Часть 8. Ещё одни выводы.

Всё происходило слишком быстро — они быстро покинули корабль, где на пирсе их уже ждали машины с затонированными окнами, в одну из которых села Амелия с Алеком, в другую Деметрий и Джейн, и теперь они на бешеной скорости неслись в глубь полуострова. От быстрой езды Амелии стало не по себе, но через несколько минут страх прошёл — очевидно для вампиров скорость была обычным явлением, но не для её размеренной, обыденной жизни. Алек пояснил, что подобным образом они не особо любят передвигаться, так как для них это было очень медленно, но исключение составили только для неё, что заставило её чувствовать себя неловко, так как из-за неё терпят эту замешку во времени. Амелия посмотрела на водителя, лицо которого отливало белизной, весьма уверенно ведущего машину. Видимо у них, действительно, было много сторонников, разных рангов и положений. «Интересно, какой же была оплата? — размышляла девушка. — Наверное, бессмертие оплачивает всё, или же она опять задаёт неверные вопросы, как говорит Алек. Тогда, наверное, стоит задать правильный вопрос.» Амелия призадумалась. Как так долго Вольтури могли скрываться от людей оставаясь незамеченными? Ведь дорогие машины, возможности и власть — всё это во взгляде человека имеет весомое значение надолго оставаясь в памяти, но видимо, за эти столетия они научились быть в глазах людей логичными, предугадывая их мысли, не оступаясь, не допуская ошибок, быть похожими на них, иначе бы они подвергали опасности себя. Именно поэтому они стояли на соблюдении закона, и не могли допустить, чтобы люди узнали о них. Даже для вампиров люди представляли угрозу и Амелия их понимала. Она была уверена, что и их исчезновение с корабля уже продумано и будет разумно объяснено для людей, не вызывая подозрения, также как и её отсутствие. Девушка попыталась расслабиться — нужно было дать себе передышку. Он был рядом и она чувствуя его присутствие возвращала себе обычное спокойное состояние. Амелия посмотрела на Алека, который склонив голову замер, лишь только по морщинам на лбу можно было понять, что он о чём-то серьёзно задумался. Она знала, что он поступает не так, как от него ждут и поэтому тоже подвергает себя опасности, и пытается найти верное решение для них обоих. Алек ещё раз пытался предусмотреть все варианты их появления перед Аро и дальнейшие события с её пребыванием в Вольтерре, он должен быть готовым ко всему и он будет. Он взглянул на девушку, которая смотрела в окно и в отражении стекла было видно, что она тоже о чем-то думала, руки лежали на коленях, пальцы слегка шевелились сжимая друг друга. Алеку захотелось коснуться её, сжать её пальчики в своей руке и тогда она повернётся и посмотрит на него своими нежными, принимающими глазами. Небо начинало сереть, а за окнами мелькали редкие огни маленьких городков, фонарей и указателей. Линия её жизни резко изогнулась и сейчас ей нужно было привыкнуть к этому изменению. Амелия пыталась отсечь свою реальную жизнь, которая веками навязывала стереотипы, что не существует того или иного, что подобные истории выдумки, сказки, а люди, которые в это верили и доказывали свою правоту признавались умалишёнными. Она уже подумала, что не сошла ли она с ума и сейчас просто находится, где-нибудь в больнице, где продолжает смотреть свои сновидения. Она тут же повернула голову и посмотрела на Алека, который не сводил с неё пристальных бордовых глаз. Он есть, существует, его грудь поднимается и опускается от дыхания, но то, что прививалось годами мозг не воспринимал, не пропуская в её сознание его реальность, и она боялась, что однажды очнётся и его не будет, ни в этом мире, ни в другом. — Как это произойдёт? — Амелия пыталась скрыть свой страх и спросила, то о чём ещё не размышляла. — Тебе нужно будет потерпеть боль несколько дней, — как бы извиняясь ответил он, опустив глаза. — Я так понимаю, что эта боль не такая, как от пореза, — она посмотрела на свою ладонь с пластырем. — Боль очень сильная, — Алек отвёл глаза в сторону, мышцы на лбу стали глубже, и он сжал пальцы в кулаки. — Она завладеет твоим телом, проникнет в твоё сознание