Фушигуро Тоджи / мираж из прошлого

      Детство Тоджи нельзя было назвать плохим, ведь оно было настолько отвратительным, что кровь стынет в жилах. Ему просто не повезло родиться в клане Зенин. С какими-либо способностями там было тяжело жить, а без них вообще кромешная тьма. Постоянные избиения, спартанские условия вне зависимости от пола. Сложно представить, сколько раз он оказывался в дисциплинарной яме, будучи не самым прилежным учеником. — Эй, ты в порядке? — одна из «приемных» учеников сидела рядом с ним, когда он очнулся после очередного наказания. У нее были темные волосы, которые едва доставали до плеч и большие янтарны глаза. — Наконец-то очнулся. В этот раз ты был без сознания три дня.       Каждое свое пробуждение после дисциплинарной ямы он видел перед собой Хошино. Она ухаживала за ним, словно нянька, так как остальные попросту не хотели к нему подходить из-за буйного характера. Пусть даже он и относился к ней с безразличием, но девушка все равно смиренно выполняла свою работу. Да и являлась практически таким же изгоем среди остальных.       Так продолжалось бесконечное количество раз, пока в один из прекрасных дней у Тоджи окончательно сорвало крышу. Бесчинства, которые устраивали над ним, прекратились резней, устроенной им в качестве подарка клану Зенин. Полегло много народу, лужи и пятна крови омрачали дома, которые обычно держали в чистоте. Все и правда закончилось. Тоджи вышел в открытый мир, обрел ту свободу, которую так отчаянно желал.       Вскоре он смог приспособиться к этому, начал жить так, как умел, а именно: стал убийцей магов. Жизнь и дальше была не простой: долги, непостоянная работа и оплата его труда, к которым вскоре присоединились беспорядочные половые связи и азартные игры. Неудача была с ним с рождения, ведь в таком могущественном клане родился отброс без проклятой энергии. — Ваше пиво, — проговорил бармен, ставя перед Зенином стакан хмельного. Он практически залпом осушил половину и с грохотом поставил стакан на место. — Вы уже сделали ставку? — Ага, темная лошадка сегодня определенно победит, — с широкой ухмылкой отвечает парень, поворачивая голову к экрану телевизора.       Этот бар славился своими ставками на спорт, хоть это и было подпольное местечко, но выигрыш обещал быть внушительным. Пока Тоджи с интересом наблюдал за скачками, мимо телевизора прошла знакомая девушка из прошлого, которая привлекла его внимание. Он проводил ее прищуренным взглядом, пытаясь вспомнить среди других женщин, которых он когда-либо видел. — Хошино, мы тут! — с другого столика ее позвал какой-то парень, находившийся в компании других людей.       «Да ладно…», подумал про себя Зенин, все еще смотря на брюнетку, которая приближалась к своим знакомым. Теперь фрагменты воспоминаний собрались воедино, и теперь он понял, что раньше виделся с ней довольно-таки часто в поместье. Его удивлению не было придела, ведь Зенины обычно не разрешают своим подопечным так беспечно гулять за пределами резиденции. Тем более в таких местах.       Впервые за долгое время он увидел знакомое лицо, к тому же заметно похорошевшее. Скачки ушли на второй план, тем более темная лошадка так и не пришла к финишу первой. Остаток вечера он наблюдал за девушкой со стороны, пока она не покинула своих друзей, уйдя домой в гордом одиночестве. Тоджи последовал следом из чистого любопытства, но не ожидал, что его заметят так быстро. — Если хочешь прожечь мне дыру в затылке, то лучше одумайся, — Мива обернулась и спокойно посмотрела на парня, который шел позади. — А ты изменилась, — нахально начал Зенин, окидывая взглядом девушку с ног до головы, — и, кажется, сиськи выросли. — Ты тоже изменился, Тоджи.       Брюнет с легкостью преодолел расстояние между ними и уже стоял напротив, величественно возвышаясь над Хошино. Теперь ей приходилось смотреть на него снизу вверх, задрав голову. Раньше все было наоборот. Взгляд янтарных глаз остановился и не выражал абсолютно ничего. в голове Зенина проносились мысли о том, что все же не зря он сохранил ей жизнь. Был бы грешником, если бы погубил такую красоту.       Их воссоединение было шуткой судьбы, как думал Тоджи. Она выглядела совершенно иначе, наслаждалась свободной жизнью, жила как обычный человек, будто бы и вовсе не являлась магом. В последствии он узнал о том, что ее выгнали из клана за отвратительно слабую проклятую энергию, которая совершенно не развивалась годами. Любой бы сказал, что она жалкая, так и Зенин не упустил такой возможности. Их общение складывалось из нападения со стороны Тоджи и защиты со стороны Мивы. Словно черное и белое, вечно противостоящее друг другу. — Покрути задом, чтобы я понял, что не зря теряю время здесь, — восседая на стуле, проговорил парень с угрюмым лицом. — Если кто-то и теряет время, так это я.       