Глава 4

— У нас проблемы. Фелиса небрежно бросила письмо Гаспара на рабочий стол Снейпа и выжидающе уставилась на него. Урок закончился всего несколько минут назад, но она решила задержаться в кабинете, чтобы поговорить со Снейпом о том, что не давало ей покоя на протяжении всей лекции, и он, судя по угрюмому выражению лица, был не рад остаться с ней наедине. — Что это? — закономерно спросил он, даже не притронувшись к конверту, и, несмотря на внешнюю сдержанность, его мысли были лишены спокойствия. — Явно не поэма собственного сочинения, — съязвила Фелиса, нетерпеливо цокнув, и Снейп с неохотой вынул письмо из конверта, несколько раз пробежавшись взглядом по единственному написанному предложению. — Повторюсь: что это? — Его взгляд исподлобья пробежался по Фелисе и вновь опустился на пергамент, а она тяжело вздохнула, призывая себя к спокойствию. — Это письмо от Гаспара, в котором он просит меня приглядывать за тобой, — пояснила она, словно это не было великой очевидностью. — Признавайся: что ты натворил, раз я должна следить за тобой? Тёмный лорд по-прежнему не доверяет тебе? Снейп недовольно поджал губы и сложил письмо обратно в конверт, а Фелиса прищурила глаза, прислушиваясь к его мыслям, что звучали весьма раздражённо, но не несли важной информации. Он будто намеренно перескакивал с одной темы на другую, обрывая мысли на середине, из-за чего получалась полная неразбериха. — Снейп! — требовательно прошипела Фелиса и подалась корпусом вперёд, поставив ладони на стол. — Профессор Снейп, — язвительно ответил он, стрельнув насмешливым взглядом, и Фелиса даже рот раскрыла от такой наглости. — Чёрта с два я буду «выкать» и звать тебя «профессор»! — возмутилась она, скрестив руки на груди. — И речь идёт не об этом, хотя о твоей смене рода деятельности у меня тоже имеются вопросы! — Что ты хочешь сейчас услышать от меня? — спокойным тоном произнёс он, откинувшись на спинку стула. — Что ты не подставил меня, сотворив какую-нибудь глупость! — прошипела Фелиса, угрожающе прищурив глаза. — Из-за тебя я ввязалась в это дело! Ты попросил солгать, и я… — Давай будем откровенны? — перебил её Снейп, в ответ прищурив глаза, и Фелиса хмуро отошла на шаг назад, заметив в его поведении нечто опасное. — Ты сама приняла решение, а теперь пытаешься обвинить меня в этом. Да, я попросил солгать, но что тебе мешало пойти и поступить иначе? Ты должна была осознавать, что солжёшь не о мелкой краже в магазине, а это значит, что должна была полностью принять последствия своего выбора. — Хорошо. — Фелиса даже не моргнула, когда натянула на лицо недобрую улыбку и сделала три шага назад. — Ты прав. Я совершила ошибку, когда солгала, а теперь настало время исправить её. Она развернулась и быстрым шагом пошла к двери, но Снейп был ещё быстрее. Фелиса успела лишь потянуть на себя дверную ручку, как почувствовала спиной тепло чужого тела, и над её правым плечом мелькнула ладонь Снейпа, захлопнувшая дверь. Она замерла всего на несколько секунд, ощущая левой лопаткой учащённое сердцебиение её собеседника, ритм которого был так похож на биение собственного сердца, и стоило его дыханию коснуться кожи её уха, как перед глазами вновь замелькали болезненные воспоминания. Как Гаспар сначала поцеловал мочку её уха, крепко сжимая ладони на плечах, а затем грубо толкнул на стол и… Фелиса плотно зажмурилась на короткое мгновение, развернулась и со всей силы залепила Снейпу пощёчину. Это на несколько секунд дезориентировало его, а она поспешила выставить перед собой волшебную палочку и отойти в сторону, чтобы оказаться на безопасном расстоянии. — Никогда, — прошипела Фелиса, сверкая гневным взглядом, в котором также читался страх, — никогда