Глава 4

— Ты отправишься на Север к лорду Кригану Старку, — Джейс прошёл мимо Висеньи. Слова брата повергли её в шок. — Почему? — Она повернулась к нему, наблюдая за его шагами. Джекейрис, услышав вопрос, остановился у самого выхода. Обернувшись, он встретился с возмущëнным выражением лица. — Эймонду нужна ты, а мы не можем рисковать тобой, — оба Велариона враждебно смотрели друг на друга. — Рейна отправится к леди Аррен с яйцами дракона, а ты будешь в безопасности на Севере. Висенья сжала губы в тонкую линию. — В безопасности? На Севере? Ты действительно считаешь, что лорд Старк будет рад видеть Таргариена в своих землях, да ещё и с драконьей кровью? — Висенья не могла поверить в то, что слышала. Неужели её брат решил, что её можно вот так просто сплавить подальше от войны, как ненужную вещь? Джейс вздохнул, словно объясняя что-то глупому ребёнку. — Криган Старк верен короне. Он примет тебя как гостью, защитит тебя. Там ты будешь вдали от Эймонда и его безумных амбиций. Рейна сможет быстрее добраться до Орлиного Гнезда, ей не нужна будет дополнительная охрана. Это самый разумный выход. Висенья ощутила, как гнев закипает внутри. Она, Висенья Веларион, драконья всадница, должна прятаться на Севере, пока её братья сражаются? Нет, этому не бывать. — Я не собираюсь никуда ехать, — твëрдо заявила она. — Моё место здесь, рядом с вами. Я буду сражаться за престол, за нашу семью. — Ты слишком упряма, — Джейс устало потëр переносицу. — Никто не сомневается в твоей храбрости, Висенья. Но твоя жизнь важнее. Подумай о Рейне, о матери. Они нуждаются в тебе. Север — безопасное место, далеко от боёв. Там ты сможешь быть полезной, поддерживая связь с союзниками, собирая информацию. — Поддерживая связь? Собирая информацию? Ты хочешь превратить меня в шпионку, пока ты и Эймонд будете пачками убивать друг друга? Я хочу летать на Каннибале, жечь врагов, а не плести интриги за стенами замка! — в голосе Висеньи звенело отчаяние. Джейс подошёл к сестре и положил руки ей на плечи. — Это не навсегда, Висенья. Как только мы обеспечим безопасность престола, ты сможешь вернуться. Обещаю. Но сейчас это необходимо. Пожалуйста, пойми, – он смотрел ей прямо в глаза, пытаясь убедить. Висенья отвела взгляд, чувствуя, как её решимость тает под напором брата. Она знала, что он прав. Но признавать это было невыносимо. – Хорошо, – прошептала Висенья, едва слышно. – Я поеду на Север. — Лорд Старк выдвинул лишь одно условие, — Джейс тяжело перевёл дух, уже понимая, какая будет реакция у его сестры. — Он не потерпит в своём доме дракона. Ты должна ехать без Каннибала. Висенья вскинула голову, словно её ударили. — Что? Без Каннибала? Ты шутишь? — Ярость, которую она едва сдерживала, вырвалась на свободу. — Он хочет, чтобы я, драконья всадница, явилась к нему безоружной? Что это за оскорбление? — Она шагнула к брату, готовая обрушить на него весь свой гнев. Джейс отступил на шаг, зная, что надвигается буря. — Висенья, послушай. Криган Старк – гордый человек. Север помнит драконов Эйгона. Он не позволит Каннибалу разгуливать по его землям, это его условие. — Он поднял руку, пытаясь остановить её поток возмущения. — Мы нуждаемся в его поддержке. Без неё наша борьба станет ещё сложнее. Подумай о большем, Висенья. Висенья замолчала, с трудом сдерживая злость. Она понимала логику брата, но принятие этой логики разрывало её на части. Отделить её от Каннибала было равносильно отрыву конечности. — И что мне делать? Ехать туда как обычная смертная, униженная и беспомощная? Что, если Эймонд узнает? Он перебьëт весь Север в поисках меня! — В её голосе звучало отчаяние, смешанное со страхом. Джейс вздохнул, видя, что сестра не может преодолеть своё сопротивление. — Висенья, я понимаю, как это сложно для тебя, но ты должна понять, что это не о личной гордости или унижении. Это о будущем