Часть 11

Обсуждение было сложным. Гарри говорил много, но весьма завуалированно. Что еще больше нервировало Рона и Гермиону. — Как ты узнал о крестражах этих? — спросил Рон. — В библиотеке есть труд Герпия Злостного. — Да? — заинтересовалась Гермиона. — Что-то не припомню такого? — Гермиона, — закатив глаза, выдохнул Гарри, — не имеет значения где я это отыскал. Значение имеет, что это самая отвратительнейшая из мерзостных разделов магии и именно до этого додумался Волдеморт. — До чего же? — спросила Джинни. — Он разбил свою душу на много-много частей, а части эти спрятал в памятных вещах. Это словно якорь. И пока существует хоть один он не может исчезнуть навсегда. Такой себе секрет бессмертия. — Какой ужас, — скривилась Сьюзен. Все в той или иной мере были шокированы известиями. — Но это может быть все что угодно! — удивилась Гермиона, тут же проанализировав полученную информацию, — Кто знает, что он воспринимает как памятное?! Он же маньяк. — В этом и была проблема, но Гарри кажется нашел отгадку, — проговорила я. — Волдеморт спрятал части своей души в реликвии основателей Хогвартса. — И уничтожил некоторые из них. — закончил Гарри. — Что? — возопил Рон в ответ, — И ты молчал? А еще друг называется! Это получается я самое веселье пропустил? — Хм, — усмехнулся Гарри холодно, — Ну когда я уничтожил первый крестраж ты, если честно, был неподалеку, а твоя сестра и вовсе в первых рядах. — Что? — удивилась Джинни, — Дневник? Дневник Тома Реддла и есть крестраж Сам-знаешь-кого? — Это один и тот же человек. — пояснил Рон. — Ой, отстань! — отмахнулась от него сестра, — Гарри? — Так и есть. Я уничтожил его первый крестраж на втором курсе. — Знаешь, ты очень изменился за последнее время, — проговорила Гермиона, — Теперь я понимаю почему. В-Волдеморт убил твоих родителей, я понимаю твое стремление искоренить его заразу. Это похвально. Но ты не должен разбираться со всем этим в одиночку. — Я же не идиот. Я думал запросить подкрепления. — Я не про сейчас, Гарри. — упрямо проговорила Грейнджер. — В общем, мы тоже можем помочь. Над Астрономической башней уже была глубокая ночь, когда заговорщики отправились по спальням. Все согласились, что раз Пожиратели намерены стартовать завтра, в вечерних сумерках, то сегодня там делать нечего. Тем более последний экзамен никто не отменял, Мордред его дери.

***

Утром, сразу после завтрака, все снова собрались вместе. Гарри запретил ребятам привлекать еще кого-то, раскрывая тайну сегодняшних событий, поэтому количество собравшихся не изменилось. Мы со Сьюзен пришли в Выручай-комнату последними. Рон и Гермиона чертили что-то на увеличенном пергаменте, двигая по нему монетки. Невилл и Полумна тренировались в атакующих и щитовых чарах. У Невилла было такое сосредоточенное лицо и решительный взгляд. Джинни Уизли крутилась… вокруг моего мужа! Ах ты, чертовка! Ревность красной пеленой окутала мои глаза и я выдохнув сквозь стиснутые зубы втиснулась в их тесный междусобойчик, и, полоснув взглядом младшую Уизли, поцеловала Поттера, легко соприкоснувшись губами. — Ари, — тут же тепло отозвался Поттер, улыбнувшись. И казалось, ничуть не удивился моему поцелую. Джинни Уизли закашлялась. — Я чего-то не знаю? — беспомощно проговорила в пространство. — Вы что, встречаетесь? Мы с Поттером улыбнулись друг другу. Притяжение между нами не угасало ни на минуту, словно увеличиваясь день ото дня. И каждая встреча, пусть и после ночи или раздельных занятий были для нас необходимостью, глотком живительной влаги. Это было потребностью — прикоснуться друг к другу, взглянуть в родные глаза, замереть на секунду, смешивая дыхание. — Забей, Джинни, — отозвался Рон. — Гарри, — подключилась Гермиона, — ты уверен что директора Дамблдора стоит извещать именно так? По предложению Гарри мы, отправившись в Министерство, должны удостовериться в наличии там Пожирателей. Переключив их внимание на себя, Поттер хотел послать Дамблдору патронуса с призывом о помощи, надеясь, что фактор неожиданности позволит нам сработать на опережение и избежать вопросов со стороны директора, связанного боем. А уж после боя… Выжить бы. А там сознаваться. Мне этот план не нравился совершенно. Какая это хитроумная ловушка? Штурм и связывание боем? Что-то очень расплывчатые перспективы. А у нас толпа несовершеннолетних. Что собственно я ему и сообщила. — Твои предложения? — Пойдем к