Завершающий акт

В новом, еще очень молодом созвездии Лотоса звезды не перестают мерцать. Моргают, сияют, ослепляют. Скапливают свет вместе. На Сэнэ глубокая ночь, что даже патрульные заснули на постах. Поверхности флагмана дотрагиваются босые стопы. Девушка в длинном белоснежном платье, переливается на серебристый и, как звезды созвездия, мерцает. Распущенные волосы, волнистые на концах, тонкие и мягкие на вид, шевелются от малейшего движения. Спереди сидит женщина в синем капюшоне, закрывая им и спадающей челкой с проблеском седины лицо. Она встает, ожидая видеть новоприбывшую на флагмане, и долго смотрит на девушку. Тепло и довольно улыбается, хотя это не видно из-за тени капюшона, который снимать не собирается. *** "Безолаберная" Асори чуть ли не пинками вытащила "бестолкового" Аюши на Сэнэ, отмазываясь на Нуль. А за Асори нужен глаз да глаз, ведь зеленоволосая особа носится туда-сюда, что глаза не успевают ее поймать. Широкая улица сегодня, тем более, была намного оживленнее ажиотажем, чем вчера. Ребенок во взрослом теле просто потеряется и дай бог не расплачется. Аюши тянет девушку за шиворот, хоть как-то ее удерживая от очередной беготни, как собаку за ошейник. Асори хоть бы хны, все равно тянется к ближайшему прилавку и добивается своего. А потом опять убежала на другой край улицы, пока парень не успел опять ее поймать. Впереди улицы, ближе к ее концу, стояла высокая башня с курантами, выделяющаяся своей высотой среди прочих зданий. Утро. Иней окутал улицы, где-то за ночь еще насыпал снег, выкармливая чистые и поблескивающие на свету сугробы. Нередко вдоль улицы, между прилавками, можно заметить снежных фигур и снеговиков, которые успели сделать и нарядить дети и... Асори. А Асори и спрашивать не нужно, где ее художество, так как оно заметно выделяется: на маленький прямоугольник поставила огромный шар и подкоректировала верхнюю часть, вырисовывая волосы, создавая фигурку стиля чиби, налепила из веток брови и в руку сунула кусок бревна, на котором вся конструкция и держалась. – Это ты. – сказала Асори, весело указав на собственного авторства произведение искусства, Аюши. Тот недовольно бросил взгляд сначала на скульртуру, а потом с прищуром на Асори. Снежная баба, сделанная Асори, называлась "Аюши, когда Асори пошутила". На лице экспоната изображены огромные глаза, рот дугой вниз представлен из согнутой тонюсенькой палки, а брови были еще больше на весь лоб и сдвинуты к переносице, а носа и вовсе не было, только чуть позже девушка по центру вбила пуговицу. Теперь было больше похоже на рыло свиньи, Асори так и сказала, но менять ничего не стала и сказала: "Все равно на тебя похоже". – Похоже. – ухмыльнулся Цинс, проходящий мимо них, и пошел дальше. Асори заметила на себе убийственный взор Аюши и с криком побежала от него прочь. Только вот ее крик заглушил шум от разговоров толпы, поэтому Асори просто побежала на всей скорости прямо. А Аюши, тем временем, пешочком шел неспеша, даже не собираясь догонять эту дуру. Ближе к пересечению улиц толпы было поменьше. И в округе из прилавков выделялся один с поваленными в гору коробки. И эти коробки шевелились. У-у, кое-кто попал. Аюши скрестил руки на груди и наблюдал за тем, как утонувшую в коробках Асори разгребают, и сделал несколько шагов от них. Наконец, одну руку откопали, и крепкая хватка потянула Асори наружу. Девушка тут же вылетела и чуть не влетела в Шималь, который ее и вытащил и засады. Асори потерла лоб, а, как только опустила руку и увидела мужчину, вскрикнула и грохнулась в коробки обратно. Зеленоволосая жестами показала весь свой шок стоящему вдали Аюши, в переводе означая "это чей такой красавчик?!". Шималь повернулся к Аюши немного с непониманием. Парень покачал головой и сказал: – Не моя, подкинули. – Эй! – разозлилась Асори. – Я впервые ее вижу. Аюши ухмыльнулся, и теперь была его очередь бежать, ро он быстро слился с толпой. Асори, зная его, выискивала взглядом поблизости. Обернулась и заметила рядом с Шималь Инн, что-то говоря ему. Асори бегала взглядом то на одну, то на второго. – Прекрати на него так смотреть. – упрекнула хмуро Элеанор. Асори вскрикнула, не ожидав увидеть девушку так близко. Она глянула на Шималь и Инн и наклонилась у Элеанор, шепча: – ..