не смей подкрадываться ко мне со спины, ты меня понял? Она тяжело дышала от обуревавших её эмоций и до жути боялась, что Снейп взбесится и накинется на неё, как это сделал Гаспар, но тот лишь отступил на шаг назад, прижимая ладонь к покрасневшей щеке, нахмурился и ответил: — Ты действительно хотела уйти и рассказать ему правду? Если да, то ты и вправду глупая. Фелиса несколько раз моргнула, не веря в то, что он действительно был возмущён поводом её несостоявшегося побега, а не тем, что последовало за ним. Её ладонь пылала так, словно по ней прошлись кипятком, и она могла лишь предположить, что Снейпу досталось гораздо сильнее. Фелиса пожалела об импульсивном поступке сразу, как раздался звонкий шлепок, ведь она боялась получить ответный удар, будь то физический либо же словесный, но Снейп вёл себя так, будто это… Норма? — Да что с тобой не так? — воскликнула Фелиса, и её рука с волшебной палочкой обмякла, поддавшись тугому отчаянию, что разлилось внутри. — Сначала ты просишь меня солгать. Потом говоришь, что непричастен к моему выбору. Останавливаешь меня, когда я намекаю, что могу рассказать им правду! — Не переиначивай мои слова, Розье, — отчеканил Снейп, неприязненно поморщившись. — Я лишь сказал, что не несу ответственность за твой выбор. Это не значит, что он мне не нравится. — А что, в таком случае, сейчас было? — не унималась она. — Зачем ты пошёл за мной и… и… — И? — уточнил Снейп, вопросительно выгнув бровь дугой. — Что «и»? Фелиса поморщилась, догадавшись, что Снейп и в самом деле не понял, за что получил пощёчину, ведь в его мыслях не было ни намёка на это. Он искренне недоумевал и задавался вопросом, что пошло не так, и с его позиции Фелиса выглядела истеричкой, которая сама не знала, чего хотела. Что ж, может, это было не так далеко от правды, но… — Ты мог закрыть дверь заклинанием, — как-то обессилено сказала она, придвинув к себе ближайший стул и присев на него. — Я мог промахнуться и попасть заклинанием в тебя, — ответил Снейп таким тоном, будто это было совершенно очевидно. — Допустим, — согласилась Фелиса, закатив глаза. — Но ты мог закрыть дверь иначе! Мог окликнуть меня, на худой конец! — Что это поменяло бы? — нетерпеливо спросил он, начиная раздражаться из-за расспросов Фелисы. Она же раздражалась из-за того, что Снейп наотрез отказывался замечать очевидное. — Я думала, что ты хочешь переубедить меня силой! — со стыдом прошипела Фелиса, опустив взгляд, и поэтому она не видела, как лицо Снейпа вытянулось от осознания своей ошибки, а взгляд на несколько мгновений стал растерянным. Теперь ей определённо хотелось сбежать, лишь бы не чувствовать неловкость, повисшую в воздухе, и не слышать его мысли, которые в этот раз попадали чётко в цель. Снейп думал о той ночи, когда Фелиса заявилась в дом на площади Гриммо, и задавался множеством вопросов о том, что именно предшествовало этому. Да, он сразу догадался, что дело было в насилии, но теперь Снейпа интересовали детали, которые оставили на Фелисе невидимые следы. — Это то, что он с тобой сделал? — спросил Снейп, не сдержав интереса. — Он… со спины? Поэтому ты так остро отреагировала? — Так отреагировал бы любой нормальный человек, который с уважением относится к своим личным границам. — Фелиса подняла на него хмурый взгляд, который говорил лучше любых слов. — Если хочешь остановить кого-то, достаточно будет окликнуть его. Не нужно вести себя как дикарь! — У меня и мысли не было о том, чтобы добиться своего силой. Разве ты не знала, о чём я думал в тот момент? Последние слова Снейпа показывали, насколько он был уязвлён тем, что Фелиса могла слышать его мысли, и даже сейчас он думал о том, что с огромной радостью находился бы