Бонус 2

      Мягкий свет ночника освещал спальню тусклым светом. Юнги, нахмурившись, сидел на кровати и в сотый раз за вечер листал бумаги, уже не различия написанного. Он, погруженный в свои мысли, даже не заметил, как в комнату вошла его жена.       — Фух. Дети спят, — девушка устало плюхнулась поперек кровати. — Как успехи? Готов к интервью?       — Да. Нет. Наверное…       — Ха, всë таки надо тебя научить русскому, тебе подойдет этот язык, — Кидэ приподняла голову и посмотрела на мужа. — В чем загвоздка?       — Просто переживаю. Это моё первое интервью. С тех пор, как стала известна моя личность, я ни разу не давал никаких интервью и вообще комментариев. Только посты для фанатов и лайвы, да и те с Чонгуком. Но это проще…       — Но тебе же дали список вопросов, значит, не стоит переживать. Ты уже знаешь, что будет. Все каверзные вопросы — табу. Просто расслабься и будь собой. Всё будет хорошо.       — Спасибо, — Юнги благодарно улыбнулся и ласково коснулся щеки девушки.       — Хочешь, я с тобой порепетирую? — спросила Кидэ, приподнимаясь и садясь ближе.       — Не надо, там много вопросов. Пора спать.       — Давай, я выберу парочку, — девушка взяла листы и стала изучать вопросы. — Оу, любопытно. Итак, давай начнём с этого. Уважаемый Шуга, Агуст Д, он же Мин Юнги, — Кидэ подмигнула и шепотом добавила, — он же мой Шуга дэдди, скажите, какое время нельзя упускать, чтобы потом не жалеть?       Юнги засмеялся, сбрасывая всё напряжение, и уже расслабленно ответил на вопрос.       — Время, проведенное с семьёй. Первые шаги детей, первые слова, первые улыбки, — Юнги расплылся в счастливой улыбке, вспоминая эти моменты с котёнком и представляя, что ещё предстоит в будущем. — Все их достижения.       — А какие люди самые нужные? — пытаясь сохранять серьёзный вид, продолжала интервью девушка. Но уголки губ так и ползли вверх.       — Моя жена и дети.       Лицо Кидэ неосознанно озарила широкая улыбка, она смотрела в любимые шоколадные глаза и забывала обо всём. Девушка прокашлялась и попыталась вернуть невозмутимость, и играть роль интервьюера.       — Какие дела самые важные?       — Семейные.       — И всё? — Кидэ удивилась, ожидая услышать что-то связанное с музыкой. Она, как никто другой, знала насколько это важно для Юнги и сколько сил он вкладывает в работу.       — А что ещё нужно? Карьера построена и даже, если я решу уйти на покой, денег хватит и нам, и детям. Да даже если нет, работу всегда можно найти.       — А музыка?       — Одно другому не мешает. Моя семья поддерживает меня во всём. Либо занимается музыкой со мной, либо даёт время наедине. Они моя жизнь, моё вдохновение, моя поддержка и опора. Поэтому для меня семья всегда на первом месте. Если бы не они, не было бы и меня, как айдола.       Кидэ наблюдала за мужем, расплываясь в самой теплой и нежной улыбке. Перед ней сейчас сидел не тот популярный айдол, известный многим, а её домашний, уютный Юнги. В обычной домашней одежде, с растрепанными волосами, сонными глазами и носиком-кнопочкой, который унаследовали их дети.       — Кто бы мог подумать — суровый репер, влажная мечта миллионов — самый милый и любящий семьянин.       — За это ты меня и любишь.       — Неа, — покачала головой Кидэ и, усмехнувшись на растерянное выражение лица мужа, добавила, — я люблю тебя просто так.       — А я тебя, — Юнги выкинул листы и притянул жену к себе, заключая её в крепкие объятия. — А как бы ты ответила на эти вопросы?       — Нельзя упускать время тишины. Самые нужные люди — моя семья. Самые важные дела — сон.       По комнате разлился мелодичный смех. А Кидэ чувствовала вибрацию от Юнги всем телом.       — Что? — девушка отстранилась и серьёзно посмотрела на мужа. — Я мать троих детей! Спасибо твоей плодовитости!       — Ты мне это будешь до старости припоминать?       — Конечно! Буду старой, вредной, некрасивой, похожей на изюм, беззубой бабкой и буду продолжать называть тебя плодовитой шкотиной.       — Для меня ты всегда будешь красивой и самой любимой, — уверил Юнги и осыпал лицо поцелуями.       — Фууу, — шутливо отстранилась девушка, выставляя руки, как котик лапки, когда не хочет, чтобы к нему лезли, — какой шладкий. Всё таки Шуга тебе и правда подходит.