Они муж и жена? – Это друзья! – воскликнула Элеанор. – А я его дочь, так что хватит косо пялить! Асори глянула за Элеанор в ступоре и тут же надула губы, увидя неподалеку Аюши с испанским стыдом. – Ой! – Асори растерялась. – Я хотела спросить не это... Они брат и сестра? – Конечно. – с сарказмом отвечает Элеанор. – Правда?! – Нет! *** Юэлин пробегает с Велирией вдоль катка, но не заходят на него. Каток – место популярное, особенно накануне Нуля, поэтому он достаточно огромный, чтобы даже половине пассажиров Сэнэ не было на нем тесно. Квант тянет Фидента за руку на лед, оттчего тот чуть не упал. Инайнг не упал, упала Эйнштейн. Ее сбила Монаэль, что так отчаяно пыталась удержать равновесие на льду. Фидент поднял Квант на ноги, а "дикаря из леса" – Шаски Луге. – Как ты делаешь эти маски? – поинтересовалась Цута, прощупывая в двух ладонях тканевую, багровую маску с искуственными лепестками по бокам. Хеникс, сидевшая рядом на "трибуне" возле катка, перевела взгляд на Цуту, не ожидая оказаться ею замеченой. – Хобби вместо гранат. – Хеникс пожимает плечами. – На Сёрколе ранее подобным занималась. – Зачем ты их принесла на каток? – Цута заметила на поясе еще парочку разных масок. Хеникс с закатанными глазами посмотрела на Инайнг с улыбкой. – Пугать Вьюрно и Алору. – отвечает она. – Слишком интересная у них реакция. Хеникс взглянула на каток. – Уже подняли боевой дух? – Да. – отвечает Цута. – Сегодня ночью это чудо свершилось. – ..Кстати, а какое его любимое хобби? *** Джейд и Чиро встают на сцене спиной друг к другу и идут вперед. Достигая края, они последним штрихом сделали жест из вальса, где девушка покрутилась при помощи парня, и застыли в позе. Музыка из игровых инструментов в руках обоих прекратилась. – Браво! – аплодирует Азда, единственный наблюдающий за репетицией. *** Звон бокалов. Апатит и Гаранг рассмеялись сами не зная с чего и залпом выпили содержимое. – Два собутыльника нашлись. – прокомментировал это сидевший за другим столиком Аквамарин. – Могли бы часик подождать. – фыркнул Максимус. – Уже планирете маршрут до дома? – Здесь спать будем. – О, как. Аквамарин хмыкнул. – Вы умеете пить, дамочка? – спросил Апатит. – Ох, как запели. – промурлыкала Гаранг. – Умею, а Вы? – Я присоединюсь к вам ненадолго? – поинтересовалась подошедшая к ним Ариадна. – Да хоть на сутки! – воодушевился Апатит. Гаранг кивнула. – Чудесно, но я пришла просто спросить. – миленько улыбнулась Ариадна и подвинула свободны стул. – Спрошу Вас, Гаранг. – Слушаю. – протянула девушка. – Слышали ли Вы что-нибудь о... Стратегическом Уране? – улыбка с лица Ариадны спала, взгляд стал строгим и серьезным. Гаранг приоткрыла глаза в полусне и с непориманием взглянула на собеседницу. – ..Кого? – О, Вы не расслышали? – Ариадна снова натянула правдоподобную, дружелюбную улыбку. – Я спрашиваю, какой алкоголь предпочитаете? – Разный, – Гаранг призадумалась, – что покрепче, в основном. А для чего это? – Просто так, надо же попробовать влиться в вашу компанию. *** До третьего цикла Нуля осталось полчаса. Двор одного из домов Инайнг удачно расположен недалеко от курантов с той самой широкой площади. Вечер близится к ночи, уже стемнело. Погода спокойна как никогда. Песочные часы стоят на уличном столике, как реликвия. Сиреневого песка в верхнем сосуде почти не осталось. Вэсилисс с любопытством наблюдает за струйкой песка и образовывающейся горкой в нижнем сосуде. В спину Никёна прилетело что-то мягкое и рассыпалось. Снежок. Он обернулся и заметил Фидента, который промазал с броском и собирался попасть по Цуте. Чем Никён хуже? Старший Инайнг бросил хитрый взгляд на парня и собрал снег с ограждения подобия забора, лепя белый шарик и бросая его в Фидента. Почти попал, тот успел увернуться от прилета в плечо. Снежок пролетает мимо Никёна, и тоже самое повторно с Фидентом. Оба разбежались по участку в укрытия. Фидент тихо выглянул из-за стены дома и бросил оледеневший снежок, попадая Никёну в грудь. Тот состроил вид, что умирает, отчего Фидент не смог сдержать хихиканье. И в следующую секунду снежок прилетает с другой стороны в руку парня. – Эй! – выкрикнул с недоумением Фидент. Никён хмыкнул, Цута