и кроме неё ни о чём не сможешь думать, да и думать тоже будет больно. — А потом? — Потом придёт жажда, такая сильная и всепоглощающая, что кроме неё ты ни о чем не сможешь думать. Она словно раскалённое железо терзающее твоё горло и боль первых дней покажется ничтожной по сравнению с жаждой, которая будет расти с каждой минутой, и когда она достигнет своего апогея, чтобы её заглушить, ты уже будешь готова на всё и даже убить. Он всматривался в её лицо считывая каждую эмоцию, ожидая ненависти, страха в её глазах, вполне естественных для человека и дождался — Амелия отвела взгляд в сторону и Алеку стало больно. Она снова посмотрела в окно, где на фоне светлеющего неба уже можно было различить деревья, поля, какие-то строения, и тогда, заметила его лицо в отражении стекла. Он был в отчаянии. Он убивал. Это был его мир, где убийство было вполне логичным и естественным, а вот её присутствие здесь, было ли оно логичным? Амелия не знала. Убить монстра, вампиров вроде тех, которых она видела в развалинах, было вполне естественно и понятно, и не вызывало сомнений, но убить живого человека, лишить его права на жизнь, для неё это было неожиданно и неприемлемо. Не смотря на то, что она не питала к людям особой симпатии, среди них были и те, кто ещё помнил о благородстве в этом загнивающем обществе, и им бы она не желала зла. Она не думала, что встанет перед таким фактом, что ей придётся убивать, чтобы выжить. Сможет ли она? Нет. — Но должен же быть какой-нибудь выход, — Амелия повернулась к Алеку, она не верила, что этот вариант окажется единственно возможным. — Есть вариант с животной кровью, но это лишь жалкая замена, без вкуса и насыщения, жажду она не снимает, лишь только на время заглушает боль, которую придётся постоянно терпеть и контролировать. — Как сейчас? — тихо спросила девушка, обеспокоенная тем, что Алеку постоянно приходится себя контролировать из-за неё. — Я не хочу твоей крови, — её вопросы его веселили, и он бы точно рассмеялся, если бы они были одни. — Тогда, как ты сдерживаешься? — лёгкое удивление отразилось в её лучистых глазах. — На это ушло не одно столетие и сейчас я могу спокойно брать тебя за руку и быть рядом, — он положил свою холодную руку на её и сжал её пальцы, вызывая волну приятных мурашек в теле девушки. — А как… — Амелия слегка наклонила голову в сторону водителя. Алек ухмыльнулся и резко придвинулся к девушке, прошептав на ухо: — Страх! Он сильнее жажды. Девушка замолчала, смотря на руку Алека, в которой лежала её ладонь и сжала её в ответ: — Это сделаешь ты? — Да, — ответил он твёрдо и уверенно, но в тоже время как бы извиняясь за эти слова и снова заглядывая в глаза девушки в поисках сомнения, которого там никогда не было. Она не даст ему этой возможности и всю боль за её жизнь он возьмёт на себя. Он никогда раньше не обращал людей, но не раз становился свидетелем этого «обряда». Именно он будет тем кто подарит ей бессмертие и только об этом думал последние дни, пытаясь вспомнить все моменты связанные с перерождением и найти возможность, чтобы хоть как-то облегчить её страдания. Амелия наконец-то поняла всю тяжесть, которая ложится на Алека, который оберегал её от всего, что было связано с болью и теперь же сам должен был её причинить. — Я буду с тобой, — прошептал он снова чувствуя желание обнять её и успокоить, прижать к себе и замереть на многие годы. Амелия понимающе кивнула, она знала, что он будет рядом и её не пугали все эти трудности, она верила ему, безоговорочно и всецело, и совершенно не боялась доверить ему свою жизнь. Но она чувствовала, что он о чём-то умалчивает и его это волновало больше её перерождения, словно боялся говорить о чём-то. Может быть дело было в Аро. — А если он не позволит? — Амелия не находила больше причин препятствующих её обращению. По лицу Алека пробежала лёгкая тень и девушка поняла, что вновь задала правильный вопрос. Она снова прочитала его мысли, что больше не было для него шоком, теперь все её слова он воспринимал спокойно, без желания закрыться, запретить себе думать, чувствовать, он хотел быть открытым и честным с ней. Конечно же Аро