Часть 10

Я пришла в Больничное крыло Хогвартса, но, какого было мое удивление, когда я не увидела там парня.   —  Драко!  —  я  крикнула.  Я  обошла  все  больничные  палаты,  заглянула  в  Астрономическую  башню,  даже  попыталась  проникнуть  в  Тайную  Комнату,  но  его  там  не  было.  Где  же  он?  И  вдруг  меня  осенило.  —  Подоконник,  —  прошептала  я  себе,  и  уже  бежала  к  подземельям,  к  нашему  месту.  Там,  у  огромного  окна,  с  которого  открывался  вид  на  заснеженный  лес,  мы  проводили  столько  времени,  делились  тайнами,  мечтами  и  первыми  поцелуями.  Я  спустилась  по  лестнице  и  увидела  его.  Он  стоял  у  окна,  опустив  голову,  и  смотрел  в  даль.  Его  плечи  были  опущены,  а  на  лице  отражалась  глубокая  печаль.  —  Почему  ты  тут?  Ты  должен  еще  лежать  в  больничном  крыле..  —  спросила  я  взволнованно,  подходя  к  нему.  Он  поднял  голову  и  встретился  со  мной  взглядом.  В  его  глазах  я  увидела  печаль,  отчаяние,  но  также  и  любовь,  которая  не  гасла,  несмотря  на  все  происходящее.  —  Завтра  здесь  будут  Пожиратели,  я  должен  их  впустить  через  шкаф,  —  сказал  он  тихо,  словно  боясь,  что  кто-то  услышит  его.  —  Драко,  —  я  прошептала. —  Я  не  могу  просто  сидеть  и  ждать,  это ожидание убивает изнутри,  —  он  замолчал,  словно  сражаясь  с  собственными  мыслями.   —  Драко,  —  я  приблизилась  к  нему,  и  нежно  поцеловала  его  в  щеку.  —  Помнишь,  ты  сделал  выбор  тогда? - Он  кивнул, и я продолжила, – Так  вот,  если  тебе  надо  так  поступить,  то  делай  это.  Я  не  буду тебе мешать, но буду наблюдать со стороны. — Ты уверена, что готова это видеть? — Да..  Драко  притянул  меня  к  себе,  и  мы  стояли  в  объятиях,  слушая  тишину  подземелья.  —  Мы  с  тобой  можем  больше  не  увидеться,  ведь  по-любому  начнется  война.  —  сказал  он,  его  голос  был  хриплым  от  волнения.  —  Увидимся,  мы  будем  видеться  с  тобой,  когда  захотим,  —  я  достала  кулоны,  которые  дала  мне  Гермиона.  —  Это  кулоны  для  магического  общения.  Мы  сможем  видеть  друг  друга  с  помощью  этих  кулонов,  даже  если  нас  разделяют  целые  миры.  —  Но  даже  если  так,  вдруг  кто-то  увидит,  что  я  с  тобой  общаюсь?  —  спросил  он.  —  Никто  кроме  нас  не  будет  видеть  друг  друга,  на  других  волшебников  это  не  распространяется,  поэтому  никто  не  узнает  о  нашем  общении.  – успокоила парня я. После  этих  слов  я  надела  один  кулон  на  себя,  а  другой  —  на  Драко.  Мы  посмотрели  друг  другу  в  глаза,  и  в  этом  взгляде  была  вся  наша  любовь,  вся  наша  боль,  вся  наша  надежда.  И  через  секунду  мы  впились  в  долгожданный  поцелуй.  Он  прижал  меня  к  себе,  его  губы  были  горячими,  его  руки  твердыми.  Я  чувствовала  его тепло,  его  дыхание,  и  мое  сердце  билось  в  груди  от  счастья.  —  Энрика,  —  прошептал  он  между  поцелуями.  —  Я  так  скучал  по  тебе.  Я  обняла  его  сильнее,  прижимаясь  к  нему. —  Я  тоже,  —  прошептала  я.  Он  нежно  посадил  меня  на  подоконник,  и  мы  смотрели  вместе  в  окно.  В  далеке  был  виден  лес,  за  ним  —  холмы,  а  за  ними  —  бескрайний  горизонт.  —  Завтра  все  изменится,  —  сказал  он. —  Да,  —  ответила  я.  Он  начал  аккуратно  растёгивать  мою  рубашку,  и  я  постукала  по  его  руке,  нежно  смеясь.  —  Уверен, что не пожалеешь - прошептала  я.  —  Не пожалею,  -  он  улыбнулся,  и  в  его  улыбке  я  увидела  искру. — Тогда нам лучше переместиться. Кто-то  уже  спал,  кто-то  делал  домашнее  задание,  кто-то  раздумывал  о  будущем,  и  лишь  одну совершенно заброшенную комнату, которую Энрика с помощью магии убрала за секунду, и где девушка наколдовала кровать и мебель, окутывала  магия  двух  школьников  Хогвартса.  Ведь  уже  завтра,  все  раскроется  и  случится.

