Часть 6

Вы знаете, что "когда-нибудь" - значит никогда? Когда-нибудь я найду новую работу, когда-нибудь у меня будут верные друзья, когда-нибудь я найду себя. Всё это байка, сказка для детей. Мнимая отсрочка. Передышка, которая позволяет выдохнуть и начать жить настоящим. Потому что иначе не получается. Пока не дашь мозгу надежду в будущем, он будет раз за разом доканывать тебя в настоящем. Он будет вспоминать и вздыхать, и будет разрастаться дерево яда, и листья, слетаемые с его ветвей будут слезами. Чтобы убрать это - "когда-нибудь" надо работать, делать маленькие шаги. Аж тошнит оттого как это звучит. Каждый раз одно и то же. Но. Продолжим. Прилагать усилия, делать то, что делать не хочется. Вот хотя бы встать с кровати. Достижение не из лучших, но уже начало. Солнце обжигало. Гарри лениво приоткрыл глаза. Через кристально чистые стëкла окна в спальню проникали яркие лучи, плавно ложась на его лицо и часть подвёрнутого одеяла. В спальне было пусто, отбор в команду по квиддичу начался раньше срока, а если ещё конкретнее намного раньше срока, что было неимоверно странно, и остальные мальчишки не сумев растолкать его самого, ещё несколько часов назад поспешили на поле. Вчерашнее празднество прошло феерично. Феерично смешно. Повезло, что всё это действо выпало на субботу. А значит сегодня, в воскресенье у него есть время на отдых. Новый профессор защиты от тёмных искусств больше была похожа на офисного клерка, нежели на человека способного научить их чему-нибудь действительно стоящему. Хотя, наряды её были явно не такими, какие бы носил простой рабочий в офисе. Познавательный мир расхождений во всей красе. По тихому слушку, который успел за считанные минуты разрастись по Большому залу, Гарри понял что профессор Амбридж прибыла к ним из самого министерства. Лаванда пнула Дина, Дин подтолкнул Симуса, Симус разлил сок на Парвати, Парвати пихнула Рона, Рон вылупился на Гарри с Гермионой, вот так всё и произошло. Впрочем, такое донесение новостей для гриффиндорцов их курса было в порядке вещей. И Гарри, по итогу, был почти абсолютно уверен в том, что занимала она в этом самом министерстве одну не и из последних должностей. Где это видано, чтобы офисный клерк щеголял в ярко-розовом твидовом наряде. Нееет, такое у нас не для всех. Гарри перевёл взгляд на Дамблдора, нацепившего на себя небесно-голубую мантию со странно неподходящими по цвету зелёными цветами. Да уж. Но вернёмся в начало. Пункт первый - встать с кровати. Выполнен. Остальное по мелочи, в фоновом режиме. Запнуться об оставленные прямо в проходе ботинки Невилла. Пункт второй - незапланированный. Дверь комнаты хлопнула, в гостиной тихо, совсем непохоже на типичную гриффиндорскую суету. Суета сует, или как там говорят. Кто-то из старшекурсников, бездумно пялящихся в бездонную дыру неразаженного камина, поведал ему о том, что Гермиона отправилась на поиски Кормака и бла, бла, бла. А ведь он даже не спрашивал куда отправилась Гермиона! И зачем ей, кстати говоря, понадобился Маклагген? Кажется, он отвлёкся. Ему ведь совсем неинтересно. Выкинув из головы образ глупо улыбающегося парня, Гарри поспешно перешагнул дверь гостиной. ... Гарри очень старался не пялиться по сторонам. Людей на обеде и так было немного, и его вертение головой точно привлекло бы лишнее внимание. Тем не менее, он ещё раз убедился, юной мисс Лавгуд не было в зале, как и не было во всем Хогвартсе. Вчера он не заметил белокурой макушки за столом Когтеврана на празднике, и отчего-то его настроение тогда упало на несколько пунктов. Следом ему стало не по себе от того, что подобное вообще смогло его расстроить, потом от устыдился и этого порыва. Ему разве запрещается расстраиваться? Тем не менее, его внимательное наблюдение за столом чужого факультета не осталось незамеченным