Снейпу. — Что? — возопили все на несколько голосов. — А что? Он вообще-то тоже в Ордене Феникса. Думаю у них между собой есть какая-никакая связь, раз уж мы додумались до зачарованных галеонов. Взрослые маги смогут хоть как-то подготовиться к битве, подкрепление организовать, да хоть собрать необходимые зелья, артефакты, а не влетать в бой вперед макушкой, вырванные директором из собственных постелей. — Это не лишено смысла, — проговорила Гермиона, — я тоже соберу походную аптечку, у меня есть некоторые зелья. — У меня тоже есть, — отозвалась Сьюзен, — Запас не помешает. А еще у меня есть сумка с чарами расширения. Там мы можем разместить все необходимое, что может нам пригодиться при оказании помощи. — Думаете, это может пригодиться? Зелья? — нахмурился Рон, посмотрев на Джинни. К гадалке не ходи Рон не хочет чтобы Джинни участвовала в опасной заварушке. Молли Уизли будет пострашнее цербера, которому не давали спать целую вечность. Если крошка Джинни пострадает то Рона убьют, а потом воскресят, чтобы капать на мозги вечность за то что не уследил. — Лишним не будет. — отрезала я. Обсуждение закончили глубоко за полночь, но все понимали, что план шит белыми нитками и от этого страх мурашками пробегая по спине, заставлял волосы на затылке приподниматься. Мы же ни разу не боевики! И не участвовали в таких стычках! Может, Темная морда и натаскивала своих соратников как псов на дичь, но мы-то ученики, блин! Отправив всех по спальням, по сотому кругу всех успокоив, что без них вот уж точно никуда не соберемся, и да, мы понимаем, что если что, то их обида будет очень страшна, и да, осознаем, что дружбе конец, и да, вот уж точно никогда не предадим в их лучших чувствах. Фух. — Кажется мы вляпались в самое сраное дерьмо из возможных. — проговорила я спустя несколько минут блаженной тишины. — Мы и впрямь не можем их взять. — Угу. Я знаю. Скажи это Рону и Гермионе. — Мда, — посмурнел Поттер. — Это будет полнейший бред, если мы их потащим. — Думаю Невилл с тобой бы не согласился. Ему есть за кого мстить Пожирателям. — Блять, ты не помогаешь! — взорвался Поттер и вскочив на ноги, заметался взад и вперед по Астрономической башне. Встав на его пути, просто обхватила руками за талию и прижалась щекой к груди. Его сердце заполошно билось, выдавая весь раздрай, в котором он сейчас находился. Он вцепился в меня как в спасательный круг и вдыхал аромат моих волос так, будто от этого, в буквальном смысле, зависела его жизнь. — Я и тебя не могу с собой взять, Ари. — с болью в голосе прошептал Поттер мне в макушку, — Просто не имею права. — У тебя просто нет выбора, муженек. — фыркнула ему куда-то в грудь, — Вместе навсегда. Улавливаешь? Если ты там свою буйную головушку сложишь мне ж одной век куковать, а я может еще внуков и правнуков нянчить хочу, да с тобой, оленья твоя башка, в одной постели просыпаться. — О да, а я как хочу… в одной постели, — проговорил Поттер, оттаивая. — И внуков, правнуков тоже. — Говорил я тебе, сначала дочку родим, а ты уперлась, внучку хочу, внучку. — неказисто пошутила, чтобы разрядить обстановку. Поттер заржал. И неожиданно подхватил меня под ягодицы и закружился. Я захохотала в ответ. — Так, так, так. — раздался голос в темноте, — Студенты не в постелях после отбоя. Замечательно. Поттер развернувшийся на звук даже не соизволил поставить меня на ноги, так и держал. Так что я пред темные очи одного угрюмого профессора Зельеварения, а это был именно Северус Снейп собственной персоной, предстала в весьма неоднозначном виде. — На ловца и зверь бежит. — буркнул под нос Поттер и все же поставил меня на ноги. Я тут же развернулась в его руках и встретилась с черными изучающими глазами. — Профессор Снейп, — кивнула ему вежливо, на что Северус Снейп изящно вздернул левую бровь, — Доброй ночи. Неправда ли прекрасная погода. Вторая бровь последовала за первой. — Мисс Эджком? Признаться не ожидал вас увидеть в столь неподходящей компании. — Правда? Отчего же? — Насколько мне известно, этот индивидуум, вечно притягивающий все неприятности в радиусе пятнадцати миль вокруг, вознамерился причинять добро, с настойчивостью носорога наносить ласку и спасать весь этот безнадежно прогнивший мир. Не думал, что вы находите такие планы подходящими. Все же студенты Рэйвенкло обладают одним недоступным для Поттера изящным исключением. — И что же это за исключение, профессор? — спросила