые руны, не нужно убивать своё запястье, исписывая тысячи пергаментов.       На зельеварение требовалась концентрация, контроль и безоговорочное знание свойств каждого ингредиента.       — Тебе подходит.       — Что?       — Ну, у меня зелья ассоциируются с кабинетом Снейпа. И ты чем-то похож на этот кабинет. Вроде бы холодный, страшный, отталкивающий, но проведя там несколько часов за варкой какого-нибудь умиротворяющего эликсира, привыкаешь. Становится не так холодно, дышать легче.       Драко молчал. Он просто не знал, как относится к словам Грейнджер. К её странному, но очень прозрачному сравнению. Подсознание кричало о том, что ведьма давно не видела в нём страшного монстра, машину для убийств. Даже вспышка гнева не остановило лучи света Гермионы, которые тянулись к его прогнившей душе.       — А какой твой любимый предмет? — мужчина решил перевести тему, чтобы его мысли ушли подальше от странных слов девушки.       — Сложно сказать. Их несколько.       — Кто бы сомневался, — хмыкнул он. — Тогда, какой нелюбимый?       — Прорицания, — сразу же выдала Гермиона. Будто только и ждала, что он задаст именно этот вопрос. — Пожалела множество раз, что выбрала его. Пусть я и волшебница, но в эту чушь на парах Трелони я не верила. И не верю до сих пор.       Уголок губы Драко дёрнулся. Вот она — типичная гриффиндорка Гермиона Грейнджер.       Она хотела сказать, что-то ещё, но взгляд карих глаз упал на часы.       — Чёрт, надо уже собираться. Опаздывать нельзя.       Малфой следом за ней посмотрел на время. Он и не заметил, как на улице вновь стало темно, а малая стрелка часов перевалила за цифру семь. Ведьма определённо была права — опаздывать нельзя.

***

      Гермиона вновь падала в объятия Полумны, оставляя громкий поцелуй на её щеке. Сегодня у ведьмы настроение было куда выше, чем вчера. И только они вдвоём знали — по какой причине. Казалось, что их ссора произошла вечность назад. Воспоминания того вечера блистали яркими красками, время ещё не успело до них добраться.       — Привет, Декстер, — махнула Лавгуд мужчине, тот же кивнул ей. Они втроём вновь оказались в лаборатории.       Малфой сделал вдох. Сейчас запах уже не казался таким резким, как в предыдущие дни. Кажется, он начинал привыкать. Хорошо это или плохо — ответа не было. Но Драко радовался, что его организм не будет подавать позывы рвоты. Теперь он сможет спокойно находится в помещении и даже помогать ведьмам.       — Луна, у нас появился лаборант, — чуть ли не хихикая, словно маленькая девочка, сказала Гермиона.       — Да, и кто же? — колдомедик лукаво улыбнулась, подыгрывая подруге. Она сразу же поняла, о ком именно шла речь, но была не прочь поразвлечься.       — Декстер!       По лаборатории прошёлся смех девушек. Малфой приподнял брови, со скептицизмом смотря на картину перед собой. Он не понимал, что именно заставило их так сильно смеяться, но в подробности вдаваться не собирался. Это их дело, их жизнь и дружба.       — Ладно… — вытирая дорожки слёз от смеха, проговорила Полумна, — надо приступать к делу. Насколько у тебя хорошо с химией?       — Достаточно, — отстранённо ответил мужчина, скидывая с себя верхнюю одежду. Множество кожаных ремней тут же открылись взору голубых глаз колдомедика. Но она промолчала, стараясь не смотреть на оружие, которое буквально опоясывало тело.       — Отлично. У меня как раз есть пара идей, которые я хочу покрутить, но слежение за синтезом никто не отменял, — Полумна подошла к шкафу, начиная перебирать в нём вешалки. — Нашла!       Она достала кристально-белый халат, намного большего размера, чем сама девушка, и всучила его Малфою.       — Спрячь свои кинжалы подальше от моего стекла, — важно сказала Луна. Мужчина возражать не стал. Накинув ткань на себя, он начал рассматривать лабораторию под другим углом.       Рабочее место достаточно чистое, несмотря на любовь колдомедика к хаосу. Самые разные химические реактивы, магические растения, их корни, листья, порошки. Ингредиентов было более, чем достаточно.       Посмотрев боковым зрением, Малфой заметил, как Гермиона шла прямо на него, совершенно не видя преграду. Когда расстояние между ними сократилось, то мужчина, неожиданно для самого себя, положил свои руки поверх её плеч.       — Ой, — пискнула она, наконец замечая Драко перед собой.       Тепло её тела тут же обожгло ладони, но он не отдёрнул их, словно от горячей плиты, а медленно убрал.       — Аккуратнее, Грейнджер.       И, сделав шаг в сторону, Лис пропустил ведьму к рабочему месту. Она заправила несколько тёмных прядей за ухо, проскальзывая мимо него. Малфой лишь хмыкнул. Что же, дни ожидаются очень весёлыми. Каждый вечер в течении двенадцати дней он будет проводить время со своими бывшими однокурсницами.       Ну что за встреча выпускников? Или, точнее, встречи?       — Декстер, иди сюда, — Полумна стояла у доски, что-то вновь вычерчивая. Драко в пару шагов оказался подле колдомедика, отбрасывая ненужные мысли подальше и включаясь в работу.       Она начала объяснять его задачи, интервалы времени и последовательность действий. Малфой кивал, запоминая каждую деталь, мелочь, все числа, которые услышал, и рассчитывая свои.       — Отлично, тогда приступим.

***

      Драко встал со своего места, разминая затёкшую спину. Суставы начали приятно похрустывать, принося малое облегчение. Он уже и забыл об особенности работы в лабораториях — почти обездвиженность и затёкшее тело. Существенный минус, который сознание стёрло из памяти, оставляя только хорошие воспоминания.       Всё это время он работал, почти не обращая внимания на происходящее вокруг. Конечно, громкие звуки заставляли его поднять голову, чтобы оглядеться и удовлетворить контролирующую часть личности. Никто не напал на них и не нашёл.       Ведьмы уже сидели на полу, подложив халаты, и чуть ли не купались в пергаментах и чернилах. У обеих волосы были собраны в пучки, а рядом стояли кружки с кофе. Мужчина тут же достал свою флягу, проверяя количество оборотного. Хватит ещё на несколько часов, отлично.       — Мерлин, да где же? — буркнула недовольным тоном Гермиона, поворачивая голову из стороны в сторону.       Лис хмыкнул, сразу же понимая, что именно искала ведьма. Он навис над ней, выхватывая волшебную палочку из пучка, который тут же распался. Волна вновь каштановых волос опала на её плечи.       — Не это искала, Грейнджер? — девушка тут же подняла голову, всматриваясь в него.       — О, спасибо, — забрав древко, она взмахнула им, складывая все бумаги в стопку рядом с кружкой.       Драко сразу же подхватил их, кладя на стол и возвращаясь к тому месту, которое облюбовали подруги. Не говоря ни слова, он слегка нагнулся, хватая Гермиону под руки и помогая ей встать. От такой резкой смены плоскости, ведьма смотрела на него слегка расширившимися глазами, лишь моргая.       — Декстер, не хочешь кофе? — Луна также поднялась на ноги, держа в руках две пустых кружки.       — Не откажусь.       Ведьма начала колдовать, левитируя предметы из угла в угол. Она иногда бросала взгляды в сторону подруги и её неизвестного кавалера, который помогал той сесть на стул, потому что затёкшие ноги еле двигались. Полумна сдерживала улыбку как могла.       — Ваши порции, — взмахнув палочкой, на столе оказались три дымящиеся кружки с ароматом крепкого кофе.       