оставит ей жизнь, не желая терять возможность приобрести одарённого вампира, но вот обращение он мог бы захотеть провести сам, желая подчинить её себе. А этого Алек не мог допустить, он хотел, чтобы эта связь была только между ними. — Боюсь, что он захочет оставить тебя при себе, чтобы сделать частью его стражи, как я, Джейн и Челси. — У неё тоже способности. — Да, она влияет на эмоциональные связи, как положительные так и отрицательные, — Алек резко замолчал и отвёл глаза в сторону. При упоминании этих способностей Амелия немного насторожилась, такие простые и незаурядные способности были на самом деле очень опасны. Ослепить, найти, подвергнуть боли, всё это было ощутимо и видимо, а вот влиять на эмоции, меняя любовь на ненависть, вызывать страх или желание убить и не только, для неё это было страшно. — А на тебя она влияет? — неприятная догадка осенила девушку. — На всех, — взгляд Алека остановился и в его глазах отразилась усталость, которая повергла девушку в шок. Они все были под её контролем. От неожиданности своего вывода она прикрыла рот рукой и снова чувство сильной боли за него накрыли её словно волной, в этот раз вызывая не страх, а злость, сильную, раздирающую, такую, что её мышцы напряглись, словно она готовилась к схватке, и она уже почти поклялась, что разделается с ней, если только представится такая возможность, но тут же отогнала эти мысли, она была всего лишь бессильным, слабым человеком против клана сильных, одарённых вампиров, которых Аро собрал вокруг себя, связывая и подчиняя их одним нужным ему эмоциям, одним чувствам, и на этом строилась его сила и власть. Мысленно она преклонилась перед ним — он был жутким, идеальным правителем! Лёгкая ухмылка коснулась её губ. — Значит вы как коллекция, исключительных и я должна буду её пополнить, — Амелия тяжело дышала, быть марионеткой ей совсем не хотелось. — Я бы этого не хотел, — словно пересиливая себя произнёс Алек, мотнув головой. — Почему? — эти слова вернули её от неприятных мыслей и она с сочувствием посмотрела на Алека, который зная, что постоянно подвергается контролю, продолжает бороться, и из-за неё подвергает себя опасности, выходя за рамки повиновения. — Это не самое хорошее место для тебя — не хочу подвергать тебя риску, — пытался объяснить причину своего опасения, так как именно стражам приходилось поддерживать порядок, призывать к исполнению законов, наказывать и покорять, и он не мог представить Амелию рядом с ним в их «визитах», даже если она будет уже вампиром. — Аро, он читает мысли одним касанием, от него ничего не утаишь, — с сожалением сказал Алек открываясь перед девушкой. Амелия всё поняла! Теперь ей стала понятна причина его отстранённости, наличие маски, его молчания, аккуратных и продуманных фраз, кратких ответов — он боялся думать! Амелии захотелось выйти и пройтись, её захлёстывали эмоции, она негодовала и была в шоке одновременно. Она даже не могла представить, как это невообразимо больно оголять свои мысли, чувства, душу перед кем-то, и она даже не могла представить через что он проходил, каждый раз терпя эту унизительную пытку. — А ты бы хотел? — она вытянула руку из его рук и положила сверху, теперь уже основательно понимая и поддерживая его. — Да. Всё, что касается тебя, — признавался он, снова заглядывая в её глаза, в поисках понимания и принятия его — находил и успокаивался. — Мои мысли он тоже будет читать? — такая перспектива её совершенно не радовала. — Да, но подозреваю, что не сможет. Однажды мы уже встречали вампира с таким же даром, как у тебя и против неё все мы были бессильны. — Вот как, — удивлённо прошептала Амелия. Если это действительно было так, то это многое решало и тогда ей не стоило их всех опасаться, если только… — А если после перерождения эти способности у меня не останутся? — Мне не важно останутся у тебя способности или нет, — ласково улыбнувшись, Алек коснулся рукой её лица и слегка провёл пальцами по щеке. — Это будет даже лучше, — он снова почувствовал приятное притяжение её глаз. Он не отрицал, что в первый день был в восторге от своей находки, но сильное желание спрятать её и