Часть 77

Вчерашний день был, конечно, потрясающим, и даже тот факт, что Лиза не успела в университет, а я на работу, не смог омрачить его, но сегодня… Сегодня я сходил с ума. Уехав на работу, я не мог ни на чем сосредоточиться, и все время думал об Альбине и ребенке, которого она ждет. И о том, что мне нужно рассказать все Лизе. Тянуть больше нельзя, Паша прав. Альбина в любой момент может появиться на пороге нашей квартиры и подать эту новость так, как ей вздумается, и тогда всё. — Привет, есть минутка? — в дверях показался Чистяков, и я кивнул ему, пытаясь вникнуть в суть того, что я читаю в очередном договоре. — Как у тебя дела? — спросил парень, подходя к моему столу. — Пока не родила. — съязвил я, отбрасывая бумаги на стол. — В прямом смысле, блять. — откинувшись на спинку кожаного кресла, я закинул руки за голову и развернулся к окну. — Понятно, значит, хреново… — протянул Павел, садясь напротив меня. — Егор, ты должен ей сказать. — спокойно произнес друг, а я резко развернулся, и облокотился на стол. — Я знаю. Я сделаю это. Только прошу, не терзай мне душу, у меня и так сводит все внутри от одной только мысли обо всем этом. — ответив, я прикрыл глаза, а потом взглянул на часы, почему-то подумал о том, что Лиза уже наверное пообедала. — Ты слишком загоняешься, Булаткин. Ты не первый и не последний, с кем такое произошло, и не нужно делать из этого вселенскую трагедию. Ну бер… — Замолчи! — крикнул я, а потом прислонил палец к губам, жестом показывая другу быть тише, а он непонимающе нахмурился. — Не нужно мне больше ничего говорить, я не хочу ничего слышать. — Паша все еще ничего не понимал, а я поднялся с кресла, кивнув ему, приглашая пойти за мной. — Что происходит? — сразу спросил парень, как только мы оказались в приемной. — Пошли, сейчас расскажу. Таня, меня не будет сегодня уже. Если что, я на телефоне. — пройдя мимо стола секретарши, я слегка улыбнулся ей, и вышел из приемной. — В чем дело, Егор? — как только двери лифта закрылись, Паша набросился на меня с расспросами. — Мой кабинет слушают, так что больше ни слова о каких-то личных делах, а тем более о том, чего не должен знать Островский. — Что? С чего ты взял, что тебя слушают? — он уставился на меня, а я вздохнул и объяснил ему, почему так считаю, и не только я, а еще и Таня. — Слушай, Лиз, у меня к тебе просьба… — проныла Оля, пока я вытирала бокалы, расставляя их на полке. — Какая? — улыбнулась я, не оборачиваясь к девушке. — Помнишь ту старушку, за которой я ухаживала с зимы? — Помню. — кивнула я. — Ну она еще живет недалеко, мне бегать было удобно, убираться у нее. — продолжала подруга. — Помню я. И что? — повернувшись к Оле, я забрала у нее из рук мокрый бокал для шампанского, вытирая его мягким полотенцем. — Так вот, у меня не получается ходить к ней тогда, когда ей удобно. И я можно сказать, уволилась. — она опустила голову, и я почувствовала неладное. — Но… я обещала, что найду себе замену. — Оля! — я уже начала догадываться, и подошла ближе к девушке. — Лиз, там немного убираться, и готовить совсем мало, но деньги она платит хорошие. Ну что тебе стоит, забежать на часик после работы, или универа. Мне жалко старушку, она совсем одна, и она так просила найти кого-то порядочного. А кого я еще знаю порядочного, кроме тебя? — протараторила Оля, а я тяжело вздохнула, закатив глаза. — Лизонька, пожалуйста. Она хорошая бабушка, поболтать любит, конечно, и странноватая, но хорошая. Пойдешь вместо меня к ней? — скорчив моську шкодного кота, Оля сложила руки, умоляя меня. — Так странноватая или хорошая? — переспросила я, приподняв бровь, а девушка взвизгнула, и обняла меня. — Боже, успокойся ты, уронишь меня… — смеялась я, уже пожалев, что подписалась на это, но делать нечего. Да и деньги лишними не бывают, не все время же из карты Егора снимать. Нужно иметь свои сбережения. — А это не твоего Булаткина машина? — проговорила подруга, отстраняясь от меня, и я повернулась. — Да, его, вроде… — проговорив себе под нос, я всматривалась в черный автомобиль, пытаясь разглядеть номера. — Соскучился? — подмигнула