Вердикт

Час спустя, когда мадам Розен стукнула молотком по подставке перед собой, гул затих. Флер сидела позади Гарри, прижимаясь грудью к его спине и обнимая его руками. Положив подбородок на его голову, она подумала, как ей нравится, насколько он ниже её ростом. Она надеялась, что он не вырастет слишком сильно. Они оба устали — это был очень длинный день, — но оно того стоило. Северус Снейп, очень вероятно, скоро станет для Гарри не более чем чередой плохих воспоминаний, что и должно было случиться уже давно. Человека вроде него вообще не следовало никогда подпускать к детям. Скорее всего, он проведет остаток своей жизни в тюрьме, где ему самое место. Они сидели в первом ряду, откуда прекрасно видели бывшего профессора, который, с каменным лицом, смотрел прямо перед собой. Лишь лёгкая усмешка выдавала его мысли: этот человек был полон озлобленности и обиды. По рассказам, которые слышала Флер, он во многом походил на Рона Уизли: видимо он считал, что имеет право на все чего бы ему не захотелось. Проще говоря, он завидовал беззаботной жизни своих учеников, и в особенности Гарри Поттера. Воспоминания Гарри показали, что этот человек считал его избалованным ребенком еще до того, как впервые встретил его. Он ненавидел как он считал незаслуженную известность "Поттера", которую сам Гарри презирал. Если бы он был порядочным человеком, они могли бы построить дружбу на этой почве и многому научиться друг у друга. Было очень печально, что Снейп не смог этого понять. Репортеры ждали, затаив дыхание, и в этот раз они даже не попытались наброситься на Гарри и Флер, настолько они были сосредоточены на том, чтобы довести до совершенства свои статьи. Это было бы огромной новостью в мире волшебников: целое поколение британских ведьм и волшебников терпело оскорбления и ненависть этого человека, и теперь они собирались восстановить справедливость. Это будет продаваться в большом объеме, в этом можно было не сомневаться. В зале воцарилась полная тишина, когда мадам Розен грациозно поднялась на ноги. - Сейчас суд вынесет приговор, - объявила она. - Северус Снейп, пожалуйста, встаньте. Снейп резко поднялся на ноги, в глазах его мелькнул гнев, что кто-то посмел приказывать ему. Флер была поражена его внешним видом: он был одет в свою обычную мантию, а его волосы были такими же сальными, как всегда. Видимо, он не счел нужным одеться или помыться перед тем, как предстать перед судом, который решит его судьбу. Гарри напрягся и скрестил пальцы в безмолвной молитве, а Флер обняла его чуть крепче. Это значило для него очень много, ведь это была первая частица справедливости в его жизни. Впереди был еще долгий путь, но это был первый шаг на этом пути, и потому он был, пожалуй, самым важным. - Мы ознакомились с доказательствами и выслушали аргументы как стороны защиты так и стороны обвинения, - начал Розен, - и я должна похвалить главного колдуна за его сильную речь. Однако я боюсь, что главный маг упустил два ключевых момента в сегодняшнем деле. Снейп заметно напрягся, его глаза сузились от гнева, а Дамблдор побледнел, услышав слова судьи. О да, ему придется потерять своего шпиона! Хотя Флер задавалась вопросом, на чьей стороне Снейп на самом деле; он не походил на волшебника которому есть дело до побед над Темными Лордами. - Во-первых, хотя доказательства полученные из Омута Памяти могут быть или не быть эмоционально предвзятыми, факты воспоминаний остаются фактами. Представленные доказательства были, откровенно говоря, ужасающими по своим масштабам. Если бы речь шла о небольшой группе студентов, тогда аргумент мог бы иметь смысл, но пострадавшие исчисляются сотнями, и каждое воспоминание соответствовало предыдущему. Нет, я не считаю, что здесь присутствовала предвзятость, или обида нерадивого ученика на строгого преподавателя. - Во-вторых, даже если в воспоминаниях могла бы быть эмоциональная предвзятость, подобное было бы невозможно в показаниях, полученных под воздействием Веритасерума. Мы выслушали двадцать семь студентов, включая самого Гарри Поттера, которые добровольно отдали себя в наше распоряжение, пока мы заставляли их говорить правду. И эта правда согласуется с доказательствами, показанными в Омуте Памяти. - Я согласна с мадам Боунс. Если мы оправдаем данного обвиняемого, это будет серьезной судебной