Роном, который не преминул сразу ринуться в бой и спросить о причине странного поведения друга. Гарри замешкался с ответом, привлекая внимание ещё и Гермионы. И в моменте совсем поник, а потом люто разозлился. Зло зыркнув на друзей, парень пробубнил какую-то отговорку и поспешно отвернулся. Больше на стол Когтеврана он не смотрел. Пальцы нервно постукивали по коленке, зелёные глаза бегали по заполненному съестным столу. Через каких-то полчаса всё успокоилось, Гарри остыл, искренне улыбаясь на шутки Рона и весело закатывая глаза, на уже далеко идущие, относительно уроков и расписания, планы Гермионы. Резкие смены настроения стали для него обычным делом. Ну, он вообще-то подросток, разве нет? Может всё это в порядке вещей? Сейчас же, снова возвращаясь к воскресному обеду; Гарри очень долго жевал, тупо пялясь в стол. Неровное покрытие, старый лак. А деньги на обеспечение школы вообще выделяются или всё как у магглов? Поттер усмехнулся. А потом замер, старшекурсник в спортивной униформе Гриффиндора показался в дверях зала. Если пришёл он, значит скоро придут и другие, такого счастья Гарри пока было ни к чему. Быстро запихнув в рот последний кусок бутерброда, Поттер быстрой походкой поспешил в сторону выхода. В спину его провожал заинтересованный взгляд чёрных глаз. ... – Вы заговорили мою метлу на первом курсе? – вопрос в лоб. Ответ, впрочем, не так уж и нужен. А удар в лоб не хочешь, а Гарри? – Вы совсем идиот, Поттер? Освободите дорогу, – прошипел Снейп, наполняя голос ядовитыми нотками. Гарри не сдвинулся с места, продолжая молча буравить мужчину взглядом. Узкий мост способствовал его молниеносному и, разумеется, бестолковому плану задержать профессора. – Вы что, меня преследуете? – слетела абсолютно нехарактерная фраза с губ профессора. Почти что забытая часть замка, смотрящая каменными стенами на юго-восток. Узкий длинный почти что веревочный мост, ведущий от одного пролёта к другому. Гарри обнаружил это место в прошлом году, блуждая, погружённый в одиночество и невесёлые мысли. Конечно, он вас преследует профессор. Ну, или же вы оба избегаете людей, при первой же возможности удаляясь от них как можно дальше. Кажется, профессор и сам немного растерялся. Надо же, бывает и такое. Зрачки глаз Гарри расширились, и уже через секунду он пустился в безудержный смех. – А если я скажу да, что будет, сэр? – капелька фамильярности, шальной взгляд готов принять удар. Да, разумеется, капелька. – Хотите проверить? – прозвучало угрожающе, в лучших традициях. Кажется, Снейп после секундной заминки сумел вернуть себе самообладание. Странно, что он его вообще потерял, но об этом позже. Гарри резко перестал смеяться, внимательнее всматриваясь в лицо собеседника. Теперь он был почти что окончательно уверен в том, что профессор ничего ему не сделает. Не сделает в принципе. Есть в мире такие люди, которые будут сколько угодно бросаться угрозами в твой адрес, а по итогу, ну по совершенной случайности, будут раз за разом спасать вам жизнь. Собака может гавкать сколько угодно... Ну или как там звучит эта цитата. Да, разумеется, извините, господин профессор за то, что сравнил вас с собакой. Глаза Гарри вновь заблестели от едва сдерживаемого смеха. Снейп нахмурился, лицо его исказили сразу три совершенно несочетающихся эмоций. Секунда. И вот Гарри лицезреет перед собой пустоту. Профессор молча ушёл, ещё больше подкрепляя своим действием недавнее озарение. Другое дело те люди, что обычно молчат. Вот от них жди беды. Гарри помрачнел. Лёгкий ветер трепыхал его волосы, мантия вилась у ног. В Шотландии было тепло. ... Призраки, безмолвно шествовали за ним по пятам. Каждый раз когда Гарри оборачивался, они якобы исчезали, просачивались сквозь стены, подёрнутые разноцветным мхом. Но Поттер отчётливо видел их краем глаза каждый раз, когда