скрыть, перебороло его верность клану. Но он был вампиром, Вольтури и он хотел владеть сам. А теперь не может представит свою жизнь без неё — человека, который дал ему надежду на спасение. И сейчас ему было неважно останутся с ней её способности или нет, главное, чтобы она была с ним — его Амелия, чуткая и нежная. — Тогда я не буду так интересна, как сейчас, — с сожалением пожала плечами девушка. Алек хмыкнул, слегка рассмеявшись: — Невообразимо умиляет твоё милое человеческое качество самокопания в себе. Разве тебе не достаточно того, что самый страшный вампир предлагает провести с ним вечность, — нежно улыбаясь Алек с ожиданием смотрел на неё. От этих слов девушка ахнула и тут же отвернулась, сердце её застучало и она тяжело задышала. Алек не шутил и она это знала. Между ними была симпатия и сильная связь и, возможно, что-то большее, о чём она боялась думать, но она ещё ни разу не заглядывала так далеко и совершенно не представляла какое место она займёт в его жизни. Она просто хотела быть с ним рядом и этого ей было достаточно. Алек улыбался, испытывающе смотря на взволнованную девушку и снова сжал её руку, заставляя вздрогнуть, и он точно знал, что это была реакция не на его холодную кожу. Он посмотрел вперёд, на дорогу и расслабленно выдохнул, осталось совсем немного и он представил, как они остаются одни, в его комнате, в безопасности и понял, что это единственное, что он сейчас сильно желал. Амелия смотрела в окно, где уже начинало светать. — Сколько нам ещё ехать? — она решила не отвечать на его вопросительный взгляд и отложить этот разговор. Для неё это было слишком волнительно, а сейчас ей нужен был ясный ум и холодный рассудок. Алек огляделся: — Почти добрались. Ей нужно было собраться и успокоиться перед встречей с ними и хоть как-то попробовать помочь Алеку. Если Аро не сможет читать её мысли, тогда она может не боятся своих размышлений, но ей нужно быть осторожнее в своих вопросах, чтобы не подвергать Алека ненужным мыслям и таким же ответам, которые могут не понравится Аро. Она перевела взгляд на Алека, который смотрел на её руку в своей и задумчиво водил большим пальцем по её пальчикам. И она почувствовала всю боль и ответственность, что лежала на нём за неё. Ей захотелось оградить, уберечь их ото всех неприятностей. Вот если бы она могла подарить ему частичку своего дара и скрыть его мысли и чувства от других, защищая его от его же собственного мира. Амелия тяжело вздохнула, если бы она только могла... — Аро, кто его сторонники, с кем он разделяет власть? — спросила Амелия решив быть избирательнее в своих вопросах. Алек поднял на неё глаза и уже выглядел сосредоточенным и закрытым: — Древние вампиры, они были ещё раньше нас с Джейн. Маркус, он может определять эмоциональные связи и Кай, стоящий на соблюдении законов и поддерживающий их неукоснительное исполнение. — Значит и решения он тоже принимает не один, — сделала вывод Амелия, который давал им надежду. Ей захотелось как можно быстрее оказаться там и самой всё увидеть и понять и, может быть, тогда она сможет, что-нибудь придумать. Она нетерпеливо поёрзала. Алек согласился с её утверждением и кивнул, вновь поражаясь её проницательности: — Скажи, как ты это делаешь? Амелия непонимающе взглянула на него и улыбнулась: — Что делаю? — Приходишь к таким выводам? — почему-то ему захотелось узнать, как устроен её мозг. — Очень просто. Я смотрю, — пожала она плечами. — Ну да, я так и предполагал. — Мне просто ничего другого и не оставалось, — она отвернулась к окну. — Я жила и училась в маленьком городке, где каждый знал друг друга, но люди там были незаурядные, слишком простые, и любое исключение из общего уклады жизни они не воспринимали, меня даже не понимали в своей семье, их пугали интеллектуальные способности ребёнка, затем были школа и колледж. Оказалось, что умных людей и там не любят, их вообще не любят в принципе, сравнивая с собой и, не имея врождённого воспитания и благородства, принимать таких людей без зависти и страха. Поэтому среди друзей и коллег я сильно отличалась, не жалуясь на работу, здоровье, жизнь, поэтому чтобы в их глазах