я спокойно. — Вообще-то этот неподходящий индивидуум здесь, — рыкнул Поттер. — Мозги, мисс Эджком. Обычно студенты Рейвенкло имеют мозги. О, Северус Снейп кажется наслаждался этой ситуацией. Как же поймать Поттера вне спален после отбоя. Какие открываются перспективы на наказания, отработки и снятие баллов и троллинга Минервы Макгонагалл. Особенно, когда соревнования на Кубок школы вышли на свою финишную прямую. Такой повод! Я хихикнула. Сюр! Какой же сюр! Я сойду с ума в этом гребаном магическом мирке. — Профессор Снейп, нам, кажется, нужна ваша помощь. — Кажется? Забыли где располагаются ваши факультетские башни? — Нет, сэр, — встрял Поттер, устав наблюдать за нашим разговором, словно отвлеченный статист, — есть информация что Пожиратели смерти готовят назавтра рейд за Пророчеством и устраивают засаду в Отделе тайн. Реально ли подключить Орден Феникса? Тогда бы там могла бы получиться нехилая заварушка. Возможно, у нас получилось бы обезвредить несколько самых одиозных бойцов. Или самого Его. Я имею ввиду вашего первого хозяина. Или он был вторым? А, неважно. Вот что я называю держать лицо. Ни один мускул не дернулся на усталом бледном лице. Кажется Северус только и сделал, что пропустил один вдох, застопорившись в ритме дыхания, да сбледнул с лица чуть больше обычного. Кремень! — Следуйте за мной! — прошелестел Снейп и, взмахнув полами мантии развернулся, направившись на выход, — Оба! Мы переглянувшись с Гарри потопали следом. Я только и успела что пихнуть локтем в бок этому «носорогу». Нельзя было как-то помягче? — Нельзя! Блин, я что это в слух сказала? — Время видела? Если и дальше тянуть кота за…хвост наступит утро. — Все же можно было бы как-то поизящней выразиться? — попеняла ему. — Изящество и Поттер, мисс Эджком? — саркастично фыркнул впереди идущий Снейп. — Я все еще надеюсь вас удивить, профессор, — задиристо ответил Гарри. — О я очень удивлюсь, если вы, с вашей нелепой жаждой приключений закончите школу, а не сбежите в очередной рейд с палочкой наперевес, стоит чему-то где-то приключиться. Я фыркнула. Канонный Поттер как раз так и сделал. Провертел на причинном месте последний учебный курс и рванул куролесить по лесам с палочкой наперевес. Даже когда Темная морда убился и всех «потеряшек» призвали окончить, наконец, школу, из всей их шайки-лейки только Гермиона оказалась сознательным гражданином, получив блестящие оценки за Жутко Академическую Блестящую Аттестацию. Сам же Поттер нюхнув ветра свободы подался в Аврорат — читай так и продолжил бегать с палочкой наперевес. Моему «Поттеру» путь в Аврорат заказан. Пусть только попробует! Мне может седые волосы не идут, а с такой работенкой супруга они как пить дать поседеют. Эх, что-то раскисла я. Нервничаю по поводу завтра. Спустя некоторое время мы оказались в подземельях. А именно в личных покоях декана Слизерина. Обстановка была уж очень личная. Гостиная, в которой мы оказались, была неожиданно очень уютной. Мягкие кресла у тихо потрескивающего поленьями камина, небольшой резной столик между ними с чашкой недопитого чая. Мягкий, приглушенных оттенков, ковер устилал холодные плиты пола. В глубине — пара диванов с журнальным столиком, а вдоль стены книжные шкафы, прямо до потолка. До верхних полок можно добраться лишь по лестнице, что сиротливо притулилась у крайнего левого шкафа. Пушистый плед небрежно брошенный на диван, пара раскрытых фолиантов. Неплохие пейзажи на стенах в тускло мерцающих в пламени камина старинных рамах. Между двух дверей богато украшенных витиеватой резьбой разместился столик с серебряным подносом. Несколько, разной степени наполненности, графинов с янтарного цвета жидкостями. Два бокала для виски. Ведерко со льдом, видимо под чарами стазиса — лед не тает. Ай да Северус! Ай да сибарит! — Ну-с, глубокоуважаемые студенты, я вас внимательно слушаю, — остановившись посреди гостиной проговорил Северус таким тоном, что всем сразу стало понятно какие мы глубокоуважаемые, — Начните с того момента, откуда вам стало известно о пророчестве. Насколько мне известно вас не собирались ставить в известность о факте его наличия. — Под клятву о неразглашении, профессор, — спустя долгую минуту переглядываний проговорил Поттер. — Хм, — картинно прикоснулся длинными пальцами к подбородку Северус, будто размышляя над идеей, — Напомните мне, почему я должен сейчас вас выслушивать, а не сгноить