Девушка крутилась на кухне, готовя себе на кухне еды на несколько дней вперед, чтобы ближайшее время не подходить к плите. Их будни складывались самым обычным образом: Тоджи приходил к ней домой после работы и вечно осыпал непрошенными пошлыми комплиментами в то время, как Хошино старательно пыталась их не замечать, выполняя обязанности по дому. Со временем она к этому даже привыкла, хоть и не могла позвать своих подруг домой. Да и кто она такая, чтобы запрещать самому Тоджи посещать ее дом.        Так и продолжалось до тех пор, пока однажды Мива не задержалась на работе из-за сверхурочных. Зенин в тот день как обычно пришел к ней домой, а когда зашел внутрь, то удивился, что никто не встречал недовольным взглядом. Он мельком осмотрел помещение и окончательно убедился, что никого нет. Хмыкнув, он вальяжно развалился на диване, включая телевизор. «Скоро вернется», подумал он, лениво перелистывая каналы. Время шло, сначала тридцать минут, затем час, а после и вовсе несколько часов кануло в лету. Парень кинул взгляд на настенные часы и нахмурился. На улице уже начало темнеть, а Мива все еще не вернулась. Тоджи прошел к окну и уселся на подоконник, в ожидании возвращения своей знакомой. И она не заставила себя долго ждать. — Еще раз спасибо, что подвез, — из открытого окна послышался женский голос, — и правда не знаю, как бы я добралась.       Тоджи пригляделся к происходящему внизу и увидел парня, который выглядывал из машины. Тот самый, который был в баре день их первой встречи. Вена на лбу Зенина запульсировала, но лицо оставалось неизменным. Чувство раздражения подкатывало к горлу. Он следил за всем, как Мива улыбалась, поправляла волосы и мялась на месте, словно воркуя с придурком святившимся от счастья. Домой она пошла только после того, как крутая иномарка отъехала.       Стоило Хошино переступить порог дома, как Тоджи грубо схватил ее за лицо, притягивая к себе ближе. Его пальцы крепко обхватили щеки девушки, а сам он нависал над ней, тем самым пугая еще больше. Такое поведение ее не удивляло, ведь она прекрасно знала, что беды с его головой начались еще задолго, до его ухода из клана. — Не заставляй меня жалеть о том, что я выбрал тебя среди других серых мышей, — голос с хрипотцой раздался сверху, а напор с его стороны заставил девушку вжаться в стену. — Ты о чем вообще говоришь? — замешательство отразилось в глазах брюнетки, и она ударила Тоджи по руке, чтобы тот отпустил ее. На фоне играла музыка из телепередачи, посвященной прекрасной семейной жизни, словно насмехаясь над реальностью.       Пусть он и не был опьяневшим от любви к ней, но его дурманило чувство собственничества. Они встретились спустя несколько лет, чистая случайность, но лишь благодаря его милости она могла спокойно жить дальше. Такая жалкая, выгнали из клана за отвратительные способности, но отчего-то Зенин видел в ней себя. Такой же изгой. По какой-то причине казалось, что они похожи, поэтому она должна понимать, почему его действия столь резки. Однако, хоть она и была выгнана с позором и сломлена, но ее тяга к жизни невероятно раздражала Тоджи. Радовалась мелочам, любила цветы, который подыхают спустя неделю, так еще и была так добра к окружающим, которые вообще ничего не сделали для ее благополучия. — Что за хмырь? — Тоджи указал на окно, всем своим видом показывая, что видел все. — Коллега, подвез до дома, — девушка обошла Зенина и поставила сумку на тумбу, попутно разуваясь у входа. Хошино недовольно потерла щеки и пошла в гостинную, чтобы выключить надоедающий телевизор. — Хватит заливать, — раздраженно рыкнул Тоджи, — как давно он тебя трахает? — Не у всех людей на уме секс, как у тебя, Зенин, — начиная злиться, девушка специально назвала парня по фамилии, чтобы показать свое недовольство. — Именно поэтому на тебе короткая юбка и дранные колготки. — В офисе зацепилась, вот они и порвались. Обанай предложил подвезти, чтобы я не шла по улице с таким видом. К твоему сведению, на улице уже холодно… Да и вообще, какого хрена я должна оправдываться перед тобой?! — А рубашка расстегнута из-за жары в машине, — не унимался брюнет, опираясь о стену напротив.       