Часть 3

- Иван, я буду очень рад, если ты расскажешь, кто это, - пытаясь сохранить спокойствие, сказал Владимир Владимирович. - Это я, но в разные эпохи моей истории. Англия, когда колдовал, опять где-то напортачил и в результате теперь у нас есть СССР, Российская империя, Русское царство и Русь. - Ё-мое... - пробормотал президент, - И что тебе нужно от меня? - Отпуск, - коротко ответил Иван, - Как вы понимаете, в 21 веке они ещё не освоились и, если СССР хотя бы частично понимает устройство нашей жизни, то вот остальные не знают ничего. Дом мне ещё нужен как место жительства, поэтому... - Да понял, понял... Когда разберётесь со всей этой ерундой, тогда и выходи на работу. Надеюсь, вы не разнесёте всю страну к чёртовой матери. - Я тоже очень надеюсь, - тяжело вздохнув, ответил Иван. Он чуть не съехал с катушек, пока они ехали в самолёте. Во-первых, как провести эту всю разношёрстную компанию сначала до аэропорта, а потом до Кремля и до дома? Ещё спасибо, что у него частный самолёт. Это ладно. Хуже всего было, когда самолёт взлетел. Империя и Союз ничему не удивлялись, всё-таки на их веку авиация уже была... Но как прикажите объяснить Русскому царству и Руси, что всё нормально, никто не упадёт и не умрёт? Первый с каменным бледным, как мел, лицом читает все молитвы, которые знает, второй орёт во всю глотку и просит защиты и у славянских Богов, и у христианского Бога. Заткнулись только тогда, когда Союз рявкнул на них и сказал, что выкинет их из самолёта, если они продолжат орать и паниковать, как бабы. Конечно, это не очень педагогичный метод, зато действенный. А Российская Империя всю дорогу спал, как он это сделал, не знал никто. - Итак, мы всё-таки доехали... ура... - прошептал Иван, выползая из машины. - Да я никогда в жизни больше не поеду с этим ненормальными! И уж точно не полечу! Хоть ножом режьте! - сказал Союз, смачно ругаясь и вылезая из машины. - Если выразиться культурнее, я даже буду с вами согласен. Но не во всех аспектах... - Ой, какие мы нежные, - перебил его СССР, - Можно подумать, сам ты никогда не материшься! Я вот отлично помню, что ругаешься ты ещё похлеще моего! - По крайней мере не через каждое слово. И будьте так любезны, не перебивайте меня. Я хотел сказать, что это мы с вами застали появление и машин, и самолётов, они же такого даже во снах не видели, поэтому их реакцию можно понять. - Да ведь я и Иван им даже пытались объяснить, что да как! Но они ведь не слушают, только орут и молятся! - Заткнитесь оба! - воскликнул Федерация, которому всё это уже конкретно надоело, - Я не колдовал хрен знает сколько лет! Я еле стою на ногах, поэтому сейчас мы идём в дом, обедаем, и я иду отсыпаться! И пусть только кто-нибудь из вас попробует хоть что-нибудь вякнуть, разбудить меня или разрушить дом! Всё поняли!? Все четверо молча кивнули. Как ни странно Русь отнёсся к такой вспышке ярости спокойнее всех. Он даже не обиделся. Просто из всех воплощений он лучше разбирался в колдовстве и чародействе и отлично понимал, насколько морально и физически устал Иван. - Союз, погреешь им обед? Там котлеты и макароны в холодильнике, - тяжело вздохнув, и потирая переносицу, сказал Брагинский. Красноглазый молча кивнул, но на душе при виде дома Брагинского заскребли кошки. Перед взорами воплощений предстала огромная каменная старинная усадьба времён ещё Российской империи. Мрамор, лепнина, широкие лестница, длиннющие коридоры, высокие потолки и массивные двустворчатые двери... Никакого забора не было вовсе. Да и можно ли обнести забором не только двор, похожий на огромную поляну, но и целый вековой лес с озером? Как-то так выходило, что несмотря на минимальность своих потребностей, жил Иван, как настоящий хлебосольный барин, на широкую ногу и, как благородный дворянин, светский человек, совмещая в себе черты обоих. Величественность... Единственное слово, которое приходило на ум, когда видел эту усадьбу и двор. СССР крепко стиснул зубы и сжал кулаки до того, что перчатки подозрительно затрещали. Российская империя умело скрыл удивление и