на отработках до конца ваших дней? — Может потому что вы давали клятву защищать ребенка любимой женщины? Я даже глаза закатила. Как прямолинейно! Северус, словно хищное животное, замер, будто перед смертоносным броском. — Что вы сказали? — просипел он. — Клятва, сэр. Только после клятвы о неразглашении кому-либо информации, которую вы услышите от нас сегодня. Никому и никогда. Он думал долго. Очень. Но все упиралось в то, что Поттер не собирался сдаваться. Он понимал, что от этой информации могут зависеть наши жизни. Снейп даже попытался прочитать Поттера. Я заметила этот момент только лишь оттого, что Поттер насмешливо фыркнул, смотря в лицо Снейпу. У Северуса в этот момент глаза будто потеряли…пытливость, что-ли, превратившись на мгновение в два бездушных черных тоннеля. Но только на секунду. Изумление сверкнувшее на лице профессора Зельеварения было настолько явным и инородным, что не заметить его было невозможно. — Как? — Все же я не лишен доли изящества, не так ли? Если познал такую «тонкую» науку как Окклюменция? И это не смотря на всю мою нелепую жажду приключений. — Что же, не думал, что скажу это когда-нибудь по отношению к вам, но вы меня удивили Поттер. — Иной раз я сам себе удивляюсь, профессор, — спокойно пожал плечами Гарри. Снейп задумчивым взглядом окинул нас и поразмышляв еще немного все же кивнул. Спустя пару часов бурного обсуждения и построения планов мы были выжаты как лимоны. Северус выпотрошил все подробности и сопоставлял свои сведения одному ему известным образом. После всего, что он узнал, он сделал собственный, заставивший нас с Поттером удивиться, парадоксальный вывод. — У вас просто включилась Память о некой прошлой жизни. Так бывает, на самом деле не так уж и редко. В магловской культуре это искаженно называется альтер-эго, в древних учениях это называлось и перерождением и реинкарнацией, названий нет числа, так как каждая общность по-своему отвечает на вопросы жизни и смерти, течении времени и тайн памяти. В магическом мире часто такое перерождение именуется памятью предков, или родовым секретом, но это не меняет того факта что магия — дарует. А что дарует Магия — благо. — Ого. — прошептала я. С моей точки зрения я есть я, а не Мариэтта, у которой открылась память девицы из параллельного немагического мира. Как память маглы могла бы пригодиться волшебнице Ари? — Не лейте все ингредиенты в один котел, Мариэтта. — отмахнулся от высказанных вслух моих переживаний, — Это не только линейная память о некоторых событиях. Это костяк, стержень если хотите, основополагающих действий и реакций, толчок к силе воли или усердию. Или еще миллионам вариантов причин. Вы это вы и никак иначе. — А как же экзорцизм и изгнание демонов? — Магловские байки. Если вы помните, во времена охоты на ведьм маглы сжигали на кострах тех, на кого падала тень использования магии. Но магам костер инквизиции не страшен, есть невероятное количество заклинаний, плетений чар, защитных артефактов, зелий, защищающих мага от поражения огнем. — Трансгрессия, наконец. — Верно мыслите, Поттер, — кивнул моему супругу профессор Снейп, — Магическая наука насчитывает тысячи лет и все это время знания накапливаются и множатся. Магам известно о существовании души намного дольше. Мы даже видим ее визуальное проявление, кстати. — Когда дементоры высасывают ее? — Верно. То, что вы описываете не может случится. Точка души, при всей бесконечности, имеет отсчет. И зарождается она во время зачатия и не может замениться в одном теле на другую, просто потому что это невозможно. Я не буду сейчас прорываться в дебри некромантии или целительства. Просто примите как факт. Вы Поттер, а вы Эджком. Просто с памятью другой жизни. Стало ли мне легче от полученной информации? Отчасти. Для себя я это объяснила раньше, в моей «парадигме» есть факт попаданчества и если мне так проще принимать реальность пусть так и будет. На самом деле это не изменит ничего. Никто из нас не окажется в своих прошлых телах, ни Поттеры, что этот, что прошлый, ни мы с Мариэттой. — Что же касается завтрашней, как вы, Поттер, выразились, заварушки, я считаю, что необходимо собрать все возможные силы. Орден Феникса — разрозненная малообученая действовать в боевых условиях, толпа разновозрастных магов. Тут и близнецы Уизли, бросившие школу и Дедалус Дингл разменявший первую сотню лет. Боевики Темного Лорда сомнут их, словно