нашего народа. Без поддержки Кригана мы рискуем потерять всё, что мы построили. Ты должна быть сильной не только для себя, но и для всех, кто верит в тебя. Висенья смотрела на брата, её глаза пылали от гнева и разочарования. Она знала, что Джейс прав, но как она могла согласиться на такое унижение? Она была всадницей дракона, символом силы и надежды для своего народа. Без Каннибала она чувствовала себя уязвимой, как обычная женщина. — Дай мне время, Джейс, — сказала она голосом, полным боли. — Я не могу принять такое решение сейчас. Мне нужно время, чтобы обдумать всё это. Джейс кивнул, понимая, что сестра нуждается в пространстве и времени, чтобы принять это трудное решение. — Хорошо, Висенья. Но помни, что время работает против нас. Мы не можем медлить слишком долго. Висенья кивнула, её глаза отражали внутреннюю борьбу. За ними клубились тени сомнений и страха, но где-то в глубине мерцал огонёк решимости, словно искра, готовая вспыхнуть пламенем. Она знала, что брат прав. Времени у них почти не осталось, и от её решения зависело будущее королевства. Она отвернулась от Джейса и подошла к окну, смотря на раскинувшееся перед ней море. Её дом, который она поклялась защищать. Драконий Камень, который сейчас нуждался в ней как никогда раньше. И чтобы защитить его, ей предстоит расстаться с частицей себя, с тем, что делало её Висеньей. Глубоко вздохнув, Висенья закрыла глаза, собираясь с мыслями. Решение должно быть принято, и она его примет, каким бы болезненным оно ни было. В небе раздался рёв дракона. Каннибал кружил над морем, завывая, будто чувствовал смятение своей наездницы. Каннибал. Он всегда был рядом, еë тенью, её силой. Как можно отказаться от него? Но разве истинная сила не в умении жертвовать личным ради общего блага? Висенья открыла глаза, и в них больше не было безудержной ярости. Осталась лишь сталь решимости. — Я поеду без Каннибала, — произнесла Висенья, повернувшись к Джейсу. Голос был тверд, но в нем проскальзывала грусть. — Но у меня есть условие. Джейс вопросительно вскинул брови, готовый к любому капризу сестры. — Какое? — Пока меня не будет, Каннибала никто не должен тревожить. Он остается на Драконьем Камне, и никто не должен пытаться его оседлать или подчинить. Это мой последний дракон, и я не позволю, чтобы с ним что-нибудь случилось. Джейс облегченно вздохнул. Это была цена, которую он готов был заплатить. — Обещаю, Висенья. Каннибал будет в безопасности. И как только война закончится, вы снова будете вместе. Висенья кивнула, принимая его обещание. Её сердце сжималось от мысли о расставании с Каннибалом, но она знала, что так будет лучше для всех. Он был слишком непредсказуем, слишком опасен для использования в войне. Его ярость могла обернуться против них самих. — Спасибо, Джейс, — прошептала Висенья, ощущая, как к горлу подступает комок. Она подошла к брату и обняла его крепко, словно прощаясь навсегда. — Береги себя. И помни, что бы ни случилось, мы должны остаться семьей. Джейс ответил на объятие сестры, чувствуя её дрожь. Он понимал, как тяжело ей далось это решение. — Я буду. И ты береги себя, Висенья. Мы все будем ждать твоего возвращения. — И помни, — добавил Джейс, понизив голос, — Север – не место для игр. Там свои правила, свои опасности. Висенья нахмурилась, но кивнула. — Я понимаю. И я буду осторожна. Джейс вздохнул. Он знал, что Висенья права. Она была проницательна и умна. Но он все равно волновался за нее. Север – это волчья стая, и он отправлял туда свою сестру одну. — Просто возвращайся живой, — прошептал он, снова обнимая ее. — Это все, что мне нужно. Висенья улыбнулась, коснувшись его щеки рукой. — Одержи победу, Джейс. Она отстранилась, ее глаза блестели сомнением. Висенья чувствовала его тревогу, но знала, что должна идти. Север ждал, и уже нельзя было откладывать свое путешествие.