боль. Оба они прекрасно знали этот дом. Поместье князя Ивана Брагинского... А ведь раньше окна поместья всегда были озарены ярким светом. Сколько балов, сколько встреч, сколько свиданий видели эти стены. Много приятных воспоминаний... Но именно в этом проклятом поместье его ломало и выворачивало от боли во время революции, смены власти и в 90-ые. Он бился головой о стены, ломал себе руки и ноги, выворачивал суставы, со всей силы бил себя в грудь и живот, чтобы хоть немного заглушить боль во всём теле. А потом... Он не смог распрощаться с этим домом... Иван скрыл его от глаз правительства и чувствовал, что за это поместье он будет биться до последней капли крови... В тяжёлые моменты тайком он приходил сюда. Несмотря на всю боль, все страдания, которые хранил в себе этот дом, дышалось здесь легче, с души будто спадал тяжеленный груз... В пустоту он задавал всегда одни и те же вопросы, но кому какая разница, что этот человек хочет узнать. Всё равно ему никто не ответит... Ивану казалось, что это неправильно, что так быть недолжно... Ну не может он тайно оберегать дом, который ненавидит всей душой! И снова он бился головой о стены, пытаясь понять, что с ним не так... А теперь оказывается, что Российская Федерация живёт здесь! Ну просто блеск! Обстановка в доме совершенно не изменилась, естественно, добавилась современная техника, и исчезли совсем уже бесполезные предметы быта, но в остальном всё было так, как помнили Союз и Империя. Что ж, это даже лучше, так они смогут ориентироваться в доме без помощи Ивана, которому действительно следует отдохнуть. С горем пополам Брагинский дотащился до своей спальни и, переодевшись, рухнул на кровать. Но вот ведь гадство: усталость накатила жутчайшая, болела голова, хоть и не так сильно, как утром, а сна всё равно ни в одном глазу не было. - Да что ж такое-то?! - раздражённо и устало в отчаянии практически прорычал Иван. Вдруг он услышал тихое бормотание, ему показалось, будто кто-то пальцами выводит у него на лбу странные символы и витиеватые узоры. Иван уже хотел подскочить, но сил хватило только на то, чтобы открыть глаза. По всему телу разлилась свинцовая тяжесть, тупая ноющая головная боль постепенно исчезала, а глаза начали слипаться. Наконец-то ему удалось провалиться в сон, но перед этим он успел заметить жутко довольного Русь, на цыпочках выходившего из комнаты. - Так, товарищи, - начал Союз, оглядывая всю компанию, - Империя и Царство за мной, будем искать на вас одежду. - А я откушать желаю, - дёрнув красноглазого за руку, грустно сказал Русь. - Да, сейчас тебе еду разогрею, только ешь аккуратно. На тебя тут одежды нет. - Добре. Следующие часа полтора воплощения искали сменную одежду Русскому Царству. На Империю одежду, конечно, быстро нашли, и теперь он довольный сидел в кресле, одетый в футболку и брюки РФ. В итоге, Иоанна одели в севшую футболку, которую по счастливой случайности нашли в комоде, и шорты, туго затянутые ремнём. Худощавому и не очень высокому царству вся одежда была слишком велика. Даже севшая футболка висела на нём мешком. - Лучше было бы, конечно, съездить в магазин, но денег у нас нет, поэтому и так сойдёт, - пожав плечами, сказал Союз, пристально посмотрев на империю. - И не надо на меня так глядеть. Непозволительно брать чужие деньги без спроса. Это уже воровство. - Я бы просто взял в долг! - Ещё раз ты выскажешь подобное предложение, я отрублю тебе руки, - жёстко сказал империя, молниеносно в его руке оказалась сабля. - Ладно, идём есть, - вздохнув, позвал всех Союз. Что удивительно они даже не разгромили дом. Когда Иван проснулся, Российская империя читал книгу, а СССР рассказывал Иоаннам различные истории из своего прошлого. - Сейчас поедем купим вам одежду, - сказал Иван, посмеиваясь глядя на крайне оскорблённого Русское царство. - Если позволите, я бы предпочёл остаться. Весьма интересная книга попалась. - Как хочешь. - Благодарю. Когда Иван, СССР, Русское Царство и Русь уехали, Империя вышел из дома и громко спросил: - Долго ты ещё будешь прятаться? Я знаю, что ты здесь.