кулак пергамент. — Погодите, в моей памяти это не выглядит как сокрушающий кулак. — возразил Поттер, — Пожиратели смерти принявший бой в моих «воспоминаниях» разбрасывались пусть и опасными, но школьного уровня заклинаниями. И, по большому счету, никто особо не пострадал. Относительно, конечно. Но они могли бы просто убивать нас как только видели, а они разговоры разговаривали. — Бэлла пулялась Авадами будь здоров. — Она просто сумасшедшая. — махнул рукой Снейп, — Другие думаю и не старались вас особо достать. Все же воевать с детьми не то же самое что со взрослыми волшебниками. Это можно использовать. — Что? — возопила я, — Вы всерьез думаете поставить под удар школьников едва закончивших пятый курс? — На войне все средства хороши, — цинично проговорил Северус, — А мы могли бы принять меры по их защите? — Какие такие меры? — Пара капель Феликса еще никому не мешала, особенно когда маг ввязывается в заведомо смертельно опасное предприятие. — Хм, — отозвался сидящий рядом Гарри. — А еще мы могли бы вызвать Аврорат, под видом, не знаю, проникших в Министерство кучки заговорщиков против власти Фаджа. Думаю, он среагирует очень остро, если его поманить Альбусом и тогда министр вышлет неплохое подкрепление. А там, связанные боем они не смогут уже остановиться или сбежать, а волей не волей перетянут часть Пожирателей на себя. А еще нужно вызвать Робардса с его гавриками. Пусть у них с Грюмом взаимная неприязнь на фоне ревности, но боевики они отличные, а это повысит ваши, Поттер, шансы на успех. — Сами вы планируете посетить сие сборище? И на чьей стороне? — Намекаете, что пора делать выбор? — Если нам удастся заполучить жалкую душонку Темной морды, уничтожить Нагайну то останется кольцо и чаша. Не пора ли отвязаться от странной компании? М? Северу замолчал на некоторое время. Потом, мотнув головой продолжил. — И с крестражами в самом деле нужно что-то сделать. Считаю, что необходимо сообщить о крестражах и их нахождении Альбусу. Вы должны рассказать ему. Сейчас. — Сейчас я и думать спокойно не могу, не говоря уж о том чтобы выдержать еще один раунд выяснений отношений подобно тому, что вы устроили нам часом ранее. — раззевался Поттер, потирая глаза, — Снова проговаривать все это, отстаивая свою точку зрения? Меня просто вырубит на полуслове. В этом я была с Поттером солидарна. У меня тоже будто песка в глаза насыпали, а веки превратились в свинцовые шоры. — Мда, — Снейп осмотрел нас препарирующим взглядом. — Сутки обещают быть горячи, а вы носом клюете. — Издержки юношества. Знаете ли, все откладывается на последний момент… в том числе и обсуждение решающих битв, — зевнул еще шире Поттер. Северус поднявшись, скрылся за дверью спальни. А вернувшись, вручил нам по флакончику с неоново-розовой опалесцирующей жидкостью. — Восстанавливающий бальзам. Выпьете сейчас, потом пару часов сна. С этим зельем выспитесь так, будто спали все десять. До дна. Да не здесь же, Поттер. Дойдите до кровати хотя бы. Продолжим утром. Это было странно, но Снейп разместил нас на своей же спальне. Правда разделив кровать магией на две поуже. Мы с Поттером не раздеваясь завалились в кровати и выпили по отвратительно-приторному вырвиглазному зелью. Что было дальше я уже не помню. Уснула. А проснулась выспавшаяся и отдохнувшая, будто и впрямь проспала десять часов. Поттер и Снейп переговаривались о чем-то в гостиной, до меня долетали лишь обрывки тихих разговоров. Не знаю уж, настолько ли одиозен Снейп как профессор зелий и как он общался с Поттером ранее, сегодня они вели весьма мирный диалог. Я воспользовалась ванной, привела в порядок волосы и очистила одежду. Все-таки магия — сила. Приятно после душа быстро высушить и уложить волосы, очистить одежду, и надеть ее, свежую и теплую. За окном, наколдованном в подземелье, были сумерки. Еще раннее утро. Ночь только сдает свои позиции еще не умывшись утренним светом. — Почему вы сейчас ведете себя так…спокойно? — спросил Гарри у собеседника. — Просто сейчас я вижу в ваших глазах больше разума. — О, спасибо, — скептически скривился Гарри. — Вы стали больше походить на мать, вот и все. — все же ответил декан Слизерина. — Раньше, своей непокорной безбашенностью и презрением к правилам вы напоминали своего отца, а у нас с ним… — Я помню, профессор. — прервал его Гарри, — все иногда бывают мудаками. — Не может быть! Даже я? — картинно удивился