Глава 3. Напряжение

Свет в окнах не горел. Это значило, что родители ушли в гости к семье Анжелы. С огромной вероятностью, они останутся там ночевать. Мы с ребятами вышли из такси, Арина с Владом сразу зашли в дом, а я задержалась с Кисой на улице. Молча мы смотрели друг на друга, медленно моргая из-за алкоголя и усталости. Я сделала шаг ближе и обвила парня, прижавшись щекой к его куртке. Киса погладил меня по спине и улыбнулся. Снова это странное ощущение от его улыбки. Вроде бы, он всегда так улыбался, но именно сегодня я ощущала себя иначе рядом с ним. — Может, на чай зайдешь? — Не могу тебе отказать. Мы вошли в дом, скидывая с себя верхнюю одежду. Арина с Владом уже легли спать. Тихо, пытаясь не беспокоить их покой, мы прошли в мою комнату. Киса уселся на кровать, наблюдая, как я хожу из стороны в сторону. Он огляделся по сторонам, поднимаясь и увлеченно разглядывая полку с безделушками. — Пушка, а ты сильно расстроилась, что рано уехала домой? — Честно? Не особо. Ты же тоже здесь, надеюсь, не дашь мне скучать. Киса обернулся на меня, расплываясь в улыбке. Я смотрела на него снизу вверх, поправляя упавшие на мои глаза волосы. Киса провел пальцем по моей щеке, оставляя воображаемую линию от шеи до ключиц. — Как же тебе идет этот костюм. Не знал, что я без ума от медиков. — Я тоже не знала, что кошатница. Мы усмехнулись друг другу в губы. Киса поцеловал меня, обхватывая за талию. Я прижалась к нему всем телом, чувствуя биение его сердца. Подхватив за ноги, он приподнял и посадил меня на стол, смахнув с него всё, что могло нам помешать. Возбуждение нарастало с каждой секундой. Наши дыхания становились тяжелее. Киса оставлял влажные следы от поцелуев на лице, шее и ключицах. Грим на его лице смазался, запачкав мою белоснежную кожу. Я прикусывала губы Кислова, дразня и заводя его еще сильнее. — Адель! От громкого крика папы я испуганно дёрнулась. Кислов сделал шаг от меня, без эмоций глядя на моего папу. Отец сердито смотрел на нас, подбирая выражение поприличнее. Я спустилась со стола, застёгивая пуговицы на халате. — Вы совсем стыд потеряли? — Вы разве не у Бабичей были? — У них. Сейчас не об этом. Адель, что ты себе позволяешь? — Папуль, ну выключи ты уже свой консерватизм. — Кислов, пошёл вон отсюда. Подмигнув мне на прощание, Киса покинул комнату. Ехидная улыбка не покидала моего лица, что злило папу еще сильнее. Отец кинул на меня презрительный взгляд и ушел, громко хлопнув дверью. Я смыла макияж, переоделась в пижаму и плюхнулась в мягкую кровать. Мысли крутились в моей пьяной голове, не давая спокойно заснуть. Телефон звякнул, уведомляя о новом сообщении. «Кисуля» — 1 новое сообщение Я разблокировала гаджет, в ожидании прочитать что-то смешное. Другого я не ждала. «Завтра в 18:00 в рыбачьей бухте» Адель: «Чем будем заниматься?)» Кисуля: «))» Его скобки были многообещающими. Папа не спугнул Кису, это успокоило. Окончательно расслабившись, я смогла заснуть. Утром меня потревожил шум за пределами моей комнаты. Я села на кровати, потирая глаза и прислушиваясь к напряженному разговору мамы и её сестры. Спросонья не удавалось разобрать слова. Через минуту они все замолчали. Я услышала быстрые шаги мамы. За всю жизнь я научилась разбирать, кто из родителей идёт за дверью и с каким настроением. По маминым шагам я сделала вывод, что она не в настроении. Более того, она в ярости. Дверь в мою комнату распахнулась. В проёме выросла разгневанная мама. Не давая мне ни секунды на пробуждение, она подлетела к моей кровати и сдёрнула одеяло. — Мам, ты чего? Молча схватив меня за руку, она потянула за собой в гостиную. Толкнув меня на диван, мама встала рядом с такой же злой тётей Светой напротив. Рядом со мной сидела рыдающая напуганная Арина и молчаливый наряженный Влад. На лице его осталась парочка ссадин после вчерашней драки. — Рассказывайте, что вчера произошло? — крик сорвался с губ тёти Светы. — Всё в подробностях. Я перевела взгляд на Арину, которая пыталась даже не смотреть в мою сторону. Мне не было понятно, о чём хотят узнать наши мамы. Что им уже рассказали до меня — тоже неизвестно. Я поджала ноги под себя, наблюдая за происходящим. — Адель, говори! — Что говорить то? Влад вчера подрался. Вы из этого такую трагедию тут устроили? — Что вы принимали вчера? Вопрос мамы эхом раздался в моих ушах. Я снова оглядела всех присутствующих и попыталась сделать невозмутимый вид. Сейчас у меня не было шанса на ошибку. Нельзя было ляпнуть ничего лишнего. Я обратилась к маме с глазами, полными непонимания. — О чём ты? — Дуру не выключай. Арина рассказала нам, что с ней вчера случилось. Еще раз спрашиваю, что принимали? — Мама давила на меня до последнего. — Вот у Арины и спрашивайте. Причём здесь я? — Причём здесь ты? — Тётя Света кинула смешок. — Это ты потащила их в этот клуб, должна была контролировать их. — Им по пять лет, чтобы я их контролировала? У них своя голова на плечах есть. Почему вы сейчас меня виноватой выставляете? Мам? Мама расстроено уселась на кресло, подпирая голову рукой и потирая виски. Вся эта ситуация утомляла её. С одной стороны её дочь, а с другой родная сестра. Тётя Света не успокаивалась, продолжая меня винить. — Нельзя было праздновать дома? Прилично, в кругу семьи? Мои дети никогда себе такого не позволяли, Адель. Новый год — семейный праздник и мы всегда отмечали его дома вместе. — Или вы не позволяли им выбирать? — Замолчи! Ты разлагаешь дисциплину. — Я не буду молчать. Вместо того, чтобы на меня орать, лучше бы сказали спасибо за то, что я оказалась рядом и спасла Арину. — Не ты мне помогла. — Арина впервые за ссору что-то сказала. — Голос прорезался? Раз заговорила, давай, расскажи нам, с кем и что ты нюхала. — Мы про другое. Меня спасла не ты. — Откуда ты знаешь? Ты слюни в толчке пускала, пока мы с Кисой тебя откачивали. Это твоя благодарность? Арина снова разрыдалась из-за моей грубости. Сейчас это выглядело как обычное давление на жалость. Я закатила глаза, отворачиваясь в другую сторону. — Она у вас всегда ревет, когда ей говорят правду? — Адель, прекрати. — Влад заступился за свою сестру. — Я не понимаю, почему вы молчите? Зачем здесь я? Вам просто некого было обвинить в ваших же проблемах? — Потому что из-за тебя я чуть не умерла вчера! — Арина истошно кричала на меня, будто увидела перед собой главного врага. — Вы все здесь ужасные наркоманы! Друг твой кучерявый и ты сама! Торчишь и не видишь в этом ничего плохого. Думаешь, для остальных это так же как и для тебя, в порядке вещей? Ошибаешься. — Заткнись, Арин. — А где я соврала? — Рот закрой говорю. Мама перевела на меня взгляд. Тетя Света прищурилась, поворачиваясь на маму. — Лен, ты очень много ей позволяешь. Тебе надо было её ко мне отправлять на перевоспитание. — Чтобы вы из меня такую же тряпку сделали? Один в глаз получил, чуть не заплакал из-за этого. Вторая стукачка и нытик. У меня, в отличии от этих двух, есть характер и собственное мнение, которое я отстаиваю. Я не позволю вам всем втаптывать меня в грязь и критиковать моих родителей. Занимайтесь собой, а не заглядывайте нам в рот. — Правда, Свет, давайте заканчивать. Я уже устала от этого. — Арина, Влад, собирайте вещи, мы уезжаем. — Свет, куда вы поедете? — Домой. Вижу, Адель стала слишком смелой. — Ох, извините, что не прогнулась под вашим мнением и не заплакала, как Арина. Наверное, так вам было бы легче утвердиться за счет меня и остаться довольной. — Смело ты себя ощущаешь, даже пока в ящике с трусами ныкаешь таблетки. — Влад сделал акцент на последнем слове, пытаясь подставить меня перед мамой. Я пыталась не обращать на это внимания в надежде, что мама пропустит это мимо ушей. — Да, Влад, а ты смело себя чувствуешь, только когда за тебя мамка заступается. Парень сделал шаг ко мне, нависая надо мной и глядя прямо в глаза. Он сжимал кулаки и напрягал жевалки, но я видела неуверенность в его взгляде. Влад точно не осмелится меня тронуть. Осознавая это, я чувствовала азарт внутри себя и желание довести его до срыва. — Ударить хочешь? Давай. Только не забывай, как вчера чуть в штаны не наложил. Ты тряпка, Влад. Таким и останешься навсегда. Толкнув его плечом, я прошла мимо всех присутствующих