Возврат к началу.

Квантория место, где ложь раскрывается по щелчку пальцев. Никому не позволено нагло врать существу, способному изкажать пространства по одному лишь желанию. Ложь пропитывала множество людей, оставляя их смерть достоянием общественности. Здесь врать запрещено, но на деле же нарушителей намного больше. Азартники с жизнью на ставке никогда не смогут признать свою неправоту. Им тяжело даже думать о том, что за их слова может понестись наказание. Тот дух поверил, что никто не может врать и повёлся вслед за угодными словами из рта чужого. Кто ж знал, что пара фраз до темницы доведёт. *** И тишина оставалась прежней вместе со звонком телефона. Лирия в бессмысленном недопонимании глядела на экран, вовсе позабыв о боли и ожидании. Всплывающее имя «Люкс» вскоре исчезло, когда трубка так и не была поднята. Келердайн бросил невзначай: — И чего ж не приняла? —... Я... Я не хочу слышать его голос. — Пробубнила себе под нос девушка, которая была не в силах даже поднять голову от кафельной плитки. Незаметно прошло много времени, а Лирия так и не вышла из своего положения. Врача на горизонте не показалось, и, сверившись с часами в кабинете, Келердайн предложил вернутся обратно в поезд. Девушка тихо согласилась. Так и направились обратно по станции Келердайн и Лирия, которая смотрела всё время в пол и не издавала и звука. Громкий голос прогремел, объявляя о скором отправлении, как раз, когда толпы людей уже стояли и входа. Вместе с ними проскользнули внутрь Лирия и Келердайн. Не смотря на сильную боль, Лирия уже сидела крайне тихо, придерживая влажный платок у носа и вытирая кровь. Оставалось всего два часа до прибытия, а девушка в голове продумывала способ ухода. Телефон раздался уже во второй раз. На экране снова загорелось неприятное «Люкс». Лирия склонила голову, опираясь на Келердайна, и думала о том, к чему это всё. Время перешагнуло черту вечера. За пыльными стёклами стояли красивые виды тёмно-синего неба с густыми деревьями. Редко мелькали одинокие звёзды за чертою реальности. Глаза слипались от желания спать. Большинство разговоров были окончены возжеланиях тишины. И лишь двое сидели, боясь говорить не от уважения, а от страха. Лирия уткнулась холодным носом в плечо Келерлайна и мирно рассматривала пейзажи за окном. Рука его держалась крепко на хрупком плече, а взгляд стремился в пол. Неловко было это всё, но по другому успокоить боль ей не удавалось. Больше звонков не было, так что раздумывать между брать или не брать не было необходимости. Лирия была на гране сна, и, сомкнув свои глаза, весь мир погас. Это было незаметно и непонятно. Не прошло и мгновения, как она открыла их вновь, но вагон уже пустовал. Колёса продолжали биться, пейзажи менялись за окном, но вокруг не было никого. Эта пугающая, затягивающая тишина остановила время. По цвету небес понятно было лишь наступление ночи, что вовсе не сходилось с планами. В моменте во всей голой тишине прогудел назойливый и до жути знакомый звонок. То был телефон её. Лирия пугливо вытащила телефон из кармана, оставаясь в догадках, и обомлела вновь. Третий раз. Снова его имя на экране. Время будто не читаемо. Всё стало ясно. Лицо Лирии стало медленно искажаться и отвергать все добрые и нежные эмоции — теперь в крови бурлела лишь злость. Это было бы низко признать поражения, но она приняла его. Взяла трубку и поднесла к уху в пространстве созданным ими. — Всё таки взяла? Не даром говорят:«Бог троицу любит». — С мерзкой ухмылкой в голосе проговорил Люкс. Лирию воротило лишь от одного его голоса, хотелось кинуть всё прямо сейчас в моменте. — Триста лет не слышала тебя, не слышала бы ещё столько же. Зачем вы всё это творите? — Сказала Лирия, уже достав свой чемодан в поисках ножниц. Действовала она быстро — времени было мало. — Чего ж спешишь ты так? Неужто понравилось быть человеком? — Спросил голос на линии. А поезд продолжал биться, не замедляясь ни на миг. Все форточки резко открылись и шторы начало безжалостно трясти. Куча холодного воздуха вбилась прямо внутрь, заставляя всё метаться и двигаться. Лирия от неожиданности присела на корточки, закрывая голову руками, защищая её