В Тоджи полетела ваза, стоявшая на столике неподалеку от телевизора. Она пролетела мимо и разбилась о стену рядом с головой. Зенин даже не шелохнулся, как стоял, так и оставался неподвижным. Один его вид показывал, что еще чуть-чуть и терпение лопнет. — Завязывай уже отчитывать меня, мы никто друг другу, чтобы я выслушивала это от тебя. — Значит, сейчас станем кем-то, — Тоджи хватает Миву за волосы и насильно тащит в спальню, совершенно не обращая внимания на крики девушки о прекращении сего действия. — Хватит верещать, задрала.       Он кинул девушку на кровать, которая была в шоке от происходящего. Пока парень снимал с себя футболку, Хошино забилась к спинке кровати, натягивая на себя одеяло от испуга. Она тараторила, что ничего не хочет и что все это ее невыносимо пугает, но брюнет шел напролом. Он с легкостью стянул с нее одеяло, откидывая его в сторону. Мива старалась отбиваться ногами, но Зенин схватил щиколотки и притянул за ноги ее к себе. Забравшись сверху, он зажал своими бедрами ноги девушки, чтобы та лишний раз не буйствовала. Он не придумал ничего лучше, чем заткнуть ее незакрывающийся рот поцелуем. Пальцами Тоджи надавил на скулы, что рот приоткрылся, а после впился в губы грубым поцелуем. Его язык бродил во рту как в собственном доме, изредка проходясь по ровным зубам. Все это время Мива пыталась оттолкнуть Зенина от себя, который был больше ее в два раза. Все попытки были безуспешными, пока она не укусила его за губу, пуская первую кровь. — Я же сказала меня отпустить, придурок! — прокричала девушка, злобно смотря на восседающего сверху парня. Тот лишь закатил глаза и смахнул выступившую кровь со рта. — Я не хочу, остановись!       Во взгляде Тоджи читалось лишь одно: трахнуть-трахнуть-трахнуть. Он одним движением переворачивает брюнетку со спины на живот, ставя ее на четвереньки, а после давит сверху, чтобы та поджала руки к груди. От натиска Зенина у Мивы выступают слезы, понимание приходит к ней, что как бы она не старалась, уйти не получится. Сама комплекция Тоджи уже говорила о том, что спихнуть его с себя не получится, даже если стараться из-за всех сил.       Рывок, и юбка была сорвана с бедер, оставляя после себя красные полосы. Ничего не оставалось, кроме как ввести член в вагину и насладиться процессом. Впрочем, Тоджи и не стал мешкать, резко входя в девушку во всю длину полового члена. Та вскрикивает и утыкается лицом в подушку от раздирающей боли. Только после этого парень обращает внимание на то, что тоненькая струйка крови стекает по бедру девушки. — Да ладно блять, — на выдохе произносит он, понимая, что для нее это первый опыт, — издеваешься что ли?       Все равно, каким бы то не было образом, Зенин продолжает насильственные действия, вдалбливаясь в промежность девушки. Именно эту позу он любил больше всего, так как у него была полная свобода действий, полный контроль над ситуацией. К его взору открылся прекраснейший вид: изящная талия, округлые ягодицы, к которым так и тянулась рука, чтобы хорошенько по ним хлестануть. Все это больше походило на спаривание животных, нежели на секс двух людей.       Он крепко удерживал девушку за талию, совершая резкие толчки, помогая себе тазом. Тоджи словно потерял голову от нахлынувшего удовольствия, совершенно не понимая, что он творит. — Эй, как можно быть таким бревном, — делает колкое замечание Хошино, переворачивая ее на бок, закидывая одну ногу на плечо. Теперь же ему показывается совершенно новый вид. Заплаканное лицо, покрасневшие глаза и щеки то ли от обиды иль грязных манипуляций. — Постони хоть немного.       Мива лишь закрывается руками, чтобы не смотреть на хищное лицо Зенина, явно получавшего удовольствие от их соития. Громкие шлепки разлетаются по комнате в перемешку с тихими всхлипами и стонами через боль.       Казалось, что это продолжалось всю ночь, Мива потеряла счет времени, когда стрелка перевалила за двенадцать. Она была не в состоянии двигаться, трезво мыслить и как-либо сопротивляться. Тоджи активно натягивал ее до тех пор, пока это в конечном итоге не надоело. Даже кончить не удалось в конце, возбуждение спало само по себе. Ему действительно стало противно от того, что безвольное тело просто болтыхалось на его члене. Мива отключилась сразу, как только ее оставили в покое. Она тихонько посапывала, лежа в развратной позе, вся измазанная спермой от предыдущих разов, искусанная и усыпанная засосами. — Вот черт, — Тоджи плюхнулся рядом, заводя руки за голову. Его не покидало ощущение, что он сделал что-то не так, хотя подобный подход всегда заводил девушек намного больше, нежели слащавый секс. Он мельком глянул на спящую рядом, цокнул и кинул на нее край скомканной простыни, чтобы та не замерзла. Так себе забота, но это большее, что он мог сделать в данной ситуации. — Ебал я эту жизнь.