Глава 2. Малфоевские методы

Драко Малфой уверенно шагал по коридорам Хогвартса. Ведомые силой его уверенности люди сами расступались с его дороги, как вода перед плывущим айсбергом. Девушки томно вздыхали оглядываясь вслед, но он не обращал внимания, двигаясь к своей цели - он давно привык к повышенному вниманию. Собрание старост было в самом разгаре, когда отрылась дверь в зал собраний. Гермиона была так увлечена планированием задач со старостами факультетов, что не сразу заметила как все замолчали. Заметив, как сидящая напротив Джинни нахмурилась, староста школы спросила: - Что? - Малфой идёт сюда и смотрит прямо на тебя - прошептала она. - Неправда... - О нет, правда, он идёт прямо к тебе - прошипела Джинни, выразительно округлив глаза. Малфой в это время невозмутимо пересек зал, и уселся на стул верхом, повернув его спинкой вперёд. Сел и уставился на неё этими своими холодными глазами. В зале стояла гробовая тишина, старосты были в недоумении и заинтригованы. Гермиона же упорно делала вид, что ничего не замечает, уткнувшись в свои записи. "Что ему надо? Этот кошмар мне мерещится, сейчас я зажмурюсь и он исчезнет" - крутилось у Гермионы в голове. Вот только он не исчезал, и похоже Малфою надоело ждать. - Привет, - сказал он, не отрывая от неё взгляд. Глаза всех присутствующих метались между двумя недругами, в ожидании развития странной ситуации. - Я ненадолго украду вашу подругу? - спросил он, как бы у всех, но при этом не отрывая от неё глаз. Его взгляд был таким внимательным, что по спине побежали мурашки. Невилл скорчил странную рожу в стиле "вот ещё", Джинни олицетворяла собой крайнюю степень недоверия. Но тут подала голос одна из главных сплетниц школы - близняшка Патил, староста Когтеврана: - Конечно, - о, она уже предвкушала как будет мусолить эту тему с сестрой и Лавандой Браун, делая фантастические предположения и жаждая подробностей. Гермиона подняла на неё тяжёлый взгляд, не скрывая неприязни от такой подставы. Малфой всё также давил на неё своим неотрывным вниманием. Гриффиндорка решила, что нужно всё такие что-то делать, пока ситуация не стала ещё более абсурдной. Малфой поднялся со стула и кивнул на выход. Гермиона ели успела подхватить сумку, заталкивая в неё на ходу пергаменты, тогда как спина Малфоя уже удалялась в сторону выхода. Провожаемая взглядами и шепотками она посеменила за слизеринцем, чувствуя себя в высшей степени неловко. Малфой завел грифииндорку за большую лестницу в фойе, где их никто не мог увидеть. Она примерно представляла, чего он хочет. Дело, должно быть, заключалось в его подружке Паркинсон и профессоре Хёрсте. Других причин говорить у них не было. Только убедившись, что их никто не слышит, Грейнджер повернулась к нему: – Мне кажется, я знаю, чего ты хочешь. Его губы слегка скривились в улыбке: – И ты это сделаешь? – Послушай, Малфой… – Боюсь, грязнокровка, в этом месте мне придется тебя перебить. – Он сделал шаг. Гриффиндорка не отступила, а лишь посмотрела на него, подняв бровь. – Ты должна как можно скорее забыть то, что видела вчера, поняла? Если хоть где-то заикнешься об этом, я позабочусь, чтобы твоя жизнь превратилась в ад. Малфой сунул что-то ей в руку. В руке лежал увесистый мешочек, надо полагать с немалыми деньгами. В горле пересохло. Заносчивая ухмылка Малфоя о многом говорила. Он ясно дал понять, что знает, как может впечатлить крупная сумма обычного человека. И что ему не впервой платить за чье-то молчание. Его выражение лица и поза были такими самонадеянными, что Гермиону Грейнджер охватила ярость. - Хочу чтобы ты их взяла. И запомни, ты ничего не видела. Гермиона