***

В день отъезда над городом нависли серые тучи, словно предвещая перемену. Джейс стоял у ворот, провожая её взглядом, пока её фигура не исчезла за поворотом дороги. Он чувствовал, как сжимается сердце, но старался верить в её силу и удачу. Север будет испытанием, но он верил, что Висенья справится. Ветер трепал её волосы, когда она въезжала в ледяную пустыню. Впереди лежала неизвестность, полная тайн и опасностей. Висенья прижала плащ плотнее, стараясь укрыться от пронизывающего ветра. Север встретил её неприветливо: голые деревья, покрытые инеем, хмурое небо и звенящая тишина, нарушаемая лишь скрипом снега под копытами коня. Она чувствовала себя маленькой и беззащитной перед лицом этой суровой красоты, но в то же время – наполненной решимостью. Винтерфелл встретил её настороженно. Люди, одетые в грубую шерсть, смотрели на неё с любопытством и недоверием. Висенья чувствовала их взгляды, полные вопросов и сомнений. Криган Старк, молодой, высокий и суровый мужчина с тёмными волосами и пронзительными серыми глазами, встретил её у ворот замка. Его лицо было непроницаемым, и Висенья не могла понять, что он думает. — Добро пожаловать в Винтерфелл, принцесса, — поприветствовал он её сдержанно. — Здесь не так тепло, как в Дорне, — сухо пошутил Криган, окинув еë оценивающим взглядом. Висенья улыбнулась, не поддаваясь на его холодный тон. — Я привыкла к разной погоде, лорд Старк. И слышала много хорошего о Винтерфелле. Криган кивнул, коротко и без энтузиазма. Он жестом пригласил её внутрь, и они двинулись по мощëному двору. Ветер завывал между каменными стенами, а над головой нависло серое, хмурое небо. Висенья заметила, что почти все, кто встречались им на пути, склоняли головы перед Старком, но смотрели на неё с настороженностью. Она знала, что северяне недоверчивы к чужакам, особенно к южанам. Висенья была полна решимости завоевать их доверие. Висенья следовала за Криганом, стараясь не выдать своего волнения. Винтерфелл был огромен и неприступен, словно выросший из самой земли. Его серость и суровость, казалось, отражали характер его правителя. Она чувствовала на себе десятки взглядов, оценивающих и изучающих. В покоях, отведённых ей, было тепло и уютно, но Висенью не покидало ощущение холода, пронизывающего до костей. Криган Старк не был рад её приезду, это было очевидно. И ей предстояло приложить немало усилий, чтобы растопить лёд в его сердце. Её комната была просто обставлена, но тепло камина приятно контрастировало с леденящим холодом снаружи. Висенья подошла к окну. За ним простирались заснеженные просторы, уходящие вдаль до самого горизонта. Пейзаж был одновременно прекрасен и пугающ в своей безжизненности. Она ощутила лëгкий озноб, несмотря на тепло камина, и плотнее запахнулась в свою дорожную накидку. Ей предстояло привыкнуть к этому суровому краю, если она хотела добиться успеха