Глава 2. Союз чернобородых (часть 3)

      — Миура Мичио, — предположила Сара. — Только он.       — Сын Миуры Фую, — Хэйдзо скрестил руки. — Совершенно нелепо выглядит то, что взрослый мужчина взял себе в напарники абсолютно постороннего человека, да ещё и ребёнка. Логично представить, что Асаи действовал под руководством своего сверстника, и тогда точно виноват Мичио.       — Увы, у нас нет достаточных доказательств тому, что виноват сын Миуры, — встряла комиссар. — На пистолете не нашли чужих следов, кроме отпечатков самого Миуры Фую. Хотя я, честно сказать, думаю в том же ключе, что и вы, Сиканоин.       — Однако я не думаю, что Мичио участвовал в преступлении.       — Какие тому основания?!       — Такие! — Хэйдзо тряхнул перед носом Сары помятой бумажкой. — Скан-копия нотариального ведомства, найденная мной в кабинете директора театра «Ярай-Но». Читайте! Этот документ гласит о передаче театра Миуре Фую после смерти Хьюги Тоору. Такие вещи с бодуна не решаются, тем более что Миура сидел в тюрьме строгого режима. Определённо Хьюга доверял этому человеку. Значит и сыну нет причины вредить собственному отцу! Это убийство ставит под удар попало их будущее.       — Не знаю, Сиканоин… Всё становится слишком запутанным. Сначала надо отрапортовать о сделанном и обговорить имеющиеся улики. Сейчас поезжайте домой. Вам завтра позвонят.       Раздражённо бросив что-то про «тупых комиссаров», Хэйдзо развернулся и потопал прочь. Перед выходом он попросил Куки подождать минут десять, и оставил её одну, а когда вернулся, то держал в руках папку.       — Завтра у вас работа, Куки-сан, поэтому я кое к кому наведаюсь один для прояснения обстоятельств.       Вместе с Синобу он вернулся в свою квартиру, но не пошёл к себе, а остался в гостиной пить чай и думать. Доктор Куки же после напряжённого рабочего дня была в таком разбитом состоянии, что уже не хотела есть — только спать. Сон был беспокойным и тревожным. В ночных видениях к девушке вновь приходили кадры с двумя мёртвыми мальчиками. «Нельзя позволить никому больше умереть…» — бормотала Синобу, ворочаясь с боку на бок.       По пробуждении, только Синобу покинула свои хоромы, то увидела Сиканоина, что, успев сделать утреннюю зарядку и пробежку, с газетой сидел за столом, со стороны которого исходил аппетитный запах.       — Утречко, доктор! Сегодня у нас английский завтрак: овсянка и яичница с беконом, — парень свернул прессу и отложил вбок. — Мойте руки, угощайтесь.       Разобравшись с гигиеническими процедурами, Синобу присоединилась к соседу, который дождался её, и они приступили к еде.       — Вы сами сделали? — спросила она, как доела кашу и взяла нож, дабы отрезать от бекона крошечный ломтик. — Очень вкусно.       — Я учился в частной школе «Oundle School» (Школа города Андл) в графстве Нортгемптоншир, Англия, в течение трёх месяцев по особой программе. Мне было пятнадцать лет, и тогда британская глубинка произвела на меня большое впечатление. Там я и познал английскую кухню.       — А чем вы там занимались?       — Хм… Пил, курил, расследовал ограбление местного паба.       Синобу подавила горький стон, и остаток завтрака прошёл в тишине. Когда Куки убрала всю посуду и вернулась в гостиную, сосед как раз расхаживал у лабораторного стола.       — У вас есть новые мысли по вчерашнему делу, Сиканоин?       — Есть, есть… Да, — тихо сказал парень. — Мне не даёт покоя личность убийцы.       — Мы ведь решили, что это кто-то из Миура — или отец, или сын, — Синобу покачала головой, так как для неё дело казалось уже почти распутанным. — Это очевидно.       — Но мы упустили другое. Сколько денег было в театре до ограбления?       — Не знаю.       — В чемодане Миуры было семь пачек. Дома у Ёсиды нашли ещё четыре. Итого одиннадцать пачек, всего около двух миллионов йен. Много это или мало? Сказать не могу, но ни в кабинете директора, ни у Миуры дома не было бухгалтерских документов. Помните, как я искал их? Мне нужно точно знать, сколько денег было на счету театра. Тогда я бы мог легко выявить, все ли украденные деньги собраны воедино, или же есть третья, пропавшая сумма.       — Мы не были дома у Хьюги.       — И не нужно. Я вчера успел спросить Камадзи про обыск: директор «Ярай-Но» не хранил дома деньги и бумаги с работы, — Сиканоин сжал кулак и стал нервно постукивать по столу. — Не могли же они эти деньги выкинуть вообще!       Куки пожала плечами в ответ.       — Ладно. Поезжайте на работу, доктор. Я позвоню, если что понадобится.       Удивлённая Синобу уехала в больницу Университета Кэйо и заступила на пост. Забот было немного, и между делами она вспоминала детали вчерашнего дня. И вот как она себе это представляла:       1) Миура Мичио решил ограбить театр «Ярай-Но»; 2) будучи сыном сотрудника, он знал план здания, однако он захотел свалить вину на постороннего человека, которым выбрал Ёсиду Эндо; 3) себе в напарники он взял Асаи Мондо, с которым сделал нужные приготовления; 4) у Мичио было своё оружие, которое он дал Мондо перед вылазкой ввиду неполадок с пистолетом, украденным у Ёсиды; 5) Мичио убил Хьюгу Тоору и выгреб деньги из ящика, забрав с ними бухгалтерскую отчётность, и покинул театр через складское помещение; 6) Мондо совершил теракт в зрительном зале, создавая ложное впечатление, что актёр Ёсида сошёл с ума, а затем убежал в кабинет директора, где выбрался через окно по проводам; 7) двое преступников встретились в оговоренном месте, где Мичио убил Мондо и забрал себе деньги; 8) желая убедиться, что точно убил соучастника, Мичио через какое-то время вернулся на место, но того уже нашли и отвозили в Медцентр Синдзюку; 9) проследовав за скорой помощью в больницу, Мичио дождался, пока в операционной никого не будет, застрелил Мондо, убил врача и спрятался; 10) когда в комнате остался только Хэйдзо, он обезвредил детектива и так сбежал.       Когда девушка закончила расписывание схемы в блокноте, то подняла взор на часы. Её перерыв был на исходе. Вздохнув, она открыла дверь комнаты отдыха… и столкнулась со своим соседом.       — Ай! Вы чего?! — она утирала ушибленный лоб. Хэйдзо в извинениях подбежал к раковине, намочил платок в холодной воде и протянул девушке, чтобы та приложила. — Спасибо. Так, ну…       — Нет времени объяснять! Хватайте манатки, и за мной.       — Чего?!       — Куки-сан! Два открытия. Во-первых, моя теория о пистолете нашла своё подтверждение. Мы с Камадзи съездили на заброшенный склад, где встречались Асаи с сообщником. Из дырки в полу мы извлекли десять нестреляных патронов 9х19 мм! Преступники заранее обнаружили неисправность пистолета Ёсиды, а потому взамен Асаи получил другое оружие. Полагаю, два других патрона были выкинуты где-нибудь в другом месте.       — Вау, поздравляю, — Синобу растирала лоб платком. — А второе?       — Оно ещё более удивительное, доктор. Я был в нотариальном агентстве, составившим завещание Хьюги Тоору, — сыщик достал из портфеля ещё одну бумажку. — За смертью следует переход прав собственности наследнику, а именно Миуре Фую. Но ввиду ареста заинтересованного лица, нотариус сообщил мне причину выбора наследника. Вы не поверите.       — Я постараюсь.       — Настоящее имя Хьюги Тоору — Миура Джун. Он приходится родным дядей Миуре Фую, соответственно для Миуры Мичио он двоюродный дед.       — То есть… Но это ж ещё хуже!       — Статья 200 Уголовного кодекса, «Убийство родственника по восходящей линии». Наказывается смертной казнью или бессрочным лишением свободы с принудительным трудом. Один из них — тот, кого обвинят на суде, — из тюрьмы уже никогда не выйдет. Если убийца Миура Фую или Миура Мичио, то между убийцей и жертвой должен был произойти серьёзный конфликт. Но совершённое противоречит какой бы то ни было рациональности: Миура Фую, зная, что является наследником, мог просто спокойно дождаться смерти своего дяди, а его сын, Мичио, также стоит в ряду наследников после отца. Если убийца отец, то он лишь вырыл себе могилу, привлёк излишнее внимание. Если убийца сын, то… Это всё равно не имеет смысла.       — Мичио всё ещё подозреваемый, не так ли?       — Поехали в школу, Куки-сан. Мы должны поболтать с ним.       — Нас же не пустят за ворота школы.       — Пустят-пустят, ведь у меня есть это! — Сиканоин гордо ткнул себе в грудь. Тут-то Куки и увидела во что одет детектив. Чёрное тонкое пальто, которое он ещё ни разу за последние два месяца не вынимал из платяного шкафа, а поверх белой рубашки, свисая с шеи на верёвке, красовалось полицейское удостоверение с его именем.       — Да чтоб вас! Вы совсем спятили?! — Куки накинулась на парня, желая сорвать поддельный документ. — Чем вы там ещё занимаетесь втайне от меня? Фальшивомонетничеством? Финансовыми спекуляциями? Алхимией?       — Да бросьте, доктор! Эта «кукла», дай Бог, мне пригождалась два раза в жизни и, поверьте, ещё никто не пострадал. Да и беру я её только в экстренных ситуациях. Жду от вас благоразумия не говорить о подделке нашим полицейским друзьям.       — Зайти в школу — это экстренная ситуация?       — Я не собираюсь ждать, пока у Сары достаточно скиснут мозги, что ей вновь потребуются мои советы, — буркнул Хэйдзо. — Поехали! И одна просьба.       — Какая?       — При изменении обстоятельств действуйте по интуиции.

***

      Школа Синдзюку Ямабуки, как и любая старшая школа, встретила пришедших закрытыми вратами. В обычное время пройти туда можно лишь по особому разрешению. Сиканоин нажал на кнопку вызова, и по ту сторону решётки медленно подплыла полноватая женщина в чёрной форме охраны.       — По какому делу, уважаемый? — она только затем увидела удостоверение полиции. — Так вы… Прошу прощения, господин полицейский!       — Благодарю, — улыбнулся Хэйдзо, когда им открыли боковую дверь и пропустили на территорию. — Называйте меня инспектор Сиканоин. А это доктор Куки, моя помощница.       — Вы по какому делу? — спросила охранница. — Неужели эти хулиганы совсем до криминала дошли?       — Мы кое-кого ищем. Миура Мичио, не знаете такого?       — Ох-ох!.. Точно где-то набедокурил. Вы обратитесь в класс 2-B, он оттуда. И пусть наконец этих бандитов приструнят, ух!       — Миура сегодня приходил в школу?       — Да! Вам на второй этаж, правое крыло.       Сиканоин вошёл в здание и добрался до второго этажа, где располагался класс 2-B. Через стекло было видно, как учитель что-то вещает, а дети, кто прилежно, а кто без интереса, его слушают. Помня внешность мальчика, детектив сканировал класс. В один момент учитель заметил слежку и повернул голову к окну, но Хэйдзо успел ухнуть на корточки, потянув за собой и Синобу.       — Его там нет, — шепнул Сиканоин.       — Ушёл из школы? И где его теперь искать?       — На заднем дворе.       — Почему там?       — Школьный сторож видела, как он приходил. Мичио в школе. Не мог уйти, ведь ворота постоянно закрыты, а охранник пресекла бы попытки бегства, — Хэйдзо вприсядку отполз подальше от класса, встал и ускоренным шагом сиганул вниз по лестнице. — Когда мы назвали Мичио, она решила, что он что-то натворил, а до того упомянула хулиганов. Вероятно, мальчишка членствует в местной школьной банде. А где обычно собираются прогульщики занятий?       — На заднем дворе школы, — это Куки уже было ясно, и она просто шла за Сиканоином.       — Зачастую у помойки, где они курят и обсуждают тёлок.       — Тоже у мусорки сидели на кортанах, лузгали семки и пили пиво? — с издёвкой спросила Синобу. — Вы так опытны во всём, что касается асоциального поведения.       — И не только в этом…       Искомые хулиганы и впрямь тусовались на заднем дворе. Столпились вокруг большой бочки пятеро юношей в классическом школьном гакуране, без рюкзаков. Один из них, сероглазый парнишка без пиджака, держал в руках алкоголь. Дальше всех от бочки расположился Миура Мичио, который выглядел как побитая собака.       — Здорово, пацаны! Чем пробавляетесь? — Хэйдзо ворвался к ним под утомлённый взгляд Синобу и недоумение в глазах школьников. — Ого, «Balvenie»?! За что пьём?       — За всё хорошее, — скрежетнул зубами сероглазый с бутылкой. — А вы по какому делу?       — Сиканоин Хэйдзо, инспектор полиции. Вы не против, если я с вашим другом, — он показал на Мичио, — поговорю конфиденциально?       — Дядя, берега не попутал? — крепкая рука легла сыщику на плечо. Хэйдзо вполоборота глянул и увидел там два тёмно-синих глаза и злобный оскал.       — Ноэру, давай без рукоприкладства! — потребовал Мичио.       — Да, Ноэру, не кипятись. Я не хочу, чтобы тебя повязали за нападение на сотрудника! — примирительно сказал первый. — Меня зовут Мидзуки, а это Ноэру, Рёхэй, Энтаро, Мичио. Мы — клуб Но старшей школы Синдзюку Ямабуки, господин полицейский.       — Для такого возвышенного искусства как Но, вы все смахиваете скорее на уличную шелупонь, мальчики! — присвистнул Хэйдзо. — В вашем клубе часом не состоял Асаи Мондо?       — Состоит. Сегодня он не пришёл в школу. А чё с ним случилось?       — Он болеет… Хм, так я поговорю с Мичио?       — Без проблем, инспектор! Эй, Мичио, мы тут пока покумекаем, потом иди сразу в клуб.       Вместе с мальчишкой, Хэйдзо и Синобу отошли от этого сборища, скрывшись за углом, где не было посторонних глаз. Невдалеке находилась площадка для отдыха в тенёчке, за чьей высокой перегородкой нельзя разглядеть, чем занимаются сидящие там. Для Сиканоина это было идеальное место для допроса. Он остановил Синобу и негромко сказал:       — Куки-сан, не окажете мне услугу?       — Какую?       — Допросите его пока что сами.       — Что?!       — В туалет надо! — он сбежал, оставив Куки с подозреваемым. Девушка посмотрела на Мичио, который сам был растерян, и натянула на лицо дружелюбную улыбку. Синобу и мальчик сели за стол друг напротив друга.       — Итак, Миура-кун…

***

      Через 5 минут Хэйдзо вернулся. Синобу выглядела так, словно пребывает на грани взрыва. Мичио ещё более нелепо таращился в никуда.       — Он ничего не сказал! — возмутилась Куки и повернулась к пришедшему. — Всё время «я не знаю», «я ничего не знаю», почти на каждый вопрос!       — Миура-кун, ты понимаешь, что от твои ответов зависят две судьбы — твоя и отца, — Хэйдзо наклонился к парнишке и проговорил это в упор. — Один из вас будет посажен в тюрьму на пожизненное за убийство старшего родственника!       — Я ничего не знаю… Я правда!..       — Мне не хотелось бы, чтобы сел невиновный. Ты это понимаешь, приятель?       — Я не убивал дедушку Джуна!       — И ты не подбивал к соучастию Асаи Мондо?       — Ч-что?..       — Это нужно проверить вот прям точно! — Хэйдзо выхватил из портфеля пистолет и прицелился в лоб Миуре-младшему. — Это оружие принадлежало Ёсиде Эндо. Оружие, которое злоумышленники украли у него, чтобы позже обвинить в злодеянии. Ты про это что-нибудь скажешь?       — Я не знаю! — Мичио вскочил со стула и отпрыгнул на пару шагов назад.       — Должен знать хоть что-то. Ну же!       От сильного стресса кровь ударила девушке в голову, что она не приняла во внимание, какое именно оружие в руках у Хэйдзо. Но и сама ситуация для неё оказалась сумасшедшим абсурдом. Тоном полного ужаса Синобу крикнула:       — Сиканоин, вы перегибаете палку! Уберите пистолет!       — Вчера днём к тебе в гости приходил кто-нибудь или нет?       — Н-нет, меня дома н-не было! Отец подтвердит!       — С кем твой отец контактировал в последнее время?       — Не знаю! Он не говорил мне, с кем общался по телефону.       — Ты куда-нибудь ходил вчера утром?       — Н-нет! Моя мать подтвердит.       — Днём?       — Просто гулял!       — Кто такой «Чёрная борода»?       — Не знаю!       — Где спрятаны остальные деньги театра?       — Какие деньги?!       — Отлично. Считаю до трёх и нажимаю на курок! — озорным голосом пропел детектив. — Один, два, два с половиной, три…       — Уа-а-а! — Мичио громко разрыдался и рухнул на колени. — Умоляю вас, я ничего не знаю!!!       Багрововолосый опустил взгляд и понял, что тот обмочился. Куки оттолкнула Хэйдзо и подбежала к мальчишке, успокаивая его и прося не плакать. Сиканоин же убрал пушку и отвернулся.       — Прости, Миура-кун. Прости меня… — слова застревали в горле детектива. — Это было нужно.       — Когда мы закончим это дело, Сиканоин, я соберу вещи и съеду от вас, — дрожащим голосом выдавила Куки, ненависть и презрение сквозили в нём. — Вы перешли за пределы допустимого. Вы сыщик, а не террорист! Вы должны спасать и утешать людей, а не вгонять их в отчаяние. Вы… Вы же врач общества! Вы лечите его от преступности. Как вы смеете вести себя подобно тем, с кем сами боретесь?!       — Я знаю… Прекрасно знаю. Этот эксперимент показал, что Миура Мичио не в курсе про пистолет Ёсиды Эндо.       Синобу ещё утешала трясущегося от страха школьника, а Хэйдзо прошёл мимо стола, покопошился в портфеле и медленно двинулся к школе. Но девушке было до глубины души плевать, куда попёрся этот детектив. Отвращение и гнев переполнили чашу терпения выше краёв. Лишь убедившись, что Мичио более-менее успокоился, она попросила его пойти в свой клуб, чтобы переодеться, а потом идти домой. Сама же Куки отправилась по пока ещё своему адресу.       Ей не хотелось покидать прекрасный дом 12B на Фунамачи-3. Но и жить с соседом-психопатом уже не казалось ей приемлемым вариантом. А если следующим шагом он станет шантажировать её? Пусть уж сам решает свою нехватку денег. «Я позабочусь о себе, как-нибудь да и управимся, — рассуждала девушка в своей голове. — В худшем случае вернусь в Китакюсю. Там хоть есть, где жить».       Снова видения с этим дурацким домом, снова эта дебильная семейка. Синобу сидела на станции подземки, обняв сумку и сильно согнувшись. «Дерьмовая перспектива…» — ей захотелось то ли посмеяться, то ли поплакать. Почему всё так вышло?       Подумав проверить баланс на телефоне, Куки раскрыла сумочку и увидела непонятный белый свёрток. «Это он подложил?» — иного быть и не могло. Зелёноволосая с удовольствием выкинула бы вещицу в урну рядом. Но её вес намекал на то, что в бумагу был спрятан телефон. Поддавшись любопытству, Синобу открыла свёрток.       «Если я не появлюсь дома сегодня вечером, поищите через мой GPS-навигатор», — красивым почерком выведено на бумаге. Немало удивившись, доктор включила телефон (на котором заблаговременно был убран пароль входа) и нашла то самое приложение. В метро проверить его работоспособность было нельзя. Поэтому Куки, костеря себя за слабость, выбежала на улицу и снова запустила.       На карте навигатора, в нескольких кварталах к востоку, в квартале Суйдо, помигивала красная точка, обозначенная как «Ваш добрый сосед». При приближении было видно, что точка движется, будто идёт пешком.       «В экстренной ситуации действуйте по интуиции» — вот что он сказал ей несколькими часами ранее. Интуиция подсказывала девушке, что Сиканоин Хэйдзо в большой опасности. Синобу вспомнила, как тот поступал в прошлом: брал в расчёт мельчайшие детали и никогда не действовал просто так. И этот случай такой же. Детектив просил её о помощи.       Куки не знала, до какой степени она ненавидит своего соседа. Он — наглый, возмутительный, бесцеремонный придурок, который вечно мотает ей нервы. И вместе с тем он великий сыщик, который, практически живя в нужде, бескорыстно помогает полиции и отказывается от лавров героя.       — Такси! — без раздумий девушка подскочила к дороге и вытянула большой палец, прося случайного водилу тормознуть. Прошло несколько минут, прежде чем её подобрали. Она назвала адрес по карте (а точка между тем продолжала идти), и автомобиль тронулся. Следующим шагом Синобу набрала номер Кудзё Камадзи.