от неё как можно дальше, лишь бы держать свой разум под замком. — Те, кто знают о моей способности, намеренно скрывают злые умыслы, чтобы сбить меня с толку, — лишь ответила Фелиса, думая об отчиме, который с лёгкостью пользовался этой лазейкой. Наверняка Гаспар был рад, что той ночью ему не нужно было отвлекаться на посторонние вещи и что он мог сполна насладиться своим омерзительным поступком. — И не думай, что я счастлива копаться в твоих никчёмных мыслях. Если бы не общее дело, то я бы не подошла к тебе, поэтому давай закончим поскорее и разойдёмся. Я не стану следить за тобой, а ты будешь паинькой, чтобы не подставлять нас обоих. Снейп прищурил глаза, будто не веря в то, что на этом действительно всё закончится, но согласно кивнул. — Ты хотела знать, что я натворил, раз тебя попросили следить за мной, — напомнил он, словно это и вправду требовалось. — Я должен был приступить к работе в Хогвартсе с сентября, но Дамблдор настоял на изменении и вызвал раньше срока. Вероятно, это насторожило Тёмного лорда, либо его доверие в целом недосягаемо. — Если бы ты сразу ответил на мой вопрос, то я ушла бы гораздо раньше, — с раздражением ответила Фелиса, после чего встала со стула и направилась к двери, стараясь держаться на безопасном расстоянии от Снейпа. — Вспомни об этом во время следующего нашего разговора, чтобы не тратить зря моё время. Фелиса открыла дверь, собираясь выйти и оставить за собой последнее слово, но замерла в проёме, услышав вопрос Снейпа: — Разве ты не должна учиться сейчас на седьмом курсе? Твоя мать сказала, что тебе скоро восемнадцать, поэтому я ожидал… Она повернула голову вполоборота, выдавила ухмылку и язвительно перебила его: — Я родилась девятого сентября шестьдесят третьего года. Посчитай сам, на каком курсе я должна учиться, а затем подумай, насколько мне плевать на твои ожидания. Пока, Снейп. Разговоры о новом профессоре зельеварения преследовали Фелису всюду, куда бы она ни пошла, и она надеялась хотя бы на то, что Натали будет выше всеобщего помешательства, но на вечерней пробежке подруга решила высказать своё мнение о Снейпе. Ей сразу стало очевидно, что разговора не избежать, так как мысли Натали выдавали её с головой, и Фелиса не могла понять, почему её так задевает, что кто-то считает нового профессора интересным? — Брось, ты хоть раз видела в Хогвартсе такого молодого преподавателя? — спросила Натали, и Фелиса начала активнее двигать ногами, чтобы вырваться вперёд, несмотря на то, что ей хотелось рухнуть на землю от усталости. — Не лучший аргумент в пользу его профессиональной пригодности, — возразила Фелиса, прокручивая в голове их последний разговор. — А мне он показался очень умным. Да и в зельях он хорош. — С чего ты это взяла? — не унималась Фелиса, пусть она и знала из мыслей Снейпа, что он действительно хорошо разбирался в зельях. — Он в Хогвартсе всего один день в качестве преподавателя, а все уже лужицей растеклись под ним! Раз Снейп такой классный, то почему никто не думал о нём, когда он учился здесь? Прошло всего три года! Фелиса поняла, что больше не может бежать, поэтому остановилась и согнулась пополам, пытаясь унять покалывание в боку. Натали замерла в точно такой же позе, тяжело дыша и смахивая пот со лба, а по её мыслям можно было понять, что вечерние пробежки интересовали её не больше, чем мандрагоры в теплицах профессора Спраут. — Ты так говоришь, потому что у него на уме нечто скверное? — догадалась Натали, подняв на подругу выжидающий взгляд, а Фелиса подумала о том, что мотивы его были вполне чисты, в отличие от всего прочего. Хотелось сказать, что их новый преподаватель скрывает метку на левом предплечье и что его прошлое наверняка наполнено