в гостиной. Хлопнув дверью, я уселась на кровать, пытаясь успокоиться и подавить злость на родственников. Врагу бы таких не пожелала. Какие-то психи. Несколько раз я успела пожалеть о том, что проявила доброту по отношению к ним. Не зря я терроризировала их, будучи ребенком. Хотя, может, за это я сейчас и расплачиваюсь? Из раздумий меня выдернул телефонный звонок. Я кинула взгляд на телефон, раздражаясь от его рингтона. Сейчас не было настроения с кем-то общаться. Однако, заметив, кто мне звонит, я передумала игнорировать вызов. Улыбнувшись, я откинулась на спинку кровати. — Доброе утро, Кис. — Мой голос звучал как мурлыканье, чему даже я удивилась. — Привет. Как самочувствие после вчерашнего? — Он говорил тихо и медленно, гипнотизируя меня своим голосом. — На удивление, как огурчик. Ты как? — М-м, совсем плохо. Думаю, мне даже потребуется помощь врача. — Тебе вызвать скорую? — Вообще, я думал, что ты поймешь мой намёк. Хотел встретиться. — Да ладно. Поняла твой намёк, захотелось съязвить. Так, какие жалобы? — Ну, получается, у меня язва. Одна такая темноволосая, кареглазая язва совсем не покидает мою голову. — М-м. Знакомо. Кажется, у меня такая же проблема. Клин клином вышибается? — Проверим? — С радостью. — До вечера, боюсь, не смогу дотерпеть. Может, встретимся пораньше? Я была бы рада сорваться на встречу прямо сейчас, но вспоминая то, что произошло полчаса назад, вряд ли мама так просто меня отпустит, пока не задаст еще сто вопросов. Я расстроенно свесила плечи и шумно выдохнула, прикусывая губу. — Кис, я очень хочу, но… У меня тут такое сейчас происходит. Не смогу раньше. — Что случилось? — Долго рассказывать. При встрече обсудим, хорошо? — Как скажешь. Тогда, так же, жду в шесть в бухте. — Хорошо. До вечера. Я положила трубку. Дверь снова без стука открылась. Мама прошла в комнату, встревожено глядя на меня. — Они уехали. Я так расстроена этой ситуацией. Хорошо, что отец на работе, он бы с ними не любезничал. — С ними? Я думала, он бы согласился с тётей Светой, что я себя плохо веду. Он же тоже об этом всё время говорит. — Но не позволяет никогда другим что-то говорить в твою сторону. Ты его знаешь. — Ну, наверное. Не расстраивайся и не бери в голову. Ты хорошая мама. Несмотря на всё, что сказала твоя сестра, я у тебя хотя бы могу вести диалог, а не молча плакать и давить на жалость. — И то правда. Адель, а о чём говорит Влад? Какие таблетки? Какие наркотики? Ладони вспотели от волнения. Она всё-таки задумалась над его словами. Я глупо улыбалась, глядя на маму. — Он бредил. Не обращай внимания. Мама молча кивнула, медленно направляясь к дверям. Она остановилась у комода, положив руку на мой ящик с нижним бельём. Я резко встала с кровати, сближаясь с мамой. Подперев ящик бедром, в уставилась на неё. — Мам, ну что за бред? Давай ты не будешь рыться у меня в трусах. — Ты что-то скрываешь? — Нет, просто не привыкла, что на моё бельё глазеют. — Что я там не видела? Просто убежусь в том, что Влад соврал и буду спокойна. — Ты мне не веришь? — Верю, но просто хочу быть уверена, что не зря тебе доверяю. Я понимала, что нахожусь в безысходной ситуации. Если она откроет ящик, то найдёт мою заначку. Если я не разрешу ей этого сделать, тут всё будет понятно. Медленно я отошла от комода, пятясь назад и боялась даже представить её реакцию и последствия. Мама выдвинула ящик, поднимая моё бельё и внимательно разглядывая дно. Меня даже потряхивало от страха и переживания. Мама закрыла ящик и повернулась на меня, растерянно улыбаясь. — Адель, глупые шутки. Не пугай так. Я рассмеялась. Скорее истерично, но мама этого не поняла. Она покинула комнату, уверенная в том, что когда я запрещала открывать ящик, то шутила, будто там есть что-то запрещенное. Я продолжала смеяться, даже когда мама ушла. Прикрыв рот рукой, я села на пол, до сих пор находясь в шоке. Не думала, что мне может так везти. Долго думая, я вспомнила, что впервые спрятала таблетки не в шкафчике с нижним бельём. Я закинула их в одну из сумочек, потому что торопилась, когда собиралась. Сегодня был явно мой день.