***

      Багрововолосый детектив преследовал свою цель. От самой школы он шёл за человеком, стараясь не попадаться ему на глаза. Они находились в Суйдо-тё, в переулках неподалёку от торгового центра «Маруэцу», и Сиканоин отдавал себе отчёт о рискованности своего предприятия, здесь, где подмоги ждать не стоит. А тот, за кем шли, давно учуял преследователя.       — Вы шастаете за мной от самой школы, инспектор. Я завидую вашему упорству, — сказал тот, когда остановился и оглянулся. — Но такое рано или поздно доведёт вас до могилы. Не боитесь?       — Нисколечки, приятель. Пока над Токио висит опасность, я всегда буду на страже мира, — парировал Хэйдзо. — Лучше сдайся сейчас, пока есть шанс.       — О чём вы, господин инспектор? — юноша посмотрел Сиканоину в глаза. — Неужели я виноват в каком-то злодеянии?       — Для Миуры Фую, наследника театра, нет никакой причины ускорять смерть своего престарелого дяди: слишком много внимания, учитывая его тюремное прошлое. Минус первый. Далее, его сын, Миура Мичио. Слишком забит и труслив, но и ему не резон идти на такую подставу против своего отца. Минус второй. А вот ты…       — Что я? Причём здесь вообще я и они?       — Серые глаза. Редкий для Японии цвет. Такие же я видел у покойного Хьюги Тоору. Никогда не был официально женат, что не мешало его широким похождениям по бабам. И у него могли быть родные дети, о которых он скорее всего знал. Он мог даже контактировать с ними. Тем не менее, своим наследником он выбрал племянника, который, как я уже сказал, не мог убить дядю, — Сиканоин сжал портфель в руках. — Преступник не действовал наобум, он знал план театра, и, что важнее, он был в хороших отношениях с Хьюгой Тоору, ведь запирающийся на замок директор не мог открыть дверь кому попало. Он бы пропустил своего племянника, внука… Или сына.       Детектив замолчал, ожидая реакции оппонента, однако тот не издавал и звука. Поэтому Хэйдзо возобновил речь.       — Директор театра не ожидал предательства, и скорее всего вышел навстречу. А убийца достал пистолет и ткнул им в живот несчастной жертве. И всё… Хьюга Тоору мёртв, его деньги украдены. Но убийце было мало убить и ограбить. Он хотел, чтобы обратили внимание на кого угодно, но не на него. И для этого он выбрал наивного мальчишку, которого соблазнил деньгами, и двоих работников театра, один из которых мог сесть вместо настоящего преступника. Если бы не сработало с Ёсидой, то подозрение пало бы на Миуру-старшего, как человека, также знакомого с Асаи Мондо. А оттуда и на его сынка. Убийца должен был хорошо знать Миуру Мичио. Поэтому он предложил сыграть в благородство: отец берёт вину сына на себя. Суд решает, что бывший якудза просто совершил рецидив. Да… А бедняга Мичио даже не был в курсе всего, во что вляпали его самого и его отца! — Сиканоин скрипнул челюстями. — Но если вот это и есть правда, то я реально не понимаю. Для чего всё это было? Чем провинился твой старик? Неужели ты так бешено жаждал денег, что ради них решился сломать жизнь четверым людям?       — Это не ваше дело, инспектор! — у пацана затряслись губы. — Мой отец был якудза, Фую тоже якудза. Мы одного тёмного клана выродки. Вам, с белыми рученьками, этого не понять!       — Не заставляй меня прибегать к грубой силе, пацан, — детектив вытащил пистолет из портфеля. — Сдайся, ради всего святого!       — Вы надеетесь запугать меня этой пукалкой? Смешно. А как вам такое? — противник продемонстрировал свой Beretta 92. — Вы знаете состав преступления, хорошо. Но что вам это даст? В конце концов, пистолет Ёсиды Эндо, которым вы пытаетесь меня запугать, не может стрелять. А на меня не указывает ни одной прямой улики.       — Это ты, Миура Мидзуки.