Часть 1: Опьянение

      Переезд в США дался мне с трудом: другой климат, язык (они рычат!) и даже вкус воды. Первое, что я прочла — учебник по истории. Название «Новая Англия» было для меня слегка саркастическим, пусть и так сложилось исторически.       Выросшая учебная нагрузка меня радовала, куда сложнее было привыкнуть к ужасной еде. И некоторым правилам школы.       Мобильный телефон мне не чужд, но в Хогвартсе придерживались традиционных способов связи. Поэтому было необычно получить симбиоз магии и технологий, да ещё и с прямым указанием связываться с однокурсниками для развития связей.       Первое время было неловко, что было продиктовано смесью магии и современных технологий. Но мне удалось найти интересного собеседника, диалог с которым не остановился на банальном «как дела».       [H: Ты тут?]       [D: Да]       [H: День выдался непростым, хочется поговорить с кем-нибудь :)]       [D: Что случилось?]       [H: Ничего особенного, просто безумно устала. Никогда бы не подумала, что учёба станет для меня настолько тяжёлой :( Мои друзья смеются с моих жалоб…]       [H: Но этот вуз был моей целью, не время сдаваться! :)]       [D: Так любишь учиться?]       [H: Безумно, думала, ты уже понял это :) Но здесь сложнее, проверки такие частые. Мне порой кажется, что я не успеваю запомнить изученное, какое тут закрепление…]       [D: Согласен]       [D: Я в душ. Тренировка была тяжёлая. И тебе советую, вода расслабляет]       [H: Затем спать пойдёшь?]       [D: Думаю, сперва подготовлюсь к зачёту по зельям]       [H: Тогда не буду тебя отвлекать :) если что, я тут в качестве моральной поддержки]       [D: Ок]       Пожаловавшись на «тяжёлую» жизнь от скуки, я открыла бутылку эльфийского вина. Красиво упакованную коробку мне подарила Луна перед отъездом. Эта малышка явно что-то подозревала!       Никогда не интересовалась алкоголем, но это вино стало для меня небольшим спасением. Со временем я просто не вывозила нагрузку, и редкие беседы не спасали.       Рубиновая жидкость великолепно смотрелась в стекле, но я всё же согрешила — добавила кубики льда. Да простят меня эльфы! Влажный климат Миннесоты меня убивал.       Тело моментально расслабилось, опьянение легко окутало мою напряжённую голову.       Лёгкая музыка на фоне сгладила тяжесть дня. Крутанувшись на стуле, я вытянула ноги, полюбовавшись ими на минуту — худые, но стройные. Все комплексы остались в Хогвартсе, там была слишком уродливая форма.       Я взглянула на себя в зеркало, мои глаза ярко блестели, а губы сохраняли влажный оттенок вина. Задумчиво слизнув капли, я неожиданно для себя загорелась идеей, от которой румянец мгновенно расползся по щекам.       Закусив губу от смущения, я встала и подошла к ящику с бельём. Пару дней назад однокурсницы позвали меня прогуляться, я выбрала тогда потрясающее красивый комплект. Но раньше мне казалось, ему не суждено было увидеть свет.       Лёгкий румянец то ли от смущающих мыслей, то ли опьяняющего вина, разбросанные волосы, заткнутые простым карандашом, и красивые линии, подчёркнутые подходящим бельём.       Такой я себе нравилась.       Пригубив вино, я подняла телефон и сфотографировала своё отражение в зеркале. Позади меня виднелся лишь кусочек пейзажа, поддёрнутый вечерней дымкой, и книжные полки. Упав обратно на стул, я подтянула одну ногу под себя и отредактировала фото.       Не сто́ит показывать своё лицо и такие узнаваемые кудри. На фото я оставила лишь одну неряшливую прядь на своей шее, безжалостно отрезав всё остальное. Пара фильтров, добавляющих чарующую красоту, и моя шалость была готова.       