Часть 4

Мин Юнги всегда подозревал, что их макнэ может крупно облажаться в самый неподходящий момент. И не ошибся. И сейчас тот сидел с нахмуренными бровями, понуро опустив голову и сложив руки на груди. Носок ботинка отстукивал нервную мелодию, даря всем находящимся в комнате волну ещё большего нервяка. Мину не доставляло удовольствие неофициально подрабатывать личным психологом Чонгука, особенно когда его рассказы о переживаниях стали постоянно скатываться по липкой дорожке на тему ушедшего из дома Тэ-Тэ. — Гуки, — Шуга аккуратно остановил словесный понос младшего, который уже войдя во вкус, в красках в сотый раз (Юнги был уже измотан этой историей) описывал ссору недельной давности. Да, прошел уже тот самый срок, который мемберы дали Тэхену. Неделя прошла, а значит, надо было что-то делать. Конкретно надо было дождаться завтрашних съемок и надеяться, что беглец изволит явиться. Но чтобы просто так не прийти, надо быть очень смелым, потому что от менеджеров в таком случае ничего хорошего ждать не стоит. А Ким далеко не глупый, не смотря на странности. — Давай ты пойдёшь, найдешь Хоби и выжмешь из себя семь потов? Говорят, что помогает избавиться от лишних мыслей, — Мин уже час пытался выпроводить из своей студии нерадивого Чона, слишком увлечённого своими проблемами, чтобы заметить измученность своего хëна. — Я был в репетиционной уже пять раз за сегодня, всю неделю ходил туда, но это помогает только на время. — Тогда найди этого чертова Тэхена и проясни все! — не сдержался тот. — Да я даже не знаю куда он свалил! Как мне его найти? Завтра я должен выспаться, но я не могу уснуть, если только не под утро. — Психанув, поднялся и попрощавшись ушёл, хлопнув дверью. — Вот же… В тайне порадовавшись, что избавился от надоедливого Чонгука и может дальше заняться работой над новым треком, Шуга приступил к делу. Новый альбом высасывал все силы, но это того стоило. Казалось, что без музыки он — ничто. И радость фанатов тоже того стоила. Музыка была его воздухом, его последней причиной нахождения на этой Земле. Наверное его психолог прав — он слегка зациклен на этом. Мысли об этом придавали сил, поэтому было легко игнорировать слова того, кто по его скромному мнению, был слегка самовлюблен. Психолог О был хорошим человеком и, честно признаться, даже немного помог, но помог лишь отвлечься на его рассказы о его неудачной личной жизни. Только из-за этого Юнги до сих пор не менял врача. С ним было не скучно. За пару лет приёмов с ним, Мин знал чуть ли не больше, чем студент — второкурсник с факультета психологии. Было интересно прочесть книгу на эту тему, а потом в перерывах историй о несчастной любви доктора порассуждать о прочитанном. Это было довольно полезно. Каким бы ветреным не был его психолог… он многому его научил, хоть совсем не это было его задачей. И как-то сложилось, что эти встречи стали напоминать дружеские посиделки и никто из них двоих не хотел прекращать их. Откинувшись на спинку мягкого кресла, Юнги слегка размял затекшую шею. После трёхчасовой непрерывной работы в глазах начал проскальзывать туман, заставляющий постоянно смаргивать и жмуриться, чтобы восстановить чёткость зрения. Было уже около шести вечера, а значит, что скоро ему нужно было появиться на тренировке, которую организовал Джей-Хоуп. После такого достаточно большого перерыва нужно было возвращаться в форму. Единственной проблемой этого мероприятия до сих пор являлся Тэхён, который и знать не знал о неофициальной тренировке. Все будто чего-то ожидали: то ли отсчитывали последние часы, чтобы со спокойной душой начать его искать, то ли и вовсе не хотели ничего предпринимать, но сильно надеялись на тех, кто сможет. Такого в их группе, почти семье, никогда не было. Растерянность в такой ситуации поймала в свои крепкие сети каждого мембера. Конечно, потом её вытеснили другие чувства, но её отголоски в виде вопроса: «Что делать? «, все ещё не желали отпускать. Да, они обсудили все ещё в тот же злополучный вечер, но чем ближе приближался отведённый Тэхену срок, тем сильнее этот вопрос не давал покоя. Пусть и не все это показывали. Например Джин в моменты когда речь заходила о Ви, тихо удалялся в кухню и готовил самые сложные блюда которые находил в интернете, а сам Шуга делал вид, что его это интересует как медведя балет. То есть никак. Но это было самой большой ложью, потому что он волновался о нём чуть ли не больше чем остальные. Было тревожно за этого ребёнка, который свалил куда-то и не выходил на связь (хотя все и договорились, что никто даже звонить не будет). Идея дать ему время подумать, уже не казалась хорошей.