в своей миссии. Она оглядела комнату, пытаясь найти что-то интересное. На столе лежали несколько свитков с печатями, а на полке стояла небольшая деревянная фигурка лютоволка, вырезанная, вероятно, самим Старком. Висенья взяла фигурку в руки и внимательно её осмотрела. В ней чувствовалась какая-то особая сила и гордость, которые, как ей казалось, отражали душу Севера. Она поставила фигурку обратно на полку и решительно выпрямилась. Северяне ценят честность и верность, и она намеревалась продемонстрировать им эти качества. Вечером её ждал ужин с лордом Старком, и она тщательно готовилась к этой встрече. Важно было произвести хорошее впечатление, не показаться надменной или фальшивой. Она выбрала скромное, но элегантное платье из тёмной шерсти, подчëркивающее её фигуру, но не выставляющее её напоказ. Распустила свои длинные серебристые волосы, позволив им свободно струиться по плечам. Лёгкий макияж подчеркнул её выразительные фиалковые глаза. Висенья хотела выглядеть достойно и уверенно, но в то же время скромно и уважительно. Когда пришло время, она направилась в Большой зал Винтерфелла. Зал поражал своей величественностью: огромные каменные колонны, высокие своды и огромный камин, в котором весело потрескивал огонь. Криган Старк ждал её у стола, одетый в простую, но добротную одежду. Его лицо оставалось таким же непроницаемым, как и при их первой встрече. Висенья сделала глубокий вдох и уверенно направилась к нему. — Лорд Старк, — произнесла Висенья, слегка склонив голову. — Благодарю вас за приём. Криган кивнул в ответ, не произнеся ни слова, и указал на место за столом. Ужин проходил в тишине, лишь изредка нарушаемой потрескиванием дров в камине. Висенья старалась поддерживать беседу, расспрашивая о Винтерфелле, его истории и обычаях. Криган отвечал односложно, но Висенья не сдавалась, проявляя искренний интерес к его словам. Она заметила, как смягчилось его лицо, когда речь зашла о лютоволках, символе дома Старков. После ужина Криган проводил Висенью до её покоев. У дверей он остановился и впервые за весь вечер посмотрел ей прямо в глаза. — Принцесса, Север помнит, — сказал он тихо. — Помнит, как приклонили колено перед Таргариенами. Висенья сжала кулаки, стараясь сохранить спокойствие. Она знала об этом, знала о гордости северян и их нежелании подчиняться. — Я знаю, лорд Старк. Я прошу лишь дать мне шанс доказать, что я здесь не для того, чтобы поработить вас, а для того, чтобы служить королевству, частью которого является и Север. Криган молчал, продолжая смотреть на неё своими пронзительными серыми глазами. В его взгляде не было ни враждебности, ни дружелюбия, лишь холодная оценка. Затем он медленно кивнул. — Доброй ночи, принцесса, — сказал он и повернулся, чтобы уйти. Висенья смотрела ему вслед, понимая, что эта ночь была лишь началом долгого и трудного пути к сердцу Севера.