выглядеть нормальной, мне пришлось подстраиваться под них, молчать и наблюдать, и хотя бы так оставаться собой. Она резко замолчала, почему-то ей показалось, что её история походила на его жизнь, в которой он был заложником. Девушка поджав губы взглянула Алека, который уже не слышал её последних слов, замер, а на сведённых скулах от напряжения проступили желваки. Он пережил тоже самое, что и Амелия. Они с Джейн отличались от других людей, которые тоже не принимали их. Амелия осознав, что затронула, какие-то тяжёлые воспоминания, пожалела о сказанном и сжала руку Алека возвращая из глубин воспоминаний: — Например, когда я рассматривала кулон, заметила, что там что-то переливается, и он отличается от твоего, — указала она на грудь Алека. Алек склонил голову и взглянул на подвеску, он ведь даже не заметил, когда она успела рассмотреть его кулон. — А потом я поняла, что такой же аромат, как у кулона, я чувствовала от блокнота и от своей руки, — она замолчала и напряженно провела пальцами по лбу — решения не было. — От блокнота, потому что он был у тебя, но от руки… — Амелия усиленно искала ответ. Алеку стало неловко, захотелось остановить машину и выйти, до того, как она поднимет голову и посмотрит в его глаза, в поисках ответа и догадавшись её зрачки расширятся от удивления. Её как-то нужно было отвлечь от этих размышлений и Алек протянув руку коснулся её лица. С удивлением взглянув на него Амелия затихла, поразившись беспредельной нежности в его глазах. Его пальцы осторожно касались её кожи плавно очерчивая линию лица, и остановившись у губ, замерли. Алек смотрел на её губы и в нём снова появилось желание коснуться их. Он приблизил лицо и Амелия слабо вдохнув на мгновение прикрыв глаза, затрепетала. Все её барьеры рухнули под ласкою его рук и затягивающих бордовых глаз. Мимо них на огромной скорости пронёсся мотоцикл. Алек мгновенно напрягся следя за ним — люди так не ездят. Мотоциклист обогнал машину и удерживая скорость поехал перед ней. Алек обхватив девушку за талию, притянул к себе, уже предчувствуя неизбежность. Мотоциклист вытянул руку, в которой держал какой-то квадратный предмет и отбросил его на капот их машины. Как только свёрток коснулся металла раздался оглушительный взрыв и яркая вспышка осветила всё вокруг, на мгновение ослепив их. Казалось, что машину резко остановила, какая-то невидимая рука и подбросив, с лёгкостью откинула в сторону. От взрыва Амелию отбросило назад и ударившись головой о спинку сиденья, она на секунду прикрыла глаза, но Алек уже крепко сжимал её в своих руках, полностью закрывая от разлетающихся осколков стекла и вспышки пламени. От переворота машины Амелия снова покачнулась, но тут же была прижата к сиденью, полностью обездвиженная. С жутким скрежетом ломаемого железа, машина опрокинулась, переворачиваясь ещё раз, их покачнуло и в этот момент Алек коснулся губами щеки девушки, и его словно обдало вторым взрывом — он был по другую сторону её щита. Он отчётливо слышал, как бьётся её сердце, толкая кровь по венам, разгоняясь с каждой секундой, он почувствовал нежный, цветочный аромат исходивший от её тела — у неё всё же был запах. Машина ещё раз перевернулась и, слегка покачнувшись, замерла, встав на колёса. Амелия сбивчиво дышала, её пальцы судорожно сжимали материю на его груди, сердце учащённо стучало, а он всё ещё касался губами её лица и умирал от этого мгновения с трудом приходя в себя. — С тобой всё хорошо? — с тревогой спросил он, отстраняясь и оглядывая девушку всё ещё оглушённый своим открытием. — Да, — кивнула она, убирая руки с его груди и попыталась пригладить волосы, но тут же от треска раздираемого металла вздрогнула — дверь со стороны Алека вырвали, в салон заглянул Деметрий, бросил быстрый взгляд на девушку и Алека: — Я иду за ним, — Деметрий сиял в предвкушении погони. Алек кивнул и указал Деметрию на их водителя, который невредимый уже выбрался из салона, и тушил огонь, и они тут же отправились за скрывшемся мотоциклистом. — С тобой точно всё в порядке? — ещё один пристальный осмотр её состояния. — Теперь я понимаю почему вы не любите ездить в