***

Я проснулась в  комнате,  она  была  за  последним поворотом  в  подземельях  Хогвартса.  Я  лежала  в  кровати,  укутанная  в  теплый  плед,  и  чувствовала  себя  безумно  счастливой.  Рядом  со  мной  спал  Драко,  его  лицо  было  умиротворённым,  словно  ничего  не  происходит,  и  мы  живем  спокойной  жизнью.  Но  я  знала,  что  это  не  так.  Сегодня  вечером  здесь  будут  Пожиратели.  Сегодня  Драко  придется  убить  Дамблдора.  А  если  это  не  сделает  он,  то  придется  это  выполнить  моему  крестному.  Драко  и  Снейп  уйдут,  мой  отец  все  еще  прячется,  я  буду  жить  в  доме  Уизли.  Но  есть  проблема.  Троица  сегодня  узнает,  что  я  была  в  курсе  того,  что  мой  крестный  и  мой  парень  —  Пожиратели.  И я  не  знаю,  как  они  на  это  реагируют. Мои  мысли  прервал  голос  проснувшегося  Драко.  —  Уже  не  спишь?  —  спросил  он,  улыбаясь,  и  в  его  улыбке  я  увидела  тот  же  свет,  который  я  видела  вчера  вечером.  —  Мне  нужно  на  уроки,  и  так  проспала  первый,  а  через  40  минут  второй.  —  Еще  немного  побудь  со  мной,  —  прошептал  он,  прижимая  меня  к  себе.  —  Я  не  могу,  —  ответила  я,  хотя  моё  сердце  колотилось  от  того,  что  он  не  хочет  отпускать  меня.  —  Какая ты врушка! У тебя сегодня  нет 1 урока,  3, 5, 6 уроками Трансфигурация и Зельеварение,  —  сказал  он. —  А  как же Нумерология 2 уроком?  Да и тебе тоже надо побывать на предметах. —  сказала я.  —  Я  буду  здесь.  Он  притянул  меня  к  себе,  и  мы  лежали  в  объятиях,  слушая  тишину  комнаты еще около минут 10. Я  чувствовала  его  тепло,  его  дыхание,  и  моё  сердце  билось  от  счастья.  —  Эн,  —  прошептал  он,  нежно  гладя  меня  по  волосам.  —  Я  так  рад,  что  ты  со  мной.  —  Я  тоже,  —  ответила  я,  и  поцеловала  его  в  щеку.  Вскоре я  поняла,  что  мне  нужно  уходить,  что  я  не  могу  провести  весь  день  с  ним,  несмотря  на  то,  что  он  не  хочет  отпускать  меня.  —  Я  пойду,  —  сказала  я,  вставая  с  кровати.  —  Останься,  —  прошептал  он,  пытался  удержать  меня,  но  я  уже  одевалась.  —  Мне  нужно  на  уроки,  —  ответила  я,  улыбаясь  ему.  Он  встал  и  подошел  ко  мне,  помог  мне  с  галстуком,  и  я  удивилась,  как  легко  он  делал  это, затем он  взял  меня  за  руку  и  притянул  к  себе.  —  Я  люблю  тебя,  Эн,  —  прошептал  он,  и  поцеловал  меня.  —  Я  тоже  тебя  люблю,  —  ответила  я,  и  поцеловала  его  в  ответ.  Мы  стояли  так  еще  немного,  а  потом  я  вышла  из  комнаты,  и  пошла  на  второй  урок  —  Нумерология. Я вышла из класса Нумерологии,  глубоко  вздыхая.  Урок  прошел  в  тумане,  все  времени  думала,  о  том,  что  будет  сегодня  вечером.  Гермиона  стояла  у  двери,  ожидая  меня. —  Энрика,  —  начала  она,  едва  я  подошла.  —  Ты  знаешь,  что  произошло?  Я  потрясла  головой,  не  понимая,  о  чем  она. —  Дамблдор  с Гарри уже не в Хогвартсе. —  сказала  Гермиона.  —  Я  знала, что их сегодня не будет, но чтобы так рано,  —  ответила я. —  Гарри оставил нам письмо, мы от туда об этом узнали. А, кстати.... Дорогая Эн, а  где  ты  была  все утро либо всю  ночь?  —  спросила  Гермиона,  ее  глаза  уставились  на  меня  с  интересом.  —  Я  приходила  к  тебе  в  комнату  утром,  но  тебя  там, на мое удивление, не  было. Я  вспомнила  о  прошедшей  ночи,  о  том,  как  мы  с  Драко  лежали  в  кровати,  как  мы  говорили,  смеялись,  целовались.  Невольно  я  покраснела,  и  Гермиона  сразу  же  поняла.  Она  улыбнулась  и  закрыла  рот  рукой,  чтобы  ненароком  не  закричать.  —  Эн,  —  прошептала  она.  —  Ты  с  ним?  Я  кивнула,  и  мои  щеки  еще  сильнее  покраснели. —  О,  Энрика,  —  прошептала  Гермиона,  встряхивая  головой.  —  Я  так  за  тебя рада. —  Спасибо, конечно, но  Гермиона,  —  начала  я,  дело в том, что я хочу немного намекнуть девушке о том, чтобы она сегодня была внимательной.  —  Я  думаю,  что  сегодня  вечером  что-то  может  произойти.  —  Что  ты  имеешь  в  виду?  —  спросила  Гермиона,  ее  глаза  заблестели  непониманием.  —  Я  не  знаю,  —  ответила  я.  —  Просто  у  меня  такое  ощущение.  —  Хорошо, Эн,  —  прошептала  Гермиона.  —  Но ты тоже тогда будь  осторожна.  Я  кивнула  и  обняла  ее.  —  Я  буду,  —  прошептала  я  в  ответ.  Мы  отошли  друг  от  друга,  и  я  пошла  на  урок,  а  Гермиона  —  в  библиотеку, чтобы помочь Рону с домашним заданием.  Я сидела на уроках, но не могла  концентрироваться, сердце  колотилось  в  груди,  как  дикий  зверь,  в  голове  мелькали  страшные  картинки.  Время  тянулось  невыносимо  долго.  Наконец-то  прозвенел  звонок,  сигнализируя  о  конце  последнего  дополнительного  урока.  Я  быстро  собрала  вещи,  уже  не  могла  терпеть  эту  неизвестность.  Я  проверила  часы.  17:35.  Уже  скоро.  Я  вспомнила,  что  Драко  должен  был  встретиться  с  Дамблдором  на  Астрономической  башне.  И  в  этот  момент  в  школе  началась  паника.  —  Пожиратели!  —  кричали  школьники,  бегущие  со  стороны  Большого  Зала.  Я  услышала  звуки  битых  тарелок,  крики  Беллатрисы  Лестрейндж,  грохот  оружия.  Мой  желудок  сжался  от  страха.  Я выглянула в окно, в небе над школой висит Чёрная Метка: сверкаю­щий зеленый череп со змеиным языком — знак, ко­торый оставляют Пожиратели смерти. Я  быстро  проверила  время.  17:38.  Драко  уже  на  башне.  Я  должна  быть  там,  должна  увидеть  его,  узнать,  что  происходит.  Я  бросилась  к  лестнице,  бежала  вверх  с  нечеловеческой  скоростью,  не  оглядываясь.  Я  должна  была  добраться  туда,  до  башни,  где  все  решится.  Когда  я  прибежала,  то  увидела Дамблдора и напротив стоящего Драко.  А  внизу,  спрятанный  в  тени,  стоял  Гарри, он  наблюдал  за  всей  этой  сценой,  его  лицо  было  бледным,  в  глазах  —  непонимание.  Я  не  хотела  выдавать  свое  присутствие,  поэтому  тихо  встала  за  Гарри,  так,  чтобы  даже  он  меня  не  увидел,  и  начала наблюдать.  Я  не  знала, но предчувствовала,  что  будет  дальше, и я  знала,  что  должна  быть  здесь,  рядом  с  Драко,  в  этот  страшный  момент. — Драко, Драко, ведь вы же не убийца. – сказал Дамблдор. — Откуда вы знаете? — мгновенно спросил Мал­фой. — Вы еще не знаете, на что я способен, — с чуть большей напористостью объявил Драко, — не зна­ете, что я сделал! — Да знаю, конечно, — снисходительно произ­нес Дамблдор. — Вы едва не убили Кэти Белл и Ро­нальда Уизли. Вы весь этот год пытались — со все возраставшим безрассудством — прикончить меня. Простите, Драко, но это были слабые попытки... та­кие слабые, честно говоря, что я начал думать, вкла­дываете ли вы в них всю душу... — Еще бы я не вкладывал! — яростно ответил Мал­фой. — Я целый год трудился над этим и сегодня... Из глубин замка донесся приглушенный рассто­янием вопль. Малфой замер и оглянулся назад. — А там кто-то неплохо дерется, — тоном свет­ской беседы отметил Дамблдор. — Так вы говорили... Да, вы говорили, что вам удалось провести в мою школу Пожирателей смерти. Должен признаться, мне это представлялось невозможным... Как вы это проделали? «Дамблдор тянет время! Он понимает, что Драко не сможет его убить!» - осенило меня. Однако Драко промолчал, он все еще