***

Уснуть этой ночью ей так и не удалось. Висенья металась в постели, мысли роились в голове, словно потревоженный улей. За окном бушующий ветер стал медленно утихать. Обычно, когда она не могла уснуть, она прогуливалась по улице. Тихий шорох заставил её резко сесть в кровати. Она прислушалась, но больше ничего не услышала. Возможно, почудилось. Висенья встала, накинула на плечи плотный плащ и бесшумно вышла из комнаты. Коридоры были пустынны и погружены в полумрак, лишь редкие факелы слабо освещали их. Она двигалась осторожно, стараясь не издавать ни звука. Пройдя несколько поворотов, Висенья наконец смогла выйти на улицу. Холодный ветер обволакивал её с ног до головы. Висенья залюбовалась видом, открывавшимся с внутреннего двора замка. Луна, полная и яркая, заливала все вокруг серебристым светом, превращая снежные пейзажи в сказочную страну. — Наслаждаетесь видами, принцесса? — Криган встал рядом, следя за горизонтом. — Знаете, почему-то все говорят, что Таргариены ближе к богам, чем к людям. — Висенья задумчиво посмотрела на собеседника. — А это не так? — Старк всматривался в фиалковые глаза. — Лорд Старк, для вас я просто обычная южанка, что вторглась в ваш дом. — Висенья устремила взор в даль, щурясь от холодного ветра. — Без драконов мы такие же, как и все. Криган хмыкнул, не отводя взгляда от открытой местности, где лежали сугробы снега. — Люди видят то, что хотят видеть, принцесса. Величие, силу, кровь древних королей. Но я вижу лишь хрупкую девушку, дрожащую от северного ветра. Висенья нахмурилась, но не стала возражать. В его словах была правда, пусть и горькая. Без Каннибала, без огнедышащей тени, простирающейся над головой, она была лишь женщиной, пусть и с королевской кровью. — Может быть, я и дрожу от ветра, — тихо ответила она, — но Таргариены никогда не сдавались. И я не собираюсь начинать сейчас. Мой долг перед народом… Старк повернулся, перехватывая её взгляд. Лёд в его глазах немного оттаял. — Долг? Или желание доказать что-то самой себе? Не путайте их, принцесса. Иначе этот северный ветер обернётся для вас бураном. Висенья резко вскинула голову, удивлëнная прямотой Старка. Его слова задели её за живое, заставив усомниться в собственных мотивах. Она всегда считала свой долг перед династией первостепенным, но, возможно, Криган видел её насквозь, разглядев тщеславное стремление доказать свою ценность. — Вы слишком проницательны, лорд Старк, — проговорила она с едва заметной усмешкой, пытаясь скрыть смущение. — Возможно, вы и правы. Но разве одно исключает другое? Я хочу помочь своему народу и… да, доказать себе, что достойна своей крови. Криган молча смотрел на неё, и Висенье показалось, что лёд в его глазах почти растаял. Он понимал её, понимал бремя ответственности, лежащее на её плечах, и стремление утвердиться в чужом, враждебном мире. — Север суров, принцесса, — наконец произнес он. — Но он ценит тех, кто честен с собой и с другими. Если ваши намерения искренни, северный ветер станет вам попутным. Висенья кивнула, чувствуя, как внутри зарождается слабая надежда. В словах Старка звучало не только предупреждение, но и скрытое обещание поддержки. Быть может, в этом суровом краю она сможет найти не только испытания, но и союзника, способного увидеть в ней не только принцессу, но и человека. — Искренность – это всё, что у меня осталось, лорд Старк, — тихо ответила она, глядя прямо в его глаза. — Я не могу обещать, что никогда не оступлюсь, но могу заверить вас, что мои намерения чисты. Криган слегка приподнял уголки губ в слабой, почти незаметной улыбке. — Тогда будем надеяться, что северный ветер будет к вам благосклонен, принцесса. Он не любит лжи и лицемерия. Но он верен тем, кто верен ему. Висенья вновь посмотрела вдаль, на бесконечные снежные просторы. Север действительно был суров, но в этой суровости чувствовалась какая-то первозданная сила, способная либо сломить, либо закалить. Она еще не знала, что ждет ее впереди, но в сердце горел слабый огонек надежды. И она не собиралась его гасить.