ошибкой и неисполнением нашего долга перед гражданами Магической Британии. В связи с этим, по двумстам сорока шести пунктам обвинения в жестоком обращении с детьми и ста шестнадцати пунктам обвинения в создании угрозы для детей, мы признаем подсудимого виновным по всем пунктам. В зале суда раздались оглушительные аплодисменты, а рука Снейпа резко дернулась, привлекая внимание Флер. Стоявший рядом с ним Дамблдор резко осунулся и словно стал выглядеть намного, намного меньше. Он сгорбился и закрыл глаза в явном горе, хотя было ли это горем из-за того что ему жаль Снейпа или просто из-за его потери полезного человека, она не могла сказать. - ТИШИНА! - крикнула мадам Розен, снова стукнув молотком. Потребовалось мгновение, чтобы в комнате воцарилась тишина, а затем она заговорила снова. - Северус Септимус Снейп, - серьезно произнесла она, - по вменяемым вам обвинениям: вы признаны виновным. Ввиду чудовищности ваших преступлений против детей волшебного мира мы приговариваем вас к ста тридцати семи годам заключения в тюрьме Азкабан, и да хранит вас Мерлин. - Авроры, удалите эту мерзость из зала суда и доставьте его в Азкабан без промедления. Судебное заседание объявляю закрытым. Ее молоток резко стукнул по подставке, и когда авроры двинулись вперед, чтобы забрать Снейпа, большая часть аудитории поднялась на ноги, включая Флер и Гарри. Оба смотрели на происходящее без радости, но с мрачным удовлетворением. Никогда больше ни один студент не подвергнется такому издевательству со стороны Снейпа. Гарри действительно сделал что-то хорошее для мира, добившись этого, и она чрезвычайно гордилась им за это. Но, как они вскоре обнаружили, мадам Розен допустила критическую ошибку. Гарри крепко обнял Флер, а затем подскочил к Себастьяну, сидевшему через несколько кресел от него, чтобы обнять его в ответ, что вызвало у нее широкую улыбку. Однако, на ногах было слишком много людей, а Снейпа еще не вывели из зала суда. Краем глаза она увидела, как к нему приближаются авроры, а затем время для нее резко замедлилось. В его глазах она заметила ненависть и явное желание убить. Он внезапно повернулся на своем месте, почти нечеловечески быстро, и потянулся к носку, откуда достал гладкую черную палочку. Авроры, так уверенно стоявшие на своих местах, были совершенно к этому не готовы: ни один из них не достал свою палочку. И тут Снейп вскочил со своего места, его глаза искали самого ненавистного студента, которого он когда-либо обучал. Гарри Поттера. В ужасе, но слишком далеко, чтобы действовать - а между ними было слишком много невинных людей - Флер могла только наблюдать, как Гарри повернулся в сторону суматохи. Он увидел, как вспыхнула палочка его ненавидимого преподавателя, и его глаза расширились в тревоге. И в следующее мгновение она поняла, что Гарри делает то, что умеет лучше всего. Спасает жизнь. - СЕКТУМСЕМПРА! - прорычал Снейп. Проблема была в том, что он был в такой ярости и так спешил проклясть Гарри, что прицелился неточно. Болезненно-фиолетовое заклинание вылетело из его палочки в сторону молодой женщины, которая, судя по всему, была судебным писцом, и Гарри успел переместиться еще до окончания заклинания, уже определив в кого оно попадет. Она понятия не имела, как он это сделал - он был способен на столько удивительных вещей, - но его догадка оказалась совершенно точной. Заклинание пронеслось по воздуху, приблизилось к женщине, когда Гарри врезался в нее, отбросив ее к стене позади нее со значительной силой. Но как только он достиг цели, заклинание достигло, и впилось в него, когда он разворачивался, пытаясь уклонится. Он закричал от боли и ужаса, и этот звук пробудил в Флер чувство, которого она никогда раньше не испытывала. Полную, всепоглощающую, ничем не сдерживаемую ярость. Она пылала таким ослепительным жаром, что даже мысли сложно было формировать. Она знала жертву, знала преступника, и она больше не позволит этому повториться. Гарри был ее мужем, и ни один жалкий ублюдок вроде Снейпа не отнимет его у нее, тем более без боя. И прежде чем она успела осознать происходящее, ее тело уже трансформировалось. На руках выросли перья, голова вытянулась в опасный птичий облик, зрение обострилось, когда она инстинктивно искала добычу. Огонь полыхал в ее жилах, когда она определила свою цель, и в ее руках