неверяще таращилась на него. Неверно истолковав её выражение лица, Малфой закатил глаза и сунул руку в карман. К ней в ладонь добавился ещё один мешочек. - Больше 15 тысяч галлеонов не дам. Это уже наглость, Грейнджер. Молчи до конца года, тогда удвою. Как он стоял, бросив ей 15 тысяч, и хотел таким образом заткнуть рот. Как будто это был пустяк. Как будто так и должны поступать те, кто родился с серебряной ложкой во рту. Гермиона сразу вспомнила, как я ненавидит Драко Малфоя. Он отвратителен. Он и всё, что с ним связано. То, как он живет – ни с чем не считаясь и не боясь последствий. Если ты носишь фамилию Малфой, тебе обеспечена неприкосновенность. Делай что хочешь – папины деньги помогут все уладить. Словно война вообще ничего не изменила. - Ух ты, - с презрительной ухмылкой промолвила Гермиона, - ты ещё больший засранец чем я думала. Гермиона сделала шаг вперёд, впечатала ладонью мешочки с галлеонами в его грудь, возвращая. Она уж было развернулась чтобы уйти, но он схватил её руку прижимая к себе. - Подожди, мы ещё не закончили, - его лицо было серьёзным и злым. - Что ещё предложишь? Фамильный перстень и новенький Нимбус? - прошепела Грейнджер. - Знаю тебе не помешали бы деньги. Может на новые книжки? Или что там тебя интересует. - У меня в кошельке 17 сиклей 28 кнатов - больше чем мне нужно. Угостить тебя сливочным пивом? М? Нет? Тогда положи это обратно в семейное хранилище Гринготса. - Ты серьёзно? Гордо глядя ему в глаза, Гермиона демонстративно разжала пальцы и мешочки с деньгами со звоном упали к его ногам. Драко никак не отреагировал, но его челюсть была сильно напряжена. Гермиона развернулась и ушла. _____________________________ Перед лицом старосты школы маячил тёмный силуэт карэ Паркинсон. Весь свой гнев она направила на него. Она во всем виновата! Если бы Паркинсон не тискалась с нашим профессором, Гермиона бы их не застукала и не попала бы в такой неловкий переплёт. Тогда бы она могла бы сосредоточиться на уроке, а не злиться на то, что он снова назвал её грязнокровкой. И на то, что посмел подсунуть ей деньги. Не взять деньги, конечно, правильное решение. И тем не менее, со вчерашнего дня в голову лезли мысли, на что она могла бы их потратить. Например, на лечение отца от последствий Обливиэйта. После возвращения утраченных воспоминаний, мама восстановилась полностью, но с отцом что-то пошло не так. Он мог терять целые фрагменты из памяти, иногда мелочи, но в некоторые дни он её не узнавал. Это было мучительно. Целители разума в Мунго разводили руками, нужно было больше исследований. Ей рекомендовали экспериментальные исследования одного профессора в США, но пока у неё не было возможности их обеспечить. Гермиона помотала головой. Нет, она никогда не взяла бы у Малфоя деньги за молчание. Она не продается. Шла пара по ЗОТИ. Гермиона не могла заставить себя поднять взгляд на профессора Хёрста. И сосредоточиться тоже не могла. У неё в голове не укладывалось: у мистера Хёрста хватило ума проработать некоторое время в МАКУСА, потом получить место в одной из самых престижных школ магии мира, и первое, что он сделал, – спутался со своей ученицей. Как так можно, черт возьми? Гермиона нерешительно подняла на него глаза, их взгляды встретились, и дружелюбная улыбка, предназначенная ученикам, тут же исчезла с его лица. Пэнси застыла. Ее плечи и затылок закаменели, как будто она изо всех сил сдерживалась, чтобы не повернуться к Гермионе. Гриффиндорка моментально опустила взгляд в записи и не поднимала до конца урока. После окончания урока было такое ощущение, словно прошел целый день, а не девяносто минут. Гермиона тянула