***

Джекейрис с самого утра находился на небольшом острове, пытаясь немного насладиться уединением. Совсем скоро будет война. Волны лениво накатывали на песчаный берег, шелестя ракушками и унося с собой обломки коряг. Солнце пригревало лицо, и казалось, что тревоги последних месяцев рассеиваются, словно дым. Но в глубине души червь сомнения продолжал точить надежду на спокойное будущее. Он закрыл глаза, представляя лица матери, братьев, сестер. В каждом из них он видел отражение предстоящей битвы, отпечаток страха и решимости. Эта война была неизбежна, это он понимал, но цена её пугала. Тысячи жизней будут принесены на алтарь амбиций, и он, Джекейрис Веларион, станет одним из тех, кто поведет этих людей в огонь. Вздохнув, он поднялся и направился к скалистому выступу, с которого открывался вид на Драконий Камень. Там, в замке предков, сейчас кипела работа, готовились запасы, ковались мечи. За стенами замка собиралась армия, готовая отстоять права Рейниры. Он должен быть там, с ними. Небо внезапно потемнело, будто надвигалась гроза. В воздухе раздался рёв Вхагар. Подняв голову, Джейс увидел огромного дракона. Его сердце на мгновение замерло. Но ни драконица, ни её всадник не подавали признаки вражды, а напротив. Вхагар мягко, на сколько позволяли ей размеры, опустилась на землю. Теперь принц мог отчетливо разглядеть своего дядю. Джейс облегченно выдохнул. Эймонд. Его присутствие здесь могло означать многое. Он двинулся навстречу дракону, стараясь не показывать волнения, хотя вид Вхагар всегда вызывал трепет. — Дядя, — произнес он, стараясь сохранить спокойствие в голосе. — Не ожидал увидеть тебя здесь. Эймонд спрыгнул с Вхагар, его единственный главз холодно изучал племянника. — Где Висенья? Джейс нахмурился. — Зачем она тебе? Эймонд усмехнулся, отчего шрам, рассекавший его лицо, стал еще заметнее. — Приехал увидеть племянницу. — Дядя, какова истинная цель твоего визита? Мы стоим на пороге войны, и твоё неожиданное появление вызывает вопросы. Не думаю, что ты преодолел столько миль на Вхагар лишь для того, чтобы навестить племянницу. Эймонд молча смотрел на Джейса, его единственный глаз сверлил его насквозь. — Рейнира готовится развязать войну, — наконец произнес он. — Она льёт кровь драконов ради власти. Я пришёл предложить альтернативу. Джейс усмехнулся. — Альтернативу? Какую? Брак с моей сестрой? — Она рассказала о моём предложении? Я беру её в жёны, и война будет остановлена, — Эймонд скривил губы в презрительной ухмылке. — И ты действительно думаешь, Рейнира согласится на это? Сдать дочь врагу в обмен на мир? Ты недооцениваешь её. Она скорее зальёт весь Вестерос кровью, чем позволит тебе сломить себя таким образом. Висенья не пешка на доске твоих политических игр. Эймонд нахмурился. — Значит, ты отказываешься даже передать моё предложение? Ты готов рискнуть всем ради гордости матери? Я предлагаю закончить это сейчас, без бессмысленных жертв. — Я предлагаю тебе улететь отсюда, дядя. Возвращайся к своим зеленым друзьям и скажи им, что Рейнира Таргариен не боится войны. Мы встретим вас на поле боя, а не за свадебным алтарем. И если ты надеешься, что Висенья станет залогом мира, ты глубоко ошибаешься. Она – дракон, и она выберет свою сторону в этой войне. Теперь убирайся. Эймонд хмыкнул, обводя взглядом лицо Джейса. В его глазах плескалось разочарование, смешанное с плохо скрываемой злобой. — Ты слишком молод, чтобы понимать цену мира. Горько будет тебе видеть, как ваши корабли тонут в заливе Глотка, как ваших солдат рвут на части драконы. — Мы готовы к этому, — твердо ответил Джейс, не дрогнув под тяжелым взглядом дяди. — И мы победим, потому что правда на нашей стороне. Эймонд развернулся, его серебристые волосы взметнулись на ветру. — Глупцы. Вы сами призываете свою погибель. Но не говорите потом, что я вас не предупреждал. С этими словами он взлетел в воздух на Вхагаре, оставляя Джейса одного на скалистом берегу. Дракон взмыл в небеса, превращаясь в точку на фоне алеющего заката, унося с собой последнюю надежду на мир. Джейс смотрел ему вслед, чувствуя тяжесть ответственности, давящую на его плечи. Война неизбежна, и ему предстоит вести свой народ в бой.