уже образовывались смертоносные сферы раскаленного пламени. На ее спине выросли крылья, и она взлетела. Она едва оторвалась от земли, когда выпустила первый залп, но Снейп успел заметить их приближение угрозы, и перекатился в сторону. Огненные шары безвредно разлетелись по полу, погаснув, так как не нашли горючего. Но уже формировались еще два, и эти были смертельно точны. Они вылетели из ее ладоней и попали ему в ноги и грудь, поджигая его мантию. Он издал болезненный вопль, когда жар опалил его кожу, и рухнул на землю, а авроры уже двинулись его усмирять. Флер очень хотелось прикончить его прямо там - и она была более чем способна это сделать, - но ее внимание уже переключилось ее любимого, когда угроза была нейтрализована. Ее глаза искали мужа, отчаянно желая узнать, что происходит. И время вновь обрело свой обычный темп. Всё произошло так быстро, что Гарри все еще находился в воздухе, направляемый силой поразившего его заклинания. Он пролетел футов десять и с грохотом врезался в группу стульев, разбив их в щепки. Он приземлился на поврежденный бок и заскользил по полу, остановившись на относительно открытом месте, оставляя за собой ярко-красную полосу на полу. Флер никогда прежде не превращалась в эту форму - хотя она могла сделать это добровольно, но считала это отвратительным и никогда так не поступала, - но она с удивлением обнаружила, что врожденно понимает свои способности. Пока вокруг нее бушевал хаос, она расправила крылья и снова взлетела, направляясь прямо к своему мужу. Один быстро соображающий молодой волшебник уже осматривал его, когда ее когтистые ноги опустились на землю по обе стороны от головы Гарри. Молодой человек посмотрел на нее, побледнел и отступил назад. Флер проигнорировала его и наклонилась, чтобы осмотреть мужа своими глазами. Он потерял сознание, а по его левому боку шла глубокая рана, заканчивающаяся прямо под подмышкой. Видимо, проклятие поразило и его руку, так как еще одна рана появилась на бицепсе. Обе раны были окрашены в тошнотворно черный цвет и обильно кровоточили. В ярости, ужасе и страхе одновременно, Флер могла думать только об одном, что могло бы оказать немедленную помощь, и она повернула голову к потолку и закричала: - ФОУКС!!! - Но, к ее ужасу, это прозвучало как полный ярости птичий крик, который эхом разнесся по залу суда, мгновенно заставив паникующую толпу замолчать. На мгновение воцарилась тишина, в которой Флер отметила отвращение в глазах многих волшебников и ведьм к тому, во что она превратилась. А потом над головой полыхнула яркая вспышка пламени, и Фоукс облетел зал и спел короткую песню утешения, после чего пикировал на Гарри. Он приземлился с грохотом и наклонил голову, чтобы осмотреть раны, а Флер с трепетом наблюдала за происходящим. Вокруг них - точнее, вокруг нее - не было никого, кроме ее отца,который быстро подошел к ним. Вокруг них ведьмы и волшебники поднимались с пола или пытались избежать столкновений. Авроры тщательно скрутили Снейпа цепями, основательно оглушив его, и теперь тащили его сквозь толпу, одновременно пытаясь избежать безумного желания этой толпы отомстить этому человеку. Флер не обращала на все это внимания и продолжала наблюдать за Фоуксом, который наклонил голову над самой большой раной и пролил на нее несколько слез. И тут Дамблдор решил вмешаться. Ярость постепенно уступила место другим бурлящим эмоциям, но когда она увидела его приближение, ярость снова взяла верх. Этот ублюдок был причиной всего этого! Именно из-за него было необходимо провести суд, именно из-за него Снейпа вообще подпустили к детям! И именно из-за него её муж был эмоционально закрытым, сломленным человеком, тогда как должен был быть энергичным, счастливым юношей! Люди сторонились его, когда он шел к Гарри в ореоле своей ауры, но Флер не собиралась этого допустить. Она ни за что не позволила бы ему приблизиться к Гарри, когда он так уязвим. Не раздумывая ни секунды, она встала на его пути, огненные сферы уже формировались в ее ладонях, и только ее огромная сила воли не позволяла пустить в дело. Она гневно закричала на него и подняла руки, чтобы показать клубящиеся, горящие сферы раскаленного до бела пламени, и Дамблдор замер на месте. В толпе воцарилась тишина, но Флер не обратила на это внимания, а Дамблдор - видимо, достаточно