прислу­шивался к происходившему внизу и выглядел поч­ти таким же парализованным, как Гарри. — Возможно, вам придется самому сделать ваше дело, — высказал предположение Дамблдор. — Что, если моя стража преградила вашему подкреплению путь? Как вы, вероятно, уже поняли, в школе присут­ствуют этой ночью члены Ордена Феникса. Да, соб­ственно говоря, вам никакая помощь и не нужна... палочки у меня нет... и защититься мне нечем. Малфой просто продолжал смотреть на него. — Понятно, — добродушно произнес Дамблдор, увидев, что Малфой и не говорит ничего, и не шеве­лится. — Вы боитесь действовать, пока они не при­соединятся к вам. — Я не боюсь! — прорычал Драко, так и не пред­принимая, впрочем, никаких попыток повредить Дамблдору. — Это вам следует бояться! — Чего же? Сомневаюсь, что вы убьете меня, Дра­ко. Убийство — дело не простое, что бы ни думали на этот счет простаки... Но расскажите же мне, пока мы поджидаем ваших друзей, как вам удалось про­тащить их сюда? Похоже, на то, чтобы найти нуж­ный способ, у вас ушло немалое время. Малфой выглядел теперь так, точно он боролся с желанием закричать... или с тошнотой. Он сглотнул, несколько раз глубоко вздохнул, не спуская с Дам­блдора свирепого взгляда и не отводя направлен­ной прямо ему в сердце волшебной палочки. И на­конец, словно не сумев удержаться, сказал: — Мне пришлось починить сломанный Исчезательный шкаф, которым никто уже много лет не поль­зовался. Тот, в котором год назад пропал Монтегю. — А-а-а. Вздох Дамблдора наполовину походил на стон. Он на мгновение закрыл глаза. — Это умно... Их, по-моему, два? — Второй стоит в «Горбине и Бэрке», — сказал Малфой, — и они соединены чем-то вроде про­хода. Монтегю говорил мне, что когда он застрял, то оказался словно подвешенным неизвестно где, но иногда слышал, что происходит в школе, а иногда — что в магазине, как будто шкаф перемещался между ними, только самого Монтегю никто услышать не мог... В конце концов ему уда­лось трансгрессировать оттуда, хоть испытаний он к тому времени еще не прошел. Он едва не погиб при этом. Все, кто слышал рассказ Монтегю, сочли его просто занятной байкой, только я один и по­нял, что он означает. Даже Горбин об этом не знал, один я понял, что, починив сломанный шкаф, про­ложу дорогу в Хогвартс. — Очень хорошо, — пробормотал Дамблдор. — Итак, Пожиратели смерти смогли проникнуть из «Горбина и Бэрка» в школу, чтобы помочь вам... Ум­ный план, весьма умный... и осуществленный, как вы сказали, прямо под моим носом... — Да, — подтвердил Малфой; удивительно, но похвала Дамблдора, похоже, польстила ему, прида­ла новые силы. — Да, вот именно! — Однако было время, — продолжал Дамблдор, — когда вы сомневались, что сумеете починить шкаф, не так ли? И потому прибегли к грубым, плохо про­думанным мерам — послали мне ожерелье, которое просто не могло не попасть в чужие руки... отрави­ли медовуху, хотя шансов, что я когда-нибудь выпью ее, почти не существовало... — Ну и что, вы-то все равно не поняли, чьих рук это дело, правильно? — насмешливо ощерил­ся Малфой. Дамблдор немного сполз по стене вниз — по-ви­димому у него отказывали ноги, а Гарри тщетно бо­ролся со сковавшим его заклятием, которое я успела незаметно на него наложить. — Вообще говоря, понял, — ответил Дамблдор. — Я был уверен, что ваших. — Тогда почему же вы мне не помешали? — ос­ведомился Малфой. — Я пытался, Драко. Профессор Снейп присмат­ривал за вами по моему приказанию... — Он не ваше приказание исполнял, он пообе­щал моей матери... — Ну, разумеется, так он вам и сказал, Драко, на деле же... — Он двойной агент, старый вы дурак, и напрас­но вы думаете, будто он работает