машинах, — Амелия трясущимися руками стряхивала с себя осколки стекла. — Посиди здесь немного, — Алек быстро осмотрелся и слегка погладил её плечи, как бы фиксируя на месте и исчез из машины. Амелия пыталась унять дрожь в руках, несколько раз быстро сжав пальцы, но не помогало. Пахло гарью, промятый верх машины почти касался её головы и ей показалось, что каркас машины начинает сжиматься, и она понемногу начала продвигаться в сторону вырванной двери и ухватившись за выгнутую обшивку, выбралась наружу. Её шатало, как после тяжёлой болезни, в голове звенело, и чтобы не упасть она держалась за остатки автомобиля и попыталась осмотреться. Она стояла возле искорёженной машины, которая была больше похожа на смятый газетный комок, каркас которой изогнулся до неузнаваемости, осколки выбитых стёкл, рассыпались на асфальте, как и куски разбитого пластика, капот был вырван, и явно не хватало деталей под ним, кое-где догорали огоньки оставшиеся от взрыва и выжить в такой аварии было невозможно, если бы не он. Алек стоял рядом с Джейн и они что-то обсуждали, смотря в сторону удалившегося Деметрия. Амелия отвернулась и закрыв глаза сделала глубокий вдох, прислонившись спиной к металлу, всё ещё держась за него. — Я же просил не выходить, — тихий шепот рядом с её лицом, немного привёл её в чувства. Затем его руки обхватили её талию и притянув к себе Алек повёл её в сторону второй машины, в которой уже их ждала Джейн, сидевшая рядом с водителем. В этот раз, он помог ей сесть, ноги её не слушались и подрагивали. Автомобиль тронулся. Амелия снова закрыла глаза и откинулась на спинку сиденья. Она устала. За последние сутки с ней так много всего произошло, что организм начинал давать сбои. В этот момент её руки коснулись холодные пальцы и поддерживающе нежно сжали. Она открыла глаза и взглянула на Алека, встретив обеспокоенный, осматривающий взгляд. Амелия глубоко вдохнула и слегка улыбнувшись, успокаивающе кивнула. Им уже не нужно было слов, достаточно одного взгляда, чтобы почувствовать тепло, нежность, понимание и поддержку, которую они находили в глазах друг в друга. Алек всё ещё настороженно осматривался, а ей хотелось, чтобы они как можно быстрее добрались до места, желая чтобы всё побыстрее закончилось и чтобы хоть как-то отвлечься и успокоиться стала разглядывать мелькающую местность за окном. Они ехали по малонаселённой провинции, разрезанной на ровные клочки аккуратно засаженной земли, живописные долины и холмы, маленькие городки, отдалённо стоящие фермы. Если бы не её усталость и обременённость событиями, то она бы точно восхищалась красотой Италии. Они проехали мимо небольшого городка, а дальше дорога пролегала через лес, теряясь среди холмов и необжитой местности, где на небольшом возвышении показались строения старинного монастыря. Машина въехала во двор и остановилась. Алек сильнее сжал руку девушки давая понять, что они приехали и она с благодарностью посмотрела на него. Он помог ей выбраться и придерживая, повёл за Джейн, которая уже скрылась за дверями небольшого строения рядом с главным зданием монастыря. Первые лучи солнца осветили кроны деревьев, древние стены монастыря, каменные ступени и двери флигеля, уже закрывшиеся за ними. Они оказались в небольшой комнате, где в стене напротив уже была открыта дверь, с ведущей вниз лестницей. Спустившись по ней, они оказались в тёмном коридоре уходящим в глубь земли. Джейн там уже не было. В спёртом воздухе туннеля пахло сыростью, на каменной кладке стен были какие-то влажные чёрные потёки, они же были на неровном полу, слабый свет от редких ламп, освещал небольшие участки пути, снова погружая путников во тьму. Их шаги гулким эхом отдавались в глубине коридора, который показался Амелии нескончаемым, и всякий раз, когда она оступалась, Алек придерживал девушку, слегка прижимая к себе. Ходьба её немного успокоила, дрожь в руках и звон в голове прошли, и Амелия уже ясно воспринимала произошедшее: — Это были они? — сомнений у неё не было, но она не понимала, как им удалось так быстро их найти. — Да. — Зачем они это сделали? — Вероятно, пытались не дать нам увезти тебя, — в