умный, чтобы понять, в какой опасности он находится, - поднял руки в мольбе. Он открыл рот, чтобы заговорить, но прежде чем он успел это сделать, Амелия пронеслась мимо него и - к всеобщему шоку, полностью игнорируя Флер - бросилась к Гарри. Флер не удостоила ее даже взглядом. - Мисс Делакур..., - начал он, но она закричала на него за неуважение, что он не назвал ее по имени, и огненные шары немного увеличились в размерах, энергия шипела в ее ладонях. - Это Леди Поттер, Альбус! - громко крикнула Амелия откуда-то позади нее. - Она считает тебя угрозой и не хочет видеть тебя здесь, поэтому лучше бы тебе сейчас уйти! - Я должен позаботиться о Гарри, Амелия, - сказал он, не отрывая взгляда от Флер. - Его безопасность... Устав от вмешательства старого ублюдка, Флер издала еще один оглушительный вопль и выбросила вперед ладонь, выпустив один из огненных шаров. Дамблдор даже не успел поднять свою палочку, как тот безвредно рассыпался по земле у его ног, а ему на замену уже формировался другой. Старик довольно бодро отпрыгнул назад, четко восприняв сообщение. - Она ближайший к Поттеру человек, Альбус, - прошипела Амелия. - Как она решит, так и будет, и сейчас она ясно выразила свои желания! А теперь уходи! Дамблдор долго смотрел на нее, явно размышляя над тем, как решить вопрос. Флер покачала головой и подняла руки ладонями вверх, направляя в них больше энергии и заставляя огненные шары значительно увеличиться в размерах. Она была не против убить его, если бы до этого дошло, если бы это было необходимо для защиты ее партнера. Осознав это, Дамблдор снова сглотнул. - Очень хорошо, - тихо сказал он, - надеюсь, вы будете держать меня в курсе? - Это будет решать Леди Поттер, - коротко бросила Амелия. - До встречи, Альбус! Изрядно потрёпанный, Дамблдор попятился назад, растворяясь в толпе. Флер долго смотрела ему вслед, желая удостовериться, что он не замышляет ничего недоброго. Люди, следовавшие за ним, отшатывались от её взгляда, но она снова не обращала на них внимания. Удовлетворившись этим, она обернулась, чтобы оценить, нет ли других угроз. За Гарри все еще ухаживал Фоукс, который немного сместился в сторону, но, похоже, даже ему было очень трудно закрыть рану. Амелия и ее отец нашли или наколдовали тряпки и прижимали их к другим кровоточащим участкам, пытаясь поддержать его в стабильном состоянии. В десяти футах от них стояло кольцо людей, но никто из них, похоже, не собирался помогать или вредить. Видя, что все в порядке, она опустила руки, позволяя огню рассеяться, и вернулась назад, чтобы защитно встать над его головой. Однако в этот момент она услышала его болезненный стон и увидела, что его глаза дрогнули, что заставило ее снова отступить. Она не хотела, чтобы он видел ее такой! Паника охватила ее, пока он продолжал возвращаться обратно к сознанию. Сейчас она была отвратительна... И выглядела устрашающе! И в панике она не могла трансформироваться в свой человеческий облик! Что он подумает о ней? Будет ли он по-прежнему любить ее, зная, во что она может перевоплотиться? - Флер? - прошептал его полный боли голос. Ее взгляд вернулся к нему, и она замерла, все ее тело дрожало от страха. Его глаза смотрели на нее, больше не скрытые за очками, которые потерялись в суматохе. Единственным утешением для нее было то, что он не мог ее четко видеть. Однажды утром он поделился с ней, как трудно ему было видеть, когда он только просыпался. Она почувствовала огромное облегчение от того, что в этот момент была для него всего лишь размытым пятном белого и серебристого цвета. - Флер? - снова позвал он. Она сделала еще один шаг назад. - Она трансформировалась, Гарри, - мягко сказала Амелия. - Я не думаю, что она хочет, чтобы ты видел ее такой. Его зеленые глаза на мгновение остановились на Амелии, а затем вернулись к Флер. - Ну же, Флер, - хрипло прошептал он. Она заколебалась, желая сделать то, о чем он просил, но боясь этого. И тогда он прошептал: - Пожалуйста. Ее сердце разорвалось от того, что должно было произойти. Даже несмотря на все испытания, выпавшие на их долю, последний месяц с ним был счастьем, а теперь все закончится. Но она не могла отказать ему; он был ранен, он нуждался в ней, и она не могла ему отказать. Она неуверенно приблизилась, с болью осознавая, что множество глаз устремлены на неё. Медленно