Оля. — В подсобке, кстати, свет чето барахлит, так что… — она многозначительно подняла бровь, указывая на подсобное помещение возле бара, а я закатила глаза, и повернулась к двери, заметив Егора. Он был чем-то встревожен, я даже по походке его это поняла, и волнение окутало все внутри. — Привет, ты что здесь делаешь? — улыбнувшись, я подошла ближе к столешнице, перегнулась через неё и поцеловала парня в щеку, как только он приблизился. — Привет. — ответил он, посмотрев мне в глаза. — Все в порядке? — Да. Нет. — он бегал глазами по моему лицу, а потом перевел взгляд на Олю. — Лиза, нам нужно поговорить. Не здесь. Ты можешь уехать со мной? — выпалил он, и я тоже уставилась на Олю. — Я… я не знаю… — Езжай, Лиз. Посетителей сегодня нет практически, а если и будут, мы справимся. Татьяна в отпуске, езжай. — девушка поддержала меня, мило улыбаясь, я сняла с себя фартук, передав ей через барную стойку, и подняла столешницу вышла к парню. — Я сумку только возьму, хорошо? — спросила я Егора, погладив его по плечу. — Да, конечно. Я жду тебя в машине. — он нервно улыбнулся, и направился к выходу, а я быстро сбегав за сумкой, догнала его у машины. Ничего не спрашивая и не говоря, он усадил меня в автомобиль, и так же молча, сел за руль, выехав с парковки. — Куда мы едем? — не выдержала я, рассматривая его профиль. — Я не знаю, если честно. Но хочу найти место, где мы сможем спокойно поговорить. — ответил блондин, сворачивая к парку. Он припарковал машину в самом его отдаленном конце, почти у воды, и заглушив мотор, молча вышел. Парень стоял возле каменного ограждения, спиной ко мне, смотря на реку, запихнув руки в карманы брюк. — Егор, что происходит? Что-то случилось? — подойдя ближе, я коснулась его плеча, и парень медленно повернулся ко мне. — Да. Случилось. — ему было трудно совладать с эмоциями, я видела это по его лицу. — Я должен был сказать раньше, но мне нужно было время, чтоб переварить информацию, и… как-то свыкнуться с мыслью… — мурашки прошлись по телу, и я замерла, начав часто дышать, а он опустил голову. — Егор? Ты меня пугаешь… — сказала я, делая шаг к нему, и он наконец-то поднял на меня свои голубые глаза, полные грусти и сожаления. — Альбина беременна. — выпалил он, и я в этот момент перестала дышать. — Что? — переспросила я, не совсем соображая, что сейчас услышала, и правильно ли поняла, а он вздохнул, нервно проводя руками по волосам. — Она ждет ребенка. От меня. — когда он произнес это, я почувствовала, как будто все что сейчас было вокруг нас, рухнуло на землю. Красивый пейзаж, зеленые деревья, река, на заднем фоне которой виднелся Moscow city, все это с грохотом и пылью рухнуло в один миг, оставляя ободранные стены, и жуткое чувство пустоты. Я не чувствовала ничего, даже того, что мое сердце все еще бьется, а вокруг было настолько тихо, что казалось, мы сейчас одни во всем мире, и его слова грохотом звучат в моей голове. — Альбина… ждет ребенка? — повторила я, чувствуя, как тошнота подступает к горлу. — Да. — тихо произнес он, а у меня было чувство, как будто он вонзил в мое сердце острый кинжал. — От тебя? — глаза моментально наполнились слезами, и делая шаг назад, я схватилась за каменную ограду, стараясь не упасть. — Да. — еще один удар ножом в сердце, и сильно зажмурив глаза, я до боли прикусила губу. — Как давно… ты и она… вы… когда ты с ней… когда ты предал меня? — я не могла собрать мысли в кучу, и не могла связно сказать несколько слов. — Нет-нет-нет, милая… — он в два шага подскочил ко мне, замотав головой, но я вытянула вперед руки, не дав ему приблизиться. — Лиза, я не изменял тебе. Она уже на третьем месяце, это случилось еще до того, как мы с тобой стали близки. — протараторил Егор, пытаясь схватить меня за руки, но я выворачивалась, отступая назад, чувствуя, как горячие слёзы стекают по щекам. — Лиза, милая, поверь мне. У меня ничего с ней не было, после того как мы сблизились. Я бы не поступил так с тобой, я ведь люблю тебя… — его голос звучал громче, и в одно мгновение, притянул меня к себе, обнимая, сильнее прижав к