Я не была пьяна, просто очарована.       Улыбнувшись самой себе, я открыла знакомый чат, всё ещё зависший на безличном «ок», и скинула сделанную фотографию. Точки набора сообщения появились практически сразу, но зависли… Как и моё дыхание, когда мой разум очнулся от опьянения и я вскочила со стула.       Я запаниковала.       [D: Я чуть телефон не выронил, предупреждай хоть]       [H: Я… Прости]       Смущение наполнило всю комнату, перелившись через мерцающий экран. Я упала на кровать со вздохом. Кончики пальцев зависли над экраном, я была готова написать разумный ответ, когда пришло следующее сообщение:       [D: Не присылай мне такие фото больше]       [H: Ну, извини, я смутила тебя :)]       [D: Нет. Единственное, что меня сейчас смущает — это член, на который я готов насадить тебя]       Вихрь переживаний резко устремился от головы в низ живота. Ну, что же, я сделала правильную ставку. Как и всегда.       [H: Ой, я пришлю следующее?]       [D: Нет]       [H: Почему? :(]       [D: Если ты это сделаешь, я буду рыскать по всей грёбаной планете, пока не найду тебя, тем самым нарушив наш с тобой договор]       Я рассмеялась с толикой кокетства и самодовольства.       [H: То есть, ты мне тоже не пришлёшь своё фото?]       И, боже мой, он прислал. Без промедления.       [D: Ты о таких фото?]       Я глубоко вздохнула, чтобы успокоить своё бешено бьющееся сердце. Лицо не видно — вполне справедливо, — но он стоит в тёмной комнате, напоминающей моё общежитие. Полумрак окутывает все его тело, лишь слабый свет из окна отражается в капельках воды на его прессе, выхватывая его туловище из темноты.       На нём, очевидно, лишь полотенце вокруг бёдер.       [H: Нечестно, не думаешь?]       Сделать соблазнительное фото несложно, особенно в таком положении. Я слегка приспустила лиф, подтянула ногу в колено и сфотографировалась. На фото виднелась полная грудь, впалый живот, а ноги слегка белели на тёмно-зелёном покрывале.       Мне нравилась эта игра.       [H: Палец соскользнул, прости :)]       [D: Чёрт, ты не можешь посылать мне такие фото, а после вспоминать о нашем договоре]       [H: А что ты мне сделаешь? :)]       Интерфейс чата тут же сменился звонком. Мелодия, казавшаяся мне неброской, в этот момент послала по коже мурашки. Этого я не ожидала, оттого вскочила, не обращая внимания на опутанные покрывалом ноги.       Телефон прозвонил, вызывая внутри меня тревогу, смешанную с возбуждением.       [D: Будь хорошей девочкой, возьми трубку]       [H: Нет, так мы нарушим договор и узнаем друг друга]       [D: Ты боишься?]       Я судорожно вздохнула. Звучало требовательно и провокационно. Неудивительно, после таких-то фото.       [H: Нет, просто не хочу усложнять]       [D: Просто слушайся меня]       [H: Нет!]       [D: Почему?]       [H: Я… Я уже объяснила тебе выше]       [D: Мне всё равно, давай рискни]       Я поджала губы. Мой круг общения был довольно узок: как в прежней школе, так и здесь. Шанс узнать чужой голос был крошечный. И всё же я боялась, поэтому потянулась к бутылке и сделала глоток вина.       Телефон зазвонил вновь. Снова вздохнув, словно собираясь нырнуть в омут с головой, я приняла вызов.       Его дыхание было спокойным, а линия настолько ясная, как если бы он находился около моей постели. Я приоткрыла губы, сомневаясь — начать ли разговор первой. Всё же это я затеяла, глупо сдаваться на полпути.       — Эй, — глубокий и до абсурда сексуальный голос с такими чертовски знакомыми нотками. Мои зрачки резко сузились, а дыхание слегка перехватило. И это было слышно, ведь в ответ раздался смешок.       