ужасными поступками, но в этот момент она осознала, что не это пугало её в Снейпе. Фелиса боялась того, что именно Снейп узнал её грязный секрет. — Думаешь, мне хочется копаться в его мыслях? — ответила она вопросом на вопрос, и была в её словах своя истина. — Ладно, думай, как считаешь нужным. Если тебя привлекают патлатые социофобы, то дерзай. Только учти, что его будет раздражать назойливость, он не обратит внимания на твою внешность, как бы ты ни прихорашивалась, а если обратит, то исключительно в негативном ключе. Ещё он грубый, неблагодарный, а его эго… — А ты говоришь, что не хочется копаться в его мыслях, — присвистнула Натали и, увидев замешательство во взгляде подруги, от души рассмеялась. — Я вовсе не собираюсь привлекать его внимание, можешь не переживать обо мне. Раз ты так говоришь, то он точно этого не стоит. Фелиса хмыкнула в ответ и улыбнулась, искренне считая, что спасла подругу от ненужных душевных мук. Стоило сразу открыть Натали глаза, чтобы она не страдала в будущем, когда её заинтересованность перерастёт в одержимость, и рассуждения об этом навели на другую мысль. — Не хочешь познакомиться с моим другом в эту субботу? — спросила Фелиса, убив одним выстрелом двух зайцев, ведь теперь на теме Снейпа можно было поставить точку, а также проблема с Регулусом решилась бы сама собой. А проблема была, и игнорировать её становилось всё тяжелее. Фелиса встречалась с Регулусом каждую субботу в Хогсмиде, и это уже стало их маленькой традицией — снимать комнату и делать то, что теперь у неё вызывало панику. Были недели, когда она жила ради таких суббот, чтобы наконец-то увидеть Регулуса, запереться с ним в четырёх стенах, спрятавшись от всего мира. Фелиса питала себя иллюзиями о любви, несмотря на его предупреждения, наслаждалась каждым касанием и поцелуем, желая растянуть встречу на весь вечер, если уж не получается на всю жизнь. Теперь же это казалось чем-то неправильным, ведь Гаспар напрочь отбил интерес к сексу, когда показал другую его грань — насильственную и болезненную. Фелису трясло от одной мысли, что ей придётся раздеться, что она будет чувствовать кожей касания чужих рук. Она задыхалась, когда представляла чужие губы на своих губах, шее, груди… «Это пройдёт, мне просто нужно чуть больше времени», — думала Фелиса, прижавшись спиной к стене и наблюдая за работой эльфов, которые трудились на кухне даже после отбоя пятничным вечером. В её руках была тарелка с мясным пирогом, что помогал ей справиться с тревожными мыслями о возможной близости с человеком противоположного пола, но эффект плацебо длился считанные мгновения, в отличие от последующего чувства вины. Фелисе казалось, что она уже давно не чувствовала столько вины, как за последнюю неделю. Потребность «заесть» проблему была столь же велика, как желание её «запить», но Фелиса могла позволить себе только первый вариант, так как ей было страшно терять контроль над ситуацией, несмотря на противоречивое стремление сделать это. Хотелось раствориться в экстазе алкогольного опьянения, чтобы ей хоть ненадолго полегчало, но это было чревато последствиями. — Регулус — Натали. Натали — Регулус, — с улыбкой объявила Фелиса, стоило им встретиться в Хогсмиде, и если её подруга была подготовлена к предстоящему знакомству, то Блэк был в полном смятении. Нет, он даже не растерял свои манеры, обаятельно улыбнувшись Натали и пожав её ладонь, но взгляд, которым он наградил Фелису, говорил иное. — Что происходит? — шёпотом поинтересовался он, стоило Натали отвлечься на разговор с однокурсницей Джилл, которую они встретили в пабе «Три метлы». — У Нат проблемы с парнем, который ей нравится, и я решила отвлечь её прогулкой и знакомством с