от множества падающих вещей. — П-прекрати. Ну же!! — Девочка взмахнула найденными ножницами и отрезала белую прядь в миг. Обмотав её вокруг своей руки, та засветилась. Сердце стучало бешено, а лежавший включённый на звонке телефон продолжал вибрировать. Лирия болезненно прижимала обмотанную и светящуюся руку к груди, навзрыд бормотая что-то про себя. Тело начало гореть, а глаза обретать красноватый оттенок. Всё продолжало греметь, пока та среди сидений использовала то, чего была лишена. И в миг, когда всё окончилось и на груди её проявился знак, чья-то до боли знакомая рука коснулась плеча Лирии. Обернувшись в непоколебимом холоде, она встретила те глаза. Смертельно-жёлтые. И то же лицо, да в моменте оно казалось суровее. Да и одежда стала более прилежной, не той, что носят на Земле. — Ну что, возвращаемся обратно? — Пробормотал ей на ухо парень. В словах считалось пренебрежение и усмешка. — Или хочешь попробовать ещё? — К чертям твои слова, Келердайн, я так и знала, что ты из этих. Не вернусь я, особенно в таком состоянии. Квантория больше никогда не будет моим домом. — Быстро оттолкнулась Лирия, начиная переходить на крик. В глазах её была лишь злоба и вражда, как и тогда. — Верховный суд снял запрет, как и твой отец, дорогуша. — Что?.. — Лирия в миг замерла, не осознавая всех слов. — Верховный суд? Отец? Да не неси чуши. Они моего лица в жизни не захотят увидеть. В ответ на все слова Келердайн лишь двояко улыбнулся, подходя к ней ближе. Пустой вагон ощущался страшно, особенно после проявления горящей метки на груди, что светилась прямиком сквозь одежду. Попытавшись подойти чуть ближе, Келердайн ощутил жуткую боль как от электрошокера. Ярко-жёлтое поле мигом окутало девушку, защищая ту от любых невзгод. — Тц. Не даром тебя звали «Великим» духом. Даже без сил ты нашла лазейку? Не переживай, у тебя всё равно нет выбора. — Сказал Келердайн и щёлкнул пальцами. В миг Лирия ощутила ту знойную боль и, от бессилия, упала в обморок на пол. Её слабое тело бездушно скатилось на пол, прямо в ноги того, кто был из тех, кого стоило избегать всегда. Парень поднял ту на руки, словно пушинку, и бросил озадаченный взгляд в сторону лежавшего на полу телефона. Подумав пару секунд, то всё же прихватил и его, бормотая под нос разные словечки. Тело Лирии было в жутком расслабленном состоянии, а потому не редко пыталось выскользнуть из рук, но в итоге так и оставалось в крепких объятиях Келердайна. Так и сбылся кошмар Лирии наяву. *** Все благословляли Кванторию, как бы не звучало это странно. Каждый Бог приобретал имя от людского наивного народа. Каждый ангел обретал облик, деланный другими. И демоны получали желаемое. Всё ведь идеально, не так ли? А что о духах? Это ведь существа без своего полноценного лица и облика, без цельной силы и возможности. И их жизнями могут управлять высшие создания, называя тех своими детьми. Честно ли это? Не все духи становятся божествами, всё равно огромная часть сбегает из Квантории, навечно обретая свой дом среди людей на Земле. А кого-то и вовсе изгоняют, забирая приятный дом и порядок жизни. Пока ты жив — ты всё ещё часть их. Ведь так, Лирия? *** Несчастное небо осветило землю вновь своими лучами. В воздухе ощущался знойный час. Жара пропитала всю комнату, девушка заливалась потом. Это стало так невыносимо, что та через силу открыла глаза, в миг осознав, где она. Эта жара была постижна только экваториальному климату на Земле, но даже так, этот зной был сильнее. Девушка протяжно и раздражённо вздохнула, слазя с незнакомой кровати, что стала в миг мокрой. Комната оказалась залита солнечным светом и была такой пыльной, что дышать было просто нечем. Старые золотые шторы, когда-то белый, теперь жёлтый, ковёр, грязные окна, за которыми ничего не видно. Комната так и отзывалась отсутствием хозяина долгое время. Лирия пошаркалась в сторону двери, осознавая, что теперь нет пути назад, раз она снова оказалась в Квантории — только здесь было так жарко — и то, что ей придётся вновь столкнуться с лицами людей, которые её ненавидят. На деле же первые годы изгнания девушка билась в попытках вернуться на небеса, ведь было невыносимо