время. Собирала вещи как в замедленной съемке и аккуратно складывала их в сумку. Когда шаги и голоса однокурсников затихли, она встала. Профессор Хёрст рассеянно собирал пергаменты. Вид у него был напряженный. Кроме них в аудитории находилась Пэнси Паркинсон. Она застыла в дверях и напряженно смотрела то на гриффиндорку, то на мистера Хёрста. – Мисс Пркинсон, вы не могли бы оставить нас одних? – попросил он, не глядя на нее. – Но… – Пожалуйста, – добавил он, мягко взглянув на нее. Поджав губы, она кивнула и вышла, тихо закрыв за собой дверь. Мистер Хёрст снова повернулся ко Гермионе. Он открыл было рот, чтобы что-то сказать, но она его опередила. – Вы можете не писать мне рекомендательное письмо, сэр, – быстро выдала гриффиндорка. Хёрст озадаченно заморгал, и прошло какое-то время, прежде чем он отреагировал. – Я… конечно. Я хотел обсудить с тобой… – Он откашлялся. – Но, я его уже отправил в министерство, потому что не знал, придешь ли ты за ним. – Спасибо, но не стоило. - Здесь нет ни слова неправды, ты блестящая ученица. Я бы хотел, чтобы ты знала, что я… – Нет. – её голос звучал очень хрипло. – Пожалуйста… не надо. – Мисс Грейнджер… – Вдруг Гермиона заметила в глазах мистера Хёрста кроме сожаления еще одну эмоцию: страх. Он боялся её. Точнее, боялся того, что она могла учинить, зная про него и Паркинсон. – Я только хотел… – Нет, – снова выдала Гермиона, на сей раз намного тверже, и с возражением подняла руку. – Я не собираюсь никому об этом рассказывать. Правда. Я… я просто хочу забыть об этом. Он открыл рот и тут же снова закрыл его. Во взгляде читалось удивление напополам с сомнением. – Это не мое дело, – продолжала староста. – И вообще ничье. Между ними возникла пауза, во время которой профессор смотрел на неё так пристально, что она даже не знала, куда девать свой взгляд. Было похоже, что он искал в её глазах ответ, серьезно ли она все это говорил. Наконец он тихо сказал: – Ты понимаешь, что я в таком случае и дальше буду твоим учителем? Конечно, она это понимала. И перспектива проводить несколько часов в неделю в одном помещении с Пэнси Паркинсон и профессором Хёрстом была совершенно непривлекательной. Гермиона могла пойти к директору, но в разговоре с Драко Малфоем он ясно дал мне понять, что будет в таком случае, и вряд ли это было пустой угрозой. К тому же я действительно считала, что личная жизнь Хёрста меня не касается. – Я просто хочу об этом забыть, – повторила гриффиндорка. Он протяжно выдохнул. – И ты… не ставишь никаких условий? – Заметив на лице старосты возмущение, он быстро добавил: – Я не имею в виду, что ты не сможешь с легкостью сдать мой предмет. Ты знаешь, что ты одна из лучших учениц. Но я думал, что… Я… – Он замолчал, огорченно вздохнув, щеки у него были красные, а в глазах читалось отчаяние. Он вдруг показался Гермионе таким юным, и она впервые задумалась, сколько же ему лет. Она бы дала не больше двадцати пяти. Гермиона попыталась улыбнуться, но получилось плохо. – Профессор, я просто хочу спокойно закончить школу, – сказала она, - Но ели кто-нибудь узнает, от вашего письма не будет толку. Я попрошу письмо у кого-нибудь ещё. Он ничего не ответил, и Гермиона пошла к двери. ________________________________ Гермиона спешила в библиотеку, когда её вдруг схватили за руку и затащили в какую-то подсобку. Опомнившись от первого шока, она повернулась чтобы понять кто так нагло помешал её планам. Драко Малфой нависал над ней угрожающей скалой. Он был высоким и стоял близко в маленьком пространстве чулана. Чтобы посмотреть в его высокомерное лицо, надо было задрать голову. - Давай ка снова обсудим, - обманчиво