голосе Алека слышались злобные нотки. — Зачем я им? — Ты видимо ещё не совсем понимаешь своей ценности, — Алек резко остановился и развернулся к девушке — в отдалённом, слабом свете фонаря, на его лице отразились боль и испуг за неё, которые он всё это время скрывал, отчитывая каждую секунду до того, как они окажутся здесь, в безопасности. — Конечно, я же только что чуть не погибла в аварии, по их вине, — при этих словах Алек притянул её к себе, заключая в объятия. Он боялся за неё, с того самого момента, как они встретились, каждый раз думая о её хрупкости и ранимости, он даже боялся держать её за руку, постоянно контролируя себя, чтобы не причинить ей боль, и сейчас, находясь почти дома, он всё ещё боялся потерять её. — Идём, — ему захотелось как можно быстрее спрятать её, закрыть, отгородить и не подпускать никого и ничего, что могло бы ей навредить. — Деметрий найдёт его? — Амелия вспомнила его горящие глаза, напоминающего азартного игрока. — Я в этом не сомневаюсь, — в его голосе была неопровержимая уверенность. — А если их окажется много? — На солнце они не рискнут показываться. Пока этого объяснения Амелии было достаточно, но лёгкая тревога и сомнения всё же оставались: — А сюда они не проникнут? — тёмный коридор не вызывал у неё доверия. — Нет, в монастыре есть охрана, как и в башне, к тому же брать приступом Вольтури, это глупо, — Алек надменно рассмеялся, мотнув головой. — У них просто нет шансов. Амелия вспомнила, как свободно они въехали на территорию монастыря и никого там не заметила, что тоже ей показалось странным, но об этом она узнает позже. — Вы всегда так передвигаетесь? — кивнула она в глубь нескончаемого коридора. — Мы тратим на это значительно меньше времени чем сейчас, — лёгкая улыбка на его губах стала тому подтверждением. — Я не подумала об этом, — смутилась Амелия представляя, как сильно из-за неё они задерживаются. — Мы сразу идём к Аро? — Да. — Хорошо, — кивнула Амелия, желающая по скорее во всём разобраться. Дрожь в теле прошла, но организм всё же не справлялся с усталостью, поэтому она иногда чувствовала накатывающую слабость, и если бы не руки Алека, то она давно бы уже упала, и это было совсем не кстати, ей нужно было собраться, и хотя бы какое-то время продержаться. — Тогда, я могу тебя попросить, — девушка остановилась и положила руку ему на плечо. Алек благодарно улыбнулся и подхватил девушку на руки. Ему тоже не терпелось поскорее покончить с этим и хотя бы на время, но почувствовать малое облегчение от страха за неё. Коридор быстро закончился и он опустил её на ноги перед небольшой, простенькой дверью. Открыв её они вошли в просторную и светлую комнату с чистыми каменными стенами, а затем миновали ещё одну дверь и оказались в весьма уютном коридоре со стенами обделанными панелями кремового цвета и ковролином на полу, на потолке уже были обычные лампы ярко освещая помещение. Этот коридор заканчивался лифтом, где их уже ждала Джейн изнывая от тоски и бросив на Амелию ненавистный взгляд, посмотрела на брата так, словно разделяла его обременённость девушкой и они вошли в лифт. Лифт ехал недолго и когда открылись его двери они шагнули в шикарную приёмную с деревянными стенами, с коврами на полу, с современными диванчиками и столиками, на которых стояли цветы, а на стенах висели картины, всё было ярко освещено, красиво и изысканно. За стойкой ресепшена сидела женщина, с короткими чёрными волосами и карими глазами, которая взглянув на вошедших тут же их опустила. Джейн открыла дверь с противоположной стороны и они прошли в ещё одну приёмную, но свет здесь был уже приглушённым. — Подожди, — приостановил девушку Алек и подошёл к стене, где из шкафа вытянул серую материю и вернулся к Амелии, накинув на её плечи плащ, который волнами опустился вниз, касаясь пола. Натягивая капюшон на её голову на мгновение задержался на её глазах, в которых ещё читалось волнение и неуверенность, и слегка моргнул, Амелия в ответ кивнула — они были готовы. Алек подвёл её к двери с отделкой из чистого золота. Амелия глубоко вдохнула и уже расслабленно выдохнула, шагнув в раскрывшуюся перед ней дверь.