на вас! — Тут нам придется остаться каждому при сво­ем мнении, Драко. Я, видите ли, доверяю профес­сору Снейпу... — Ну так значит вы потеряли прежнюю хватку! усмехнулся Малфой. — Он предлагал мне любую помощь, хотел присвоить всю славу себе, хоть как-то во всем поучаствовать: «Чем вы занимаетесь? Вы подсунули ожерелье, это же глупо, вы могли все ис­портить...» Да только я не сказал ему, чем занимаюсь в Выручай-комнате, он проснется завтра, а все уже кончено, он больше не любимчик Темного Лорда. В сравнении со мной, он обратится в ничто, в пус­тое место! — Да, это приятно, — спокойно согласился Дам­блдор. — Нам всем нравится получать благодарность за наши труды... И все-таки без помощника вы бы ни­как не обошлись... Вам нужен был кто-то в Хогсмиде, кто-то, способный подсунуть Кэти то... то... а-а-а... Дамблдор снова закрыл глаза и покивал, словно его одолевала дремота. — Ну конечно... Розмерта. И давно на ней лежит заклятие Империус? — Что, дошло наконец? — издевательски ухмыль­нулся Малфой. Снизу долетел еще один вопль, прозвучавший громче прежнего. Малфой снова нервно оглянул­ся, потом уставился на Дамблдора, продолжавше­го говорить: — Итак, бедную Розмерту заставили спрятаться в туалете и всучить ожерелье первой попавшейся ученице Хогвартса, которая войдет туда в одиноч­ку? А отравленная медовуха... Естественно, Розмерта могла добавить в нее яд, прежде чем послать бутылку Слизнорту, который собирался подарить ее мне на Рождество... Да, чистая работа... очень чистая... Бед­ный мистер Филч не стал бы, конечно, проверять бу­тылку, присланную Розмертой... Но скажите, как вы с ней сообщались? Я полагал, что все способы свя­зи со школой у нас под наблюдением. — Зачарованные монеты, — ответил Малфой. Ка­залось, он принуждал себя продолжать разговор; рука его, державшая палочку, ходила ходуном. — Одна была у меня, другая у нее, мы могли обмениваться сообщениями... — Это не тот ли способ секретной связи, кото­рым в прошлом году пользовалось общество, имено­вавшее себя «отрядом Дамблдора»? — спросил ста­рый волшебник. Дамблдор говорил легко, непри­нужденно, но Гарри увидел, как, задавая вопрос, он сполз по стене еще на дюйм. — Да, идею я взял у них, — криво улыбнувшись, сказал Малфой. — И мысль насчет яда тоже позаим­ствовал у грязнокровки Грейнджер — услышал в биб­лиотеке, как она говорила, что зелья Филч распо­знавать не умеет, ну и... — Будьте любезны, не используйте при мне это бранное слово, — попросил Дамблдор. Драко хрипло хохотнул: — Я, того и гляди, убью вас, а вы переживаете из-за слова «грязнокровка»? — Да, переживаю, — подтвердил Дамблдор, Гарри и я увидели, как его ступни скользнули по полу от уси­лий, которые он прилагал, чтобы стоять прямо. — Ну, а насчет того, чтобы убить меня, Драко, — у вас уже имелось для этого немало долгих минут. Мы со­вершенно одни. Я беззащитен в большей мере, чем вам могло когда-либо примечтаться, и все-таки вы так ничего и не предприняли... Губы Малфоя непроизвольно дернулись — как если б ему попала в рот какая-то гадость. — Так вот, насчет сегодняшней ночи, — продол­жал Дамблдор. — Я немного озадачен случившимся... Вы ведь как-то узнали, что я покинул школу? Хотя, разумеется, — ответил сам он на свой вопрос, — Роз­мерта видела, как я ухожу, и, не сомневаюсь, восполь­зовалась вашими замечательными монетами, чтобы сообщить вам об этом... — Именно так, — сказал Малфой. — Правда, она сказала, что вы надумали выпить и скоро верне­тесь... — Что ж, выпить я действительно выпил... и вер­нулся... если это так можно назвать, — пробормо­тал Дамблдор. — Так вы решили расставить мне ло­вушку? — Мы решили подвесить