тобой, — пояснила Фелиса, и отчасти её слова были правдивы. Снейп за первую учебную неделю сумел показать студентам, что не намерен терпеть «вульгарное поведение на своих уроках», что было точным повторением его же слов, а понятие вульгарности у него распространялось даже на томные взгляды старшекурсниц. Солнечная и добрая Натали начала сквернословить и плеваться, стоило ей лично убедиться, что Снейп был тем ещё отморозком, поэтому — да. У Натали действительно были проблемы с парнем, который ей нравился. — Что-то она не выглядит понурой, — подметил Регулус, наблюдая за тем, как Натали широко улыбнулась Джилл, когда та сказала нечто забавное. — Она просто храбрится, — сообщила Фелиса доверительным шёпотом. — Но будет лучше, если мы не станем поднимать больную тему и постараемся сохранить её хорошее настроение. Нат классная — вот увидишь! — Ну, раз ты так говоришь… Регулус и в самом деле лез из кожи вон, чтобы встреча прошла на весёлой ноте, и даже Фелиса сумела немного расслабиться, потягивая из бутылки сливочное пиво. Оно хоть и содержало небольшой процент алкоголя, рисковать своей безопасностью она не собиралась, поэтому пила маленькими глоточками и отшучивалась от предложения Регулуса перейти на что-нибудь покрепче. — Мне кажется или я только что видел Северуса? — Регулус вытянул шею, чтобы выглянуть в окно и убедиться, что зрение его не подвело, а Фелиса напряжённо замерла с бутылкой у рта, когда Снейп через пять секунд вошёл в «Три метлы». — Ты говоришь о Северусе Снейпе? — уточнила Натали, нахмурившись. — Вы знакомы? — Мой старый приятель, — уклончиво объяснил Регулус, решив не вдаваться в подробности их взаимоотношений. — Ты тоже знакома с ним? — Он преподаёт зелья в Хогвартсе, — сказала ему Натали, и благо она сидела спиной к дверному проёму и барной стойке, за которую как раз таки сел Снейп. — Надо же! Мы последний раз виделись с ним через сутки, как ты тогда пришла к нам, и он ни словом не обмолвился, что собирается менять работу, — задумчиво сказал Регулус, а Фелиса напряглась, поймав удивленный взгляд Натали. — О, вот и Северус. Если вы не против, я отойду и поздороваюсь с ним. Заодно узнаю, как его занесло в Хогвартс. Девушки вновь переглянулись и проследили за тем, как Регулус встал со своего места и направился к Снейпу. Стоило ему уйти на приличное расстояние, как Натали повернулась к Фелисе и прошипела: — Ты не говорила, что вы были знакомы до этой недели! Фелиса издала обречённый вздох, предчувствуя нелёгкий разговор с подругой, и вновь отпила из бутылки, чтобы хоть немного оттянуть момент ответа. — Не говорила, — согласилась она. — Но это не меняет того факта, что Снейп тот ещё… — Ещё как меняет! — возразила Натали, округлив глаза. — Мы все знаем его только с профессиональной стороны, а ты же… — Нат, он и в жизни такой. К тому же мы виделись всего несколько раз и толком не общались… — Но всё же общались! — подловила её Натали, коротко обернувшись на Снейпа и Регулуса, которые в этот момент пожимали друг другу руки. — Это же… Натали принялась щебетать о том, что Снейп наверняка был другим в обществе знакомых, и, не дождавшись ответной реакции, стала строить собственные предположения относительно внеурочной жизни профессора зельеварения. Фелиса же перевела взгляд за её плечо, пройдясь им сначала по спине Регулуса, а затем и по лицу Снейпа, который в этот момент посмотрел на неё в ответ. Его брови были хмуро сведены к переносице, из-за чего взгляд казался тяжелее обычного, но в остальном же всё было привычным. Кроме, пожалуй, одного маленького нюанса. Под нюансом Фелиса подразумевала долгий зрительный контакт, который они не нарушали не меньше двадцати секунд, что было