Драко Малфой.       Никогда бы не подумала, что именно он будет моим другом по переписке на новом месте. Мы из одной школы, а голос — это было первое, что меня в нём привлекло на тренировках, когда я сопровождала Гарри.       — У тебя лёд в бокале, — вслед за голосом последовали неясные шорохи. Кажется, он садился?       Я посмотрела на тумбу. Лёд в бокале слегка окрашен остатками вина, он уже сильно подтаял.       — Достань его для меня, хорошо? — в его тоне не было вопроса. Он не просил, он приказывал.       Я поставила бутылку на тумбочку, случайно сбивая бокал. Лёд рассыпался по светлому дереву и мне удалось схватить кубик до того, как он стечёт на пол.       — Проведи им по шее, — казалось, моя кожа настолько горячая, что лёд просто растает от прикосновения.       Подчиняясь, я прижимаю кубик со сглаженными гранями к впадине за ухом и тяну его вниз, проводя вдоль шеи. Слегка выдыхаю, когда касаюсь им ключиц, упираясь во впирающую косточку. Мне это кажется странным, от смущения у меня поджимаются пальцы на ногах.       Я не хочу двигаться дальше, но в ответ мне звучит низкий мужской стон… И он не оставляет никаких шансов на сопротивление.       — Спустись к груди, — продолжает он.       Оставляя влажный след, я веду лёд к груди, не в силах сдерживаться. Мне душно, я задыхаюсь от собственной фантазии и закрываю глаза одновременно с вырвавшимся стоном. Лёд холодит нежную кожу, когда я достигаю соска.       — Хорошая девочка, — его голос хрипит, вызывая во мне восхитительные эмоции, позволяя образу с фото вспыхнуть на обратной стороне век.       — Продолжай, — и мне кажется, что он каким-то неведомым образом наблюдает за мной.       От этого на щеках ярче разгорается румянец, и я запрокидываю голову, когда слышу характерные шорохи и тяжёлое дыхание с его стороны.       Я тяжело сглатываю, опуская телефон на кровать рядом с головой, и освободившейся рукой тянусь вниз.       — Нет, — похоже, он догадывается о том, что я делаю, лишь по мягкому шороху соприкосновения кожи и покрывала. Я обиженно хнычу, лёд холодит мне грудь, но бёдра горят в ожидании прикосновения.       — Это должен быть я, — и я сжимаю бёдра, чтобы ослабить давление между ног.       Малфой. В моей постели. Его прикосновения вместо моих.       Это моё единственное желание сейчас.       И я представляю, ведь мне знакомо его лицо. Мне легко представить, как вместо холодного кубика льда мой сосок окутан влажным теплом его рта. И тихий стон вырывается, прежде чем я успеваю его сдержать.       — Сними всё, — командует он. Но я стягиваю только лиф, оставляя трусики на месте. Мы уже на таком шаге, но смущение окутывает меня.       — Давай, спускайся ниже, — лёд уже практически растаял, но я веду этот осколок холода вниз и тихо ахаю, когда он достигает пупка.       — Ты уже мокрая для меня, девочка? — я хмыкаю, потому что мой несчастный инструмент растекается лужицей на моём животе. Он тихо смеётся:       — Прикоснись к себе. Представь, что это делаю я.       Боже мой, он понял, что я его знаю.       Но мне уже было всё равно, я последовала его словам и коснулась клитора застонав. Ткань трусиков давила мне на руку. Привычное движение обострилось из-за его голоса, и я замерла прислушиваясь.       — Не останавливайся, — я приподнялась и стянула мешающуюся ткань до колен. — Притронься к себе, используй кончики своих пальцев. Ты чувствуешь?       Мои пальцы скользнули вниз, я громко выдохнула, коснувшись себя.       — Ты справишься. Просто представь, — сказал он тихим голосом, — меня.       И я провалилась.