опустившись на колени, чтобы он мог её видеть, она почувствовала, как в душе поднимается волна эмоций. Если бы она могла плакать в этой форме, то, без сомнения, разрыдалась бы прямо здесь. Всё её тело содрогалось от множества чувств, но сейчас главным из них было горе. Гарри некоторое время молча наблюдал за ней; он все еще был в шоке, и она могла сказать, что он думает очень медленно, по сравнению с нормой. Затем он дрожащей рукой дотронулся до ее лица, но она инстинктивно отстранилась. Впервые она поняла, что он чувствует, когда к нему прикасаются, хотя бы отчасти... - Все в порядке, - слабо прошептал он. - Ну же. С испугом в голосе она прижалась к нему, страстно желая вернуть себе прежний облик. Он нежно коснулся перьев на её лице, а затем провёл пальцами по клюву, который, как она с удивлением обнаружила, не вызвал у него никакого дискомфорта. К её полному изумлению, на его лице появилась лёгкая улыбка, когда он запустил пальцы в перья над её ухом, словно повторяя то, что он уже делал с её волосами во время их романтических встреч. - Ты прекрасна, - слабо прошептал он. - Такая мягкая... В этот момент его глаза закрылись, рука безвольно опустилась, а голова склонилась набок. Потрясенная до глубины души его словами, Флер снова опустилась на колени. Затем, осознав, что только что произошло, она подняла голову и резко окликнула Амелию. Та наблюдала за происходящим с удивительной мягкостью на лице. - Он в порядке, Флер, - успокаивала она. - Он потерял много крови, но если Фоукс сможет закончить, то через день или два он будет в порядке. Флер внимательно изучила выражение ее лица и не обнаружила на нем лжи. Почувствовав небольшое облегчение и водоворот эмоций от его последних слов, она кивнула и обернулась к нему, ощущая отчаянную потребность быть рядом с ним, прикоснуться к нему. Не раздумывая, она подалась вперед и осторожно подняла его голову к себе на колени, стараясь не поцарапать его когтями. Она была напугана и растеряна, и не знала, что делать дальше. Наконец, отец посмотрел на нее с глубоким состраданием в глазах. Он знал, что она чувствует по этому поводу - они говорили об этом, когда она была ребенком, когда ее дразнили в первые годы учебы в Шармбатоне, - и он понял ее. - Ты уже можешь трансформироваться? - мягко спросил он ее. Флер закрыла глаза и попыталась сосредоточиться, но потом в разочаровании покачала головой. Ее эмоции были слишком хаотичны, и она просто не могла достичь необходимого состояния, чтобы принять свою привычную форму. Гнев, который продолжал пылать в ней, тоже ничуть в этом не помогал. Он кивнул, а затем посмотрел на Фоукса, который только что поднял голову над раной на руке Гарри. Флер вздрогнула, увидев темную, покрытую сеткой трещин кожу там, где рана закрылась. Она не возражала против его шрамов, но ей было неприятно, что ему пришлось получить еще один. За свою короткую жизнь он пережил слишком многое. Почему судьба была так жестока к нему? - Нам нужно отвезти его в больницу Святого Мунго, - вздохнула Амелия. - Ему, по крайней мере, нужно восполнить запасы крови, и его нужно обследовать. Это было серьезное Темное проклятие, и я никогда не видела его раньше, так что кто знает, что еще оно натворило. Себастьян обратил все свое внимание на феникса. - Ты перенесешь нас, Фоукс? - попросил он, протягивая руку, чтобы нежно погладить прекрасную голову существа. Флер почувствовала укол зависти от того, что Гарри не проснулся, чтобы сделать также для нее. Фоукс издал усталую трель и перебрался на грудь Гарри, после чего расправил хвостовые перья и приглашающе потряс ими. Себастьян и Амелия тут же схватились за руки, но Флер не знала, что делать. У нее не было ничего, чем она могла бы надежно ухватиться за его хвост, и она не хотела травмировать прекрасного феникса, который только что во второй раз спас жизнь ее мужа. Фоукс вопросительно чирикнул на нее, она подняла когти и пожала плечами. Он некоторое время изучал ее сбоку, а потом наконец поднял один из своих когтей и наставил его на нее, и сначала она подумала, что он насмехается над ней. Но потом она поняла, чего он хочет, и осторожно потянулась вперед, чтобы он мог схватить ее. Его хватка оказалась на удивление мягкой. В ослепительной вспышке пламени они исчезли, оставив зрителей в зале суда в полной тишине.