удивительно, учитывая их взаимодействие после последнего разговора в его кабинете. Они по счастливой случайности не виделись в коридорах, и все их встречи происходили либо в Большом зале, либо на уроках зельеварения. В обоих случаях Фелиса находилась как можно дальше от Снейпа, чтобы даже вскользь не слышать его мысли, а её взгляд проходился по нему как-то смазанно и слишком бегло, будто боясь наткнуться на ответный взгляд. Они не здоровались, и всё их взаимодействие ограничивалось передачей домашних работ, которые Фелиса сдавала через однокурсницу. Пергаменты порой пестрили красными чернилами, которыми он выводил буквы, но эти самые буквы складывались в слова, относящиеся лишь к теме домашнего задания. Фелиса с горькой усмешкой узнала почерк, который был один в один как на наклейке противозачаточного зелья, и сама мысль о том, что Снейп не только знал, с какой целью она приняла зелье, но ещё и приложил руку к его созданию… Что ж. Стоило сказать Снейпу спасибо за то, что он качественно изготавливал зелья, раз они ни разу не подвели Фелису за минувшие с Рождества четыре месяца. Эта мысль вызвала ухмылку на её лице, что Снейп мог расценить за улыбку, и, наверное, это стало причиной, по которой он отвёл взгляд спустя долгих тридцать секунд. Фелиса тоже в свою очередь решила перестать пялиться, и стоило ей взглянуть на Натали, как тут же захотелось спрятаться от проницательного взгляда подруги. «Как давно она перестала говорить?» — подумала Фелиса, прислушиваясь к мыслям Натали, и то, что она узнала, ей совершенно не понравилось. — Нет! — Её пробило на смех от абсурдности предположения Натали, ведь подруга заметила их обмен взглядами и сделала самый невероятный вывод. — Не говори, что ты… — А что? — резонно возразила Натали, многозначительно округлив глаза. — Вы уже знакомы некоторое время, и ты уж больно подозрительно убеждала меня не интересоваться им… Ещё ваши «гляделки» сейчас… — В том и дело, что я убеждала тебя не интересоваться им, потому что знаю его чуть лучше и… Нат, это глупо! — Фелиса поморщилась, представив, что её может заинтересовать кто-то вроде Снейпа, а затем вновь рассмеялась. — Почему тогда он смотрел на тебя, а ты на него? — не унималась она. — Что вас связывает? — Взаимная и крепкая неприязнь, а не то, что ты подумала, — заверила Фелиса, залпом допив остатки сливочного пива. — Может, вернёмся в замок? Я уже устала от шума. — А как же Регулус? — Натали несколько раз моргнула и обернулась к нему. — Его с собой брать не будем, — хмыкнула она, поднявшись на ноги. — Не переживай, он не заскучает без нас. «Может, ему посчастливится найти кого-нибудь на одну ночь, чтобы компенсировать несостоявшуюся встречу со мной в комнате над пабом», — с разочарованием подумала Фелиса, двинувшись в сторону выхода, и чем ближе она подходила, тем беспокойнее становилось из-за настороженного взгляда Снейпа. Регулус в этот раз обратил внимание на то, чем так заинтересован его собеседник, и с некоторым удивлением посмотрел на подошедших к ним девушек. — Добрый вечер, профессор Снейп, — смущаясь, сказала Натали, и он наградил её лишь жалким кивком, старясь смотреть куда угодно, но не на своих студенток. — Нам пора возвращаться в замок, — отчеканила Фелиса, обращаясь к Регулусу. — Извини, что так вышло… — Пустяки, — отмахнулся он, обаятельно улыбнувшись, и потянулся вперёд, чтобы обнять Фелису. Она же непроизвольно отступила на шаг назад, отдавив каблуком ногу Натали, как-то испуганно ойкнула и вновь ощутила, что ей становится нечем дышать в душном пабе, хотя всё было в порядке всего минуту назад. Её взгляд метнулся к Снейпу, который задумчиво поджал губы и как-то непривычно громко подумал о том, что им стоит