хихикнула, бросая еще один снежок, но Фидент на этот раз увернулся и быстро бросил сразу два шарика в разные стороны. Цута, промазав с броском, привлекла к игре уже и Локелу. Поэтому беготня по двору оказалась тесной, и такие смышленые, как Фидент и Никён, выбежали за ограждение на улицу, продолжая бой там. За передвижением эпинцентра снежного фронта наблюдала стоящая в стороне Кинъё. Всю игру наблюдала за воинами и объединением двух против двоих она, но не подключалась к игре, да и не хотела этого. Тихая улица наполнилась выкриками и смехом. Кинъё слабо улыбнулась, но боевого духа по-прежнему нету. Когда до Нуля оставалось двенадцать минут, девушка приблизилась к забору и жестами давала абсолютно всем поровну подсказки, кто и где, и как лучше бросать. Ду-Ту сделал берлогу из сугроба и спрятался там, но Вэселисс нашла его и поселилась от безделия туда же. До Нуля осталось пять минут. Подуставшие игроманы возвращаются во двор. Никён толкнул Фидента сзади, и тот упал в сугроб. Парень не встал, перевернулся на спину и продолжил лежать, глядя в небо. Цута подсела рядышком. Все молчат, слышно только сбитое дыхание. Лежа на снегу, Фидент не чувствует холода совсем от разогнавшейся крови в теле от игры. Все равно ощущается приятный осадок и новизна события, ведь... семья никогда так не проводила время. – Три минуты. – огласила Кинъё, приблизившись к часам и взглянув на крупицы песка в верхнем сосуде. Цута помогла Фиденту встать с сугроба, и оба засмеялись от вида друг друга в виде лохматых волос и мокрой от снега одежды. Инайнг встали возле песочных часов. Две минуты. Песок начинает светится. Тишина. Долгая тишина. Время мучительно замедлилось, а руки не знают, куда себя деть, ведь энергия так и пылает от предвкушения наступления нового года. Очень долго. Гробовая тишина. Минута. Ду-Ту зашевелил ушами, услышав тихое шуршание, которое слышит не только он. Тануки оборачивается первым и замирает с приоткрытым ртом. Оборачиваются и остальные. Последняя свеча боевого духа в Архиве Света загорается. И время встает на стоп окончательно. Иасонд стоит в белоснежном до пола легком платье, перламутровая мантия шевелится от поднявшегося слабого ветерка. Светлые волосы распущены и закрывают оголеные плечи. Младшая Инайнг похожа на чистый блестящий снег, либо же звезды. Слабая улыбка Иасонд сменяется неуверенной, она нервно помахала рукой в приветствии, не зная, что и сказать. Слезы стекают с глаз по щекам, Кинъё бросилась к ней и крепко обняла, не намереваясь больше отпускать, плачет в плечо. Иасонд приобняла в ответ тонкими, бледными руками. Ду-Ту с раскрытыми глазами глядит на нее. Живая.. Но нити по-прежнему нету, я остаюсь тем же бродяжкой. Часы сверкнули и перевернулись, куратны забили. Кинъё нехотя отпускает дочь из объятий, и Иасонд тут же подбирает на руки тануки, что уже намеревался уходить, обнимает его и молча показывает, насколько рада она его присутствию. Куранты бьют, салюты начали взрываться в небе. А созвездие лотоса исчезло, на его месте звезды вырисовали границы, напоминающие песочные часы. *** Тишина. И здесь, и за стенами. Свет приглушен. Хруст. Раскрытая капсула памяти падает, девушку отбрасывает назад, и та врезается спиной в высокий книжный шкаф. Несколько книжек падают на пол. Рот закрыт дрожащими ладонями, но девушка быстро приходит в себя. Пропитаный шоком взгляд сменяется увереным и суровым. Она идет вперед медленно, но каждый шаг тверд. Голограмма открывается с размытым профилем, вместо букв отображаются звуковые волны собеседника.  – Первый лихт Стратегического Урана вернулся в строй. – серьезно сказала девушка, поправляя белую перчатку и потирая запястье. Свет в комнате заморгал. Спустя девять тысяч лет. – Элл, займись возвращением остальных. – продолжила она. – Принято. – голограмма исчезает. А я займусь кое-кем... В комнате поднимается ураган. Свет озаряется в красный, книги и листы бумаг закружились в воздухе. Девушка прикрывает лицо ладонью, глушит смех. Темные длинные волосы развеваются на поднявшемся ветру. Алый, как свет, как свежая кровь, глаз приоткрывается и смотрит вперед, на поднимающийся шторм за окном в ночи. Конец. Орден Золотой Короны. Переплетение Судеб: Под Гипнозом Судьбы.