жить, прячась между заборов, в надежде на то, что её не тронут. Это было так жалко, когда она в нищем голоде, осознав надобность в пище, стояла у карет в одном мешке из-под картошки и держа руки в мольбе. Она умирала от желания вернуться обратно, не чувствовать голод и боли, не думать о том, как выжить или просто не счахнуть. Невыносимо оказаться с реальностью лицом, так что она была готова позабыть всю обиду, все слова, просто чтобы снова увидеть Отца и быть счастливой. Но так триста лет и шло, и по пути она смогла смириться с фактом того, что здесь она навсегда, пока её не убьют. Даже нашла способ воссоздать низшую магию с помощью куска белых волос. Но ничего не заменяло ожидание смерти, шедшее целую вечность. И вот она вновь здесь, где её когда-то любили и ценили, уважали и принимали. Но да, когда-то. Дверь открылась с жутким скрипом, открывая вид прямо на длинный и одинокий проход. Ей срочно нужно было зеркало, но по пути туалета не нашла. Босыми ногами та вступала на нагретые деревянные плиты. Каждый шаг отдавался громким скрипом. Среди одинаковых дверей она не смогла найти нужную. Остался лишь первый этаж, к которому вела лестница вниз. Грязная, пустая, пыльная. Такой она показалась новой посетительнице дома. Небрежно спускаясь вниз, Лирия искала взглядом то, что может помочь. Дом буквально умирал в тишине, что казалось не привычным для Квантории, где жизнь так и горела. Неразборчивые голоса послышались прямиком из-за двери на улицу. Не было ясно, о чём говорят, но интерес девушки загорелся вновь. Потянув дверь на себя, та открылась. И в миг Лирия ощутила ужасную боль. Согнув коленки и дрожа от боли, она кое-как держалась за дверную ручку. Сквозь все мучения, она всё ещё пыталась взглянуть на улицу, пока не заметила, что её волосы стали менять цвет. Чёрный цвет стал вымываться в абсолютный белый от корней, оставляя черный в самом низу, как когда-то там был красный. И в прошлом белая прядь выбилась из причёски с красным отливом. Когда волосы приобрели новые цвета, Лирию вновь отпустило. А перед глазами показалась обомлённая толпа, что глядела прямиком на девушку. Кто-то стоял на огромном выступе перед всеми людьми, хотя на людей то они полностью похожи не были. Где-то промелькали животные лица, где-то более схожи с монстрами. Духи — вот к какому выводу пришла девушка. — Эм... Ты новый дух? Ох, похоже тебе не выдали ещё одежду, встань-ка со всеми в толпу. А мы пока продолжим..! — Обратилась к Лирии незнакомка с трибуны. Одета она была крайне хорошо: утончённое платье по фигуре с шлейфом в голубых тонах, множество золотых элементов, а так же крылья, обромляющие весь силуэт. Вероятно, одна из новоиспечённых богинь. Лирия бросила уставший взгляд и встала со всеми в толпу. Как же стыдно стоять со всеми в ночнушке и босиком. — Итак, я представлюсь. Меня прозвал людской народ Сешат и я полностью принимаю это имя. Я — богиня литературы и пришла вам рассказать о том, почему вы все вновь оказались в Квантории. — Гордо начала девушка. Все в толпе стали перешёптываться и, то со страхом, то с изумлением, то с любопытством посматривали на стоящую перед ними богиню. Одна лишь Лирия не смотрела, а искала хоть что-то, что помогло бы ей уйти отсюда. Ей было невыносимо тревожно оказаться прямиком в месте скопления земных духов. — Кхм. В недавних пор произошла брешь между мирами и был призван приказ на возвращение всех беглецов на место их прибывания для восстановления дыры. Если бы вы остались на Земле, вы бы навсегда потеряли связь с Кванторией и своей силой, так что вы все здесь. Большая часть духов стала изумлённо переглядываться, пытаясь понять всю идею. Навечно потерять свои силы — это что-то напоминает. Что-то знакомое, стоявшее прямиком в толпе. — А так же было принято решение обучения всех духов низшей магии для баланса временного процесса. — Продолжала Сешат. — Но будьте осторожны, многие из вас имеют доступ к высшей магии, а так же являются изгнанными. К сожалению, на все вопросы на счёт формирования групп для беглецов и изгнанных ответов не последовало, так что все мы будем расходиться здесь. С началом новой жизни, группа номер один!