поговорить. «Зайди сегодня ко мне в кабинет после отбоя», — прозвучал голос его мыслей, и Фелиса почувствовала, что вот-вот задохнётся, если не выйдет на улицу. Она выдавила из себя жалкое подобие прощания, развернулась, взметнув волосами, и быстрым шагом покинула паб. Её шаги были резкими и быстрыми, словно за ней велась погоня, и отчасти это было правдой, ведь Натали едва поспевала за подругой. Ноги словно на автомате вели её в ту сторону, где гордо возвышались пики башен замка, и грозовые тяжёлые тучи над ними не вызывали хорошего предчувствия. — Фелиса! — звала её Натали, перейдя на бег, так как разница в росте не позволяла ей идти в том же темпе, чтобы догнать подругу. — Да погоди же ты! Что это было? — Мне нехорошо, — ответила она, чувствуя, как мелко дрожат её ладони. — Там так душно… Я не могла дышать… — Ты ведёшь себя очень странно! И речь идёт не только о том, что было сегодня… Ты всю неделю такая. С того самого момента, как вернулась от родителей! — Очевидно, что на это есть причина, которой я не хочу и не могу поделиться, — иронично заметила Фелиса, не сбавляя шага. — Мне просто нужно время, и я стану прежней. Всё наладится, вот увидишь! Последние слова были произнесены отрывистым тоном и были обращены скорее к себе, нежели к Натали, но самовнушение либо не желало облегчить её состояние, близкое к панике, либо нужна была речь поубедительнее. — Я переживаю о тебе! Может, я могу чем-то помочь? Фелиса замедлила шаг и обернулась, заметив, как лицо Натали ненадолго озарило облегчение, однако слова, что сорвались с языка, вновь заставили её помрачнеть: — Ты согласна пойти на убийство ради меня? Натали замерла посреди безлюдной дороги, ведущей в Хогвартс, а её серо-голубые глаза округлились в ужасе. — У-убийство? — заикнувшись, уточнила она. — Фелиса, я не понимаю… «Вот и я не понимаю», — хотелось ответить ей, но лимит слов будто подошёл к концу, оставив Фелису с горьким привкусом разочарования на кончике языка. Оставалось лишь вновь ускорить шаг, чтобы быстрее дойти до замка и отправиться в место, где не будет гула чужих мыслей и голосов. Такое место было под открытым небом, которое сегодня визуально было гораздо ниже из-за плотных грозовых туч, и Фелиса обняла себя за плечи, замерев на краю пирса Чёрного озера. Издалека ветром принесло чей-то смех, искажённый расстоянием, и это лишь острее подчеркнуло её подавленное состояние, навеянное… Чем? Осознанием, что ей придётся каждую неделю выдумывать причину, чтобы избежать близкого контакта с Регулусом? Или осознанием того, что правда о ней была настолько безобразна, что было стыдно и страшно рассказывать Натали о случившемся? Может, дело было в том, что Фелиса начинала задыхаться от ужаса, когда чувствовала малейшее прикосновение чужих рук? Или её добила мысль о том, что Снейп хотел поговорить с ней наедине в своём кабинете после отбоя, что опять же наталкивало на болезненные воспоминания? Её мантия развевалась под порывами сильного ветра, а с неба упали первые капли дождя, грозящие перерасти в мощный ливень. Фелиса поёжилась от холода и направилась в замок, понимая, что простояла на пирсе чуть больше часа, пока приводила себя в порядок. Сейчас её походка была уверенней, а мысли — легче, несмотря на убеждение, что сковывающая тяжесть так и будет преследовать её. Фелиса шла и мысленно проговаривала варианты того, что ей предстоит сделать, чтобы помочь себе, но самым важным было признать очевидное. Сломленная часть неё до сих пор пряталась за оболочкой решительности, поэтому она набрала в грудь побольше воздуха, чтобы положить начало чему-то светлому и безопасному, и вслух обратилась одновременно к сильной и слабой частям себя: — У нас проблемы.