Часть 22

Эту поездку в Пусан и правда можно было назвать отпуском. Кидэ почти не позволяли делать ничего ни по дому, ни с ребёнком. Отправляли гулять, отдыхать, наслаждаться морским воздухом и прекрасными видами. Больше всего времени с малышом проводили Чонгук и Юнги. Гук пытался научить его разговаривать и постоянно о чём-то шептался. Мин же читал сыну детские книжки, играл в игрушки и учил ходить, пытаясь восполнить пробелы во время его усиленной работы. Котёнок хоть и радовался вниманию папы и дяди хёна, но няню далеко и надолго не отпускал, и всячески тянулся к ней. Засыпали и просыпались, к счастью или к сожалению, Кидэ с Юнги каждый раз в разное время. С утра тот, кто был первый бесшумно и аккуратно выпутывался из объятий и уходил в ванну. Время пролетало быстро и незаметно. В последний день пребывания в Пусане Кидэ с Минами пошли гулять по пляжу. Бомгю, одетый в тёплую одежду пытался ходить и напоминал неуклюжего пингвинëнка. Когда малыш устал, взрослые постелили тёплый плед, сложенный в несколько раз и сели, взяв ребёнка на руки. Мальчик же не мог определиться у кого ему нравится больше и периодически менял своё «кресло». – Мяу, – вдруг воскликнул котёнок, показывая на кота, медленно подходящего к ним. – Да, котёнок, это котик. Он говорит мяу, – ласково проговорила няня, гладя мальчика по спине. – Молодец. – Мяу, мяу, мяу, – без умолку повторял Бомгю, хлопая ручками в ладоши. – Кажется, он признал своих, – засмеялся Юнги, когда кот подошёл и начал тереться о ноги Кидэ. – Ну раз твой сын котёнок, значит ты тоже кот, так что он и тебя признал, – смеясь ответила девушка, и как в доказательство кот начал ластиться и к Мину старшему. – Говорю же. – Не поспоришь, – усмехнулся мужчина. – Ты откуда такой красивый? – спросила Кидэ у котика. – Он явно домашний, вообще, мне кажется, я видел его у соседей. – Ты прав, похож, – кивнула девушка и спустя пару минут молчаливого наблюдения за тем, как Юнги гладил пушистый комок, задумчиво продолжила. – В следующей жизни хочу быть домашним котом. Целыми днями спишь, да ешь. Тебя кормят, за тобой убирают. Не гадишь в тапки, и ты уже самый лучший кот на свете, а если ещё и диван не дерёшь, так просто золото. Тебя любят, холят, лелеют. Хочешь ласки - подошёл к хозяину. Не хочешь - спрятался под кровать. Не жизнь, а сказка. – Интересно, – засмеялся Юнги, слегка передëрнув плечами от холодного ветра. – Замёрз? – обеспокоенно поинтересовалась Кидэ. – Пойдём в дом, говорила же тебе одеваться теплее и надеть шапку. Пойдём, пойдём, а то ещё не дай бог заболеешь. – Пошли, – кивнул Мин и поднялся, после помогая и девушке. Прощальный ужин прошёл в тёплой, но с толикой грусти обстановке. Чоны взяли с молодых людей обещание приезжать почаще, хотя бы просто на выходные. Юнги в этот вечер вызвался сам уложить сына, но долго не возвращался и Кидэ решила посмотреть всё ли хорошо. – Всё в порядке? – шёпотом поинтересовалась девушка, войдя в комнату. – Да, – кивнул мужчина, поворачиваясь к няне. – Просто задумался, он долго не хотел засыпать. Не могу представить жизни без тебя… – Но я же никуда не собираюсь от вас уходить, – смутилась Кидэ, опуская взгляд. – Знаю, но каждый раз боюсь, что ты исчезнешь из нашей жизни, – Юнги тяжело вздохнул и продолжил. – Мы не сможем без тебя… Я не смогу… – Я рядом, – еле слышно проговорила девушка, смотря в глубину глаз. Время как будто остановилось, в тишине комнаты было слышно лишь участившиеся дыхание и сердцебиение, отдающее шумом в ушах. Юнги взял Кидэ за руку и нежно гладил ладонь большим пальцем. Не отводя взгляд, опустил голову ниже, так, что они почти соприкасались носами и делили дыхание на двоих… – Эй, вы там скоро? – громко прошептал Чонгук, открывая дверь и немного завис, наблюдая, как друзья резко отстранились друг от друга. – Мы это… потеряли вас просто… и… ну в общем… приходите… – быстро развернувшись, свалил в закат, только пятки сверкали. Парочка, отойдя от шока, захихикала и направилась в гостиную. *** На следующий день, ближе к вечеру они вернулись домой. Юнги был какой-то вялый и постоянно чихал. Кидэ заварила ему горячий чай с облепихой, лимоном и мёдом, и отправила спать. Сама занялась ребёнком. После того, как котёнок уснул, пошла проверить Мина. – Ты как? – взволновано поинтересовалась девушка. – Ну так себе, – признался Юнги. – Надо было тебя слушаться. – Ох, непослушный мальчик, – сурово посмотрела и покачала головой Кидэ. – Правильно Бора сказала, у меня не один, а два ребёнка, – усмехнулась, проверяя лоб. – Хорошо температуры нет и есть возможность быстро встать на ноги. Пойду принесу лекарства и ещё чай. Юнги послушно всё выпил и позволил укутать себя в одеялко. – Кидэ, – подал голос мужчина из своего кокона, стыдливо пряча глаза. – Можешь побыть со мной немного, пока я не усну? – А колыбельную спеть? – усмехнулась девушка. – Да, – довольно закивал Мин, как никогда сильно напоминал сына. – Хорошо, – мягко улыбнулась няня. – Только обещай, что завтра будешь здоров, как бык. – Я постараюсь, – пробубнил Юнги, укладываясь поудобнее. – Ладно, что же тебе спеть… – задумалась Кидэ. – То, что пою котёнку не подходит. О, знаю. Мне кажется, тебе подойдёт. – Мне нравится всё, что ты поёшь. Девушка легла рядом с Юнги и устроилась поудобнее. Смотря в глаза, начала петь одну из своих любимых колыбельных.

– Мне бы крылья, чтобы укрыть тебя,

Мне бы вьюгу, чтоб убаюкала,

Мне бы звёзды, чтоб осветить твой путь,

Мне б увидеть сон твой когда-нибудь.

Юнги, как завороженный, не моргая смотрел в зелёные глаза и растворился в её голосе.

Баю-баю-бай, ветер, ветер - улетай,

И до самого утра я останусь ждать тебя.

Кидэ протянула руку и запустила пальцы Мину в волосы, нежно и ласково перебирая.

Мне бы небо чёрное показать...

Мне бы волны, чтобы тебя укачать,

Мне бы в колыбельную тишину,

Точно корабли проплывают сны.

Баю-баю-бай, ветер, ветер - улетай,

И до самого утра я останусь ждать тебя.

На последних словах бороться со сном стало всё тяжелее и Юнги сдался, отправляясь в мир грёз.

Баю-баю-бай...

Баю-баю-бай…