спокойно предложил он. - Это теперь ежедневный ритуал? - огрызнулась гриффиндорка. Драко полез во внутренний карман пиджака. – Если ты снова будешь совать мне деньги, я запихну их тебе в рот. Рука Малфоя секунду была неподвижна, но потом он вынул ее из кармана. В его глазах вспыхнуло что-то мрачное: - Ты не святая, просто скажи что ты хочешь. - Прямо сейчас мне хватило бы твоего отсутствия в обозримом пространстве. - Думаешь это смешно? - спросил он, в голосе слышалась подступающая ярость. Он сделал еще один шаг ко мне, так близко, что носки его туфель уперлись в мои. - У всех есть цена. Какова же твоя? Напряжение нарастало, они смотрели друг на друга будто бы целую вечность. Гермиона старалась не смущаться от такого пристального внимания. Малфой изучал внимательным взглядом её лицо будто пытаясь угадать намерения. Затем он исследовал мой рот, подбородок и шею. Его взгляд опускался все ниже и ниже. Когда он снова поднял глаза, на лице его отразилось понимание. Он немного отступил., усмехаясь. Вдруг он начал стягивать с плеч пиджак. - К чему это? - спросила ничего не понимающая Грейнджер. - Маленькое приключение с самым горячим парнем в школе, - самодовольно изрёк Малфой, отбрасывая пиджак в сторону. При этом он продолжал смотреть ей прямо в глаза. – Не имею ни малейшего представления, о чем ты говоришь. – Где ты хочешь? Думаю, найдется заброшенный класс, – он испытующе посмотрел на гриффиндорку: – Ты как, очень шумная? – Чего?... Он с ухмылкой поднял одну бровь: – Да брось ты. Знаю я этот приемчик «не хочу денег». Он внезапно схватил девушку за руку и повел по коридору. Драко на ходу ослабил галстук свободной рукой. Развязав галстук, он начал расстегивать рубашку, придерживая дверь и взглядом приглашая войти внутрь. Когда Гермиона увидела его грудь и постыдно застыла на выразительных мускулах, в мозгу случилось короткое замыкание. В горле пересохло, как в пустыне. – Не делай вид, будто не понимаешь, что происходит. Гермиона презрительно фыркнула: – У тебя не все дома, если ты думаешь, что заставишь меня молчать своей запредельной привлекательностью. Ты впервые торгуешь собой? Он заморгал, явно удивился ситуации. Затем пожал плечами и фыркнул: - Я не собирался брать с тебя деньги, у тебя итак с ними туго. - Иди к чёрту, Малфой. - Это так ты представляешь грязные разговорчики? - усмехнулся слизеринец. Гермиона набралась смелости и уверенно произнесла ему прямо в лицо: - Если подойдёшь ещё на шаг, я ударю тебя по яйцам самым неприятным заклинанием. Отступив от неё на шаг, Малфой всплеснул руками: - Тогда давай к делу, грязнокровка. - Не смей меня больше никогда так называть! - вскипела она Тут они услышали голоса в конце коридора, и Гермиона посчитала нужным поскорее затолкать невыносимую занозу во всё ещё открытый класс, чтобы их никто не увидел и запечатала дверь Колопортусом - Если ты передумала, не уверен что я теперь в настроении, - глумливо прокомментировал её действия Малфой. Гермиона не оценила сарказм. - Ладно я назову свою цену. Держись от меня подальше. Ближе чем на 2 метра не подходи, нас больше не должны видеть вместе. - Ты не можешь допустить, чтобы тебя видели рядом со мной? – Он расставил ударения, издеваясь над их смыслом. - Я еле отвязалась от Джинни, и ещё не представляю что скажу Гарри и Рону, когда до них дойдут слухи о твоём спектакле на собрании старост. Так что да. - Ладно, договорились. – Вот и чудесно, – сказала Гермиона поворачиваясь к выходу из класса – Я все равно тебе не верю, – донеслось в спину. От его низкого голоса по рукам пробежали мурашки. Гриффиндорка нажала на дверную ручку: – Взаимно.