Драко взял самую большую, тут же делая глоток. Терпкая, слегка горьковатая жидкость, прокатилась по горлу, оставляя после себя заряд бодрости. Чёрт, как же хорошо. Он редко позволял себе пить кофе, отчего каждая кружка ценилась больше предыдущей.       — Помнишь, как мы выпили целую банку? — размешивая сахар, спросила Гермиона, обращаясь к Лавгуд. Три поворота вправо, три влево. Кажется, Малфой уже выучил её маленький ритуал. Ведьма не пила ни чай, ни кофе, если там отсутствовал сахар.       — Это когда ты готовилась к экзамену по физической химии? — колдомедик усмехнулась, садясь в своё кресло. — Прекрасно помню. Ещё у меня до сих пор в голове твои глупые ассоциации к электрофоретическим и релаксационным эффектам.       — Они не глупые, а очень даже действенные! Только благодаря им я сдала, — по-детски надувая губы Гермиона отвернулась от подруги.       Чёлка вновь упала на лицо, перекрывая часть обзора, но девушка не собиралась её сдувать, как обычно любила делать. Она так и сидела, сложив руки на груди и отвернувшись. Её слегка вздёрнутый подбородок смотрелся очень смешно и… мило?       Малфой нахмурился. О чём он вообще думал?       Но его поток очередных мыслей о Грейнджер уже невозможно было остановить.       Ведьма всё же растаяла, пускаясь в новые воспоминания.       — А помнишь, как ты тайком пробралась в университет, чтобы помочь мне с математикой?       — Взгляд твоего преподавателя, который смотрел на тебя, как на сумасшедшую, пока ты общалась с кроликом? Конечно!       Девушки рассмеялись, отставляя кружки с кофе в сторону. Гермиона хваталась за живот, лепеча ещё какие-то уточнения к этой истории, но Драко не слышал. Он вообще перестал слышать любые звуки, окружавшие его.       Малфой всматривался в черты лица ведьмы, в её ямочки, которые появлялись в моменты веселья, в морщинки, обрамляющие глаза и лоб. Как она подставляла руку к рту, стараясь не слишком широко его открывать, но воспоминания казались такими весёлыми, что и сдерживаться тоже не удавалось. Грейнджер откидывала чёлку вместе с головой, хватая губами воздух в попытках успокоиться, но вот, Луна вспоминала что-то ещё, и новый приступ смеха настигал её.       Грейнджер красивая.       Красивая.       Драко мотнул головой, опуская взгляд в пол.       Что за мысли? Да, он не отрицал, что ведьма была привлекательной. Блять, да он дрочил в душе, предаваясь мечтам и фантазиям о ней. Но красивая… это что-то другое. Более тонкое, чувственное, личное и опасное.       — Ох, мантикора раздери, уже первый час ночи, — с ужасом в голосе сообщила Лавгуд, смотря на часы. — Нужно собираться. У меня с утра много работы, нужно хотя бы пару часов поспать.       — Тогда, мы пойдём. Проводишь?       — Конечно, — прежде чем Полумна начала метаться по кабинету, Малфой дошёл до двери.       Он скинул с себя халат, заменяя его на пальто. Мужчина сразу же достал и верхнюю одежду Грейнджер, уже привычными движениями помогая той одеться. Кажется, ведьма тоже привыкла к этому, без колебаний подставляя плечи.       Оказавшись на улице, они уже хотели попрощаться, как колдомедик вскинула руки.       — Ми! Двадцать четвёртого числа встретимся в девять? Мне нужно тебе подарок доделать, — она подмигнула подруге и, развернувшись, направилась в другую сторону, даже не попрощавшись.       — Точно, скоро же Рождество!       Малфой вздохнул. Чёрт, он совсем забыл про этот праздник. Двадцать пятое декабря уже давно стало для него обычным зимним днём. Мужчине всегда легко удавалось игнорировать пёстрые краски Лондона в преддверии Рождества. Правда, в этом году не выйдет.       Всё потому, что с ним теперь жила Гермиона Грейнджер.       Чёртова Грейнджер, любившая эту жизнь, её мелочи и каждый день.       Чёртова… красивая Грейнджер.