***

Как быстро идёт время. С такими мыслями, Тэхён не подозревающий о чувствах своих друзей, нервно думал как вернуться к этим самым друзьям. Зайти как ни в чем не бывало? Купить тортик в качестве извинений? Сгладить разговор (о том, что разговор будет жёсткий, он не сомневался) парой-тройкой бутылок соджу? Нанюхаться лука и войти в слезах? Нет, до такого он не опустится. На лице были написаны все муки выбора. На лбу тихонько собиралась влага, грозящая скатиться каплей по нахмуренной физиономии. Ссора с Чонгуком, которая началась с обсуждения инцидента произошедшего с Юнги, резко, но все же неожиданно перетекла в совершенно другое русло. Волнение за друга, расшатанные нервы. Ни один из них не помнил как это произошло точно, но то, как они начали орать друг на друга, осталось на их сердце глубоким шрамом. Который уже не кровоточил, но с частой периодичностью напоминал о себе. Быстро переходя на личности друг друга и в порыве злости, которую оба могли сдерживать перед камерами, но не в обычной жизни, стали припоминать прошлые грешки. Кульминацией был старый упавший шкаф, по которому Чонгук ударил на эмоциях, и тот словно этого и ждал, покачнулся и чуть не задавил двух друзей. А можно ли сейчас назвать их друзьями? От этой мысли сердце заныло и Ким с тихим стоном опустил голову на стол. Захотелось разгрузить голову. В этом ему всегда помогала музыка. Петь сейчас будет не очень рационально, зная насколько тут тонкие стены, но включить что-нибудь будет неплохим вариантом. Быстро пролистав плейлист вдруг нажал на «Fake love». Под стать настроению. Слушать что-то более весёлое не хотелось.

***

— Бëль! Мы вернулись! Три девушки стояли посреди квартиры с сумками в руках и с тающими улыбками на лицах. Конфети из хлопушки, приобретённой спонтанно в каком-то магазинчике по пути, медленно рассыпалось на их головы. — А где…? — заторможенно спросила в пустоту высокая шатенка с парой обесцвеченных светлых прядей, поглаживая свою кошечку, которую не видела неделю. Сюрприз вышел из-под контроля. — Вот я ведь говорила, что не надо делать то, что срабатывает 50 на 50. Ушла в магазин наверное, — ответила ей вторая, вдруг усмехнувшись, — или к соседу… Смешок со стороны послышался от невысокой темноволосой третьей девушки. Хоть ей сейчас не хотелось ничего сильнее, чем упасть на кровать и вздремнуть часок-другой, однако, идея приехать пораньше и сделать сюрприз была её инициативой. И не получившаяся задумка немного сместила желание поспать чуть ниже желания получить положительные эмоции. — Точно! Давайте спросим у него! — восторг от новой идеи полностью заполонил её. Как ни странно, остальные тут же поддержали, оправдывая себя тем, что нет лучшего способа познакомиться с тем, кто был выставлен в не очень хорошем свете самой Ын Бëль, которая обычно не была так категорична. Чемоданы и разочарование от не получившегося сюрприза, таки остались посреди гостиной. Меньше чем через минуту за воодушевленными девушками хлопнула дверь. Быстро переглянувшись, все трое с ехидными улыбками посмотрели на соседскую дверь. Ми На быстро, будто чтобы не передумать, нажала на звонок. — А вдруг и его нет дома? — Лин озвучила мысль остальных, появившуюся после двухминутной тишины за той стороной двери. Печенька, недовольно посматривала на свою хозяйку, у которой до сих пор была на руках. — Думаешь они с Бëль вместе? — внутренний купидон Ми Ны не отчаивался. Молчаливый, но довольно скептичный взгляд Ами был ей ответом.