над башней Черную Мет­ку, чтобы вы примчались сюда посмотреть, кого уби­ли, — подтвердил Малфой. — И все сработало! — Ну... и да, и нет... — сказал Дамблдор. — Ведь насколько я понял, никто пока не убит? — Кто-то погиб точно, — ответил Малфой голо­сом, ставшим вдруг на октаву выше. — Один из ва­ших... не знаю кто, там было темно... я переступил через тело... я должен был ждать вашего возвраще­ния здесь, наверху, да только ваш феникс все время путался у меня под ногами. — Да, это они умеют, — сказал Дамблдор. Снова грохот и крики внизу, ставшие еще гром­че, чем прежде; похоже, сражение идет уже на вин­товой лестнице, ведущей туда, где стояли Дамблдор, Малфой, я и Гарри, в невидимой груди которого не­слышно бухало сердце. — Так или иначе, времени у нас остается мало, — сказал Дамблдор, — поэтому давайте поговорим о ва­ших возможностях, Драко. — Моих возможностях! — выпалил Малфой. — Я стою перед вами с волшебной палочкой и вот-вот убью вас... — Мой милый мальчик, пора оставить притвор­ство. Если бы вы собирались убить меня, то сдела­ли бы это сразу, едва применив Обезоруживающее заклинание, а не стали бы медлить ради приятной беседы о путях и средствах. — У меня нет выбора! — ответил Малфой, стано­вясь вдруг таким же белым, как Дамблдор. — Я должен сделать это. Он убьет меня! Убьет всю мою семью! — Сложность вашего положения мне понятна, — сказал Дамблдор. — Почему, как вы полагаете, я до сих пор не встретился с вами с глазу на глаз? Пото­му что знал: как только лорд Волан-де-Морт поймет, что я вас подозреваю, вы будете убиты. Малфой, услышав это имя, поежился. — Я не решался заговаривать с вами о задании, которое он вам дал, из опасений, что он использу­ет против вас легилименцию, — продолжал Дамбл­дор. — Но теперь мы можем наконец поговорить начистоту. Вреда вы пока никакого не причинили, никого не покалечили, хотя то, что выбранные вами жертвы выжили, и можно отнести лишь за счет уда­чи... Я могу помочь вам, Драко. — Нет, не можете, — ответил Малфой; палочка в его руке тряслась так, что страшно было смот­реть. — И никто не может. Он сказал, что, если я не сделаю это, он убьет меня. — А мне казалось, что в Хогвартсе, помимо Снейпа, вам помогал еще один человек, - с этими словами Дамблдор на секунду посмотрел в мою сторону, наши взгляды пересеклись, он незаметно кивнул мне и продолжил, – И если я не ошибаюсь, эта девушка всегда помогала и поддерживала вас, так еще и прикрывала Снейпа. — Не стоит сюда впутывать ее! – крикнул Драко, – Она не виновата, что я в такой ситуации! Я ее люблю и буду любить! Я сделал свой выбор, и она тоже! Глаза стоящего передо мной Гарри округлились, было видно, что Поттер еще не понял, но догадывался о какой ученице идет речь. «Спасибо, директор! Сохранить в тайне мои деяния теперь не получится! Хотя, нет, вы мне помогли сейчас сделать шаг к тому, чтобы мне было легче смотреть в глаза Гарри.» - подумала я. — Честно, я так и не понял, кто была эта девушка. С Когтеврана и Пуффендуя никто бы не согласился, там девушки немного боязливые, они бы побежали и сказали мне. Со Слизерина вы из девушек общаетесь только с Паркинсон, но она всегда была в моем поле зрения. Следовательно, кто-то из девушек Гриффиндора, я прав? – сделал общий вывод директор. — Вы правы, но я не выдам ее, повторюсь. Она. Не. Виновата. – стоял Драко в гневе. Повисла тишина, Гарри молчал и обдумывал сказанное Дамблдором, а я молча наблюдала за ним. Вдруг тишину прервал грохот ворвавшихся на башню к нам Пожирателей. Я продолжила наблюдать, как вокруг Драко встали приспешники Темного Лорда, в моих глазах не было ничего, кроме неизведанности.