своей груди. — Пожалуйста, малыш… — шептал он, а я не двигалась. Я стояла неподвижной статуей, только слёзы оставляли мокрые дорожки на щеках. Он не врет, он бы не соврал, он бы не смог… в конце — концов, есть же срок беременности, и он подтвержден врачом, значит он не врет, Господи… Молча обняв парня, пока он прижимал меня к себе, и гладил волосы, я тяжело вздохнула и всхлипнула. — Ты поэтому ходил все эти дни, как в воду опущенный… я же видела, что с тобой что-то происходит… — отстранилась я, чуть отталкивая парня, стараясь трезво оценить ситуацию. — Почему ты не сказал мне сразу? Почему молчал? — вытерев слёзы, я взглянула на него. — Я боялся. — ответил парень, смотря мне прямо в глаза. — Да, я боялся. Я боялся сказать любимой женщине, что от меня ждет ребенка другая. Боялся твоей реакции, боялся, что ты не захочешь больше меня видеть и уйдешь. — его слова пронзали насквозь, больно раня. Я понимала его чувства и его страх, но эта новость просто сбила меня с ног. — Настолько боялся, что вместо того, чтоб все рассказать, трахнул меня вчера, как ни в чем не бывало? — горько улыбнувшись, я замотала головой, обхватывая её руками. — Лиза… мне так жаль. — прошептал он, а я резко подняла на него глаза. — Мне очень жаль, что все так произошло. Мне жаль, что сейчас я вынужден говорить тебе всё это, понимая, насколько сильно делаю больно. Я больше не мог скрывать, и даже боялся, что она сама может тебе все рассказать… — в его взгляде было столько горечи, что мне даже на мгновение стало его жаль. — Почему она так долго молчала? — решив выяснить все до конца, спросила я. — Она сама не знала, узнала буквально сразу после того ужина, в ресторане. — вздохнул блондин, нервно проводя рукой по волосам. — Как же так… — прошептала я, смотря на него, не понимая, что сейчас чувствую. — Я сам не знаю, Лиза, и потрясен этой новостью не меньше тебя, поверь. Я даже подумать не мог… Она всегда предохранялась, пила эти свои таблетки, черт! — его слова больно полоснули по сердцу, ведь даже зная, что это в прошлом, мне было невыносимо представлять его с другой. — Да и Альбина в шоке. Сказала, что если бы позволил срок, она бы сделала аборт, не задумываясь… — тихо проговорил блондин, а у меня мурашки прошлись по телу. — Аборт? — я нахмурилась, еще раз переспросив. — Да. Вот так она хочет этого ребенка, и так сильно, безудержно любит меня, что готова избавиться от него, если бы это было возможно. — в его глазах промелькнуло что-то, от чего сердце сжалось. Как же так, Господи? Убить собственного ребенка? За что? — Что ты… что ты решил? Что ты будешь делать? — я боялась задать этот вопрос, боялась получить ответ, который совсем разобьет мне сердце. Егор грустно посмотрел на меня, помолчав несколько секунд, как будто решаясь. — Я не могу бросить своего ребенка… Не могу сделать вид, что его нет. — совершенно противоречивые чувства возникли после его слов. С одной стороны, я понимала, что это конец. Альбина не даст нам жить спокойно, и будет шантажировать его ребенком, но с другой стороны, я гордилась его решением. Он не мог поступить по-другому. — Я понимаю. — спокойно ответила я, опустив голову, шмыгнув носом. — Лиза, я прошу тебя… — Мне нужно побыть одной. — выпалила я, поднимая на него взгляд. — Лиза… — его взгляд умолял остаться, позволить быть рядом, но я не могла. — Пожалуйста, Егор. Я хочу побыть одна, обдумать… все услышанное. — подойдя к машине, я открыла дверь и забрала с сидения свою сумку. — Малыш… — блондин взял меня за руку, но я вырвала её, делая шаг назад. — Егор, я прошу тебя, дай мне переварить информацию. Мне нужно подумать обо всём об этом, мне нужно побыть наедине с собой, пожалуйста. — злилась я, понимая, что если сейчас не уйду, но через несколько секунд уже не смогу оторваться от него. Парень ничего не ответил, только смотрел грустным, безжизненным и совершенно опустошенным взглядом. Взглянув на Егора еще раз, я развернулась и ушла прочь, по зеленой алее парка, не замечая ничего вокруг, только в голове звучали его слова, снова и снова врезаясь в сознание, разъедая душу…