Снейп. Мужчины в гостиной похоже фыркнули. Показавшись в дверях гостиной увидела умилительную картину распивающих кофе собеседников. Увидев меня Снейп кивнул приветствуя. Поттер поднялся из-за столика, и подойдя ближе отодвинул стул рядом с собой. — Доброе утро, жена моя! — проговорил Поттер, придвинув стул и запечатлев поцелуй на моей щеке, стоило мне только разместиться за столом. Снейп, именно в это самое мгновение глотнувший кофе, поперхнулся, закашлявшись. Даю голову на отсечение Поттер ждал момента и сделал это специально. Позер! — Кстати, Северус, знакомьтесь. Моя жена Мариэтта Элизабет Поттер-Блэк. Северус, пропустив панибратское обращение лишь хлопал глазами. — Жена? — все-таки прохрипел он, — А Альбус знает? — Можно целый список написать о чем не знает Альбус Дамблдор! Слова Поттера по странному стечению обстоятельств слились в одно со вспышкой изумрудного пламени в камине из которого вышел вышеназванный многоименный белобородый старик. Ну как старик. Движения у мужчины явно не стариковские, спина прямая, сухощавое гибкое телосложение, острый взгляд. С толку сбивали только белые длинные волосы и борода. Но может это такой маневр отвлекающий? Мысленно пожала плечами, чем бы дитя не тешилось, лишь бы Поттера не уконтрапупило. Я, в любом случае, доверять этому старцу не намеряна. Ибо нефиг. Просто, сейчас Дамблдор обладает нехилыми такими ресурсами, и я имею ввиду не богатства там или еще что-то подобное. Он обладает огромными знаниями, это раз. Опытом, два. И немалым числом магов-последователей, которые готовы выступить на его стороне, три. И хрен поймешь, что из этого ценнее. И все это нам определенно пригодится. — Чего я не знаю? — по-доброму усмехнулся Дамблдор, просканировав яркими голубыми глазами окружающее пространство сквозь очки-половинки. Приметив присутствующих он мягко поздоровался со всеми, остановив в итоге свой взгляд на мне. — Мисс Эджком, признаться мне несколько неожиданно видеть вас здесь сегодня. Больше ожидаемо было увидеть мистера Уизли и мисс Грейнджер, конечно. О, нисколько не хотел обидеть вас. — Думаю, мисс Эджком как никто должна быть здесь, Альбус, — ответил Дамблдору Северус. Дамблдор задумчиво осмотрел всех вас, потом просто кивнул и наколдовав себе стул, больше смахивающий на трон, спокойно потянулся к кофейнику и тостам. Некоторое время прошло в тишине, прерываемой только позвякиванием чашек о блюдца. После легкого завтрака Северус пригласил всех разместиться на диванах. Дамблдор с дружелюбным воодушевлением, прошествовал и расположился на диване не сводя с нас внимательного взгляда, прикрываясь напускной доброжелательностью, разве только в ладоши не хлопал. Весь его волшебный образ потек, стоило Гарри произнести одно слово. — Крестражи. Директор вздрогнул и напускное спокойствие стекло с него как туман с горы при наступлении рассвета. — У Волдеморта семь крестражей. Сейчас уже меньше. Первый из них я уничтожил на втором курсе. Им оказался дневник Тома Реддла. За последние годы я продвинулся еще дальше. — Как ты узнал о крестражах? — холодно и остро спросил директор. — Кричер. — ответил Поттер. В обсуждениях этой ночью Гарри принял за всех решение не распространяться особо при Альбусе, любые увещевания Северуса, что старик на нашей стороне не помогли. Северус был под клятвой о неразглашении и рассказать о любой услышанной от нас информации никому не сможет. А мы с Гарри признаваться, всем и вся раскрывать свои карты были не намерены, — Он долгие годы хранил крестраж Волдеморта в особняке семьи Блэк. Регулус Блэк первым разгадал секрет бессмертия своего хозяина и первым попытался воспрепятствовать этому. Он отыскал крестраж, но уничтожить его не смог, погиб в ловушке Волдеморта. Крестраж был переправлен с Кричером, с наказанием уничтожить опасный артефакт. Но домовик не справился. Пока я не помог ему исполнить последнюю волю его хозяина. — Мерлин, — ошеломленно проговорил Дамблдор. — Крестражем была древняя реликвия. Медальон Салазара Слизерина. Он вообще тяготел к чему-то великому и древнему, видимо. Следующим крестражем оказалась Диадема Рейвенкло. Домовики ощущая темнейшие эманации предмета сторонились его, но когда мы с друзьями стали тренироваться в непосредственной близости от действия артефакта они не могли остаться в стороне и предупредили. — Она была спрятана в Выручай-комнате? Диадема? — Верно. Размышляя о