отворачивал голову и возобновлял ход. Не прогонял. Ими влекло любопытство. А его разве можно не поощрять? Это были не посыльные Дамблдора, посланные следить за ним в стенах замка. Тут было нечто другое, Гарри чувствовал это. Целое крыло южной части замка было заброшено, пустуя уже большое количество лет. Когда-нибудь всё придёт в запустение. Через десятки, сотни лет такая участь постигнет и остальной замок. Постигнет, чтобы потом всё могло возродиться вновь. Цикличность событий неизбежна. Всё, что уже когда-то происходило, произойдёт в этом мире ещё не единожды. Разве это не прекрасно? Будет ещё примерно миллиард чудовищ, желающих погубить этот мир. А знаете, почему они этого желают? Потому что могут. Вот почему. Так выходит, имеет ли какое-либо значение, не будет у него конкретно носа, как у нашего старого друга, или какой-нибудь другой части тела? К чему всё это? Зачем нужно бороться, если этот мир уже не спасти? Вы знаете ответ? Мысли снова навалились. Гарри остановился; постепенно смеркалось. Юго-восток замка, а именно юг выходил своими мшистыми стенами на лес. Густой, непроходимый, с тяжёлыми тёмно-малахитовыми шапками. Очень сильно отличаясь от той части леса, в которую не раз неведывался сам Гарри, будь то очередная вылазка, будь то уроки Хагрида. Похожий лес он наблюдал, всматриваясь сквозь мутное стекло поезда, мчащего его в неизвестность. Рон и Гермиона отвалились от него почти сразу, что было к лучшему. Слушать их разглагольствования по поводу его исчезновения с Тисовой не было никакого желания. Плюсом ко всему, Гермиона смотрела на него чересчур странно, хотелось отвести взгляд, лучше вообще убежать, а не пытаться вести светские беседы. Новые старосты ушли, Гарри лишь мрачно усмехнулся. Какая честь. Хорошо, что старосты отбираются по двое, а не по трое в год, иначе Дамблдору или кто там всё это контролирует, пришлось бы назначить третьим Невилла, а школа бы этого точно не пережила. Да уж, его то, Гаррина кандидатура вычеркнута из всех списков мира. Интересно почему. Оставаться в компании остальных однокурсников не хотелось. Да нормально он к ним ко всем относится. Это по-прежнему не чужие ему люди. Но дышать рядом с ними было тяжко. Быстрее на воздух. Далеко. В конец поезда. Туда, где окна нараспашку, где вагоны похожи на внутреннее содержание маггловских автобусов. Там и дышится легче и тихие голоса пуффендуйцев дарят временную передышку. А ещё через стёкла лучше видно лес. Густой, непроходимый, с тяжёлыми тёмно-малахитовыми шапками. ... Понедельник - день тяжёлый. Кто это вообще придумал? Будто бы среда или пятница легче. Суть не в конкретном дне, вы же понимаете. – Потом трансфигурация, далее защита и заклинание, – быстро перечисляла Гермиона, скрупулёзно вчитываясь в расписание. В её идеально разглаженном листе было чрезвычайно мало неисписанного чернилами места. Рон то и дело поглядывал в расписание подруги, Гарри прекрасно видел, как парень вчетверо сложив свой листок, сунул его на дно сумки ещё за завтраком. – Эй, приятель, ты здесь? – хлопнул Рон по его плечу. Будни, любимые будни. Мелочи незначительные, но системообразующие. Из их совокупности складывается впечатление. Они потом забудутся - эти мелочи, потому что изо дня в день их будет порядка нескольких сотен. Но общее впечатление, картинка останется. И когда время пройдёт и момент давно уже будет упущен, внезапно захочется вернуться. Вернуться прямо туда, на четвёртый этаж в коридор замка Хогвартс, на перемену между первым и вторым уроком, в середину их троицы. Идти рука об руку, и чувствовать плечи друзей. Одно всегда выше, другое чуть ниже его собственного. – Да, я иду. Гарри улыбнулся, нагоняя друзей. Жить настоящим хотелось как никогда. Звонок на урок прозвучал, и они побежали, забыв о мнимой взрослости и степенном шаге.