реликвиях основателях я отыскал информацию о мече Гриффиндора и чаше Пенелопы Хафлпафф. Меч крестражем быть не мог, потому что я убил с его помощью василиска, чей яд закалил клинок, ведь гоблинский металл… — Принимает в себя только то, что его закаляет. — продолжил ошеломленно Дамблдор. — Значит чаша? — Да. Но сейчас, оскверненная крестражем, она хранится в личном сейфе Беллатриссы Лестрейндж и доступа к которому у меня нет. Гоблины не рискнули вмешаться в дела волшебников. Выхода на главу гоблинов Робвангха Гринготса я не нашел. Северус изумленно поднял брови. Не ожидал такого четкого и хладнокровного повествования? Знай наших. — С этим я могу помочь прямо сейчас. Робвангх мой должник. Он не сможет отказать. Я на это надеюсь. Чашу мы достанем. Не откладывая дело в долгий ящик вытащил из рукава длинную узловатую палочку и призрачный, голубоватого света феникс исчез в пространстве, унося сообщение главе гоблинов. — С чего ты решил что крестражей семь? И как ты узнал о сейфе Беллатриссы? — Это я вспомнил, как она хвасталась на собраниях, что Лорд доверил ей спрятать что-то невероятно ценное для него. — подключился Северус, пожимая плечами — Памятуя о таких же рассказах Люциуса, которому был доверен Дневник я провел аналогию. — Размышляя о крестражах, удивлялся их огромному количеству. В библиотеке семьи Блэк есть размытое описание, скорее больше предостережение, о мерзостнейших из отвратительнейших чарах, что основой своей выбирают смертоубийство, разрывая душу на части, словно дикое животное плоть, в конце концов и обращающим животным, полностью теряя разум и человеческий вид. — Магический откат. — кивнул сосредоточенно Альбус. — Мерлин, какая мерзость, — просипел Северус, — Свет аристократии шел под знамена бездушного монстра. — Наличие не одного, а многих крестражей заставляло отыскать их точное количество. Думаю Волдеморт насквозь суеверный, выросший в приюте ребенок, каким он себя называл в подземельях Тайной комнаты, жил в некотором заблуждении о мире магии. Я сам грешил таким на младших курсах. Думаю он хотел собрать семь крестражей. Как сильнейшее магическое число. — Семь? Разве мысль иметь хоть один из них не ужасна сама по себе, — с отвращением проговорил Северус, а Дамблдор задумчиво кивнул Поттеру, соглашаясь с его доводами. — Дневник, Диадема, Медальон, Чаша… Что еще? — Я. — Что, прости? — проговорил Дамблдор. — В ночь на Хэллоуин, пришедший в дом Поттеров Волдеморт развеялся, но прежде убил моих родителей. Мы знаем, что он не исчез, а значит его что-то удержало. В ту ночь он создал еще один крестраж, возможно неосознанно, возможно его раненая душа уже разваливалась сама по себе теряя свои частицы, кто знает? Но одна малая часть нашла единственное возможное вместилище в той ситуации. Единственное живое существо. — О, Гарри, — с грустью в глазах Дамблдор дотронулся до руки Поттера, склонившись к нему ближе. — Как это возможно? Как достать крестраж из живого человека? — в шоке Северус заходил по гостиной. — Только убить его, — Гарри спокойно подтвердил то, что рвалось с губ Альбуса. — Так и вышло. — проговорила я, прерывая дутое участие и жалость, что патокой разлилась вокруг Дамблдора. Нечего здесь свои идейки выдумывать! Никто моего мужа как свинью на убой под Аваду не пустит! Я сказала! — На втором курсе Гарри подвергся нападению василиска. Яд попавший в кровь очистил Гарри, а слезы феникса позволили выжить. — Так все и было. И крестража во мне больше нет. — примиряюще проговорил Поттер, успокаивая не на шутку разволновавшегося Северуса, — Диагностика, проведенная гоблинами подтвердила отсутствие во мне любых темных эманаций, а также разрушение ранее оказанных воздействий, наложенных заклинаний и принятых зелий. Дамблдор вздрогнул. Да, незаметно, едва-едва. Но вздрогнул. Ах ты, сука! Рыльце в пушку? Ну я тебе устрою. Сам отправишься в хижину Гонта. Там есть одно сокровище, что подкармливаясь демонами твоих былых воспоминаний, вынудит тебя ошибиться. Скажете я жестока? Пусть так. Но он взрослый маг. Ошибется — так сам. Нет — так тому и быть. Пусть живет, если сможет. Но то что он явно магичил по отношению Гарри ясно как божий день. А еще меня смущает та ментальная вкладка, что заставила Гермиону в том сраном ритуале подставить под удар Гарри. Не выглядывает ли и оттуда колокольчики в чьей-то седой бороденке? Неужели это он? Зачем? Надоел ручной герой? Или форсировал события? — Еще один известный крестраж это родовое кольцо семьи Гонт, — врала я, как по писаному, подключаясь к разговору. Извещать Дамблдора о попаданстве никто не собирался, так что я плела кружева лжи, сама себе удивляясь. Но нам нужно во что бы то ни стало легализовать информацию о крестражах, так что… — Мой дядя, Килиан Эйвери — Пожиратель смерти. В одну из своих попыток уговорить мою мать, бросив отца, вернуться в семью, он перебрал, и, как мне казалось тогда, бредил. В бреду он разговаривал будто бы с уважаемым Лордом, но называл его то лордом Гонтом, то своим Лордом, то Темным Лордом. Темным Лордом Пожиратели смерти называли Волдеморта, как мне известно. На утро он ничего уже не помнил, а я зарывшись в книги о родословных семействах отыскала этих Гонтов. Дамблдор с удивлением слушал мое повествование, совершенно не понимая моего здесь присутствия. — Гонты чистокровное семейство известное в обществе как потомки Слизеринов, славилось близкородственными браками, к двадцатому веку абсолютно опустившееся. Проживали в городке Литл-Хэнглтон. Где и семейство маглов по фамилии Реддл, которые по найденным в открытых источниках материалам, погибли при странных обстоятельствах прямо у себя в доме. А волшебник по фамилии Реддл, учился в Хогвартсе, а после себя оставил дневник со своим именем в котором была заключена частица души Волдеморта, темного Лорда — мистера Реддла, именующего себя лордом Гонтом. Так Гарри? — Именно так. Волдеморт и Том Реддл один и тот же человек. — В летописях чистокровных семейств редко описываются семейные реликвии, ведь это не принято разглашать, но семейство Гонт, также кстати скоропостижно умершее примерно в то же время, что и Реддлы, с апломбом рассказывали всем, что ведут родословную от Слизерина, а то и древнее, и предъявляли старинный перстень с мрачным камнем и странной треугольной печатью, именуя ее «печатью Певереллов». Дамблдор чутко отреагировал на мой вброс. Думаю теперь он из кожи вон вывернется, но посетит Дом Гонтов дабы отыскать кольцо с «треугольной печатью Певереллов». — Кольцо Гонтов и есть крестраж. — тем временем продолжила я, — Волдеморт создал его убив своих родственников. Магов или маглов неизвестно, но факты говорят сами за себя. — Постойте, но тогда Темный лорд дитя мага и маглы? Или магла и ведьмы? То есть он полукровка? — ошеломленно проговорил Снейп себе под нос, — Мальсибер с ума сойдет. — Интересная гипотеза, мисс Эджком. — не обращая внимания на слова Северуса ,продолжил Дамблдор, — Но в таком случае крестраж может быть где угодно. Даже при самом Волдеморте. — Это вряд ли, — отрезал Северус. — Темный лорд не носит колец. Вообще никаких украшений. Никогда. — Хм. — Я думаю он мог спрятать его в доме своей семьи. — В особняке Реддлов? — Маглов? — отрицательно покачал головой Поттер, — Не думаю. Перстень в доме Гонтов. Сделав свои грязные дела он просто оставил его там, куда больше никогда бы не пришел. Его бы не приняли повернутые на чистоте крови родственники. — Хм. — снова буркнул Альбус. — Думаю это похоже на правду. — поддержала Гарри, — Скорее всего перстень чрезвычайно серьезно зачарован или проклят. — К-хем, — задумался директор. — Думаю, кое-что я смогу проверить. Потом побарабанив длинными тонкими пальцами по подлокотнику дивана Дамблдор воскликнул: — Но это только шесть! — Седьмым крестражем может быть змея Темного лорда. — ответил профессор Снейп, — У него странное притяжение к Нагайне. Он ее очень оберегает. — В пользу этой идеи говорит и ментальная связь Лорд-Нагайна-я. У меня как бывшему вместилищу крестража Волдеморта осталась чувствительная связь с ним, некий канал, нить по которой соединяются или объединяются наши разумы. — Эти сны и видения в случае с Артуром Уизли. — Дамблдор закивал. — Верно. Если я был «в змее», то это косвенно указывает на обоюдную связь. — Окклюменция не дается тебе? Именно так ты увидел планы Воландеморта на пророчество? Северус обрисовал лишь в двух чертах. Я даже не знаю что и сказать по этому поводу. — Думаю, стоит попытаться переломить ситуацию. На наших условиях, ведь мы будем предупреждены. - жестко проговорил Поттер. — А значит вооружены, — закончил Северус. — Никто из людей Лорда не ожидает получить реальный отпор. Весь упор на слабоумие и отвагу одного гриффиндорца, который не разбирая дороги рванет прямо в ловушку подготовленную для него.